Глава 14. О жаре, внутри и снаружи

Пляж, на котором мы оказались, был точной копией того, где мы с Дрейком уже бывали. Ну, то есть правильнее будет сказать, что тот пляж в луамаоли был точной копией этого реального острова. Совсем небольшой, с белоснежным песком и голубой водой, такой яркой, что она казалась какой-то нереальной, ненастоящей.

Я вдыхала морской воздух полной грудью, чувствуя, как счастливая улыбка расползается по лицу.

Для меня запах моря сродни запаху свободы. Бесконечные морские просторы, от которых глаз не хочется отрывать. Ветер, дующий в лицо. Расставить вот так руки в стороны навстречу этой морской свободе и просто наслаждаться, наслажда-а-аться, впитывать в себя каждый момент…

Я освободила волосы от заколки, и теперь ветер трепал их в разные стороны. Я, наверное, на добрую минуту так и зависла у самой кромки воды, зажмурив глаза, расставив руки в стороны и просто наслаждаясь тем спектром эмоций, который можно испытать только на берегу моря в жаркий день.

А когда открыла глаза, увидела, что Дрейк стоит рядом и смотрит на меня со странным выражением лица.

— Что? Что-то не так?

— Любуюсь тобой, — просто ответил Дрейк.

Потом повернулся к морю и добавил негромко:

— Тоже обожаю это чувство порывистого ветра в волосах на берегу моря.

— Да у тебя вообще глаза горят фанатичным огнем, когда ты на море смотришь, — заметила я.

— Сейчас у меня в принципе глаза горят фанатичным огнем. Потому что ты рядом.

Я смущенно улыбнулась, не зная, как реагировать на такую прямоту. Дрейк вообще, конечно, был тот еще мастер выбивать у меня почву из-под ног какими-нибудь простыми прямыми фразами. Они меня одновременно вдохновляли, смущали, нервировали и заставляли мое сердце биться чаще.

Я привыкла к неприкрытой лести и красивым витиеватым речам. А вот к такому простому и честному "потому что ты рядом" не привыкла вовсе.

В смешанных чувствах перевела взгляд в сторону пальм, куда Дрейк махнул рукой.

— Может, желаешь чем-нибудь перекусить?

Там, под пальмами было организовано симпатичное место отдыха: под навесом из легкой струящейся ткани нежного бежевого цвета на песке было расстелено большое покрывало, на котором стоял большой серебряный поднос с фруктами. Очень уютное место получилось.

— Райкху помогла зону отдыха организовать? — спросила я, оглядываясь по сторонам в поисках медузы, но нигде не увидела фамильяра.

— М-м-м, нет, Райкху тут сейчас нигде рядом нет, и она не появится, пока я ее не позову. В этот раз я сам справился, — усмехнулся Дрейк.

— Сейчас? За пару минут? — с сомнением хмыкнула я, забираясь под своеобразный балдахин.

Здесь еще и маленьких цветастых подушек было немерено. На одну такую я и плюхнулась, с любопытством оглядываясь по сторонам

— На самом деле тут уже всё так и было, — обезоруживающе улыбнулся Дрейк. — Я часто отдыхаю на этом острове, ну, по возможности. Люблю создавать уют везде, где нахожусь. Солнце здесь жарит нещадно, без навеса тяжело долго находиться на пляже, а поваляться в тени с комфортом иногда очень хочется. Здесь никого нет, остров необитаемый, поэтому и убирать за собой смысла нет. Весь остров в моем распоряжении.

— А фрукты в миске стоят совсем свежие, — заметила я, как раз сорвав с ветки одну виноградинку, оказавшейся очень вкусной. — Как будто только сегодня утром сорванные.

— Пара заклинаний, поддерживающих свежесть пищи, ерундовая бытовая магия, — пожал плечами Дрейк, усаживаясь напротив меня на цветастое покрывало.

Я лишь скептично хмыкнула.

Ну-ну, так я и поверила. Больше было похоже на то, что Дрейк все заранее подготовил в надежде на то, что получится меня сюда завлечь. Особенно толсто на это намекали маленькие красные цветочки, вьющиеся по опорным столбам, на которых крепился навес. Очень романтично выглядело. И слабо походило на уют, который командор создавал бы для себя одного.

— А гитара для кого? Райкху играет? — спросила я, усевшись на плед и взяв в руки инструмент, который лежал тут в цветастых подушках.

Не удержалась от того, чтобы провести по струнам и сыграть незамысловатый мотив.

— Это я иногда побренчать люблю, на пару с Райкху как раз, она везде носится со своей гитаркой, которую я сам же для нее как-то и смастерил… О, а ты тоже умеешь играть? — удивился Дрейк, глядя на то, как уверенно я перебираю струны.

— Ну да. У меня много родственников, умеющих играть на разных музыкальных инструментах, в нашей семье принято обязательное музыкальное образование. Я пробовала на фортепиано, скрипке, но мне больше простая акустическая гитара по душе.

— А можешь сыграть мне что-нибудь? — выпалил Дрейк. — Ну… Если ты не против, конечно… Если стесняешься, я не буду настаивать…

Я громко фыркнула.

Стесня-я-яешься. Вот сразу понятно, что человек меня плохо знает, ага. Потому что все, кто знают меня хорошо, в курсе, что со стеснением у меня в принципе по жизни проблемы, а уж если говорить о пении, так это я всегда только за! Петь и играть на гитаре я очень любила и делала это с большим удовольствием. Никогда этого не стеснялась и вкладывала в процесс всю свою душу, когда было подходящее настроение. Сейчас оно как раз было такое — спокойное, расслабленное… Сердце только билось чаще положенного, но это не от смущения — это от присутствия Дрейка рядом, от его внимательного выжидающего взгляда.

— М-м-м, о чем спеть?

— А о чем у тебя сейчас душа поет? — с улыбкой спросил Дрейк.

— О чем поет душа… — задумчиво повторила я, продолжая перебирать гитарные струны.

Смотрела в морские дали, на красивое голубое море и еще более яркое голубое небо с плывущими по нему лохматыми облаками. И пела о море. Вот уж о чем, а о море всегда поет моя душа. Не знаю, почему, вроде я даже не водный маг-стихийник… Но на морском побережье меня всегда охватывал такой невероятный восторг, что песни лились из меня сами по себе, на волне необычайного вдохновения.

И я словно бы "рисовала" море, выводя музыкальный узор. Песня моя была больше похожа на колыбельную — такая же нежная, с тягучей мелодией…

[*примечание автора: очень рекомендую вам послушать песню группы polnalyubvi "Я рисовала море", чтобы больше проникнуться атмосферой сцены. В моем воображении именно так могла бы играть и петь Агата]

Я пела с безмятежной улыбкой на устах, жмурясь от той гармонии, какая сейчас окутала меня подобно плотному кокону.

Мне сложно было быть объективной к своему голосу, но мои близкие люди всегда говорили, что я красиво пою. Не знаю, насколько это правдиво, да и я никогда не беспокоилась о мнении окружающих, если честно. Всегда пела, просто потому что петь хотелось, и неважно, насколько хорошо у меня это получалось. Главное — что с душой.

Но почему-то именно от Дрейка мне очень хотелось услышать похвалу…

Поэтому когда я допела и сыграла завершающий аккорд, то даже не сразу подняла взгляд на своего единственного слушателя, потому что очень боялась увидеть скептичное выражение лица.

Дрейк молчал. Долго так, не шевелился даже. Так и сидел напротив меня скрестив ноги, опираясь назад руками. Я даже рискнула всё-таки посмотреть на него и столкнулась с очень задумчивым взглядом.

— Ты как-то подозрительно долго молчишь, — нарочито веселым голосом произнесла я. — Настолько ужасно пою, да?

— Напротив, — качнул головой Дрейк, не сводя с меня тяжелого взгляда. — Я, кажется, немного загипнотизирован.

— Песней? — улыбнулась я.

— Тобой в целом, — произнес Дрейк. — У тебя такой красивый голос, Агата… Я и не думал, что ты так умеешь… Мало того, что ты сама по себе прекрасна, а еще и поешь волшебно и играешь хорошо… Если бы не знал, что ты реальный человек, подумал бы, что ты мне просто снишься. Знаешь, в тебя слишком легко и просто влюбиться, — добавил Дрейк с лукавой улыбкой. — А твой ласковый голос можно использовать в качестве оружия массового поражения мужских сердец. Слушай, а как ты вообще отбиваешься от поклонников, когда начинаешь петь во дворце?.. Мне кажется, там вокруг тебя при этом надо защитный барьер каждый раз возводить, чтобы как-то отбиваться от желающих пасть к твоим ногам, хм?..

Я рассмеялась, повеселев и расслабившись.

Не могу сказать, что падка на лесть, но услышать эти слова из уст Дрейка было как-то особенно приятно. Совсем не так приятно, как если услышать похвалу от брата, например.

— Уф-ф-ф, а я уж подумала, что тебе не понравилось…

— Что ты, — замотал головой Дрейк. — Ровно наоборот!.. Спасибо за такую красивую "музыкальную паузу", Агата. Вот только есть одна проблема…

— Какая?

— Теперь уже я постесняюсь играть тебе на гитаре, потому что я в этом не так хорош, как ты, — картинно вздохнул Дрейк. — Ну вот, так готовился, собирался петь прекрасной леди серенаду, а вместо этого сам выпросил персональный концерт…

— Ага, всё-таки готовился, — с хитрым прищуром глянула я на Дрейка.

Тот, если и смутился, то вида не подал.

— Ну да. С прошлой нашей прогулки в луамаоли только и думал о том, что надо бы сыграть для тебя что-нибудь эдакое, чтобы я сразу запал тебе в сердце…

— Слушай, в кого ты такой прямолинейный, а? — со смехом спросила я. — Твоя манера разговаривать периодически вводит меня в полный ступор.

— Сам в себя пошел, хм? — ослепительно улыбнулся Дрейк.

— Ну-ну, как же!.. Слушай, а кто твои родители? Где они сейчас? Расскажи немного о своей семье. Я почти ничего о тебе не знаю, а вот ты обо мне знаешь сильно больше… Так не честно!

Взгляд Дрейка как-то мигом потух, и он отвернулся.

— Надеюсь, они стали частью моря…

— В смысле?

— Их убили, Агата. Много лет назад.

— Ох… Прости, пожалуйста, — тут же смутилась я, ругая себя за бестактность. — Не хотела затрагивать больную тему…

Дрейк натянуто улыбнулся.

— Ничего. Это было очень давно, они погибли, когда я был совсем юным мальчишкой.

Меня распирало сейчас от вопросов. Потому что родители не просто "умерли" и даже не "погибли", а именно "их убили". Кто? Почему? И откуда у Дрейка такая уверенность в этом? Что там произошло много лет назад?..

Но вслух я сказала только с тяжёлым вздохом:

— Сейчас, наверное, не лучший момент, чтобы выспрашивать подробности…

— Да уж, — усмехнулся Дрейк. — Я расскажу тебе об этом как-нибудь позже, хорошо? Сейчас не хочется портить настроение, когда ты рядом. Когда хорошо уже просто рядом с тобой.

Некоторое время мы просто общались на отвлеченные темы, и я как-то быстро переключилась с мыслей про родителей Дрейка. Тем более что он рассказывал такие увлекательные истории, которые случались с ним и его командой на борту корабля, что я прямо-таки слушала с открытым ртом.

А на гитаре Дрейк всё-таки сыграл. Исполнил романтичную песню, и теперь уже я зависла, слушая проникновенный голос этого мужчины, который продолжал оставаться для меня загадкой — но такой манящей, такой притягательной загадкой, что совершенно не хотелось сопротивляться его обаянию…

[*примечание автора: рекомендую вам послушать песню группы SYML "Where's My Love", в моем воображении именно так мог бы играть и петь Дрейк]

Когда Дрейк пел, у него было какое-то особенно одухотворённое лицо. Взгляд такой рассеянный, отрешенный. Мечтательный. Он всей своей сущностью излучал гармонию и умиротворение, в которых мне хотелось купаться, как в самом теплом и ласковом море на свете…

Ай, кажется, я влюбилась по уши. В этот сладкий голос, поющий о любви… А еще я глаз не могла оторвать от рук Дрейка, когда он играл на гитаре. От его ловких длинных пальцев, быстро перебирающих струны… Кажется, кто-то здорово прибеднялся, когда говорил, что он в игре на гитаре "не так хорош", как я.

Потом мы гуляли по пляжу, разговаривали, шутили, смеялись… Весь островок так обошли где-то за полчаса — он действительно оказался совсем маленьким, но уютным и симпатичным. Впрочем, для меня местные красоты сейчас ушли на второй план, я только и делала, что неприкрыто любовалась Дрейком. Ну а что? Он тоже мной открыто любуется, и я хочу!..

Мне… было очень приятно вот так вот быть рядом с этим мужчиной. Хорошо и спокойно, ну разве что сердце билось взволнованной птицей в грудной клетке каждый раз, когда Дрейк переплетал наши пальцы и сильнее сжимал мою ладонь.

Вроде бы простые прикосновения, да? Но столько в них было вложено искренних эмоций, искренней жажды тактильного контакта, что у меня каждый раз перехватывало дыхание, а внутренне я вся дрожала как осиновый лист на ветру…

И эта интенсивность эмоций начинала меня пугать.

Наверное, именно в попытке куда-нибудь "убежать" от собственных эмоций я решила "сбежать" в море.

— Ты не будешь против, если я немного поплаваю? — спросила в один момент. — Здесь… Довольно жарко. Я бы окунулась.

Солнце действительно жарило нещадно на безоблачном небе, но в первую очередь пожар пылал внутри меня, и я отчаянно хотела его затушить, пока не поздно. Что я подразумевала под этим "пока не поздно", саму себя старалась не спрашивать.

— Почему я должен быть против? — улыбнулся Дрейк.

Сам он остался на берегу, а я плавала очень долго, дорвавшись до любимого купания. Вода такая тёплая, обволакивающая… Да-а-а, это вам не лакорские ледяные озера, конечно.

В общем, мое "немного поплаваю" обернулось продолжительным таким заплывом. Не знаю даже, что именно я хотела затушить в себе водой… Нет, знала на самом деле, только боялась себе в этом признаться. И на берег выйти обратно к Дрейку боялась, ага. Я, пожалуй, вообще немного боялась его… Его непредсказуемости, его откровенности. Чего только стоил его прожигающий взгляд мне в спину, когда я заходила в воду…

На пару секунд стало немножко стыдно за то, что уже в который раз мелькаю перед этим мужчиной то в нижнем белье, то в купальнике. Можно было подумать, что я нарочно только и делаю, что виляю бедрами перед этим ди Верном…

Но потом я махнула на этот дурацкий стыд рукой. Наше с Дрейком общение с первой же секунды вышло за рамки формального общения, глупо и уже бесполезно пытаться вернуть его в эти самые рамки формальности и "приличия". В конце концов, Дрейк сам кинулся вытаскивать меня из лакорского озера, сам прервал мое купание, никто его не просил это делать. Ну вот, а теперь я хочу "закончить начатое".

Вдоволь накупавшись, я выбралась на берег, чуть ли не мгновенно высохнув на палящем солнце. Накинула на плечи халат и поспешила в тень, к Дрейку, который устроился в этом своем уютном месте для отдыха. Песок был такой горячий, что добираться до спасительного укрытия от солнца пришлось бегом.

— Хорошо-то как, — протянула я, счастливо жмурясь и с удовольствием вытягиваясь на цветастом покрывале.

Меня так расслабило и разморило после теплого моря… Хотелось просто лежать и счастливо улыбаться непонятно чему.

А здесь, под балдахином было прохладнее, чем снаружи, и дышалось сильно легче. Вряд ли тонкая легкая ткань могла защитить от жары, видимо, это Дрейк постарался, применив подходящие бытовые чары, чтобы здесь было комфортнее отдыхать.

— Да… Не то слово как хорошо, — задумчиво произнес Дрейк.

Только голос у него при этом был какой-то странный, надтреснутый. Я открыла глаза и увидела, как Дрейк садится рядом со мной, полулежа, опирается на одну руку.

И снова этот его взгляд. Такой жгучий, что мурашки побежали по телу.

Во рту резко стало сухо, и я облизнула губы. Дрейк проследил за этим жестом с жадностью человека, который даже не пытался скрыть свои желания и намерения.

— А ты сам… искупаться не хочешь? — попыталась я как-то отвлечься сама и отвлечь от себя Дрейка. — Так и сидишь в камзоле… Тебе на жарко разве?..

— Сейчас я хочу совсем другого… — низким глубоким голосом ответил он.

Двусмысленность его слов подчеркивал не только его голос, но и длинные пальцы, кончиками которых Дрейк медленно вел по моей руке — от запястья и выше, к плечу, вызывая у меня невольную дрожь во всем теле.

— …и никакой камзол не помешает мне доставить тебе удовольствие, если я себе позволю ласкать тебя так, как сейчас хочу, — прошелестел Дрейк, не сводя с меня глаз.

Ай-яй, как у меня поплыло внимание после этой фразы…

Но мозг, видимо, хотел себя добить окончательно и при этом был в сговоре с языком, потому что я зачем-то шепотом спросила:

— А как ты хочешь сейчас меня ласкать?

Кто мне подскажет, где был мой мозг в тот момент, когда я задала этот вопрос? Вот и я не знаю. Потому что Дрейк начал отвечать, и отвечал он так многословно, и слова его были так порочны, что у меня уже не только щеки пылали от стыда — кажется, я вся, целиком, полностью пылала, горела от внутреннего жара.

Сложно было выдерживать прямой взгляд, и я прикрыла глаза, часто-часто дыша, растворяясь в ощущениях и слушая шепот Дрейка. Этот хаасков змей-искуситель ди Верн точно знал, какими речами полностью меня дезориентировать и сдаться без боя.

— Хочу слышать, как ты выдыхаешь мое имя, когда находишься на грани, — шептал Дрейк мне на ухо, прихватывая губами мочку уха. — Хочу видеть лихорадочный блеск в твоих глазах и чувствовать дрожь твоего тела подо мной…

Он всего лишь гладил меня кончиками пальцев по руке, по плечам, по ключице, всего лишь дурманил меня откровенными словами, но всё это вместе заводило меня так сильно, что я с трудом сдерживалась от того, чтобы самой не накинуться на Дрейка. Внизу живота разливалось тепло, и сохранять спокойствие было уже решительно невозможно. Особенно когда длинные пальцы стали медленно стягивать с моих плеч лямки купальника.

— Почему ты такая красивая, Агата? — тихо шептал Дрейк, заглядывая мне в глаза и находясь в каком-то сантиметре от моих губ. — С ума меня сводишь…

Ой, можно подумать, он сам меня с ума не сводил!! Вот как раз-таки сводил — своей неторопливостью. Он прямо-таки медленно поджаривал меня нетерпением, кружил вокруг моих губ, опаляя горячим дыханием, зарываясь пальцами в мои влажные волосы. Уже даже без поцелуев доводя меня до той стадии разжижения мозга, когда со мной можно было делать что угодно.

Но долго эту пытку неторопливостью я выдерживать не смогла.

— Поцелуй меня, — шепнула я так тихо, словно бы надеялась, что Дрейк не услышит.

Но он услышал. И просить дважды не пришлось.

Он с жадностью впился в мои губы, и от его осторожности и невесомых ласк мигом не осталось и следа. Как будто своей просьбой о поцелуе я сорвала некий его внутренний стоп-кран, и Дрейк буквально обрушился на меня всей своей страстью вперемешку с нежностью. Он целовал так неистово, так жадно, теперь уже не давая мне ни секунды передышки. Головокружительные поцелуи сменялись нежными покусываниями, и с моих губ невольно слетел тихий протяжный стон, когда Дрейк ощутимо прихватил зубами нежную кожу шеи.

Мои руки уже жили своей жизнью и торопливо избавляли Дрейка от одежды, которой на нем было непозволительно много.

Да, я хотела вкусить этот сладкий запретный плод по имени "Дрейк ди Верн". Потому с удовольствием провела ноготками по его обнажённой спине, притягивая к себе ближе, углубляя поцелуй. Позволяя себе наконец полностью расслабиться и отключить голову… Позволяя себе сдаться, довериться сильным рукам Дрейка, который явно знал, как быстро и качественно довести меня до исступления и заставить выдыхать его имя очень много раз.

* * *

[примечание автора: эта книга позиционируется без "взрослого" рейтинга и таковой останется. Но по многочисленным просьбам читателей могу "развить тему";))

Сегодня позже выложу отдельно рассказ с вырезанными сценами к этой истории. Выложу здесь же, на моей странице (для этого нажмите на мое имя, и вам высветится список книг, прямо под этой книгой позже появится рассказ). Эпизоды с рейтингом 18+ будут там. Это бонус читателям, знаю, что не всем это нужно, поэтому выношу отдельно за рамки книги. Кому не нужно — продолжаем читать дальше тут историю, новые главы будут также выходить стабильно по утрам ❤️]

* * *

На этом тихом безлюдном пляже мы провели не просто пару часов, а задержались до самого вечера… Ну, точнее до местного вечера, так как солнце на юге садилось рано.

Кто бы знал, как мне не хотелось возвращаться…

В голове была сахарная вата, не иначе. Я глупо улыбалась, подставляя щеки под поцелуи Дрейка, который обнимал меня так крепко, гладил по волосам так нежно…

Мы стояли с ним в обнимку на заднем дворе нашего императорского дворца в Лакоре. Вернее, стояли мы за оградой, в шаге от тайных ворот дворцовой территории, откуда и уходили. Я могла бы и сама телепортироваться, без Дрейка, но он посчитал нужным проводить меня до самых ворот, убедиться в моей безопасности… да и заодно в сто тысячный раз поцеловать меня, да.

Вот так мы и стояли, обнявшись, совершенно не способные отлипнуть друг от друга. Я украдкой поглядывала в сторону дворца, но никого из родственников, хвала небесам, не видела. Почему-то очень не хотела, чтобы кто-то из близких сейчас наблюдал за нашим с Дрейком единением, за этими вот минутами тоскливого счастья от нежелания расставаться.

Чувствовала себя какой-нибудь важной шишкой, которая хочет оставить любовника своей тайной, честное слово.

А, постойте… Я же такой шишкой и являюсь, да?.. Ар-р-р…

А так вообще бывает — чтобы мужчина вызывал такие яркие эмоции? Чтобы сердце трепетало от каждого прикосновения, а дурная улыбка упорно прилипла к лицу и наотрез отказывалась становиться меньше? Я даже не думала, что с мужчиной может быть так хорошо, так легко и свободно…

— Ты какой-то нереальный… — шептала я, чувствуя, что продолжаю плавиться в тесных объятьях и совершенно не хочу выныривать из этого ватного облака.

Дрейк усмехнулся.

— Так уж и нереальный?

— Вообще-е-е…

— Поверь, всё, что сейчас происходит между нами, абсолютно реально и происходит по-настоящему, — широко улыбнулся Дрейк.

Потом правда его улыбка поблекла, и он со вздохом произнес:

— Что ж… Мне всё-таки пора отчаливать. Дела действительно ждут, и море зовет. Надеюсь на скорую встречу с вами, Ваше Высочество.

— Сладчайшее Высочество? — с улыбкой уточнила я.

— Самое сладкое и желанное на свете, — расплылся в улыбке Дрейк.

Он нагнулся, касаясь легким поцелуем уголка моих губ. Шагнул назад, медленно отпуская мои руки, до последнего словно бы "цепляясь" за пальцы, задержавшись на их кончиках.

Короткий тяжкий вздох, взгляд — такой отчетливо тоскливый и в то же время — полный надежды.

— До встречи, Агата, — шепнул Дрейк. — Я свяжусь с тобой позже, как только смогу связаться. Но, кажется, я уже скучаю.

Он шагнул в телепортационную воронку спиной, до последней секунды не сводя с меня глаз, пока телепортация не завершилась, и воронка не исчезла с тихим хлопком.

Я обхватила себя руками за плечи и с минуту, наверное, просто стояла, глядя в пустоту, с глупой улыбкой на лице. На улице было морозно, но мне было жарко, в первую очередь от внутреннего жара, который теперь, кажется, надолго был со мной. Как и все то, что произошло на пляже. Вся та сладкая нежность, безумная страсть, голодные поцелуи и судорожные вздохи наслаждения… По телу до сих пор разливалась сладкая истома, а на губах остался медовый вкус поцелуя. Давно я не чувствовала себя такой легкой и счастливой, если честно… За спиной будто бы расправлялись невидимые крылья.

А когда я развернулась, то увидела неподалеку за решетчатой оградой Финеаса, спрятавшегося в пушистых ветвях голубой ели. Ну как — спрятавшегося… Голову-то он прекрасно спрятал, поглядывая за мной между веток, а вот ноги предательски торчали, выдавая "шпиона" с головой. Видимо, Финеас решил приглядеть за мной и тирольцем на всякий случай. Правильно делал, в общем-то, но лишь бы не болтал об этом направо и налево.

— Ты ничего не видел, — сказала я, поравнявшись с ним и даже не оборачиваясь в сторону рыжеволосого паренька.

— Так точно, Ваше Высочество! А что именно я не видел?.. — с самым невинным видом уточнил он, хотя глаза выдавали его с головой.

Я хмыкнула и молча последовала в сторону дворца, слыша торопливые шаги слуги за спиной.

— Умничка, Финеас. Далеко пойдешь.

— Благодарю, Ваше Высочество! — бодро отозвался Финеас. — Главное — чтобы не "лесом пойдешь"!.. Не люблю ходить лесом, вы уж меня поймите, там волки, там страшно, и вообще…

— Финеас!

— Молчу-молчу…