Глава 19

ДЭН

У меня срывает башню и чем больше я об этом думаю, тем критичнее становится ситуация. Никогда не думал, что могу настолько озвереть. С каждым, сука, вздохом рядом с ней становлюсь больше похожим на чудовище. Просто, мать вашу, чудовище которое не может себя контролировать, в частности, не контролирует свои действия. Мудацкие действия гребанного подонка.

Родители наяривают без остановки, они явно догадываются о том, что между нами с Аней не все гладко. Блять, да и так понятно же, что не так. Не надо быть и семи пядей во лбу, чтобы это осознать.

Дава скрупулезно рассматривает стенограмму, то и дело чертыхаясь, а я пытаюсь думать, мать вашу, позитивно. О да, особенно, когда хребет ломается под тяжестью мыслей в голове.

—Этот долбодятел точно что-то задумал, Дэн, серьезно. Не может все быть так гладко с Мэджиком.

Молчу, перевариваю информацию. Мне теперь надо больше времени, чтобы сосредоточиться. Херовое качество для пилота, учитывая, что заезд через десять минут. Отмахиваюсь от долбанных негативных мыслей, когда мне летит недовольное в рожу:

—Ты там живой вообще?

—Живой, — встаю с барного стула и достаю из куртки пачку сигарет. Обещал себе бросить, но пока от одной мысли становится также херово, как и когда Аню не вижу.

Торможу и понимаю, что дыхание сбивается,сердце ускоряет ритм. Прикрыв глаза, тру виски, пульсирующие под давлением.

Ублюдок ты.

Просто ублюдок.

Уроки эти. Зачем они тебе понадобились?! Сбагрил бы ее Мамаю, пригрозив кастрацией, если вдруг что пойдет не так, и все. Это больше не твоя проблема. Ты ему заплатил бы, школу бы проплатил, и пусть учится.

Пусть тренируется с другими, пусть будет так! Чему ты ее обучишь лучше других?

Нет, хотел исправить свое похабное поведение, чтобы по-нормальному было, чтобы не чувствовать себя подонком. И как оно, исправлено? Чуть не растворился в пространстве от одного занятия, чуть слюной не захлебнулся, ее напугал и вообще все пошло по одному месту.

КОМУ стало легче по итогу? Вот кому?

Никому, потому что я такого испуганного взгляда у нее не видел никогда.

Она испугалась ублюдка, который вел себя как конченная падаль.

Упираюсь лбом в стенку и скашиваю болезненный взгляд на Даву.

Друг брызгает недовольством как из пульверизатора.

—Я вообще не догоняю. Если ты не хочешь нормально катать, давай закроем этот вопрос тут же, выйдем из ралли. Но вот это подвешенное состояние мне нахер не упало нигде. Ясно? — ударяет кулаком по стойке и отворачивается от меня.

В его словах есть резон. Я смог привести миллион контраргументов и успокоить товарища перед важным событием, но вместо этого только хмыкаю и думаю о том, что

сегодня на ралли будет Аня. Предусмотрительно подошел к вопросу и пригласил Тимура, который и будет за охранника тут.

Одна лишь мысль, что Аня будет на заезде сама, вселяет дикий ужас.

Я хотел нормально, чтобы… почти как раньше.

Раньше она была на моих гонках, раньше…мы общались. И черт возьми, я сделал все, чтобы приблизиться к этому и не расшибиться в лепешку к чертовой матери.

Не получилось. Только хуже. Отмена накрыла с головой как волной, и я в ней захлебываюсь.

Наташка стоит возле выхода с подругами и смотрит на меня не моргая. Ее взгляд я ловлю машинально и тут же переключаю внимание на стоящие в ряд бутылки с пойлом.

Некрасиво вышло, еще и Аня увидела нас вместе. Черт.

Хмурюсь и ненавижу себя еще больше.

Просто секс не помог проветрить мозг, и как будто даже не в общественный туалет сходил, а так…постоял у стены и справил нужду.

—Все ровно, успокойся.

—Что у тебя ровно, а? Ровный ты наш, ты себя видел? С тобой вообще говорить невозможно, ты либо на всех кидаешься, либо замыкаешься в себе и хер вытянешь. Я вообще иногда отлавливаюсь на мысли, что ты там принимаешь что-то. Вообще знаешь что? — он рывком встает и ко мне двигается, хватает меня за руку и кофту задирает до локтя под мой охеревший взгляд.

—Ты че ударился? — рычу, отталкивая от себя.

—Мало ли, надо было проверить. Ты в последнее время, мягко скажем, долбанутый. И нас такими же делаешь. Все СТО на иголках ходит, стоит только тебе туда заявиться. Никто не хочет лишний раз отблескивать, потому что ты всех бреешь тупым лезвием, — упирает кулак мне в грудицу и играет скулами.

Вот это я меньше всего ожидал таких подозрений. Ничего тяжелее сигарет не пробовал и не собираюсь, даже бухать стараюсь завязывать.

—Дава, я чист. И никогда не пробовал, так что давай не натягивать сову на глобус. Погнали готовиться. Я не подведу.

—Посмотрим. Я уже ни в чем не уверен, — проводит кулаком по столу и хватает карту заезда.

Бросаю взгляд на площадку, где собрались бешеные фанатки, когда дорогу мне преждает Мэджик.

—Привет, пилот номер два.

—Я всегда номер один, — цежу коротко и толкаю его в плечо.

—С конца в этот раз? — подмигивает и прикуривает, выпуская густой дым мне в лицо.

—Давай посмотри на финише, кто будет первым с конца, — пытаюсь дышать ровно. Курить хочется. И морду ему расквасить чем-то тяжелым. Но держусь из последних сил. Нельзя срываться, не сегодня и не сейчас.

На кон поставлена не просто репутация меня как мужика, а как спортсмена.

—Дэн, ты такой нервный. С девушкой расстался, что ли?

—Ты же знаешь, что девушки у меня каждый день новые.

—Да? А Аллочка мне говорила, что с тобой уже около года вместе. Плакалась, что обижаешь. Не обижай девочек, они такие милые у тебя, все, включая новенькую. Хотя нет, ее по-особенному считаю самой красивой, — скалится злобно, врубая с пол-оборота во мне желание убивать.

Понятия не имею почему, но ощущаю, что он сейчас об Ане.

—Не понимаю, о ком ты, — ехидно улыбаюсь в ответ в той же манере. Нельзя показывать, что меня это трогает.

У Мэджика есть одна фича: он часто воздействует на соперников через их слабые места вне трассы. Мое слабое место никто не знает, и дай бог никогда не узнает, об остальных я не переживаю, потому что там понятен мимолетный интерес.

—Так это ты мне расскажи, Дэн с кем тебя на загородных трассах в обнимку видят. Скрываешь девушку от меня? Не боись, не трону. Мне чужого не надо.

Да, потому и аллочка с ним теперь куролесит, сразу после того, как я прекратил наши отношения и на корню срезал попытки помириться. Она стала питать ко мне чувства поглубже, чем я мог бы ей предложить. На этом все.

Лучше пусть так резко и болезненно, чем потом мучительно больнее.

—Ты хлебало прикрой, это моя сестра.

Глаза Мэджика из орбит вылезают, когда он делает шаг ко мне и с широченной улыбкой на лице переспрашивает:

—Сестра? Другое дело. Познакомишь?

—Нахуй сразу пойдешь. Только попробуй к ней приблизиться, — толкаю его в плечо и чувствую, как в кровь пускается адреналин.

Херово. Просто очень херово складывается ситуация.

—Дэн-Дэн-Дэн, ты такой нервный, а заезд вотпрямщас, негоже так трясти нервуху перед важным событием, — вращает головой и переводит на меня прямо взгляд.

Я срываюсь и толкаю его в плечо, проходя мимо.

Хватит уже шутить.

Я понял, что он не любит соперников. Не любит тех, кто может его сделать на раз-два.

Первый раз я показал себя на заезде у “ДЧК груп”, размазав парня от Мэджика и сорвав нехилый куш. Тогда в ответ он покусился на СТО, чтобы поджать меня под себя для гонок от своей “компании”. Мы дали нехилую ответку, и рот на СТО больше никто не открывал.

Вот почему меня начали продавливать через слабо, а меня на слабо брать бесполезняк.

Абсолютно дичайший.

Теперь он то и дело приглашает меня на заезды, где он катать будет вместо своих парней. Я дважды отказывался, этот принял. По согласованию…

—Ты все-таки пропей успокоительное, а? Дружеский совет тебе, — летит в спину слишком веселая рекомендация.

Вскидываю средний палец и ухожу на бешеных вибрациях в сторону припаркованных машин-участников ралли.

Дава крутит пальцем у виска, максимально заряженный на выяснение обстоятельств, но я проверяю приборы и цепляю на себя обмундирование.

—Проверка переговорки раз, два, — спокойно разговариваю, хотя внутри компот. он упорно надавил туда, куда давить не стоило ни разу!

—Слышу тебя, — отвечает Дава, прикрепляя станцию в машине.

Садимся в машину, пока парни проверяют машину еще раз.

Два постукивания по бамперу, мы в порядке.

—Погнали наши городских, — смеется Дава в переговорку, а мне несмешно. В последний раз цепляю фанатскую зону, где замечаю Аню. Сердце по швам раходится, а затем усиленно стучит, отдавая в виски тянущей болью.

Руль в руках горит огнем.

—Давай откатаем как мы умеем, Дэн.

—Дав, не нуди. Придем победителями, на допах всех порвем, — поправляю шлем и тяну лапу к другу.

Дружеский удар кулаками состоялся, значит, дорога будет удачной.

Она не то чтобы сложная, а на допах…на допах мы еще ни разу не проигрывали.

На старт.

Внимание.

Месиво началось.

Вибрация в руках проходит вместе с с нажатием педали газа. Пыль вздымается вверх и окунает в себя участников заезда. Не видно ничерта, но мы привыкшие. Разрезаем нулевую видимость тачками и входим в заезд красиво.

Адреналин ударяет по затылку, и я весь сплошные уши.

—РОВНО ПОЛЕТ СТО СОРОК, — шустро диктует штурман.

Все дальнейшие действия четко регламентированным услышанному. Теперь Дава глаза, а я руки. От четкости речи и моей слаженной работы и умения подчиняться зависит все.

“РОВНО ПОЛЕТ ПРИЖАТЬ ШЕСТЬДЕСЯТ”.

“НА ПРАВЫЙ ТРИ МИНУС”.

Втягиваю воздух поглубже и резко торможу, когда вхожу в поворот.

“НА ЛЕВЫЙ ШЕСТЬ”.

“ПРАВЫЙ ШЕСТЬ ПЛЮС ЧУТЬ ДЛИННЫЙ”.

“НА ПРАВЫЙ ЧЕТЫРЕ ПЛЮС”.

“ТРИДЦАТЬ ЛЕВЫЙ ШЕСТЬ”.

Сворачиваю резче на очередном повороте, отчего мы чуть не улетаем в кювет.

Слышу отборную брань.

—ТВОЮ МАТЬ, ДЭН, НЕ БЫЛО ЭТОГО! СТЕНОГРАМА…

Стенограмму мы можем засунуть в зданицу, мать вашу!! Машину заносит, а меня на части рвет, когда по зеркалам замечаю машину Мэджика, упорно прижимающего нам зад.

—Спокойно. Я слежу, ты указываешь, стыкуем по ходу дела, — бросаю коротко, вперяя все внимание в дорогу, которая внезапно стала ровной. В легенде этого не было.

Падла. Вот же падла.

Он едет так же уверенно, как и мы

—Ровно, Дэн. Эта сука подставила нас! Я говорил тебе! — Дава истерит в переговорку, а меня разрывает на смех.

Смотрю на приборку и на часы.

—Спокойно. Дальше доп. Соберись.

Контроль времени проходим по ожидаемым параметрам.

Хочешь играть грязно?

Поиграем.