Глава 4

Оказавшись на кухне, Элли облегченно выдохнула: от присутствия мужиков ей было не по себе. Здесь же было уютно. В очаге трещал огонь, под потолком горели несколько масляных ламп, запахи пряностей и трав, развешенных по стенам, успокаивали.

- Коска я, - представилась женщина, замешивая в огромной кадушке опару на завтра.

- Элиза.

- Забавное имя, не нашенское, да и сама хороша как! Откуда такая только?

- ... Из столицы, - с запинкой ответила девушка. И неожиданно позавидовала тому, как демону удается так легко и просто сочинять небылицы и выглядеть своим в доску, что в техногенном мире, что среди лесорубов.

-  Ага... Ох, и пооткрывали рты все, когда вы заявились в деревню. Да еще с Будовой сторожки. Наши-то все знают, что зимой через ту заимку ходить не надо. Снеговики и вендиго, как воронье на падаль слетаются. Вдесятером еще отбиться можно, а вдвоем-втроем - хрен там, сожрут. Как живы еще остались?..

- Повезло, - кашлянула девушка. - Может вам помощь нужна?

- Сиди уж, краля, сама справлюсь. И помощников хватает.

На кухне и правда толклись еще две женщины. Одна мыла посуду в бадейке, вторая ходила туда-сюда с ведром, принося воду от колодца и наливая в огромные чугуны на припечке.

- А тот парень ваш сын? - спросила Элиза, вспомнив вдруг любителя привязывать девушек к соснам. - Такой кучерявый, с черными волосами и э-э-э...

- Одноухий Венька что ль?! - с ужасом отмахнулась Марфа, - Богиня миловала. Мой сын в столице - сотник он у меня, а дочка замужем уже как год, в городе за лесом живет. А это прикормыш Венька - пасынок, брата Олафа. Тот помер десять зим назад, ну и сынок его остался, вот приютили, родич как-никак. Лентяй, лоботряс и до девок дюже охоч. Ему все равно кого тискать: косую, рябую. Местные-то все знают, не зря ему ухо оттяпали.

Коска подкатала рукава и стала замешивать в деревянном ведерке толченую с кожурой картошку и молоко.

- Свинья опоросилась недавно, ладные поросятки, да слабые, подкармливать надо, - пояснила тетка и вдруг, хитро поблескивая глазами, спросила то, что у нее явно давно чесалось на языке. - А ты чего от мужа сбежала? Вроде твой-то неплохой мужик. Да и в постели, небось, не плошает, а?..

Вот удружил темный, со своими играми в супружескую пару! Элли замялась, пытаясь подобрать цензурный вариант ответа на эти вопросы. Видимо что-то такое отразилось и на лице ангела, потому что Коска вдруг всплеснула руками:

- Девонька, ты чего? Неужто руки распускает?!

Светлая уже хотела возмущенно согласится: «Да, мол, распускает и еще как!» Но сообразила, что раз для всех они муж и жена, то в этом смысле "распускание рук"  между супругами очень даже приветствуется, а женщина имела в виду совсем другое.

Прикусив губу, девушка покачала головой:

- Нет, просто он меня и в грош не ставит, думает, что он самый умный. А сам эгоист и врун!

- О, нашла беду! Все они, мужики, такие, - отмахнулась тетка. - А только ты сама умнее будь. Что бы там о себе мужики не думали, в семье главная женщина. На виду, на людях, конечно, мужчина - хозяин, а вот в семье, да в постели… Ночная кукушка дневную завсегда перекукует. Эх, молодо-зелено! Он же, сразу видно, влюблен в тебя без памяти, вон как смотрит - глаз не сводит. Так тебе и карты в руки.

С картами как раз таки дело шло. В горнице часто раздавались взрывы хохота -  шел самый разгар разудалого застолья, во время перерыва перетекающий с  бахвальных историй  о поимке "во-от такенного кабана" на баб-с и обратно. Тетка тем временем вновь вернулась к ведерку, вспоминая:

- Я тоже в свое время  видной молодухой была! Все парни за мной косяком бегали, а я только головы кружила. А вот как встретила своего Олафа, тоже тот еще кобель был, влюбилась без памяти! Только вовсю вид делала, что нету мне до него ровного никакого дела и я сама по себе такая королевна. Ох и недоволен он был! Бегал за мной по всему Лесу. Понял, что не буду сама к нему на шею вешаться. Заставишь себя уважать, будет и все остальное. Само приложиться.

- Как будто это можно взять и быстро заставить себя уважать…

- Ну, милая, быстро только кошки родятся, в жизни-то все иначе, - покачала головой хозяйка.

Женщина замолчала, вытащила из шкафчика мешочек с мукой, дернула завязки, но узел внезапно только туже затянулся. Коска недовольно скосила глаза и... просто разрезала веревку когтями, ставшими вдруг длинными, черными и острыми. Элиза изумленно моргнула, глядя как за пару мгновений когтистые ладони женщины вновь превратились в обычные человеческие руки.

Девушка замерла, сердце заколотилось, когда она поняла, что именно только что увидела, хотя Коска даже бровью не повела, словно все так и должно было быть. Светлая неторопливо поднялась на ноги, отошла к столу, налила себе из глиняного кувшина воды и, отворачиваясь, "случайно" столкнула его на пол.

Через секунду хозяйка оказалась рядом с ней, с легкостью поймала кувшин, уже летящий на пол.

- Ох, простите,  - неловко улыбнулась Элиза, прикладывая ладонь о лбу. - Я еще не хорошо себя чувствую.

- После такого-то, - согласилась Коска, сбрасывая остатки частичной трансформации. Девушка невольно залюбовалась, глядя, как горящие желто-зеленым глаза седой волчицы вновь превращаются в человеческие.

Оборотни! Так вот, почему демон бросался фразочками о том, что "сейчас" они люди. Потому что, в следующую минуту они могли превратится в медведей, лисиц и волков. Впрочем, никто и не делал из этого тайну. Явно местные жители воспринимали свои вторые ипостаси, как нечто само собой разумеющееся.

Какой необычный мир! Теперь многое стало понятным. Да, здесь нет внешней магии, но есть магия внутренняя.  Поэтому здесь работает боевой облик Повелителя и поэтому она может открыть крылья, хотя и не может взлететь без магии. Потому что это все тоже часть их способностей, как и у местных жителей.

И теперь стало понятным, почему Конрад сочинил байку про ее якобы побег от мужа. У оборотней бывало, что волчица могла уйти от своего волка. И тогда самцу приходилось доказывать, что он действительно силен и имеет на нее права. Брачные игрища, чтоб их.

- Я-то раньше с родителями в деревеньке на Главном тракте жила. Людное место, торговое. Навидалась всяких: и воинов бывалых, и юнцов безусых. И твой-то тоже… двигается ладно, плавно. Даже не скажешь, что писарчук, ишь ты!…

Хотя на фоне остальных мужчин Конрад явно проигрывал в телосложении, в движениях темного чувствовалась звериная хищная грация. Пусть даже просторная холстяная рубашка скрадывала фигуру мужчины, пряча под плотной тканью мышцы.

- Все никак не могу понять, что у вас за ипостась. Вы из какой стаи?.. - вдруг спросила женщина.

- М-м-м... Из какой... стаи? - переспросила девушка, оттягивая время и пытаясь лихорадочно сообразить, что на это ответить.

- Да?..

Пытаясь скрыть замешательство, девушка вновь налила в кружку воды. Как же легко и просто выходит у демона: говори общими фразами почти правду и предоставь собеседнику самому за тебя додумать. Кстати, а почему бы и нет?..

- Я сама с южных островов. Далеко, конечно, оказалась от дома. Муж... забрал меня от родных. Пришлось послушаться. А после сбежала и мы... оказались здесь.

- Ох, - выдохнула хозяйка. - Южные острова?.. Но, богиня Луна! Никогда не думала, что когда-нибудь на своей кухне увижу высокородных элейн!

Высокородных?.. Холодная колодезная вода пошла не в то горло. Девушка раскашлялась. Еще только не хватало записаться в местные аристократы. Но, кажется, хозяйка правда ждала от нее ответа. И не только она: две помощницы тоже искоса поглядывали на гостью.

- Да, - наконец отозвалась девушка. - Но я бы не хотела, чтобы кто-то еще....

- Ох, госпожа, - суматошно поклонилась Коска, - простите, если мы приняли вашу милость не как подобает...

- Нет-нет, что вы, - светлая почувствовала себя неловко от вынужденного обмана. - Все замечательно. Спасибо вам за гостеприимство.

- Элли? - от двери донесся знакомый мужской баритон.

Конечно же - демон, кто же еще. Она увидела с какой опаской на него теперь смотрели  женщины. Кем бы ни были загадочные элейн - они явно занимали не последнее место в местной иерархии кланов. Повелитель тоже заметил странные взгляды, вопросительно приподнял бровь, но ответа не дождался и бросил:

- Идем спать, уже поздно.

Разговоры в горнице действительно стихли - гости разошлись. Скомкано пожелав спокойной ночи хозяевам, парочка вернулась в ту же маленькую комнатку с единственной узкой кроватью. Вдвоем на ней пришлось бы спать тесно прижавшись друг к дружке в супружеских объятьях. И, похоже, это становилось проблемой.

- Как успехи? - поинтересовалась девушка, только чтобы не молчать, точнее делать вид, что она не замечает каким взглядом смотрит на нее мужчина.

- Отлично! - довольно ухмыльнулся демон. - Я все проиграл.

- И ты этому рад?! А если что-то пойдет не так и нам нужно будет купить еду?

- Завтра мы уже будем дома, - отмахнулся Повелитель. - Но если я ошибся, уверен, мы что-нибудь придумаем.

- Это ты будешь дома, - подчеркнула девушка. - И мне интересно, когда ты собирался мне рассказать о том, что они оборотни?

- А, ты все же поняла? Браво, делаешь успехи. Мой экспресс-курс по другим мирам дает свои плоды.

- Это с той же полки учебной литературы, где мастер-класс по мужскому эгоизму и лекции по семнадцати видам вранья?

- Да ладно, не утрируй, - отмахнулся демон. - Ты отлично справилась.

Светлая передернула плечами и спросила:

- Почему они не понимают, что мы чужаки?

- Ну... у меня есть теория на этот счет, - отозвался Конрад. - Думаю, потому, что мы - паразиты. Вы ищете крохи Света, демоны тянут Тьму из миров. И нашим расам просто необходимо врожденное умение выглядеть своими для местных, так мимикрировать в окружающую среду, как рыбам-прилипалам, чтобы никто не подкопался.

Демон вдруг прищурился, скривив красивые губы в ироничной усмешке:

- Но тебя правда сейчас интересует теория взаимодействия с иномирянами?..

- Нет, еще мне интересно, где ты собираешься спать?

- Очевидно же: с тобой, дорогая женушка.

- Ясно...

Темный приподнял бровь: разве не будет ни возмущений, ни истерики?.. Элиза молча стянула с кровати одну подушку, бросила ее на пол, и схватилась за край тяжелой овчины.

- Надеюсь, ты не против, если я возьму одеяло?

- Серьезно? - хмыкнул демон. - Хочешь продемонстрировать гордость и самостоятельность?

- Ничего я не хочу, Конрад, - устало ответила девушка, - я просто хочу спать. Без тебя.

- Вынужден тебя разочаровать, Светлячок. Мы будем спать вместе. Поверь, твоя честь меня сейчас интересует в последнюю очередь. Завтра будет очень тяжелый день. По крайней мере я очень на это надеюсь. И я тоже хочу выспаться, а не гадать полночи, не проснусь ли внезапно с клинком Забвения в сердце.

- Да отстать ты уже от меня с этим клинком! - вспыхнула девушка. - Если бы я даже что-то там хотела, я бы вонзила его в тебя, когда жила в твоей спальне. Не думаешь?

- Сейчас я много о чем думаю, - согласился мужчина. - И, пожалуй, даже склонен тебе верить. Но давай поговорим об этом в другой раз.

Повелитель сел на табурет, стянул сапоги и стал расстегивать рубашку, мельком глянул на девушку и спокойно повторил:

- Еще раз говорю, ложись в кровать. Обещаю, я тебя не трону.

Она скептически фыркнула: «Знаем мы ваши обещания, Повелитель. Наслушалась за три месяца». Он разозлился:

- Ты предлагаешь мне на улице под крыльцом переночевать? Извини, но вынужден отказаться от столь заманчивого предложения. Я не настолько благороден.

- Я заметила.

Каким образом демон за мгновение переместился от двери к испуганно застывшей Элизе, она даже не заметила. Только отшатнулась, инстинктивно отступив назад.  А он, обхватив ладонями ее лицо, медленно протянул:

- Хватит мне дерзить… женушка.

- Ты мне не муж!

- Хорошо, невестушка.

- И не…

- Тш-ш… - его теплое дыхание согревало ее кожу, а губы едва не касались ее. - Ты же знаешь, что помолвку с Повелителем не отменить, пока я сам ее не разорву. И ты все равно моя невеста.

- Ты омерзительное...

- Да-да, я в курсе, - отмахнулся темный. Погасил лампу, силой стянул со светлой платье и, не обращая внимания на ее попытки сопротивляться, уложил девушку в постель, просто сдвинув к стенке.

Стылая печь уже не грела, в щели стены забирался сквозняк, кожа медленно покрывалась мурашками от холода. Девушка так и не могла заснуть. Судорожно прижимаясь к  холодной стене, лишь бы не касаться темного, она поежилась. От лежащего рядом мужчины веяло теплом, а вот спина уже совсем окоченела.

Бесчувственное грубое животное, даром, что демон! Ему ведь совершенно на нее плевать. Он ее обманул, разрушив такой уютный мир, в котором было так хорошо… Весь лживый, как яблоко сгнившее с середины. Красивая кожица, блестящая, ароматная, а стоит разломить и пальцы сразу окажутся запачканными гнилой коричнево-мутной сердцевиной.

"А я - дура! Влюбленная в демона, дура", - сердце зашлось, словно сжатое ледяной рукой. Девушка вдруг замерла, глядя сквозь прикрытые ресницы и мутную пелену слез, на нависшего над ней мужчину: «Что он задумал?!»

Она вжалась в подушку, делая вид, что спит, затаила дыхание, но Конрад, приподнялся на руках, неопределенно хмыкнул, втиснулся между девушкой и стеной, отодвигая Элли на край кровати. Заслонил спиной стену, и рывком притянув ангела к себе под бок, крепко обнял. Уткнулся носом ей в шею, на миг прижался губами к истерично бьющейся ниточке пульса, оставляя на коже легкий поцелуй.

Светлая лежала ни жива ни мертва, пытаясь успокоить колотящееся сердце и сладкую дрожь внизу живота. Проклятое тело, ну почему оно так реагирует на этого демона?

Конрад раздраженно вздохнул и тихо прошептал ей на ухо, отчего ее кожа покрылась мурашками:

- Заканчивай терзаться и спи, наконец.

Заснешь тут, когда он прижимает ее к себе и дышит в затылок! Девушка возмущенно выдохнула, но в самом деле вскоре не заметила, как пригрелась, прижимаясь к теплому мужскому телу, и провалилась в сон. И уже не видела, как Повелитель еще долго лежал без сна, сам не понимая, чего же ему надо в этой жизни.