Глава 25. Ева

На следующий день после наших посиделок с Ником я решила проветриться и поехала погулять с подругами. Они уже потеряли меня и были очень рады, наконец, увидеться.

— Ну что, когда ты сможешь полететь домой? — спросил Рика, когда мы уселись за столик в кафе. — Нам уже пора заказывать билеты?

Этот вопрос отдал горечью. Я все еще считала, что так будет правильно, но вместе с тем с каждым днем все острее чувствовала, что мне будет не хватать Никаса. Вот только вчера я получила отменный урок по поводу того, как выглядела бы для окружающих наша связь. И каждый раз, стоило мне позволить себе хотя бы теоретически допустить подобное в мыслях, я вспоминала об этом.

— Да, наверное, скоро. Как только утрясется вопрос с наследством.

— Что-то ты не больно рада этому? — заметила Лея. — Уж не передумала ли ты?

— Или твой братец снова тебя прессингует? — подхватила Рика.

— Нет, все в порядке. К тому же у нас, оказывается, возможно, есть еще один брат.

— Это как? — округлили глаза девчонки.

Я вкратце пересказала им все, что произошло за последние дни.

— Вот это жизнь у тебя, — присвистнула Рика. — Да тут книгу можно писать про вашу семейку.

Лея ткнула ту в бок, и подруга тут же виновато улыбнулась.

— Да чего уж там, — махнула рукой. — Сама понимаю, как бредово это все звучит.

— Ну, а ты-то что думаешь? — спросил Лея. — Веришь этому Вите?

— Не знаю.

Мы еще немного посидели, поели мороженое, поговорили про учебу и проекты, которые нужно будет успеть сделать в этом году, а затем я засобиралась домой. Просто поняла, что хочу туда, хочу к Нику.

И пока ехала, набралась смелости, чтобы написать ему СМС:

“Привет! Если у тебя будет время, хотела бы поужинать вместе”.

Руки тряслись, и я не с первого раза даже набрала слова без ошибок. А уж когда нажала кнопку “отправить”, кажется, даже дышать стала через раз, пока ждала ответа.

К счастью, тот пришел довольно быстро:

“Конечно. Куда хочешь пойти?”

Я выдохнула с облегчением и тут же принялась печатать ответ. Учитывая, что очень скоро я улечу, мне хотелось побыть с Ником вдвоем. Так, чтобы не приходилось оглядываться по сторонам и бояться, что кто-то посмотрит на нас, как Алан.

“Лучше просто дома. Если ты не против”.

“Постараюсь приехать пораньше”.

Пораньше…

На лице появилась счастливая улыбка. Значит, он тоже хочет побыть вместе.

Противоречия во мне заставляли метаться из одной крайности в другую. Я и сама это понимала. Но ничего не могла с собой поделать. Я, словно воришка, пыталась урвать последние деньки, чтобы потом втихаря вспоминать об этом.

Почему просто не сделать шаг навстречу, я не могла ответить. Возможно, мнение окружающих оказалось для меня более весомо, чем я предполагала раньше. И если Алан хотя бы пытался скрыть свою реакцию, то другие — вряд ли станут. А здесь, дома, мы могли быть собой.

Никас действительно приехал раньше, чем обычно. Я как раз успела закончить с ужином, решив сегодня все сделать сама.

— Ого, у нас праздник? — спросил он, увидев накрытый стол.

— Нет, просто… Хотелось поужинать с тобой, — смущенно ответила я. — Мой руки и садись.

Мы отлично провели время — болтали, вспоминали смешные случаи из детства. И просто наслаждались общением. Я чувствовала, что Ник расслабился и снял свою броню. Мы оба тянулись друг к другу.

— А зачем Катя приезжала? — я все же рискнула спросить.

Никас перестал улыбаться и скривился, словно у него зуб заболел.

— Скажем так, она пыталась вернуть отношения.

— Так сильно любит тебя? — Выражение лица у него было такое, что я поняла, какую глупость сморозила. — Нет?

— Нет, Ева. Дело не в том. Для нее наши отношения были в каком-то смысле по расчету.

— То есть без чувств?

— Можно и так сказать.

Было видно, что Никасу неприятно обсуждать эту тему. Но мне было необходимо знать больше. Зачем? У меня не было ответа на этот вопрос.

— И ты отказался мириться?

— Да.

— Из-за того, что… ну… — почему-то, когда дошло до дела, я так и не смогла озвучить то, что пыталась спросить.

— Да, Ева. Потому что люблю тебя. Ты это хотела знать?

— Прости, мне не следовало…

На его лице появилась снисходительная улыбка — словно он знал, что так и будет.

— Все в порядке.

Какое-то время мы оба молчали. Я прятала взгляд в тарелке, стесняясь собственного эгоизма. Вся эта ситуация выбивала меня из колеи, и я никак не могла понять, куда двигаться дальше, и что именно будет правильным.

— Тест ДНК назначили на завтра. Алексей Викторович договорился с Костомаровым.

— Это же хорошо, да? Значит, мы скоро узнаем правду?

— Да, скоро, — вздохнул Ник. — Не волнуйся, я постараюсь, чтобы ты смогла освободиться как можно раньше. Понимаю, у тебя свои планы, учеба, подруги…

Мне стало стыдно в этот момент. Никас выглядел очень уставшим, и наверняка у него полно проблем на работе, но он не срывался на мне, напротив, отошел в сторону и дал свободу, о которой так долго твердила.

Вот только теперь я стала сомневаться, что она мне была нужна…

Следующим утром мы поехали в клинику. Образцы должны были взять и у меня, и у Ника. Якобы для того, чтобы исключить ошибку — про наше с Никасом неродство пока мало кто знал.

— Волнуешься? — спросил он.

— Немного, — кивнула я.

— Из-за Виктора? Он снова звонил?

— Нет. Просто… Боюсь ошибиться.

Никас молча взял меня за руку, и это значило для меня куда больше, чем вежливые утешения.

Он был рядом. Это самое главное.

Когда добрались до места, мне все еще было не по себе. Хотелось вернуться домой и забить на все эти выяснения. И словно почувствовав мой настрой, Ник обнял меня и не отпускал ни на мгновение.

Увидев нас, Костомаров странно посмотрел, и меня словно ледяной водой окатили. Я было дернулась, но Никас не позволил.

— Тише, все хорошо, — заверил он. А я опять вспомнила взгляд Алана, полный разочарования и брезгливости.

Это оказалось очень больно.

— Давайте поскорее начнем, — буквально потребовал опекун нашего возможного брата. Сам Виктор смотрел на меня неуверенно, даже отчасти виновато.

Возможно, из-за нашего последнего разговора.

Сама процедура забора материала не заняла много времени. И когда я думала, что мы сможем разойтись, Ник оставил меня и направился к Костомарову. Они отошли в сторону и о чем-то тихо заговорили.

— Злишься? — спросил Витя. Я вздрогнула, потому что не заметила, как он подошел ко мне — настолько пристально следила за Никасом.

— Нет.

— Зачем врешь?

Я пожала плечами и отвернулась в другую сторону, явно давая понять, что разговаривать не настроена. Но Витя оказался парнем упорным.

— Ева, я хочу извиниться. За то, что наговорил по телефону.

— А что так? Передумал считать нас снобами?

Он неопределенно хмыкнул, растрепал волосы пальцами. И этот знакомый жест заставил что-то внутри откликнуться.

— Нет. Я со злости так сказал. Потому что ты мне отказала, ну, а я…

— Не привык?

— Если честно, да, не привык. Я не знаю, как найти к тебе подход. Вот и делаю странные вещи.

— А Никас? Почему ты не пытаешься познакомиться с ним?

Витя стрельнул взглядом в сторону дяди, который внимательно слушал моего сводного брата.

— Может, потому что он мне не совсем родной?

Я горько усмехнулась. Знал бы парень, что и я-то ему так, только наполовину сестра.

— То есть это повод не общаться с ним? Или тебе неинтересно?

— Нет, дело не только в этом, — не сразу ответил Витя. — Никас другой. Взрослый. Я не уверен, что ему будет интересно все это. Он ведь бизнесмен. А у них другие взгляды на семейные узы…

Я попыталась примерить его слова на Ника, и как-то не выходило. Потому что для меня он был совершенно другим. Я знала его разным. И была уверена, что своих родных Ник бы не бросил и не оттолкнул. Без весомой причины.

Теперь я это знала…

— Зря ты так. Он очень хороший.

— Наверное, — растерянно пожал Витя плечами. — Мы могли бы общаться? Ну, после всего этого?

— После того, как ты и твой дядя оттяпают себе кусок пожирнее?

— То есть дело все же в деньгах? — нахмурился он.

— Ты мне скажи. Ведь вы оба появились только после смерти отца. Хотя правду знали уже полгода как.

— Я узнал не так давно, — покачал головой Витя. — Дядя Олег не сразу рассказал мне. А потом у него были дела, из-за которых мы не могли все бросить и поехать сюда.

Он говорил очень уверенно и явно верил тому, что озвучил. Так, может, Ник прав, и Виктор на самом деле заинтересован вовсе не в наследстве?

— В любом случае, если ты и правда наш брат, тебя никто не обидит и не лишит того, что тебе причитается, — подвела черту под нашим разговором. — Об этом можешь не волноваться.

— А остальное? — он мягко придержал меня за локоть, когда я попыталась уйти. — Мы сможем общаться?

— Скорее всего, я уеду из России. Так что даже не знаю, что тебе ответить.

Виктор был явно растерян и расстроен моим ответом. Но в этот момент к нам подошел Никас и внимательно посмотрел на того.

— Результаты будут готовы через пару дней. Мы с твоим дядей договорились встретиться у нашего адвоката. Заодно и проясним все формальности, если будет необходимость.

Витя угрюмо кивнул и пошел к Костомарову.

— Ты как? Он что-то хотел? Доставал тебя? — настороженно спросил Ник.

— Ничего такого. А ты? О чем говорил с его опекуном? — Никас отвел взгляд, и напряженно стиснул зубы. — Ты не расскажешь, да? Скажешь, что сам разберешься? — догадалась я.

— Идем, Ева.

Он взял меня за руку и повел к выходу. А мне стало тоскливо и холодно. Неужели все, что было между нами в эти дни, мне просто показалось?

— Ник, поговори со мной, — попросила, когда мы подошли к машине. — Я ведь не чужая тебе…

Его взгляд потеплел, и он подошел ближе, а затем прижал к себе и поцеловал в макушку.

— Конечно, не чужая, — прошептал едва слышно. — Просто не хочу тебя втягивать во все это.

— Но я ведь уже не ребенок! Я имею право знать, что происходит!

— Не ребенок, — усмехнулся он с какой-то странной горечью. — Ладно, ты права. С этим Костомаровым не все так просто.

— Что это значит?

— Дядя Лео что-то нашел про него, сказал, что, возможно, за ним стоит кто-то из конкурентов отца. И их цель — получить долю в компании.

— А у них может получиться? — растерялась я от новой информации.

— Не знаю. Возможно. Иначе бы не стали так суетиться.

— И какой у тебя план?

— Ты даже не сомневаешься, что он у меня есть? — насмешливо фыркнул он.

— Я вообще в тебе не сомневаюсь, — искренне ответила я.

— Рад слышать. Но, в общем-то, ты права — только план есть не у меня, а у дяди Лео. Мы же пока будем просто тянуть время.

— Чтобы узнать, кто стоит за Костомаровым?

— Именно. Прежде всего, мы должны обезопасить компанию.

— Знаешь, мне кажется, Витя и правда не в курсе игр своего дяди. Он сказал, что узнал про то, что неродной, совсем недавно. И они с ним приехали, как только Олег закончил какие-то свои дела.

— Ты ему веришь? — задумчиво спросил Ник.

— Его слова звучали убедительно. Мне кажется, его и правда волнуют не деньги, а возможность обрести родных.

— Если это правда так, то мы вскоре узнаем об этом. А теперь — нам пора. Мне еще в офис надо успеть.

Я послушно села в машину и всю дорогу размышляла над тем, мог ли быть неискренним Витя.

Следующие пару дней я почти не видела Никаса. Он приезжал довольно поздно, ближе к полуночи. Злой и уставший. Конечно, он не ругался со мной, но я видела, что его лучше не трогать. И чем больше времени проходило, тем сильнее во мне крепло понимание, что я не хочу уезжать. Что мое место — здесь.

И сегодня я собиралась сообщить об этом Нику. Предвкушала его удивление и радость. В своих мечтах я уже зашла довольно далеко и даже представляла, что мы будем куда-то ездить только вдвоем, возможно, ходить на свидания. Конечно, не в людные места, но… Но я, кажется, была согласна уже и на тайные встречи. Настолько прониклась нашими отношениями, что уже не могла представить, как это быть без них. Пусть между нами и был всего лишь один поцелуй.

Витя все это время не пытался со мной связаться, и, наверное, это было хорошо. Что я могла ему сказать? Я по-прежнему не верила ему. Оставалось только дождаться результатов теста.

Ужин был почти готов, когда на пороге появился Ник. Он выглядел отстраненным и уставшим.

— Привет, — улыбнулась я. — Ты рано. Но это даже хорошо. Я вот ужин нам приготовила…

— Вижу, — кивнул он. — Что за повод?

— Я… в общем, я подумала и решила, что не поеду никуда.

— То есть? — он хмуро окинул меня взглядом, и мне стало от этого не по себе.

— Ну, ты же хотел, чтобы я осталась, — нервно пояснила я, не зная, куда деть руки. Появилось странное чувство, что я на экзамене и не знаю правильных ответов. — Вот и решила, что… Ты же говорил, что хочешь быть вместе…

— Ты улетаешь, Ева, — прервал мое бормотание Ник.

— Улетаю?

— Именно. Прямо сейчас. Собирай вещи — у тебя полчаса.

— Что? Ты шутишь? — ошарашенно спросила я. — Но почему?

— Так нужно. Ты все равно хотела доучиться. Так что мы просто чуть ускорим события.

— Но я же передумала! — с отчаяние возразила я. — Ты же слышал!

— Слишком поздно. Теперь это уже неактуально, — мотнул он головой.

Наверное, даже если бы он меня ударил, мне бы не было так больно, как от этих слов.

— Ты вернешься к Кате? — сдавленно прошептала я.

— Ева, у тебя полчаса. Машина уже ждет.

Перед глазами все расплывалось, но я стиснула зубы и вышла в коридор. Внутри, казалось, все умирало. Медленно — шаг за шагом.

Удивительно, но мне хватило и двадцати минут, чтобы сгрести в чемодан все, что нужно.

Никас ждал внизу, и на краткий миг мне показалось, что он вот-вот скажет, что это все дурацкая шутка, что он проверял меня или что-то еще. И я готова была простить ему все, что угодно. Лишь бы все вернулось обратно, лишь бы он не произносил этих страшных слов.

Но вместо этого Ник взял чемодан и понес к двери. Он не сказал ни слова до самой машины. Кроме водителя, там сидел еще и охранник.

— Тебя проводят до трапа. Так что не дури, — холодно произнес тот, кого я еще совсем недавно считала самым главным человеком.

Нужно было садиться, но я не могла. Стояла и ждала, что он хоть как-то объяснит свое поведение.

— И это все? Ты просто выгоняешь меня?

— Отправляю обратно, в твою жизнь. Ты была права, когда настаивала на том, чтобы вернуться. Мне жаль, что я не сразу это понял.

— А теперь вдруг осознал?!

— Именно.

— Но ты же говорил, что хочешь быть со мной!

— Это в прошлом. Между нами ничего не может быть.

Я зажмурилась, чтобы не расплакаться.

— А как же Витя? Как же тест? Завтра мы должны были узнать результат. Ты говорил, нужно будет подписать какие-то бумаги насчет наследства…

Я, как дура, цеплялась за любую возможность, чтобы остаться. Глупо унижалась, но ничего не могла с собой поделать.

— Официально я твой опекун до двадцати одного года. Либо до замужества. Так что вполне справлюсь и сам с формальной стороной.

Еще один холодный ответ, который ударил по больному.

— Тогда прощай?

Никас не ответил. Только шире раскрыл дверь и нетерпеливо кивнул.

Я в последний раз оглянулась на дом. Почему-то я не сомневалась — сюда я больше не вернусь. Молча села в машину и даже не взглянула на брата, когда тот закрыл дверь.

Всю дорогу я плакала. Тихо, беззвучно. И мне было наплевать, что рядом был охранник.

Здесь и сейчас я медленно умирала, теряя часть себя. Сегодня я узнала, что такое настоящее предательство. И не была уверена, что когда-нибудь смогу стать прежней.