Глава 2

Я стояла у своего шикарного шкафа с зеркальными створками до самого потолка. На мне было маленькое чёрное платье. То самое, которое должно быть у каждой женщины, по мнению Коко Шанель. Только моего платья была половина. Слишком короткое, без рукавов и декольте глубокое. Под платьем чулки и трусики. Бюстгальтер не был предусмотрен.

Развратно, но Муля так восхищалась, что я её послушала и решила пойти на её вечеринку именно так.

А что? Блесну красивой фигурой.

В зеркало на меня смотрела потрясающая девчонка.

— Мейкап от Мули, — повела бровями Ульяна. — Учись, пока я рядом.

Да, не поспоришь. Макияж она умела делать. Я, как с обложки журнала. Причёска такая небрежная со спадающими светлыми прядями у лица. Губы бантиком, глазки серые, томные.

— Сфоткай меня, — попросила я, протягивая Муле свой телефон. — Пашке Кобелю пошлю.

— Кто такой Пашка? — напряглась Муля.

— Женишок.

— А как же Амин Аскеров? — удивилась Муля. — Так за тобой ухлёстывает.

Ухлёстывает. Это Амина Ульяна обматерила, когда он пытался со мной познакомиться.

— Ну, нафиг, — скривилась я, вспоминая огромную чёрную фигуру торговца шашлыком.

Я отмахнулась и стала позировать на камеру, принимая самые красивые позы, как фотомодель.

— Амин мне тоже не нравится, — улыбнулась я во весь рот. — Не интеллигентный.

— Как говорит Элла: "Мужики это одни грабли только с разным черенком".

Я покраснела и стала хихикать, а Муля, как деловая, да опытная, молчаливо улыбалась.

Она вызвала такси и долго выбирала в моей прихожей, где я пока ещё не сделал ремонт, что мне накинуть. Выбрала пальто, в котором я в школу ещё ходила. Чёрное, простое.

— Классика, — Муля оценила меня взглядом и вручила маленькую серебристую сумочку. — Ириска, ты невероятна хорошенькая.

Она поцеловала меня, но не губами, а прислонилась щекой к щеке, чтобы блеск на губах остался, и макияж не испортился.

— Поехали? — я вдруг поймала кураж. Захотелось гульнуть.

Мы вышли из квартиры. Я закрыла дверь.

У меня первый этаж. Это связано с тем, что я панически боюсь лифтов, и любого замкнутого пространства. И у отчима работаю на первом этаже. А сам Дмитрий Евгеньевич сидит на четвёртом, и мне иногда приходится бегать по лестницам вверх, если он вызывает.

Такси стояло прямо у подъезда. Мы сели на заднее сидение, не успев замёрзнуть.

— Срази там всех наповал, — пожелала мне Муля и назвала водителю адрес.

Мы полетели по вечерним улицам большого города. От нас вкусно пахло, мы выглядели, как участницы конкурса красоты, и старый водитель такси частенько заглядывал в зеркало заднего вида, чтобы полюбоваться нами.

Такси свернула между старыми постройками в историческом центре. Подъехало к шлагбауму. Муля вытолкала меня на улицу.

— Иди прямо, Элла встретит. Удачи, Ирен! — Ульяна мне подмигнула и, закрывая дверцу, строго сказала водителю, — в аэропорт.

Была Ириской, стала Ирен. Вроде билет на поезд, а поехала в аэропорт. Странно всё это.

Муля действительно с секретом.

***

Я проводила такси взглядом.

Мороз крепчал. Ледяной ветерок поддувал под подол пальто. Я на каблуках быстро погарцевала прямо, чтобы не замерзнуть.

За моей спиной поднялся шлагбаум, и медленно ехала чёрная машина с тонированными окнами. Никого в ней не было видно, но я чувствовала пристальный взгляд.

Мне стало неуютно. Я ухватила ворот пальто, чтобы прикрыть открытую шею и поспешила.

Впереди показалась парковка и красивый вход в здание. Похоже на дорогой отель. Кругом шикарная иллюминация. При входе ковровая дорожка. Три молодых человека в красных пиджаках, под цвет дорожки. Два парня занимались машинами, направляя водителей. Один встречал гостей у входа.

Рядом с ним переминаясь с ноги на ногу, стояла девица плотного телосложения. Лет двадцать пять на вид. Симпатичная на лицо, но телом поплывшая. На её плечах была накинута норковая шуба. Она уставилась на меня карими глазами и улыбнулась силиконовыми губами.

Если бы я не знала, что Элла подруга Мули, то подумала бы, что это проститутка ищет клиента. Уж больно взгляд поскудный.

— Ира? — поинтересовалась она.

— Да, — я подошла ближе, наткнулась на внимательный, изучающий взгляд швейцара.

— Я Элла, — она взяла меня за руку. — Ну и лицо у тебя, — она противно усмехнулась. — Ты совершеннолетняя?

— Конечно, паспорт показать? — надоело, что все спрашивают о моём возрасте.

— Не надо, — она провела меня через стеклянные двери.

Мы очутились в вестибюле. Современная обстановка, запахи вкусной еды и приятная музыка.

Это действительно был отель. Но какой-то закрытый что ли. Наверх вела лестница, там висела красивая вывеска, украшенная белыми цветами. «Номера».

А справа от гардероба и стойки регистрации были открыты двустворчатые двери в торжественный зал.

— Слушай внимательно, — шептала мне на ухо Элла. — Вечеринка непростая. Здесь важные господа, но многие с жёнами. Так что ты в оба смотри. Ходишь только со свободными. В номера только с моего разрешения.

— В смысле номера? — осипшим голосом спросила я.

Но Элла словно не услышала моего вопроса. Помогла мне снять пальто и тихо спросила:

— Ты поёшь?

— Да, да, — я суетливо кинула номерок в свою сумочку и достала флэшку. — Здесь музыка. Четыре композиции.

— Тогда ходи, всем улыбайся, на сцену позову, — она забрала мой накопитель и, по-деловому взяв меня под руку, повела в зал.

***

— Пётр Олегович, Ирен замечательная! Она сегодня будет петь, — Элла всунула мою руку насильно старому потасканному мужчине.

Типичный бизнесмен. Запущенность в теле, крысиные глазёнки. Седина плохо закрашена. Костюм впритык, видимо набор весовой массы шёл ни по дням, а по часам.

У мужика слюна выступала, как я ему понравилась.

Я оторопело отстранялась от него, натянуто улыбаясь.

— Ирочка, — блудливо промурлыкал старый ловелас, целуя мне руку. — Чем вы интересуетесь? — Он противно рассмеялся и добавил, — кроме денег.

— Музыка факультативом, — ответила я.

Вспомнила, что говорила Муля. Надо вести себя, как гостеприимная хозяйка. Это сложно. Но я попробовала расслабиться.

Зал был большим. Играл квартет на сцене в ярком свете прожекторов. Всё остальное помещение освещалось скупо. У шведских столов, стилизованные под сакуры, сияли маленькие светильники.

Были столики с диванами, а ещё игральные столы, где с дамами расселись взрослые мужчины. Там, над столешницами светили жёлтые лампы.

— Как мило, Ирочка, — шептал мне Пётр Олегович и сквозь его дорогой парфюм пробивалась козлиная вонь. — Пойдём, я познакомлю тебя с молодыми и перспективными бизнесменами.

Он повёл меня в сторону, где было организовано место для курящих. Шумела сильная вытяжка. Диванчики обитые багровым бархатом. Около них стояли красивые урны, похожие на вазы.

И тусовался золотой молодняк.

Молодые люди, естественно старше меня намного. В дорогих костюмах. Курили только трое, ещё трое на скамейке запасных, дышали свежим никотином.

Звуки оркестра здесь были приглушёнными. И хорошо было слышно ржание молодых жеребцов.

— Сегодня особенно красивые девушки, — донеслось до моего слуха. Говорил молодой человек в странном костюме, похожем на цыганский.

— Нет, спасибо, — хрипло отозвался высокий высокий мужчина в костюме цвета хмурого неба. — Мне продажная любовь не нужна. Лучше съездим до тира.

— Зря, зря, — влился в компанию Пётр Олегович. — У Эллы просто потрясающий выбор.

Он грубо и нахально подтолкнул меня в центр отдыхающей компании. При этом руку не выпустил из своих пальцев. Выставил меня напоказ. Покрутил, как в танце, и приковал к себе.

Мужчина в сером костюме, которому не нужно любви продажной…

Мама… мамочка!!!

Любовь то продажная!

— Да-а, — протянул цыганский барон. — Эскорт сегодня отличный.

Перед моими глазами пролетела платная учёба, квартира и карманные деньги. Ещё работа в крупной компании. Все блага моей жизни помахали мне ручкой и прихватили с собой Пашу К.

Отчим меня повесит. И никого не волнует, что я загремела сюда случайно.

Эскорт!!!

Я резко выдернула свою руку у мерзкого старикашки.

— Вы ошиблись, — возмутилась я, чувствуя, дрожь в коленях.

Вжикнул чей-то телефон. Меня сфотографировали.

Я резко посмотрела на фотографа.

Этот мужик в сером костюме с хищной улыбкой на губах уставился на меня серо-жёлтыми глазами. Змеиными, холодными.

— А папочка узнает, — утвердил Демьян. — Это попадалово, Ириска.

Я уставилась на него.

Узнать сводного брата было сложно. Он стал мужчиной. Изменился, вырос и в плечах раздался. На лице выступили острые, высокие скулы, что прятало в тень его злые глаза.

Мои чувства были противоречивыми. Вначале я его испугалась и подумала, что меня закатают в ковровую дорожку. Потом полегчало — я не одна в этом аду. А ещё через мгновение в голове всплыли детские воспоминания, и я осознала, что попала круче, чем с эскортом.

А всё потому, что Демьян Дмитриевич очень хитрый, злобный и злопамятный. За то, что пришлось ему уехать из дома, он меня не просто сдаст, он меня уничтожит.

Я стартанула на короткую дистанцию с препятствиями в виде моих каблуков. Я так бежала, как никогда.

Всё! Мне конец!!!