Глава 21. Августовские купания

Еще три месяца спустя

— Подъем! — Лиза вошла в детскую и хлопнула в ладоши. — Ну что за сонное царство! Я велела встать десять минут назад, а вы еще глаза открыть не потрудились! Девочки, я серьезно. Не встанете в течение пяти минут, не будет вечером ни мороженого, ни йогуртов!

Угроза подействовала. Первой из-под одеяла выползла Саша со всклоченными после сна волосами.

— Раз я раньше встаю, можно мне побольше мороженного?

— Ещё чего! — возмутилась Аксинья и скатилась с кровати вместе с одеялом. — Кто первый оказался на полу, тому и больше вкусняшек.

— Вкусняшек всем достанется поровну, — объявила Лиза строго. — Умываться! Живо!

День предстоял важный, и, признаться, Лиза нервничала. За руль решила не садиться. Она не слишком опытный водитель, а трасса — есть трасса. В рюкзачки положила лишь самое необходимое: побольше воды, немного еды, сменное белье, полотенца. Подбежала Саша, попыталась засунуть в рюкзак новую книжку, но Лиза не позволила. Пообещала дать в автобусе послушать сказку в телефоне. Всё-таки два часа ехать. Аксинью развлекать не требовалась. Она жадно ловила каждый миг реальности и точно не заскучает в автобусе.

Так и вышло. Пока Саша с серьезным видом слушала сказку о Снежной королеве, Аксинья прилипла к окну. Она сильно изменилась. Внешне. Носила исключительно джинсы, ведь раньше отец не разрешал. Коса исчезла. Упрямая девчонка сама ее откромсала, когда Лиза отказалась вести ее в парикмахерскую. В итоге идти туда таки пришлось, чтобы привести голову в порядок. Теперь русые прядки даже не доставали до плеч. Лизе нравился новый образ Аксиньи. Она лишь не хотела торопить события. Но девчонка делала всё, чтобы не походить на себя прежнюю. Ясмина, с которой Лиза консультировалась по скайпу, сказала, что это к лучшему. Главное, чтоб Аксинья не торопилась с перекрашиванием волос в синий цвет и прокалыванием носа или пупка.

— Всё хорошо? — спросила Лиза, глядя на сосредоточенный профиль девчонки.

— Угу.

— Точно?

— Просто не хочу туда ехать. Это как… как возвращение в тюрьму.

— Попробуй воспринимать это иначе. Как поход… хм… к стоматологу, который отменить невозможно, нужно просто пережить. Выбора-то нет. Ты, как и Саша, должна купаться в озере каждый август. Это обязательное условие.

Аксинья тяжело вздохнула.

— Знаю. Дело даже не в озере. Боюсь, увидеть… их. Не уверена, что хочу.

Теперь вздохнула Лиза.

— Боюсь, они придут. Захотят убедиться, что ты в порядке. Знаешь, что, — добавила она, заметив, что Аксинья хмурится сильнее. — Обида на родителей — дело житейское. Но поверь мне на слово, если они не придут, ты расстроишься сильнее.

Аксинья задумалась, а потом спросила. Очень серьезно.

— А разве ты не расстроишься, когда увидишь их вместе?

— Может быть. Чуть-чуть.

— Не понимаю я папку! — Аксинья стукнула ладонью по коленке. — Он так обрадовался, когда понял, что снова может быть с ней. Лицо так и светилось. И это после всех лет, что она его игнорировала!

— Ну… — Лиза развела руками. — Любовь — странная штука. Необъяснимая и нелогичная.

Аксинья сердито фыркнула. Мол, ну вас с вашей любовью. В свои почти четырнадцать лет она предпочитала познавать мир, а не глядеть в сторону мальчиков. Мол, никуда они не денутся. Лиза вздыхала с облегчением, ибо предчувствовала, что, когда Аксинья таки обратит внимание на одного из них, мир дрогнет.

Ну, или, как минимум, город подпрыгнет…

…Озеро встретило тишиной. Никого. Ни единой души. Только вода. Спокойная-спокойная. Как зеркало, что отражало облака.

— Ну, кто первый? — спросила Лиза, изображая воодушевление.

Аксинья поморщилась, а Саша скинула джинсовый сарафан и футболку, демонстрируя готовность к водным процедурам.

— У нас только час, — напомнила Лиза. — После обеда купаться запрещено.

— Угу. Очередные магические правила, — Аксинья стянула джинсы и пошла к озеру — помочить ноги.

Но едва прохладная вода погладила ступни, с губ девчонки сорвался вздох облегчения. Она опустила в озеро руки, а потом с наслаждением умыла лицо.

— Футболку сними! — крикнула Лиза. — Намочишь!

Но куда там! Аксинья нырнула прямо в ней. С головой. А показавшись на поверхности, расхохоталась. Это был хороший смех. Смех самой счастливой на свете девчонки.

— Идём, — Лиза протянула руку Саше и сделала большие глаза. — Тебя тоже надо окунуть с головой.

— С головой, так с головой, — покорно согласилась дочка. — Только я уши зажму, чтоб туда вода не залилась…

Полчаса спустя Аксинья с Сашей всё еще купались. Ныряли, брызгали друг в друга водой, громко смеялись или просто лежали на воде. Лиза сидела на берегу на полотенце и потягивала сок. Она не боялась, что девчонки простудятся. Это целебная вода. Такая не принесет болезней. Тем более, день теплый, почти июльский. Самое то для купания.

— Теперь ей будет легче…

Лиза подпрыгнула на полотенце. Ох… Арина…

Принесла нелегкая.

— Прости, Лизок. Не хотела напугать. Подошла тихонечко, чтоб сестра не заметила. Вряд ли обрадуется. Да и не стоит мне рядом находиться. Еще пара минут, и магия от нее ко мне потянется. А этого нельзя допускать.

— Знаю. Виола объясняла.

— Глянуть хотела. Одним глазком, — Аксинья улыбнулась. По-доброму. По родному. — Смотри, как приободрилась. Это всё вода озерная. Снимает с нее всё дурное. То, что копится. Имей в виду, Лизок, перед купанием каждый год с ней труднее всего будет. Концентрат негатива. Но как окунется в озеро, сразу отпустит.

Лиза кивнула, мол, не страшно. Она справится. Точно справится, раз выдержала самый первый месяц, когда Аксинья то билась в истерике, то не разговаривала сутки напролет, то требовала немедленно вернуть ей отца. На улицу выходить отказывалась. Мол, сдался ей этот огромный мир. И вообще она не просила жизнь смертной. Лиза сердилась в душе, но не сказала ни единого грубого слова. Знала, девочке нужно время. Время привыкнуть к переменам, к жизни без отца…

Лиза знала, постепенно всё наладится. Так и случилось…

— Ой, смотри, какие уродцы! — вскричала Саша, показывая на двух лягушек, устроившихся на кувшинке.

Аксинья отшатнулась и брезгливо поморщилась.

— Тьфу! — не сдержалась Арина. — Явились полюбопытствовать. Ну, я им задам!

— Я их заберу! — из воды вынырнула русалка Наташа, ловко схватила лягушек и исчезла вместе с ними. Только серебристый хвост поднял столб брызг.

Лиза с удивлением покосилась на Арину. Что за балаган? Лягушки, как лягушки.

— Кстати, Наташе матушка моя вернуться предлагала, — поведала Арина деловито, явно переводя тему, чтобы Лиза забыла о том, что сейчас произошло. — Но не согласилась девчонка. Сказала, коли вернется назад, будет по Павлу своему погибшему страдать, кучу глупостей наделает. А русалкой жить гораздо интереснее.12727c

— Главное, чтобы ей было хорошо, — изрекла Лиза философски.

В конце концов, каждому своё.

— Зови девчонок из воды, хватит там сидеть, — посоветовала Арина и повернулась, чтобы уйти, но Лиза ее остановила:

— Что за история с лягушками? Признавайтесь, Арина. Нечисто тут дело, я же вижу.

Колдунья усмехнулась.

— Видит она, как же. Видела б, не спрашивала. Сама б узнала бывшую родню.

— Родню?!

Хорошо, что Лиза сидела.

— Так это… это…

— А что с ними было делать? Уперлись, не хотели идти на уступки. Пусть теперь тут живут. Лет семьдесят, а то и больше. Потом, может, матушка их отпустит. Если сочтет, что они неопасны для окружающих. Тебе же бояться нечего. Ты свой век проживешь без их вмешательства. Тебе подлости этой семейки с лихвой хватило. И не вздумай жалеть мужа бывшего и свекровь. Жить жабами на волшебном озере — не худшее наказание.

Арина ушла, а Лиза всё смотрела и смотрела на кувшинку, где еще недавно сидели преобразившиеся Вова с Ядвигой Семеновной. Ну, дела! Нет, Лиза не испытала жалости. Ее никто из них не жалел. Пришло облегчение. Самое настоящее. Последние месяцы она не могла не думать о бывших родственниках. Жила с девочками, занималась повседневными делами, но сердце нет-нет, да ёкало. Всё чудилось, что объявится Вова, вышибет дверь с ноги и потребует назад и жену, и деньги.

А теперь… теперь Лиза точно знала, что бывший супруг не вернется. Не в ее век. И даже, вероятно, не в Сашин…

— Девочки, пора! — она поднялась и махнула рукой.

В другой момент они бы не послушались, попытались бы выторговать еще «минуточку». Но не в этот раз. Обе знали, что с озером грёз не шутят. Раз нельзя купаться во второй половине дня, значит, нельзя.

— Едем домой? — спросила Аксинья, когда обе переоделись в сухое.

— Да. Только посидим еще минут десять. Перекусим на дорожку.

Лизе понравилось, что Аксинья сказала не «в город», а именно «домой». Хороший знак.

Пока девочки с аппетитом поедали бутерброды, Лиза не сводила взгляда с озера. Не верилось, что Влад с Валентиной не появятся. Аксинья, впрямь, не расстроилась, что не увиделась с родителями. Наверное, это к лучшему. В будущем на сердце потеплеет, и встреча получится более… хм… уместная, а, главное, желанная.

Однако ОНИ всё же появились. Вышли, держась за руки. Но увидеть себя позволили только Лизе. Стояли по пояс в воде и любовались старшей дочерью, жующей помидор и рассказывающей Саше, как в деревне выращивают картошку. Лиза открыла рот, хотя сама не знала, что сказать, но Влад приложил палец к губам и прошептал три слова тихо-тихо, но Лиза прекрасно их расслышала:

— В следующем году.

Правильное решение. Для всех.

— Ну что, едем? — Аксинья вытерла руки салфеткой.

— Собирайте рюкзаки, — велела Лиза, вставая.

Посмотрела на Валентину. Красивую, гордую, довольную. Она стояла рядом с мужем и казалась не просто счастливой. Хозяйка озера вернула то, что принадлежало ей по праву. Она никогда не переставала считать Влада своим мужчиной и не желала видеть рядом с ним другую женщину. Валентина не искала ему новую спутницу жизни. Она искала новую маму для Аксиньи. Или старшую сестру…

Искала и, наконец, нашла…