Глава 11

День пролетает незаметно в заботах и хлопотах. Утром привычно (надо же) приготовила завтрак, собрала малышку, которую Эдуард отвез в сад, а сама поехала на работу. Нужно у него узнать, что это за сад и почему он ребенка туда то водит, то нет. Если Миле не интересно, то менять нужно данное заведение на другое. Вот у нас детский сад недалеко от дома. Так дети там целый день визжат, играю кто в догонялки, кто в мяч. Никому не скучно. А Мила то дома с кем-то, то с отцом на работе, разве это дело? Да и не сильно то она в сад хочет, взгляд какой-то затравленный что ли?

После обеда я все же добираюсь до магазина, чтобы купить продукты. Все-таки за эти дни мой холодильник значительно опустел. Нужно вновь его забить не только полезной и вкусной едой, но и на всякий случай приобрести несколько шоколадок и мармелад в форме мишек. Буду Милу угощать, пока папа не видит, а то сладкого много нельзя, ага, как же жить тогда! Сладкое — это радость и позитив! И если от него отказаться, можно стать злой и вредной злюкой. Ну, это я так, размышляю.

К свиданию сильно не готовилась, потому что свой выбор уже сделала и по всей видимости давно, но, играть, так играть. Решила, что строгая юбка и кремовая блузка будет в самый раз для такого помпезного вечера. На ноги надела туфли на высоком каблуке, волосы убрала в аккуратную и простую прическу. Не хотелось производить сильного впечатления, но и в грязь лицом падать не желала.

В итоге, в половине шестого я уже была за рулем машины и медленно ехала в сторону ресторана, максимально медленно, потому что очень не хотелось с кем-то еще знакомиться.

Савелий выбрал очень шикарное место, я бы в такое ни ногой, ни рукой. Дорогущие машины на парковке сильно меня нервировали, мой «клоп» как-то сразу потерялся среди огромных барж, которые были на метр выше даже меня. Швейцар, который галантно открыл дверь, вообще ввел в ступор, не привыкла я к такому вниманию и заботе. Идти по мраморному полу было вдвойне страшно, во-первых, скользко, а во-вторых, мое появление было замечено всеми. Уж больно сильно стучали каблучки, и я каждый раз старалась ступать как можно мягче, вдруг ненароком кусочек под ногами отколется, что тогда?

— Ваше имя? — обратилась ко мне подошедшая официантка. Казалось, застывшая добродушная маска просто приклеилась к ее лицу, а осанка? Я бы спину давно сломала с такой ровной спиной ходить! А вообще, молодец, видно, что работает на совесть и соблюдает все правила, которые заведены в поддонных местах.

— Елизавета, — я не знала, как вообще быть и что делать. Зал был огромным, а еще имелся и второй этаж, а может и третий! Но девушка попросила следовать за ней. Резко развернулась и уверенной походкой направилась в зал. Скользя и чуть ли не спотыкаясь, я старалась догнать официантку, пока не поняла, что это бесполезно. Лучше прослежу, куда она подошла и медленно доберусь до места встречи.

И без происшествий и заминок подхожу к столику, где, почему-то, сидят два человека. И один из этих людей — женщина, приблизительно возраста моей мамы.

— Вечер добрый, — присаживаюсь, рассматривая кандидатов на сегодняшний вечер, и стараюсь сдержать улыбку.

Савелий типичный представитель мужчин, над которыми нужно вешать плакат: «Без мамы, ни-ни!» Он сидит, сложа свои немалые ручки, словно на экзамене, с идеально прямой спиной, в отглаженной и накрахмаленной рубашке и галстуке. Рядом с ним восседает царица-мать, которая и осматривает меня с ног до головы, особое внимание уделяя бренду одежды и украшениям. Видимо, ее все устраивает, раз женщина касается пальцев сына и кивает головой, позволяя ему начать разговор со мной. Я же сижу и откровенно их разглядываю, потому что такие экземпляры хоть и попадаются, но довольно редко.

— Добрый вечер, — наконец произносит Савелий и растягивает губы в фальшивой улыбке.

Ему этот вечер не нужен, он — заложник ситуации. Мать требует — мужчина исполняет, при этом старается ей даже угодить. Но, думаю, он либо вообще не желает ни с кем знакомиться, либо давно и безнадежно влюблен в какую-нибудь соседку по лестничной клетке. Но, как представить беспозвоночных, будет потакать маминым уговорам и выберет ту спутницу жизни, на которую укажет палец с перстнем.

Я не знаю совершенно, о чем разговаривать с этими людьми. Они молчат, и я молчу. Может, взять меню и сделать заказ? Но тут мама Савелия берет свое слово и начинается допрос с пристрастиями. Ее интересует все, начиная с того, какими болезнями я переболела в детстве, заканчивая тем, сколько я плачу за квартиру.

Вопросы сыпались, как из рога изобилия, женщина жадно вслушивалась в ответы, но явно была недовольно тем, что многие из них я попросту игнорировала или задавала встречный вопрос. Савелий все это время усердно жевал листья салата и прислушивался к нашему диалогу. Забавный. Глазки скосит, подастся чуть вперед и голову наклонит, чтоб уловить суть разговора.

— Какая ваша зарплата? — очередной каверзный вопрос.

— Сколько получает ваш сын? — меня начинает все раздражать.

— Мой мальчик не работает! — восклицает женщина и смотрит на меня так, будто впервые увидела.

— Да вы что? — хватаюсь за сердце, — тогда стесняюсь спросить, на чьей шее он висит, точнее сидит.

— Он не сидит и не висит! Я его сама обеспечиваю!

— И много желающих забрать это бесхребетное существо себе и начать обеспечивать?

Женщина даже кулаком по столу стукнула, привлекая внимание соседних столиков. Гости, сидящие ближе к нам, даже жевать перестали и внимательно прислушивались к ответу.

— Не смейте так говорить о моем сыне! Он идеальный! И вы бы ему подошли, если побольше молчали, да старших слушались!

Мы бы подрались, ей богу, вцепились бы друг другу в волосы и неплохо разодрали руки, но я этот момента рядом со мной появилась Мила, которая под изумленным взглядом женщине забралась мне на руки.

— Это мой папа? — скривила губки девочка, а Савелий подавился, да так, что начал бледнеть прямо на глазах, — какой-то слабенький, — показательно вздохнула малышка. — Он нас с братом и сестрой до садика не донесет.

Женщина схватилась за сердце и медленно стала сползать под стол.

— Боже, три ребенка, на моего одного мальчика! — сын стал махать на маму салфеткой и требовать стакан воды.

— А как быть? Савелий, вы знаете, откуда берутся дети?

Мужчина покраснел, быстро посмотрел в сторону мамы и неуверенно кивнул. Это было его роковой ошибкой. Мы решили с Милой уйти, пока и нам не прилетело, потому что женщина во всей красе допытывала отпрыска: «Как это он знал, откуда берутся дети? Она же ему ничего не рассказывала!»

Я не стала дослушивать, лишь подхихикивая, вышла из ресторана за руку с Милой.

— Смотрю, у кого-то настроение поднялось? — Эдуард подошел к нам, а я не выдержала и рассмеялась в голос.

— Мне есть, что тебе рассказать!

— Уже жду! Только мы с Милой приготовили ужин, — замялся мужчина.

— Сами! — закивала головой девочка.

— Тогда нужно обязательно попробовать, я то даже заказать себе ничего не успела.

Ехали до дома Эдуарда в разных машинах, и вновь встретились у подъезда. Интересно, а чем закончится сегодняшний вечер? Если я останусь у них ночевать, то пора бы привезти сюда запасные вещи. Вот только, меня тут не просто ждали, а очень сильно ждали. В ванной нашла белый женский халат с цветочками, и даже в карман кто-то положил белые носочки. Боже, как мило!

А в комнате (барабанная дробь) на краю кровати лежала ночная сорочка. Ох! Все, выносите меня! Я готова сказать свое «да»!

Нужно обязательно купить и Эдуарду с Милой сменную одежду. Кстати, по поводу размеров… Как хорошо, что шкаф оказался под рукой, там-то все и подсмотрела. С Милой дела обстоят намного проще, ей одежду я куплю легко.

Когда вышла к ужину, то папа с дочкой хитро переглянулись и указали мне на стол. Да, они постарались, сразу видно. А еще свечи, вино и фужеры! Ну чем не романтический ужин?

Мила через час засобиралась спать, а я с большим удовольствием уложила ребенка и даже поцеловала в щеку.

— Лиза, — сонно пробормотала девочка, когда рассказ о принцессе был прочитан.

— М-м-м? — поправила сползшее одеяло.

— Я тебя люблю! — тонкие ручки обхватили за шею. Девочка быстро поцеловала меня в щеку и отвернулась к стене.

Ой, кажется, кто-то плачет. И этот кто-то я….