ЭПИЛОГ
Мне тебя не послали боги,
Но была милостива судьба,
Спустя столько лет суеты и тревоги
Наконец-то наступит тишина.
Любовь любая всего дороже,
Если ты уверен в ней.
И все равно, что скажут в округе,
Главное — идти к своей мечте.
Быть свободной от предрассудков,
Жить, как велено душой,
Плевать на распорядки свыше,
Наслаждаться выбранной игрой.[1]
I
Новый император Лиссарда сдержал свое слово.
Кайрэн стал главой департамента и по моей рекомендации полностью его изменил.
Новые реформы не заставили себя ждать. Много изменений повлекла за собой внезапная смена власти.
Киллиан приказал казнить старшего брата. На его супругу и детей накинули арканы, которые лишили их магии. Теперь их жизнь протекает в далеком селе, где все трудятся на благо империи.
Гад Патрик, как выяснилось, сбежал из Лиссарда, поджав хвост.
Виттор оправился после предательства Сари, а вот после поступка Риана — так и не смог. Ар’риан, когда все закончилось, отказался от положения альфы стаи и передал полномочия бете. Сам герцог решил путешествовать. Мы с ним больше никогда не виделись. Но я просила Виттора передать бывшему вожаку, что если Риану представится второй шанс обрести пару… Чтобы не дурил и не отпускал.
Мы все вернулись в Винсен, как и было велено.
Друзья, кроме Гейба, возвратились в места, откуда были сорваны.
Барса Айс поставил мне в постоянные напарники. Я обрадовалась, потому что, как ни странно, Гейб добавлял яркие краски в жизнь, и мне не хотелось терять ту нить дружбы, которую мы обрели. Хотя, казалось бы, столько лет знаем друг друга.
Меня не повысили, но посчитали титул графини полностью отработанным.
И через месяц, когда настал тот самый день, у меня тряслись коленки и глаза были на мокром месте.
— Я расклеилась, — заявила Гейбу, который делал мне прическу.
— Да ладно тебе. Это формальность. Пшик на физиономии великосветских оборотней. Каково это?
— Безграничное счастье. Знаешь, с Рианом я была не собой. Словно инстинкты толкали к нему. А с Иво…
— Ты целая, — закончил он, вставил цветок мне в волосы. — Готово. Смотри. Не зря у меня есть сестры…
Я встала со стула, развернулась и подошла к зеркалу.
— Ты прекрасна.
Белое кружевное платье с россыпью жемчуга доходило лишь до щиколоток. Туфли на высоких каблуках — дань новой моде — переливались перламутром. На шее — колье из маленьких бриллиантов. Волосы убраны наверх, оголяя шею. Розовый цветок добавлял образу нежности.
— Подожди! — Гейб засуетился и рванул за дверь.
Вернулся со свертком:
— Это мой подарок лично тебе. Общий будет чуть позже, на празднике. Разворачивай.
Я поцеловала друга в щеку, положила подарок на постель и потянула атласную ленту.
То, что я увидела, заставило меня вздрогнуть и ошарашенно посмотреть на напарника.
— У барсов нюх гораздо лучше волчьего. Поздравляю…
Я не успела ответить, даже не смогла сообразить и осознать… Меня вывели из апартаментов и переместили в храм. Музыка, дети с цветами… Алая дорожка к жениху, красивая музыка…
Ничего из этого для меня сейчас не существовало. Ничего.
— Ты так прекрасна… — Иворд взял меня за руки. — Что случилось? — уже более резко спросил он, беспокоясь обо мне.
Мы не так давно стали читать эмоции друг друга. Это было необычно.
— Полагаю, ты станешь отцом, а сказал мне об этом Гейб, потому что у него нюх лучше, — сглотнула я.
— Быстрая церемония! — рявкнул он на священника, который возвел руки к небу, сетуя на грубое обращение.
Нас обвенчали за пять минут.
Иворд вынес меня из храма, ступил в портал и исчез.
В тот самый день нас поздравил только Гейб милым детским одеялом, чепцом и погремушкой.
Остальные не успели…
Но все было впереди…
Шумный праздник с гостями, куча нужных подарков, смех близких и любовь.
Безграничная. Такая, ради которой стоит пойти на все и против всех.
— Ты ведь знаешь, что я могу свихнуться без тебя? — рассмеялась я в губы Иво.
— А я без вас, любовь моя. А я без вас… — Положил руку на живот и обнял.
II
Кейшир
Оливия
— Адептка Коул! — едва ли не рычал ректор Эймс Коул. — Это что такое?!
Опустила глаза в пол, прикусила губу и всхлипнула.
— Домашнее за… задание, — выдавила я, заикаясь.
Натуральнее реви, Лив! Натуральнее!
— Это средство массового поражения! — взвился ректор. — Как ума-то хватило? Что смешивали? Для чего это делали? И как уничтожить это…
— Это не «это», — буркнула я. — А хищная пальмочка-кусалочка.
— Пальмочка, как ты изволила выразиться, сожрала всю мою одежду, даже запонки сгрызла и Эстер за палец укусила.
— Она не хотела! Просто еще к вам не привыкла.
Эксперимент виновато прижал листики к стволу. Милая ведь, правда?
— Все, Лив, это была последняя капля! Ты дом разгромила?! — кричал на меня ректор.
— Было, — понуро вздохнула.
— А не создавала ли плешивого енота, который возомнил себя червяком и перерыл весь огород?!
Я еще сильнее вжала голову в плечи:
— И это было…
— Я молчу про прошлые года и твои рьяные попытки сделать прорыв в науке. Меня скоро с места попрут, жена уйдет…
— Мама от тебя не уйдет, вы же истинная пара, — в который раз за много лет повторила я. — Пап… ну па-а-а-а-ап, я нечаянно! Правда-правда! Предполагалось, что Мьонг будет охранкой для дома. Вроде красивый и опасный. Для тех, кто магией не обладает, был бы прекрасным средством для защиты своих вещей.
— Ты его еще и размножать решила? Как его убрать? — процедил сквозь зубы родитель.
Мое изобретение зашуршало, пододвинулось ко мне поближе и обхватило листьями ногу.
— Посмотри, какой он хороший, — улыбнулась. — Ну пап! Его можно воспитать! Заложить в проект несколько подчиняющих заклинаний…
Упрямец поджал губы и раздраженно зыркнул. Прямо как я, когда злюсь. Но в этот раз мои эксперименты с травами, семенами и магией принесли плоды, да не те. Вроде бы все делала по расчетам, но где-то совершила ошибку. Итог: весьма дружелюбная пальма с манией жрать одежду и защищать свою территорию.
— Что вам там задали на зельеварении? — вкрадчиво спросил родитель.
Сглотнула.
— Приготовить универсальное снадобье от живота! — кричал папа. — Это чудовище не похоже на обычную микстуру! А что это за бутон с зубастой пастью? А глаза на стволе?
— Ну, это органы чувств, — протянула я, смотря в сторону. — А задание на паре сделала быстро, и магистр Рой разрешил поэкспериментировать.
Папа скрипнул зубами, сжал кулаки.
— Вот и отнеси этого пожирателя ему! — ткнул пальцем в пальму.
— Папа!
— Оливия! — рявкнул он. — Чтобы я эту гадость в доме не видел!
— Но магистр Рой его уничтожит! — едва ли не плакала я. — Листья повыдергивает, ствол разломит!
— И я очень этому рад. Или ты от него избавляешься, или же ближайшие полгода живешь на стипендию. Никаких новых сумочек, туфелек и прочего… И тебе выделят комнату в общежитии.
Округлила глаза.
— Так и быть, будем с мамой иногда брать тебя в рестораны.
Открыла рот.
— Вон, Лив, и питомца прихвати!
Я схватила горшок и побежала. С папы станется, он еще чего-нибудь лишит.
Вздрогнула.
Уже в коридоре остановилась, погладила Мьонга:
— Ничего, мы тебе хорошего хозяина найдем.
И, собственно, пошла я его искать. Хозяина.
Наш город был вторым по величине после Лэнхома, и академия магии опиралась на изучение трав, методов лечения, истории, географии, геологии… В общем, одна сплошная скукота. Но маги, у которых в крови было постигать тайны земли, поступали именно к нам. Я же, будучи дочкой ректора, сразу же была определена на курс зельеварения. За что теперь и страдаю. Магистр Рой любил эксперименты и всячески их поддерживал. Я уже ходила у него в любимчиках, а папа скалил зубы и терпел.
Сегодня терпелка закончилась. Хотя я считала Мьонга хорошим средством защиты. И я его оставила бы, но в общежитии не выживу, да и не хочу. Почему я должна отказываться от благ, которые мне положены по праву рождения?
Да и отношения с однокурсницами не очень хорошие. Я же дочка ректора, а значит, у меня блат. Хотя никаких поблажек мне не делали, и кто бы знал, сколько я сижу за учебниками.
Мьонг обнял меня своими листьями.
— Ничего, мой хороший, я тебе найду отличного друга. Он будет тебя подкармливать тряпками, поливать землю и делиться секретами.
Ар’риан
Пресловутый Кейшир.
Последняя остановка перед возвращением домой. Риан вздрогнул. Прошел год, с тех пор как он свалил все заботы на своего бету Виттора и решил пожить для себя. Вдали от Тэри, от собственных поступков, от никчемности.
За это время он объездил весь Лиссард, побывал в таких местах, о которых хочется писать стихи или блаженно улыбаться, вспоминая ощущение свободы. В Кейшире он бывал когда-то. Давным-давно, когда проходил практику в местной академии магии.
Бывший вожак шел по главной улице города, впитывал в себя провинциальный воздух, наслаждался речью горожан и запахами еды, разносившимся по округе.
Риан остановился. Резко. Крылья носа затрепетали, выцеживая из всех ароматов один. Свежий, цитрусовый, цветочный. Он словно прошелся по нервным окончаниям и ударил прямо в сердце.
— Что это такое?
Быстро, насколько мог, он стал искать обладателя запаха. Пробирался через узкие улочки, расталкивал локтями толпу, перепрыгивал препятствия… И нашел. На главной площади на скамье у фонтана сидела она.
То ли девушка, то ли видение…
Ее шоколадные волосы волнами спадали на хрупкие плечи. Овальное личико с лучезарной улыбкой озаряло все вокруг. Искрящиеся голубые глаза смотрели серьезно на него… Хотя нет, не на него. Сквозь. Девушка упорно о чем-то думала.
На ее коленях стоял горшок с пальмой, листья которой странно трепетали.
Риан сглотнул. Его волк встрепенулся и зарычал. Заскребся внутри.
«Наша!» — прорычал он.
Но… Но как? Его пара — Тэри, а не эта милая дева, которая что-то делает с пальмой. Вплетает какие-то заклинания. Неожиданно девушка рассмеялась.
Ее смех прошелся по телу мужчины и едва ли не заставил согнуться от потребности заграбастать его обладательницу в лапы и унести. В лес, в пещеру, в апартаменты… Да куда угодно… Лишь бы никто не видел ее, никто не увел.
«Забери! — рычал волк. — Не медли».
Девушка вскинула взгляд. Поднялась со скамьи. Легкое платье зеленого цвета удивительно ей шло. Она направилась прямо к нему, держа в руках горшок с цветком.
Волк заворочался. Риан выпрямил спину, улыбнулся и старался не показаться дураком, каким себя сейчас чувствовал.
Пожалуй, стоит связаться с Тэри… Впервые за все это время — и спросить, какого энта происходит?
Почему в этой хрупкой девице он чует истинную пару? Ведь не может быть так, чтобы у оборотня было их две, не так ли?
Оливия
— Точно! Я вплету в тебя приворот, — прикусив губу, пробормотала я.
На улице стояла дивная погода. Солнышко грело тепло-тепло, а ветер дул с освежающей прохладой. Я сидела у фонтана и жмурилась от наслаждения. Мьонг тоже не грустил и растопырил листья так, что были видны все его «вены». Мне казалось жестоким накладывать на живое существо заклинание подчинения, а вот легкий флер — то, что нужно. Пальма будет любить каждого. А вот с пристрастием к одежде… Тут сложнее.
Прошептала заклинание, гладя каждый листик, ствол… От Мьонга шло свечение. Расхохоталась и почувствовала взгляд. Такой, как описывают в женских романах. Жгучий, жаркий, заинтересованный…
Подняла голову и встретилась глазами с мужчиной. Высоким, рыжеволосым, небритым. Его льдистые глаза прищурены от солнца, но казалось, отчего-то почернели и в них проскальзывала вторая сущность. Оборотень?
Крылья носа раздувались, кулаки сжаты. Волосы… Какая же шевелюра. Я всегда мечтала о рыжем цвете, но папа наотрез отказался оплачивать окраску.
В горле пересохло, в груди что-то сдавило. Поднялась со скамьи, держа пальму в руках.
— Мьонг, кажется, я нашла тебе хозяина. — И направилась к великану.
Ведь по сравнению со мной он очень и очень высокий.
Мужчина напрягся, выпрямился. На его лице застыла улыбка, напоминающая хищный оскал.
— Лис? Вы ведь раньше не бывали в Кейшире?
— Что? — переспросил он, фокусируя взгляд на пальме, потом облизал губы. — Бывал когда-то давно.
— А… — разочарованно протянула. — Как вы относитесь к флоре?
— Я волк.
Мысленно хлопнула в ладоши.
— Мне некуда пристроить Мьонга, потому что папа не разрешает держать его дома. Возьмете?
— Да-да, — пробормотал он. — Только если вы согласитесь поесть со мной мороженое и провести экскурсию по городу.
Хм, это меня не устраивало. Все-таки незнакомый мужчина… Но если я не пристрою пальму, то вечером можно будет ночевать у фонтана. Отец всегда строг в своих словах. Если сказал — уничтожит, значит, сделает, глазом не моргнув. И плевать, что Мьонг стал живым существом.
— Клянусь, что не причиню вам вреда. Меня зовут Ар’риан Мэрроуз.
Ахнула и едва не выронила горшок.
— Так это вы тот самый знаменитый альфа волков, которого бросила пара? Невероятно!
Мужчина посмурнел.
— Я согласна! А вы расскажете, каково это — встретить пару?
— Нет, — отчеканил Ар’риан. — И я передумал. Не нужна мне твоя пальма и экскурсия.
Развернулся и размашистым шагом ушел с площади. Я же кусала губы за свою несдержанность. Лив, ведь нельзя восторгаться таким! Это ведь трагедия! А он уже был готов забрать Мьонга!
— И вот что мне не молчалось-то?
Ар’риан
Завернул за угол, отдышался. Стукнул по каменной стене и сжал зубы.
Достал кристалл, выдохнул и прикрыл глаза.
— Тэриэнн Эрох, — четко произнес имя Риан.
Кристалл молчал. Риан побледнел от осознания. Вероятно, девушка вышла замуж за своего ректора.
— Тэриэнн Гандер, — обреченно произнес.
Через мгновение в кристалле раздался резкий голос:
— Слушаю.
— Тэри, это Риан.
— Мм… Ар’риан… — Голос стал мягче. — Как твои дела? Ты уже вернулся в Лэнхом? Вит ничего про это не говорил, но мы и общались две недели назад.
— Я не в столице.
— Любимая, она срыгнула! — услышал оборотень голос Иворда, мужа Тэри. — И… обкакалась! Эри, она заляпала весь пол!
— Риан, что случилось? У Иво сейчас истерика начнется, если я не заберу Эмирию.
— Вы взяли на воспитание ребенка? — В горле мужчины пересохло, потому что он боялся услышать ответ.
— Ты с другом совсем не общался? Серьезно? — Яд сочился из голоса Тэриэнн. — Ты свободен и можешь встретить пару. Как это случилось, потом расскажу. Эмирия — наша с Иво дочь. Выводы делай сам. Все, я побежала. Если встретишь ту самую, не тупи.
Руки мужчины задрожали, и кристалл связи упал на землю. Даже в глазах потемнело.
Риан побежал обратно к фонтану, но ни девушки, ни пальмы здесь больше не было.
Зверь внутри зарычал. Ар’риан вознес глаза к небу.
— Не тупи, — пробормотал он. — А если уже?
Нос уловил цитрусовый аромат, и мужчина улыбнулся. Запах подскажет, куда направилась она. Его надежда на исцеление.
Оливия
— Мьонг, ты только тихо-тихо, ладно? Ни звука, ни шороха! И ничего не ешь!
Листья пальмы обвили ствол. Я спрятала растение в шкафу за минуту до появления грозного Эймса Коула.
— Избавилась?
— Ага-ага, — как болванчик закивала я.
— Я договорился о твоем переводе в столичную академию. Будешь учиться на факультете «Яды и противоядия».
— Но… Но, папа!
— Да-да, знаю. — Родитель меня обнял и погладил по голове. — Мне самому тяжело тебя туда отправлять, но появилась лазейка. Два года — и у тебя будет перспективное будущее.
— Это неожиданно…
И это мягко сказано. Папа всегда мечтал, чтобы я добилась высот в Лэнхоме. Только вот мне хватало и местного колорита. Тем более я папина дочка и не выживу в общежитии.
— Ты будешь жить в столичном доме, у тебя будет лимит по средствам.
— Там не будет вас с мамой, Розы с вишневым пирогом, Карла с садовыми ножницами, моей любимой Фуксии… Магистр расстроится, ведь я — его любимая адептка! Может, не стоит спешить?
— Стоит, потому что…
И тут грянул гром. Мы с отцом отскочили друг от друга и посмотрели туда, откуда раздался шум.
Все… Мне конец! Конец конечный!
Двери шкафа распахнулись, из него вывалилась одежда, изрядно прожеванная. Мьонг невозмутимо стоял на полке и махал листьями.
— Оливия Каролина Коул! — прокричал отец. — Ты мне соврала?
— Просто не все сказала, — опустила глаза. — Пап, но он же живой! Я почти нашла хозяина ему, но он…
— Решил, что не достоин великой чести содержать этого пакостника?
Я подбежала к Мьонгу и спрятала его за спиной.
— Ну ест он тряпки, и что?
— Лив, отойди. Мне хватило и его, и остальных твоих неведомых зверушек.
— Я его заберу в столицу! — выпалила и закрыла глаза.
— То есть ты поедешь в Лэнхом без всякого нытья, уговоров и слез, если я не развею это нечто?
Кивнула.
Папа хлопнул в ладоши:
— Отлично, можешь собираться. Завтра уезжаешь.
— Как — завтра? — очнулась я. — Пап! Но это же… Это же посреди учебного года!
— Ничего страшного. Нагонишь. Ты девочка умная, смышленая… Главное, не отрави там никого.
Поставила пальму на пол.
— Плохой Мьонг! — Обездвижила растение. — Подумай о своем поведении. Я к маме.
— Она со мной полностью согласна. Милая, мы тебя безумно любим, но…
— Да поняла я, поняла. Отучусь, приеду и буду создавать яды.
— Или ядовитых животных. Но к тому времени мы с мамой купим тебе дом, и там будешь творить все что душе угодно, а для нашего здоровья безопасно.
Ар’риан
Дом, к которому привел запах, стоял на окраине города, огражденный высоким каменным забором. Здесь было тихо, прохладно и пахло такой защитной магией, что просто страшно браться за колокол.
Усмехнулся и потянул за веревку.
Дзинь-дзинь…
Дзинь-дзинь…
Дзинь…
— Да хорош трезвонить! Чай, не глушня. — За воротами показалась старуха. — Чего надобно?
— Я пришел к девушке с пальмой, она хотела мне ее подарить.
— О-о, — многозначительно протянула женщина. — Сейчас у господина спрошу.
Буквально через пять минут Риана пропустили в дом. Волк стоял в холле, откуда вела лестница на второй этаж.
— Так это вы тот счастливец, который хочет это растение? А вы знаете о побочных эффектах? — Статный мужчина лет сорока наспех пожал руку оборотню и улыбнулся. — Лив вас проинформировала?
— Лив?
В груди оборотня начинал зарождаться рев. Так нежно и особенно этот мужчина произносил имя девушки.
По лестнице спускалась та самая девушка в сопровождении молодой женщины.
— Милый, ты не считаешь, что отъезд Лив — слишком поспешный?
— Отнюдь. Ума наберется да ту академию разворошит. От моей скоро ничего не останется, если ее изобретения будут появляться чаще раза в месяц.
— А как что-то новое привносить, если запрещают? — не выдержала Лив. — Здравствуйте, Ар’риан, и просите за мою бестактность.
— Вы уезжаете?
— Да, в Лэнхом, учиться. И если вы пришли за пальмой, то я ее уже не отдаю. Мьонг едет со мной. — Лицо девушки отнюдь не светилось от счастья.
Хм… Раз Риан поедет вместе с ней, то стоит сразу познакомиться с родителями и обозначить свои права.
— Мне нужно с вами переговорить. — Он пристально посмотрел на девушку.
Какие пухлые у нее губы… а как сверкают глаза… Да и грудь вздымается так, что сейчас Риан сойдет с ума, если не сделает ее своей в ближайшее время.
— При мне, — отчеканил ее отец.
— Да, вы незнакомец и говорите при нас, чтобы после не возникло никаких проблем, — добавила мать.
Волк вздохнул:
— Оливия, я не давлю, не настаиваю, но говорю прямо… Ты — моя пара, и я не отступлюсь.
— Что?! — Мама, папа и дочурка ахнули.
— Какая такая пара? — промямлила Лив.
— Да как бы не так! — рявкнул ее отец.
— Истинная, да? — с интересом спросила мать.
— Да. Единственная.
— Но у вас же… была пара… — Лив стала кусать губы.
— Я ошибся. Тэри сейчас счастлива замужем и воспитывает ребенка.
— От тебя не отделаться, да? — Кажется, и до папочки стало доходить. — Если она — твоя пара, то и ты для нее единственный мужчина. Я не готов смириться с этой мыслью. Моей малышке всего двадцать, она не готова вступить в семейную жизнь. Особенно с волком.
— Папа, — подала голос девушка. — А можно я сама решу?
— Нет. Условия. Лив доучивается…
— В любом случае сначала учеба, а потом дети.
— Учеба, свадьба, дети… И хотелось бы узнать имя будущего зятя.
Риан скривился, потому что в голосе отца семейства сквозило ехидство.
— Пап, это Ар’риан Мэрроуз, герцог Энбургский, — проговорила Лив.
Ректор академии магии задумался:
— Неплохо. Значит, у тебя есть земли, титул и ты сможешь обеспечить мою крошку. Что со стаей?
— Я оставил пост альфы и пока не готов вернуться.
— А присягу новому императору приносил?
— Еще нет. — Риан чувствовал себя как на допросе и хотел уже рыкнуть на этого невозможного мужчину, чтобы не лез куда не просят.
— Милый, он все понял. — Женщина взяла мужа под руку. — Риан, я знаю, как тяжело вам сдерживаться… Поэтому… Эймс, помолчи, пожалуйста! Поэтому мы вас благословляем! Храм будет открыт для венчания еще два часа.
— Как — венчание? Куда — венчание? Я не согласна! — взвилась Лив.
Ее мама расхохоталась:
— Детка, ты попала! Оборотни не спрашивают, они клеймят.
— А тебе откуда это известно, а? — ревниво посмотрел муж.
— Да так, знала я одну пару…
Оливия
— Пара… Да бред полный!
Я ворвалась в комнату и села на кровать. Рыжий великан вошел следом.
— Твои родители разрешили.
— Как можно выйти замуж за того, кого не знаешь?!
Мужчина сел рядом.
— Полагаю, это побочный эффект? — Усмехнувшись, он обвел взглядом пол с разбросанными платьями.
— Да, — вздохнула. — Я не знаю, что делать.
— Будь моей, Лив. Я понимаю, что ты не оборотень, и это сложно. Но мое сердце, — взял меня за руку и прижал к своей груди, — бьется только для тебя.
— А как же первая пара? А жена?
Ар’риан сжал зубы. Я видела, как он ломается, как не хочет говорить, как ладонь сжимается в кулак и наоборот.
— Я сам не понимаю, как, но у Тэриэнн получилось сломать узы парности. Но да, давным-давно я женился на сильной волчице с хорошим приданым, ожидая, что усижу на двух стульях. Но Тэри сбежала, а Арью я не смог полюбить. Ломка по паре — это неописуемое чувство. С бывшей женой у меня давно ничего нет, и уже год как я с ней официально разведен. Она встретила пару и ушла из стаи. А сейчас учуял тебя и не поверил… — Он повернулся ко мне и пальцами приподнял подбородок.
Позволила, потому что он… Он был закатом и восходом, в его глазах можно было купаться.
— Я сделаю все, чтобы быть с тобой вместе. Соглашусь на все условия, кроме одного…
— Какого? — прошептала, смотря на его губы.
— Свадьба будет, потому что ты приличная девушка, а я впервые в жизни хочу поступить правильно.
— Хорошо, — выдохнула, и мужчина меня поцеловал.
Я всегда думала о первом поцелуе. Какой он на вкус? Понравится ли? Что я почувствую?
Это было невероятно. Словно тысяча шипучих конфет взорвалась на моем языке и обдала клубничным вкусом. Ар’риан целовал так, словно пытался раствориться во мне. Его руки касались шеи…
Оторвался. Рыкнул. В его глазах я увидела волка.
— Сначала венчание, потом все остальное.
— Ты еще не выслушал мои условия…
Хотя после такого поцелуя я была согласна уже и на детей.
— Что, будут еще? — рассмеялся Ар’риан и завел прядь волос за ухо. — Какая же ты красивая.
— Хочу ухаживаний, как нормальная девушка. Хочу узнать тебя поближе, прежде чем переходить к чему-то большему.
Ар’риан зарычал, а я дернулась.
— Не бойся. Просто мы с волком в нетерпении, — улыбнулся. — То есть брачная ночь откладывается?
— Ар’риан, для меня вся эта ситуация неожиданная. Я утром только думала, как сплавить пальму и не разозлить папу. А сейчас уже при женихе и одной ногой в столице.
— Я понимаю, поэтому согласен… На все согласен. Но венчание — сегодня, метка — сегодня…
Довольно улыбнулась:
— А остальное — когда решу я.
Мне нужно было знать, что я являюсь властелином ситуации, потому что довериться незнакомцу тяжело. Но я чувствовала, что моя магия пляшет по венам, танцует на кончиках пальцев, когда он держит меня за руку. А когда целует…
— Твой запах стал другим, — хрипло пробормотал он. — Бежим.
В храм мы попали за двадцать минут до закрытия. Мама и папа были нашими свидетелями. Нас обвенчали, дали свидетельство и отпустили с миром. Перед богами, перед храмом и для всех теперь мы муж и жена.
Мама посоветовала мне отпустить предрассудки и быть счастливой. Папа же дал наставление моему супругу:
— Обидишь — убью.
— Не обижу. Я умею учиться на ошибках, и Лив будет самой счастливой женщиной на свете.
Не так я представляла свадьбу, но это лучше, чем куча незнакомых лиц.
Родители уехали домой, а мы гуляли по вечернему городу, держась за руки.
— Все, я больше не могу! — рыкнул Ар’риан, завел меня за угол и прижал к стене. — Даже поцеловать не мог нормально, пока твой отец на нас ястребом смотрел.
Хихикнула. Это точно… Папа еще дома сказал, что если я не хочу, то он поможет скрыться. Но я что, глупая, бегать от своей судьбы?
Губы Ар’риана нашли мои. Мы целовались так, словно сейчас мир рухнет, а мы останемся. Сладкий вкус его поцелуя находил отклик в моем сердце. Магия, серебристо-зеленая, ластилась к мужчине, опутывая его нитями.
— Ты признала меня, — грубым изменившимся голосом прорычал Ар’риан. — Моя!
Его рот спустился на шею, и через секунду я вскрикнула от острой боли и такого же невероятного молниеносного наслаждения. Тело затряслось, глаза сами закрылись. Лишь блаженный стон мужчины, удовлетворенное рычание и множество легких поцелуев дали понять: теперь я полноправно его.
— Моя… — шептал он. — Моя… Моя… Моя… Идем гулять, пока я не сделал то, что запрещено условиями.
Расхохоталась:
— Знаешь, если так пойдет и дальше, то, пожалуй, я в тебя влюблюсь еще сильнее.
— Если так пойдет и дальше, то я наброшусь на тебя и месяц не выпущу из постели, — проворчал он, чмокнув в нос.
Мы провели всю ночь за разговорами, смехом, узнаванием.
Первая встреча. Первый поцелуй. Свадьба. Буря чувств.
Все навсегда отпечатается во мне этим мужчиной, этими эмоциями, этой крепкой и сумасшедшей связью.
Оливия недолго мучила супруга и первую брачную ночь устроила в столице, как только они расположились в недавно купленном столичном доме герцога.
Спустя два года Лив закончила академию и родила близнецов, чем несказанно порадовала родителей. Папа отчего-то ожидал внуков раньше.
Пост альфы стаи так и занимал друг Риана, Виттор. Герцог же состоял в Совете императора Киллиана Мудрого, так его называл народ.
Как ни странно, но Оливия подружилась с Арьей, а с Тэриэнн только вот собирается встретиться. За это время сестра Виттора не приезжала в Лиссард, но Лив с ней общалась по кристаллу. Ей было необходимо убедиться, что девушка не имеет видов на ее мужа.
Ар’риан души не чаял в супруге и детях.
Лив однажды даже пошутила, что здорово было бы, если бы ее мальчишки стали парами дочек Арьи и Тэри. Риан ужаснулся при мысли о подобном.
Счастье — оно в любви.
Особенно если жизнь дает шанс, а ты его не упускаешь.
И делаешь все, чтобы быть с любимой и единственной.