Глава 40

Лада

Честно признаюсь себе – устала. Маму начинаю понимать еще лучше. Тяжело работать с детьми. А когда еще попадаешь в ночные смены, где надо в оба глаза следить за старшими, начинаешь засыпать на ходу. Но это все мелочи в сравнении с кайфом от получения своих первых заработанных денег. Вчера нам перевели аванс, и мы с Томой решили его обязательно отметить. Тем более впереди выходные. И Толмачев затерялся в неизвестности. Если бы глупое сердце еще прекратило беспокоиться по этому поводу, было бы просто замечательно. Но мой самостоятельный орган продолжает тоскливо сжиматься от одной лишь мысли об этой сволочи.

Умывшись теплой водой, выхожу в коридор и ёжусь от холода. Дверь открыта. Наш дворник вместе с охранником и двумя парнями в синих комбинезонах заносят картонные коробки, заклеенные скотчем. Люся разгоняет любопытную малышню, чтобы не простыли. Ловлю двоих мальчишек за рубашки и тоже увожу в сторону.

– Что это? – киваю на очередную партию коробок.

– Спонсорская помощь, девочки, – к нам подходит Мария Витальевна, совмещающая в себе функции и бухгалтера, и отдела снабжения, и завхоза. Активная, бойкая женщина с пропеллером в одном месте.

– Новый, что ли, кто? – хмурится Люся.

– Да, какой-то клуб. Сейчас… – водит пальцем по накладным, – Либерти. Знаешь таких?

– Клуб? – удивляется Люся. – Я похожа на завсегдатая ночных клубов? – приподнимает бровь наш воспитатель.

– Это мотоклуб, – вырывается у меня. – А чья подпись там стоит? – с бешено колотящимся сердцем пытаюсь заглянуть в документы.

Мария Витальевна снова водит ярко накрашенным ногтем по документам.

– Калужский Г. Б, – отвечает мне. – Знакомый, что ли?

– Да так, – едва заметно выдыхаю. – Косвенно.

Отхожу в сторону. Привалившись спиной к стене, прикрываю веки. Что-то меня потряхивает и колени ватные.

Так бывает только в одном случае, если где-то рядом есть Толмачев. Ну просто таких совпадений не бывает! Стоял себе Детский дом, никого не трогал. Я пришла сюда работать и бах, у них появился новый спонсор. И не просто спонсор, а мотоклуб, в котором состоит кто? Правильно, Кирилл Толмачев!

Только теперь эта ситуация у меня не складывается еще больше. Где Кит и где подобные жесты? Да и зачем ему это? И откуда он вообще знает, где я работаю? Я точно не говорила. Максимум, где мы с ним пересекались, это утром у моего дома, но в последнее время он не появлялся.

«А-а-а!!! Кир, черт бы тебя побрал! Ты опять заставляешь меня думать о тебе! Брысь из моей головы!»

– Ты чего? – рядом появляется Тома.

– Голова немного закружилась, – даже не лгу. С Китом всегда так, даже на расстоянии. Это не лечится. – Пойдем, посмотрим, что там привезли? Можно уже?

– Ага. Мария Витальевна дала добро разбирать.

Входим в детскую группу. Наша партия коробок норовит посыпаться прямо на крутящихся вокруг нее детей.

– Так, котята, кыш на диван! – разгоняет их Тамара. – Кыш-кыш-кыш. Сейчас кого поймаю, съем! – раскинув руки в стороны, бежит за ними, громко топая ногами.

Детвора с визгом кидается врассыпную. Смеются, прячутся кто куда.

Усадив их на диван, возвращаемся к коробкам. Вместе с Люсей вскрываем. Канцелярка. Много красивой, яркой, детской канцелярки. Тут все: и альбомы по полу для мальчиков и девочек с мультяшками, и тетрадки со сказочными героями, и раскраски, и специальные тетради для обучения письму. Ручки обычные шариковые, ручки цветные, наборы гелевых ручек с более яркими цветами, с блестящими чернилами, карандаши, ластики, краски, стаканчики-непроливайки, пластилин. Глаза разбегаются.

– Какие молодцы, – вздыхает Люся.

– А пойдем посмотрим, что там у старших? – подмигивает мне Тома.

Спросив разрешения у воспитателя, ухожу со своей новой подругой. У наших подростков есть своя иерархия. Каверин – лидер у всех. Он и стоит сейчас «на раздаче» у коробок. Никто не лезет. В руках у парня модный черный рюкзак с множеством удобных карманов и замков.

– Круть, – вздыхает один из ребят. Рюкзак летит в него. – Спасибо, – кивает он.

Закончив с раздачей, к слову, внешне разных рюкзаков, они приступают к мелочам. У них тоже канцелярка, но в более сдержанных тонах.

– Привет, – улыбается он Томе и кивает мне.

– Привет-привет. Справляешься, я смотрю, – отвечает она.

– А что, были сомнения в моем авторитете? – Парень складывает на груди руки и смотрит на подругу с вызовом.

– Боже упаси, Дёма. Молодец. Разрулил. Пойдем, – Тома толкает меня в бок.

– А? – хлопаю ресницами. – Да. Пойдем. Задумалась.

– А скажи-ка мне, подруга, – она цепляет меня под руку и тянет в столовую. – Не твой ли это красавчик нашим детям праздник устроил?

– Он не мой! – фыркаю я. – Больше нет. И там фамилия была «Калужский». Так что не он это.

– Ну да, ну да, – смеется надо мной Тамара.

Зевнув, возвращаюсь к своим подопечным. Люся раздала им новые альбомы, цветные карандаши и усадила рисовать. В группе стоит сосредоточенное сопение и шарканье грифеля по бумаге.

Пришла моя задержавшаяся сменщица. Зевая и потягиваясь, я собралась, попрощалась со всеми, дождалась Тому на крыльце.

Идем вместе на остановку. Я машинально вглядываюсь в проезжающие мимо машины. Ругаю себя, но все равно всматриваюсь. Нелогичная девочка и сердце мое нелогичное! Ему обидно и больно, а оно все равно колотится в сторону Кирилла и, кажется, именно этот орган дает команду глазам выискивать «хищника» на дороге.

Дома тишина. Мама на работе с утра. На столе для меня накрыт салфеткой остывший завтрак. Улыбаюсь ее заботе, делаю себе чай, стаскиваю из тарелки пышный оладушек. Макаю его в миску со сметаной и жмурясь, откусываю сразу половину.

– Мням, – доев, облизываю пальцы.

На душ у меня сил уже нет. Переодевшись, забираюсь под одеяло, закрываю глаза и моментально отрубаюсь.

Меня будит звонок подруги.

– Соня-засоня, мы идем отмечать твой первый заработок или где? – бодро интересуется Тамара.

– Конечно идем, – натягиваю одеяло выше. Хорошо так под ним. Уютненько.

– Тогда предлагаю шикануть и сгонять в ночной клуб. Естественно, платим пополам, – уточняет она.

Не то чтобы на аванс от бюджетного учреждения можно было шикануть, но я чувствую острую необходимость в подобном загуле. Нужна несвойственная мне хотя бы легкая безбашенность, чтобы все выветрилось из головы.

– Давай, – легко соглашаюсь.

Душ помогает мне проснуться окончательно. Предупреждаю маму, что вернусь поздно. Она переживает.

– Может просто в кафе посидите, Лад? – смотрит, как я наношу макияж ярче обычного.

– Нет, мам. Мы уже решили, что идем в клуб. Нормально все будет.

– В прошлый раз ты мне так же говорила, – вздыхает она. – А потом я чуть с ума не сошла, когда моя дочь стала превращаться в бледное приведение.

– Такого больше не будет, – поправляю прическу, целую ее в щеку.

Мама идет за мной прихожую, наблюдает, как я застегиваю ботинки, заправив в них белые узкие джинсы.

– Красивая? – улыбаюсь ей.

– Очень. Будь осторожна, пожалуйста. И на связи! – строго грозит пальцем.

«Профдеформация», – думаю про себя, а ей шире улыбаюсь. Я, наверное, тоже потом такая буду.

С Тамарой встречаемся на остановке. Дожидаемся свою маршрутку и едем в центр. Загул решено начать оттуда. Выберем подходящее заведение и осядем.

Мне сообщение от Насти приходит: «Чем занимаешься?». И я понимаю, что автоматом не позвала ее с нами гулять. Даже в голову не пришло! Становится неловко. Обманывать ее совсем не хочется.

«Пойдешь с нами в клуб?» – решаю все же позвать.

Она соглашается и даже советует, куда именно нам лучше податься. Настя спец в этом деле, решаем довериться.

Через час, наконец, состыковываемся и в заведение заваливаемся все вместе. Заказываем обычный столик без всяких приставок «VIP». Я совершенно теряюсь, вчитываясь в названия коктейлей. На фотографиях все такое вкусное.

– Предлагаю не париться и взять сет шотов. Все попробуем и определимся, – предлагает Настя.

Так и делаем. Через несколько минут перед нами выставляют рюмки с разноцветными жидкостями. С сомнением смотрю на это дело, а вот девчонки с удовольствием принимаются за дегустацию.

– Ты сюда зачем приехала? – смотрит на меня Тома. – Отрываться. Вперед! – вкладывает в руку одну из стопок. – Он сладенький. Пробуй залпом, чтобы весь вкус по рецепторам распределился.

Выдохнув, опрокидываю в себя шот.

– Ой, – морщусь. – Жжется!

– Так они крепкие, – смеется Настя. – Еще!

Рюмки разлетаются. Непривычный крепкий алкоголь теплом разливается по венам. Быстро пьянит. Так хорошо становится. Заказываем еще один сет и идем танцевать. Я улетаю от ритмов музыки, растворяюсь в них и становится действительно легче.

Еще пьем. Снова танцуем. Громко смеемся, рассказывая друг другу смешные случаи из детства. Потом шутки доходят до бывших парней, и мое настроение начинает стремительно падать.

– Не-не-не, так не пойдет! – крутит головой Настя. – Пошли! – берет меня за руку и тащит за собой к выходу.

– Куда? – стараюсь быстрее перебирать ногами, чтобы банально не рухнуть прямо под ноги танцующим.

– Пробовать новое, – хулигански смеется подруга детства.

Все втроем выходим на мороз. Он пробирается под одежду и немного отрезвляет. Настя достает из сумочки плоскую пачку с длинными сигаретами. Протягивает нам по одной.

– Я же не курю, – напоминаю ей.

– Это просто маленькая шалость. Хватит быть такой правильной, – фыркает она. – Смелее!

Наверное, я слишком много выпила, потому что сигарета оказывается в моих пальцах. Настя быстро инструктирует, как ее прикурить. Горький дым попадает в горло, и я начинаю кашлять.

– Фу, какая гадость! – скривившись, выбрасываю сигарету в урну, аккуратно вытирая заслезившиеся глаза.

Девчонки по-доброму смеются надо мной.

– Как ощущение? Почувствовала себя бунтаркой? – не унимается Настя.

– В полной мере, – окидываю взглядом клуб.

Возвращаемся в тепло, заливаем в себя еще по шоту, и он бьёт в голову гораздо сильнее всех предыдущих. На танцполе начинает кружиться голова. Оставляю девчонок и возвращаюсь на диван.

В голове шумит, тело слегка ватное, но мне хорошо. Закидываю в рот оливку, бесцельно листаю ленту в социальной сети на мобильном.

Девчонки возвращаются. Мы пьем еще. Еще смеемся. От общего шума начинает закладывать уши.

Нам приносят красивые коктейли в высоких стаканах. Я даже не помню, кто именно их заказал, но выглядит вкусно. Что-то очень мягкое, с тропическими нотками. Не чувствуя в нем алкоголя, выпиваю почти половину и…

– Как пить хочется, – не узнаю собственный голос.

Я лежу…

Стоп! Я лежу?! Мы же только что в клубе были!!!