Глава 13

АНЯ

Выходит так, что часть пар я прогуляла наглейшим образом из всех, пока пыталась сложить вещи и убрать кровать, на которой мне предстоит спать.

Мои соседки Аля и Маша, как поведала мне староста, девчонки оторвы.

У них тоже первый курс, но, в отличие от меня, они пришли в универ не только учиться, но и вселиться. Это видно и по дизайну их рабочих мест, и по книжкам, которых я не наблюдаю. Брошюрки какие-то и все. Прекрасно.

То есть учиться здесь собираюсь только я. Значит, мне придется уходить в библиотеку, чтобы меня окружала по итогу лишь тишина.

Я себе мысленно обещаю, что буду иногда брать с них пример, и собственно, беру уже с сегодняшнего дня, потому что на оставшиеся пары я не являюсь. Возможно, это не лучшее решение из всех, учитывая, что первые недели самые важные, но мне все равно.

Морально я истощена, и потому, убрав свою часть комнаты, заваливаюсь на кровать и бездумно пялюсь в потолок. Меня морит сон, и очень скоро я проваливаюсь в вязкие сновидения, от которых очень хочется сбежать.

Гоночная трасса полна машин, все они издаются адские звуки работающего на пределах двигателя.

Я видела это много раз, но однажды такая картина закончилась для меня большим потрясением.

И если для каких-то девчонок стать свидетелем гонки или ралли — это нечто невообразимое, то для меня это скорее наполниться смешанными чувствами. С того самого дня, помеченного у меня в памяти черным, я никогда больше не подходила очень близко к участникам ралли. Да и вообще не посещала гонки брата, не интересовалась ими, а его всякий раз пыталась отговорить от безумной идеи стать профессиональным раллистом.

В этом сне, где яркими переливами сверкают габариты машин, а из-под капота ржет двигатель, я понимаю, что сплю. Что все это лишь неприятная картинка.

Мне хочется проснуться. Я даже отчаянно пытаюсь это сделать, но получается лишь беззвучно закричать, замереть на месте, врасти в землю.

Все кажется каким-то сюрреализмом, когда машина Дэна срывается с места, оставляя за собой шлейф пыли, что оседает в горле и вызывает рваный кашель. Что попадает в глаза и размывает зрение. Что навсегда отпечатывается в сознании, как что-то невозможно плохое и страшное.

Но во сне я вижу все то,что пережила тогда с Дэном, когда он попал в аварию.

Когда вместо криков радости о его победе, у меня случилась настоящая истерика. Учитывая, что его из машины буквально вырезали, ничего другого со мной случиться и не могло.

Я просыпаюсь резко, рывком подрываясь с кровати, чувствуя при этом бешеный стук сердца. В комнату вваливаются ребята и девушки. Им, очевидно, крайне весело, а я пытаюсь сфокусироваться на происходящем и не растерять остатки сознания.

Руку жму к груди и всматриваюсь в радостные лица.

—Епт! У нас новенькая! — блондинка с ярко-розовыми прядями заходит в комнату первая, лучезарно улыбаясь мне.

В комнату помимо нее заходит еле человек пять, что вообще сейчас не в тему

Я киваю и тоже выдавливаю из себя подобие улыбки.

Спросонья сложно сфокусироваться на происходящем.

—Привет всем, я Аня, — произношу засыпанным голосом и встаю, благодаря при этом всех богов, что валялась я тут в обычном спортивном костюме.

Ещё один минус общаг в том, что абы в чем уснуть не получится. Но, взвешивая плюсы и минусы, ясно, что минусов будет в разы больше, но все они преодолимы.

Зато я никому не мешаю.

Эта мысль заедает в голове пластинкой, и как-то уж совсем морально сложно становится.

Не думать о ситуации.

Изменить вектор мыслей.

Это правильно…

—Так, ребятки, у нас тут намечается девичник, а вы приходите вечером, ладушки? —блондинка выпроваживает всех, и мы остаёмся втроём.

Я, она и девушка с иссиня-черными волосами и пухлыми губами.

Наверное, это модница, потому что косметики на ней много, а одежда не из дешёвых.

—Я Аля, привет! Извини, мы были уверены, что к нам никого не подселят.

—Я Маша, можно просто Рокет, — хмыкает розововолосая.

А затем дополняет,поправляя прическу:

—Рокет, потому что я просто Ракета, но и фамилия у меня Рокотянская. А ты у нас? Просто Аня? — улыбается она, с неприкрытым интересом разглядывая меня

Надеюсь, я не напускала слюней в подушку. Голова изрядно болит, как если бы я начинала заболевать. Боже, хоть бы это было не так, и все просто оказалось бы глупым стечением обстоятельств.

—Просто Аня, Аня Агеева, — представляют полностью и слезу за тем, как меняется мимика их лица. Запоздало доходит, что фамилия теперь говорящая…

—Да ладно? — Аля скептически изгибает бровь. —А Дэн Агеев тебе кто? Брат, что ли?

Сердце удар пропускает. Не понимают своих реакций. Обычный вопрос.

—Ага.

Нашу милую беседу прерывает звук отбойного молотка. Иначе это описать нельзя. Так сильно стучат в дверь, что у меня моментально паника загорается красными огнями перед глазами.

—Эй, Ликс, я сказала, что вечером, вы чё, тупые? — Маша идёт открывать дверь, у меня же тело каменеет.

Я, кажется, понимаю, что происходит.

Когда в комнату влетает разъяренный Дэн, начинаю думать, что грядет апокалипсис.

Никогда не видела его таким злым. Никогда-никогда.

Даже когда он набил физиономию единственному парню, который смел предложить мне встречаться с ним.

—Я не поняла, какого черта? — возмущается Маша, когда Дэн влетает в комнату и несется ко мне, хватает за руку и заставляет подняться. Это происходит в считанные секунды. Буквально по щелчку.

—Поговорим, — игнорирует всех и силком вытягивает меня из комнаты. Я сейчас морально истощена, но не менее зла.

Возможно, во мне впервые так много злости плескается. Сейчас. С ним. Потому что опять схватил, опять потащил, опять никакого конструктива, только принуждение, от которого изрядно подташнивает.

Я что игрушка какая-то? Я что безвольная кукла, которую можно положить куда хочешь, и она тихонечко там будет, пока ты в следующий раз не поиграешь с ней и не переложишь куда-то в другое место?

Меня ведут вдоль коридора мимо зевак, которым так интересно, что же тут происходит. Дэн наверняка тут местная звезда, потому что о нем говорят из каждого уголка. Да и этот подозрительный взгляд девочек, как будто я могла бы обмануть. Да и зачем?

мы даже внешне похожи, в нашей семье все чернявые, в папу и маму, да и черты лица схожи, по крайней мере, так все говорят.

Пытаюсь вырваться, но безуспешно. Светлые тапочки на грязном коридорном полу смотрятся по-особенному ужасно. Подчеркивают кривизну происходящего. Меня частично размазывает и частично зажигает новой волной гнева.

Мы тормозим в закоулке, где коридор упирается в аварийный выход.

Дэн максимально зол, на меня смотрит как на врага народа, желваки играют, а взгляд настолько колкий, что смотреть больно.

—Почему ты сбежала? — осторожно спрашивает меня, несмотря на то, что внешний вид далек от спокойствия.

Меня прорывает окончательно.

—Ты считаешь, что поводов нет, да?

Дэн упирается кулаком в стенку рядом со мной и вздыхает тяжело, прикрывая глаза.

—Я виноват. Но это…не повод сбегать. Ты знаешь, что я пережил, пока тебя искал? Черт, у меня чуть…— замолкает, но на меня не смотрит.

Искал меня? Зачем? Чтобы еще раз унизить?

—Да что ты? А мне что? Дождаться, пока ты меня ударишь за то, что я воспользовалась не тем душем? Или что? Чего мне от вас всех ждать? — слезы брызгают из глаз, хоть я и пыталась не заплакать. Порой это сложнее, чем я думаю. Порой очень трудно, но злость перевешивает эту истерику, и я, прикусив губу, делаю шаг в сторону. А Дэн ловит меня и жмет к себе, притянув мою голову к себе на грудь.

—Прости. Я дурак. Мне не стоило…— начинает он, поглаживая меня по макушке. —Я бы никогда к тебе так не прикоснулся. Ни за что. Прости.