Глава 21. До крайности

Алиса

Я так была опустошена и измучена бесконечным ожиданием и страхом, что когда пришла новость об Олином спасении, я просто разрыдалась и плакала так долго, пока не вырубилась прямо на своей кровати. Даже не раздеваясь.

А утром подскочила так рано, что даже солнце еще не встало – и сразу же набрала Тимура, решив не беспокоить Олю. Он приглушенным голосом ответил, что сейчас в полиции и не может говорить, но потом сообщением скинул адрес больницы, где лежала Оля. Ехать туда было прилично и означало бы опоздать на первую пару, но разве такие мелочи могли меня остановить?

Я ехала в такси и улыбалась. А потом мне вдруг позвонил Ник:

– Алис, а ты куда делась? – зевая, спросил он. – Я встал, а ты уже умотала куда-то.

В его голосе была такая знакомая утренняя хрипотца, что у меня даже сердце заныло от воспоминаний о том, как мы вместе просыпались. Каких-то несколько недель назад, а как будто это было в другой жизни.

– Я к Оле поехала, – сообщила я, про себя удивляясь внезапному любопытству Ника. Раньше его что-то не интересовало, где я и с кем. – В больницу.

– Одна? – вдруг резко поинтересовался он.

– Ну да, а с кем еще? – немного растерялась я от его напора. – Но я ненадолго. Заеду, обниму Олю, а потом в универ. Ко второй паре как раз успею.

– Я тебя заберу, чтобы ты на такси не моталась, – распорядился Ник. – Все, пошел собираться. Позвоню, как подъеду.

– Ладно, – пробормотала я, слушая короткие гудки.

В сердце расцветала осторожная радость. Неужели…неужели это что-то значит?

Умом я понимала, что опять впадаю в глупую эйфорию, но ничего не могла с собой поделать.

Внимание Ника действовало на меня сильно и безотказно, как мощнейший наркотик.

Я так хотела его увидеть, так сильно на что-то надеялась, что когда вышла от Оли, вдоволь наревевшись с ней и наобнимавшись, и увидела синий макларен, у меня на полном серьезе схватило сердце. Сжало сильным спазмом, закололо, и только потом отпустило.

– Привет, садись, – Ник распахнул мне дверь.

– Привет, – я с плохо скрываемой нежностью смотрела на его взъерошенные волосы без привычной укладки и на тени под глазами. Вчерашний день всем нам дался непросто.

– Как Оля? – осторожно спросил Ник.

– Она герой! – искренне сказала я. – Горжусь ей.

– Ты тоже герой, – мягко заметил он, выезжая с больничной парковки.

– Да я-то что, – застеснялась я, – я ничего такого не сделала…

– Тимуру это расскажи. Он считает, что теперь на всю жизнь тебе обязан.

– Ну вот еще! Придумает тоже, – пробормотала я, окончательно смутившись.

Ник улыбнулся мне и перевел взгляд на карту, прикидывая, как нам лучше добраться до университета.

Какое-то время мы оба молчали, а потом Ник вдруг откашлялся, и это выглядело так, будто он хочет мне что-то сказать.

– Алис, – голос Ника звучал глухо и надломленно, и я замерла. Сердце пустилось галопом. Неужели сейчас…

– Что? – затаив дыхание, спросила я, когда пауза уже затянулось до неприличия.

– Что у тебя с Владом?

Я недоуменно заморгала, даже не сразу сообразив, что он спрашивает. А когда поняла, пришла в ярость.

– А что у меня с Владом? – едва сдерживая гнев, проговорила я.

– У него есть твой номер.

– И что? Это уже преступление? У Соболя вот тоже мой номер есть.

– Хорошо, – на красивом лице Ника заиграли желваки. – Спрошу по-другому. Ты с ним встречаешься?

– Нет, – автоматически рявкнула я, а потом увидела мелькнувшее в его глазах облегчение и мстительно добавила: – Но планирую! Я ему, кажется, нравлюсь.

Руки Ника на руле сжались так сильно, что костяшки пальцев побелели.

– Он тебе не подходит, – бросил Ник презрительно, и если бы он в этот момент не вел машину, я – клянусь! – врезала бы ему по башке.

– Тебя не спросила! Это вообще не твое дело!

– Мое! Я о тебе забочусь.

– Твоя забота больше похожа на паранойю.

– Когда я тебя не пустил на вечеринку к тем уродам, ты тоже вначале так говорила, – ровным голосом сказал Ник. – А потом я оказался прав, разве не так?

– Нашел, с кем сравнить! – зло выдохнула я, чувствуя себя закипающим чайником. – Там были какие-то левые придурки, а Влад вообще-то твой друг!

– Это меня и напрягает. Ты специально выбрала его, чтобы мне что-то доказать?

– Нет! – закричала я, уже не в силах сдерживаться. – Я выбрала его, потому что он красивый, накачанный и интересуется мной! А еще он звезда, понял?

– Повелась на славу? – нехорошо хмыкнул Ник.

– Может и повелась! – огрызнулась я, испытывая дичайшее желание вцепиться ему в лицо. – Тебе-то что? Все девочки сохнут по хоккеистам! И я тоже! Не знал?

– Да не будет он к тебе относиться серьезно, – яростно выговорил Ник, резко вписывая тачку в поворот. – Багров только свой хоккей любит и больше ничего.

– А мне и не надо серьезно, – прищурилась я, неосознанно желая уколоть его как можно больнее. – Я хочу просто переспать с красивым парнем. И Багров для этого подходит идеально.

Лицо Ника закаменело. И до самого университета он больше не сказал мне ни одного слова.

А я, едва выскочив из его машины и добежав до универа, схватила телефон и набрала Влада.

– Привет, – выпалила я, – какие планы на сегодня? Не хочешь пофотографироваться?

– Привет, – он как будто даже не удивился. – В шесть тренировка, а до этого времени я свободен.

– Через час у нас дома, идет?

– Идет, – согласился Влад, который, кажется, был доволен. Или нет. По его голосу это всегда было сложно определить. – А ты разве не на учебе?

– А я сегодня не пошла, – легкомысленно отмахнулась я, сворачивая вместо коридора, ведущего в аудиторию, к столовой. Главное, Нику сейчас на глаза не попасться.

Вызову такси – и поеду домой. Фотографировать Влада.

А может, и не только!

И пусть этот Ник подавится всеми своими попытками меня контролировать.

***

Сначала я хотела снимать Влада в саду – у нас на террасе получилось бы отлично, там и свет был сейчас такой, как надо, но я совсем забыла, что мама дома. И сказать ей, что я сбежала с лекций для того, чтобы пофотографировать – означало бы нарваться на крупные неприятности.

– Алиса? Ты уже вернулась? – она смотрела на меня своим фирменным подозрительным взглядом, который есть в арсенале каждой мамы.

– Да, – я жалобно вздохнула и с расстроенным видом развела руками. – Голова заболела! Там такая духота была в аудитории – кошмар. Отопление включили, а окна открывать не дают.

– Температуру мерила? – всполошилась мама, подбежала и стала трогать мой лоб. – Что-то еще болит? Дать таблетку?

– Таблетку выпила, все в порядке, мне уже легче, – отрапортовала я. – Но я, наверное, пойду немного прогуляюсь – подышу воздухом.

– Смотри сама, конечно, – с сомнением протянула мама. – Но, может, лучше полежать?

– Нет, нет, прогулка – то, что надо!

Я зашла в комнату, переоделась, спрятала в рюкзак камеру и объективы и написала Владу, чтобы он сразу приезжал к озеру.

– Я ушла! – крикнула я у двери.

– Куда пойдешь? – отозвалась мама откуда-то сверху.

– К озеру.

– Недолго только! Чтобы не продуло тебя!

– Хорошо.

Сегодня, несмотря на то что было холодно и довольно ветрено, вышло такое редкое в ноябре солнце, и фотографии должны были получиться чудесными. Я как раз настраивала камеру, когда на такси подъехал Влад. Он отпустил машину и подошел ко мне.

– Привет.

– Привет, – я улыбнулась ему, разглядывая пристальнее, чем обычно.

Влад был по-своему очень красив. У него было суровое, дышащее силой и энергией лицо, настороженный взгляд хищника и невероятное тело. Парень мечты, можно сказать. Так какого черта внутри меня ничего не плавилось от желания, как это происходило всегда, когда я смотрела на Ника?

Что за глупые реакции у моего тела?

– Мне надо будет что-то специальное надеть? – практично осведомился Влад, устав дожидаться от меня указаний. – Может, форму хоккейную надо было взять?

– А? – встрепенулась я и замотала головой. – Нет-нет, ничего не надо. Может, в следующий раз. А сейчас просто будь собой. Встань вот здесь и посмотри вон на тот берег. А теперь обернись ко мне. Отлично!

Влад послушно выполнял мои указания, я бегала вокруг, щелкала, не переставая, а потом просмотрела полученные кадры и осталась недовольна. В них не хватало жизни, а шикарная фигура Влада скрадывалась объёмной курткой.

– А можешь снять куртку? Хотя бы ненадолго?

– Нет проблем, – живо отозвался он и сбросил ее прямо на траву, оставшись в футболке с коротким рукавом, открывающей впечатляющие бицепсы, увитые татуировками.

Ух ты!

Это раздевание вышло таким завораживающим, что я смущенно попросила Влада его повторить: снова надеть куртку и небрежно сбросить ее. Влад кивнул – и на этот раз я успела поймать мгновение на камеру.

Получилось неожиданно здорово! Блестящее озеро с пятнами листьев, приглушенное ноябрьское солнце с его нежным рассеянным светом и суровый парень, с мощного плеча которого падает черная куртка. В динамике этого движения, в пойманном повороте головы и развороте корпуса как раз и ощущалась та самая энергетика силы и мощи, которой так много было во Владе и которую я ужасно хотела передать.

– Еще что-то снять с себя? Тебе, я смотрю, понравилось, – усмехнулся он, глядя на то, как я восторженно щелкаю кадр за кадром.

Я замерла, уловив в его интонации что-то новое. Другое.

– Могу снять футболку, – продолжал Влад, глядя на меня темным нечитаемым взглядом. – Если хочешь.

Я сглотнула. Я, конечно, думала про это, но не была готова к такому прямому подкату вот прямо сейчас.

– Тебе холодно будет, – возразила я почему-то шепотом. – Не май месяц же. Я вот в куртке, а уже замерзла.

– Иди сюда. Погрею.

Предложение было слишком однозначным, чтобы понять его как-то по-другому. Надо было соглашаться: я ведь вроде хотела попробовать с кем-то еще, кроме Ника. Чтобы освободиться от этой зависимости, чтобы начать новую жизнь… и еще миллион всяких «чтобы».

Но вместо этого я стояла и глупо смотрела на шикарного парня, который ждал от меня ответа.

Так и не дождавшись, Влад подошел ко мне – он и правда был горячим как печка, от его тела веяло жаром. Наверное, будет приятно, если эти сильные руки меня обнимут. Я в этом почти на сто процентов была уверена. Но почему-то колебалась.

– Алиса? – тихо и как-то просительно проговорил Влад, и я вдруг решилась.

Надо хотя бы попробовать!

– Погрей! – решительно выдохнула я и первой прильнула к нему, обхватив обеими руками. Влад притянул меня еще ближе, буквально втискивая в свою твердую, как камень, грудь, а потом наклонился ко мне и уверенно поцеловал.

Его губы были приятными, они пахли мятной жвачкой и умело ласкали меня, а я старательно отвечала на поцелуй, с ужасом понимая, что не чувствую ничего. Ни-че-го.

И в тот момент, когда я осознала, что рассматриваю татуировку в виде змеи на руке Влада и что это меня увлекает больше нашего поцелуя, я поняла: надо заканчивать. Но не успела я осторожно отстраниться, как Влад сам оторвался от моих губ и неверяще выдохнул:

– Какого хера? Ты совсем охуел?!

Я повернула голову и увидела…Ника. А чуть подальше стоял небрежно брошенный на дороге Макларен.

Ник уверенно, размашисто шел к нам, и у него было такое лицо, что по моему позвоночнику скользнула ледяная змейка ужаса.