ГЛАВА 11
Ульяна
Прошло пять дней.
Я за это время успела пройти все три собеседования, стараясь показать себя с лучшей стороны и блеснуть знаниями, чтобы даже не столько приёмной комиссии, сколько себе доказать, что я могу всё сама, без чьей-либо протекции. Правда, расслабиться и отдохнуть мне не дали. Регина просто не оставляла мне времени куда-то пойти с той же Иркой, даже на пляж, не говоря о Дане, завладев всем моим вниманием с утра до ночи. Но был во всём этом свой несомненный плюс: с Мстиславом я теперь встречалась только в столовой. Впрочем, после того поцелуя на подземной стоянке торгового центра, он вёл себя вполне себе примерно, ни словом, ни взглядом, ни делом не показав больше мне больше своей заинтересованности. Что тут скажешь… молодец. Я тоже старалась, как могла. Лишь по ночам мои чувства выплёскивались наружу в виде безмолвных слёз. Я часто лежала, глядя в темноту, растворяясь в этой мгле, так похожей на его глаза. В планшете и вовсе хранились уже десятки портретов разной степени приличия. Если бы Мстислав только знал, насколько я сходила с ума… но он не знал, и это ещё один несомненный плюс.
Сегодня, в его день рождения, я вновь была вынуждена таскаться вслед за Региной и перепроверять все приготовления. Зато, наконец, познакомилась с поваром. Полноватый брюнет-француз не говорил по-русски и постоянно был чем-то недоволен. Весь в свою хозяйку, в общем! Хотя Регина и та не решалась лезть ему под руку. Я же не удержалась от парочки фраз, чтобы уточнить о содержании некоторых блюд. Заодно попрактиковалась во-французском. Я, конечно, не говорю на нём бегло, но поддержать разговор могу. И этим удивила обоих. В карих глазах мачехи даже промелькнуло что-то вроде одобрения. Дальше была проверка комнат, сада, наблюдение за расстановкой шатров и прочей атрибутики празднества. А ближе к обеду пришли они… Четыре девушки. Четыре визажиста-парикмахера. Которые свели меня с ума. Точнее, две из них, приставленные к моей персоне.
Я искренне удивлялась, к чему мне их помощь, когда волосы в большую шишку на макушке я и сама могла собрать. И явно не потратила бы на это два часа! Просто потому что я точно не стала бы их мыть какими-то специальными отварами, придающими им “нужную степень” блеска, выпрямлять и без того прямые волосы, чем-то брызгать... И ещё кучу всего непонятного для меня.
В общем, к тому времени, как мы дошли до макияжа, у меня было стойкое желание сбежать из этого дурдома!
И к этому я должна привыкнуть? Да ни за что!
Дальше последовали процедуры по очищению лица (будто похода в спа накануне вместе с Региной мне было мало), маски всякие, скрабы, крема... И если на это всё я смотрела ещё более-менее благосклонно, то тот слой штукатурки, что они собирались на меня нанести, вызвал искренний ужас и протест.
- Нет! - тут же осадила я девушек. - Либо самый минимум, либо вообще уходите! Я не желаю становиться одной из кукол Барби!
- Но… Регина...
- Вот и идите к Регине!
Девушки действительно ушли. Подозреваю, жаловаться на меня. Ну, и я свалила. От греха подальше. В комнату виновника всех моих издевательств. Из-за его же дня рождения меня тут, как куклу наряжают. Вот пусть и спасает!
Спальня Мстислава находилась в другом крыле и также являлась самой дальней из всех, с зеркальной от моей планировкой и белоснежной обстановкой. Только вместо красного акцента - шоколадный.
Сам братец обнаружился на полу по центру комнаты. Отжимался. На моё появление замер на вытянутых руках, с удивлением разглядывая мою персону у себя на пороге. Ну да, я ж впервые здесь. И он прекрасно знал, что я бы в жизни к нему просто так не явилась сама. Мы хоть и общались теперь вполне по-дружески, но встреч наедине всё равно избегали, чтобы не провоцировать друг друга на ненужные нам обоим последствия. Но сейчас его мать и косметический подряд казались мне куда страшнее.
- Я требую политического убежища! - выдала я довольно нервно, тяжело дыша от недавнего забега, и прижалась спиной к уже закрытой изнутри двери.
- А ты в курсе, что за предоставление политического убежища приходится расплачиваться чем-то не менее весомым? - усмехнулся брюнет.
Чёрный взор плавно сместился от моего лица к шее и ещё ниже, в итоге проскользив по короткому шёлковому халатику, голым ногам, и так до самых ступней. Там и остался.
Меня словно в кипяток окунули, так ярко почувствовала на себе этот взгляд. Едва не забыла, зачем пришла, неожиданно остро ощутив недостаток его прикосновений. На самом деле, сейчас я готова была и душу дьяволу продать, а не только умолять и унижаться, лишь бы он, пусть и ненадолго, но обнял, прижал к себе, поцеловал… Просто перестать быть его сестрой. Забыть об этой пропасти...
Последняя мысль и привела в чувство.
- Ничего не знаю! Это твоя мать! Твой день рождения! И виноват во всём этом ты! Так что и спасать меня тоже предстоит тебе! - потребовала я, отводя взгляд, но наблюдая за ним боковым зрением.
Мстислав повторно усмехнулся. И продолжил преспокойно отжиматься.
Впрочем, я была бы не я, если бы повелась на показательный игнор. Говорить больше ничего не стала, как и смотреть на него в открытую, нагло принявшись ходить по комнате, изучая мелкие детали интерьера. Изучать, правда, особо было нечего, кроме фотографий и всяких чертежей на столе. Ну, не в ноутбук же с планшетом лезть? Я, конечно, особа временами беспардонная, но не настолько. А вот некоторые - настолько. И даже хуже.
Завершив с отжиманиями, Мстислав поднялся с пола и, продолжая всё так же беспардонно делать вид, что меня не существует, направился в душ. Раздевался он на ходу. Полностью.
Я, как потянулась к рамке с общей семейной фотографией, так и застыла с протянутой рукой. Даже когда дверь в ванную комнату за ним закрылась, продолжала стоять и смотреть на деревянное полотно, не мигая, забыв, как дышать. Образ обнажённого тела отпечатался в сознании подобно клейму.
Ну вот, плюс ещё один рисунок к уже имеющимся…
Ручки уже так и чесались запечатлеть эту картину.
А что? Вот уеду отсюда, начну другую жизнь вдали от них всех, построю дом, посажу дерево, рожу сына и по вечерам, сидя у камина, буду просматривать альбом, посвящённый моему горячо любимому братцу, чтоб его шмели за зад покусали! Тоже мне мстительный какой, посмотрите! Я вот тоже так могу! Но не сделаю…
Из мыслей вырвал громкий стук в дверь.
- Ульяна, я знаю, что ты там! Аделаида видела, как ты в это крыло сворачивала! - громко поставленным голосом сообщила Регина с той стороны двери. - Мстислав, сейчас же открывайте!
В первое мгновение закружилась на месте, не зная, куда податься.
Ну, не в шкаф же лезть, в самом-то деле?!
Вот и... метнулась в ванную к Мстиславу, наплевав на все приличия.
Не выйду отсюда и всё тут! Пусть другую куклу себе ищут для потехи!
Обо всём этом я позабыла почти сразу, уставившись огромными глазами на голого Мстислава. А всё потому, что душевая кабина, внутри которой стоял ко мне полубоком брюнет, оказалась прозрачной. И появление моё он, соответственно, заметил. Сперва замер. После тихонько выругался себе под нос. Потом и вовсе лбом в сжатый кулак, упёртый о стену, уткнулся.
- Я… Прости, я не знала, что у тебя тут всё так… - махнула рукой на стекло. - Там твоя мама… - указала большим пальцем себе за спину, на закрытую дверь, к которой прижималась.
Только договорила, как послышались очередные сдавленные ругательства от брата. Регина, судя по звукам, умудрилась войти в комнату.
- Мстислав! - позвала она всё также громко.
- Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! - откровенно взмолилась я шёпотом. - Я больше не выдержу! Они меня как куклу наряжают! Мне это пятиминутное сооружение на голове, - ткнула в причёску, - два часа делали! Два! А потом ещё час на подготовку к макияжу убили! Накрасить хотели, как девочку на панель с двойным слоем штукатурки, и… - тут меня заткнули.
Вышедший из душа брат банально накрыл ладонью мой рот.
- Ти-хо, - произнёс почти беззвучно.
Вторая его ладонь скользнула по талии, прижимая к себе вплотную. Послышался едва уловимый щелчок затвора.
- Мстислав! - позвала вместе с тем снова Регина.
- Да что вам всем от меня надо? - устало отозвался брюнет.
Воцарилась тишина, разбавляемая лишь гулкими ударами моего сердца…
- Ульяна разве не к тебе пошла? - спустя небольшую паузу, поинтересовалась мачеха.
- Ага, ко мне. Ей же во всей усадьбе больше пойти некуда. Конечно, она первым делом ко мне побежала, - усмехнулся Мстислав. - Ты её в моей комнате видишь?
- Эм… нет, - послышалось растерянное.
- А ты под кроватью посмотри, вдруг она там спряталась. Или в шкафу, - снова усмехнулся брат. - Или вообще можешь сюда, ко мне зайти, вдруг она вовсе здесь прячется, пока я душ принимаю?
Едва не расхохоталась от абсурдности ситуации. Хорошо, Мстислав по-прежнему зажимал мой рот своей ладонью.
Ответа от Регины не последовало. Зато послышался звук захлопнувшейся двери.
Аллилуйя! Аминь! И ура на это!
Вздохнув с облегчением, уставилась на парня с немым обожанием. Правда, уже через минуту смутилась. До моего мозга, наконец, дошёл тот факт, что мы с ним остались наедине, в маленькой комнате, при том оба почти голые. Ну, то есть брюнет-то не почти - совсем, а я… Вряд ли, мой короткий шёлковый халат, уже к тому же мокрый до безобразия, можно назвать прикрытием, учитывая, что под ним у меня ничего нет… что очень отчётливо можно почувствовать, если опустить ладонь ниже.
Гулко сглотнула, как никогда остро ощутив нашу близость. И взгляд приковался к пульсирующей на его шее точке, по которой стекали капли воды, оставляя влажные дорожки за собой. Едва подавила в себе порыв слизать их.
Мстислав так и не отодвинулся от меня ни на миллиметр. Просто стоял, не шевелясь, не дыша. И смотрел. Чёрный взор гипнотизировал, манил, обещал. Хищно и алчно.
И вот как у него это получается?
Я ведь не вижу его взгляда, но так хорошо чувствую… как и кое-что другое, недвусмысленно упирающееся в мой живот.
Мамочка родная, что я наделала!
- Уйди… - хрипло выдавил из себя Мстислав.
Сам так и не пошевелился. И ладонь с моего лица не убрал. Как и не выпустил из своих объятий. А смотреть ему в глаза я не решалась. Если сделаю это, точно уже не смогу уйти никуда. И так самоконтроль на грани. Но ведь надо же что-то делать? Не будем же мы стоять так вечность? С другой стороны, почему нет? Хоть так будет рядом. И всё же, вдохнув поглубже, перехватила ладонь Мстислава, отодвинув её в сторону от себя.
Убрать-то убрала, да только разжать пальцы не смогла. Так и уставилась на наши соединённые ладони. Его - большая и смуглая. И моя - маленькая, почти белоснежная, как контраст.
- Уйди, Ян… - прохрипел вновь Мстислав.
Вопреки сказанному, переплёл наши пальцы между собой, сжав крепче прежнего.
- Ты не отпускаешь, - прошептала я едва слышно, ответно сжимая его ладонь.
Послышался шумный вдох, а затем не менее шумный, болезненный выдох. Он резко отпрянул и отпустил. Отвернулся.
Чуть не взвыла от ощущения потери! Захотелось вернуть его себе. Прижаться ближе. И будь что будет!
- Уйди!
Я не вышла. Вылетела. Просто от такого рыка любой бы поспешил сбежать. Мне даже те девочки-мучительницы показались чем-то мелким и неопасным.
Последующие часы я старательно изображала из себя статую. Мне уже было всё равно, как меня накрасят. Перед глазами всё это время стоял образ мокрого Мстислава и его рык, а ладонь с талией на месте соприкосновения жгло так, будто огнём опалило.
На кой чёрт меня понесло именно к нему за помощью?!
До самого вечера из комнаты я больше не выходила. Даже когда девушки ушли. Продолжала сидеть на стуле, глядя в одну точку и больше всего мечтая оказаться где-нибудь на севере, где холодно, ибо кровь продолжала кипеть так, что по ощущениям сам воздух вокруг гудел от исходящего от меня жара и напряжения.
- Ульяна! - строго проговорила Регина.
Невольно вздрогнула. Не заметила, когда она успела войти в комнату и как давно вообще здесь находится.
- А? Да, я готова, - нахмурилась и встряхнула головой, отгоняя наваждение, подскочила со стула и расправила складки на своём наряде.
На сегодняшний вечер я выбрала длинное в пол платье оттенка лаванды с полупрозрачным верхом и цветочной вышивкой по нему, украшенной кристальным бисером. И если спереди прозрачными участками оставалась линия декольте и впадинка между грудями, то вот спина почти полностью была открыта: от самых плеч к центру переходя в линию, опоясывающую талию, а дальше полностью открытый участок до самой поясницы, переходящий в юбку из шёлкового и шифонового слоёв. Романтичный, в чём-то даже невинный, но при этом смелый образ. Та же Регина, к примеру, выбрала более классический: чёрное кружевное платье без рукавов и с закрытым горлом.
- Время, Ульяна, - стукнула указательным пальцем по изящным наручным часам на своём правом запястье Регина. - Идём, - скомандовала следом.
Я на это только согласно кивнула и, приподняв длинный подол, чтобы не споткнуться, направилась за ней на выход.
- Первые полчаса, пока гости будут прибывать, будешь находиться рядом со мной, я представлю тебя всем, а тебе - их, соответственно, - начала выдавать инструкции Регина, за которые я нарочно цеплялась, только бы снова не уйти в себя. - И я тебя очень прошу, не груби людям. Это может отрицательно сказаться на твоём отце. Если обо мне и репутации нашей семьи не думаешь, так хоть о нём подумай.
- Почему я должна молчать, если меня оскорбляют? То есть им можно, а мне - нет? - возмутилась я на подобное указание.
- Правда, решила, что, это развлекательный вечер, и они все сюда действительно придут, чтобы поздравить нас? - усмехнулась Регина. - Каждый второй спит и видит, когда мы упадём. Часть просто откровенно завидует и мечтает быть на нашем месте. Оставшиеся… просто пытаются скрыть свою никчёмность, приобщившись к большинству, - обронила уже небрежно. - Ни за что не показывай им то, что они могут тебя достать или же уязвить. Будь выше.
И не поспоришь…
- Не обещаю, но очень постараюсь сдержаться.
- Помни о том, что однажды слетевшие в порыве слабости слова очень дорого могут обойтись впоследствии. Мне это часто помогает.
- Зачем вообще нужны такие "друзья"? Спектакль абсурда какой-то получается, - проворчала я, осторожно ступая на лестницу.
- Именно спектакль, да, - не стала отрицать Регина, - Гарантирующий “место под солнцем”. Например, те же Павловы - фактически, город принадлежит им. В прямом смысле. Арсений Игнатьевич Павлов - глава земельного комитета. И твой отец не получит ни один участок под застройку во всём крае, если он того пожелает… Мне продолжать, или основную мысль ты уяснила?
- Да я её с самого начала уяснила. Как и того, что друзей на этом вечере не будет, - усмехнулась я. - Если они вообще есть, - пробормотала уже себе под нос. - В таком случае, - перешла на деловой тон, - предлагаю нам заключить хотя бы временное перемирие. Думаю, все присутствующие не преминут проехаться не только по мне, - скривилась. - Будет лучше, если для всех мы будем состоять в хороших отношениях.
- Непременно проедутся. Они сегодня как раз на тебя посмотреть придут, - согласилась на свой лад Регина. - Или думаешь я тебя просто так по этим спа и салонам таскала? - состроила снисходительное удивление. - Выполняй, что я тебе велела, и жертвы будут минимальны.
К этому моменту мы дошли до лестницы, где Регина остановилась. Прежде чем спуститься, сперва оценила готовность выстроенных в ряд горничных, нанятых официантов, прошлась придирчивым взглядом по украшениям в холле, напоследок чуть дольше задержалась на рассматривании распахнутых настежь дверей, ведущих в сад. Если встречать гостей мы должны были у парадного входа, то вот основное место проведения мероприятия должно было состояться на свежем воздухе, где уже были возведены открытые шатры, внутри которых накрыты столы, и звучала живая музыка.
А затем и вовсе его обняла и поцеловала!
Возникло непроизвольное желание оттаскать её за волосы, чтобы не тянула свои наманикюренные когти к чужому.
А ведь ничего такого… всего лишь поцелуй в щёку, как именинника… не считая того, что Ирке он нравился далеко не как именинник...
Господи, дай мне сил пережить этот вечер и одолевающее меня всё большее с каждым днём сумасшествие!
- А с кем на бокс пойдёшь? - всё ещё не отлепилась от Мстислава блондинка.
Конечно, обнимать его уже перестала так нагло, но всё равно рядом стояла, аккуратно подцепив под руку. И так жалобно-доверчиво на него смотрела…
Так и захотелось сказать: "Ой, да пригласи ты её уже!". И вместе с тем - порвать эти билеты, от души потоптавшись на их клочках.
Но снова смолчала, да.
Мне точно пора памятник ставить за терпение!
- Ммм… - протянул на её вопрос Мстислав. - А у тебя есть какие-то предложения по этому поводу? - усмехнулся, пристально глядя на неё сверху-вниз.
Она ему едва ли до плеча доставала.
И вот чего пялится? Зеленоглазых блондинок раньше никогда не видел, что ли?
- Ага, она хочет, чтоб ты меня с собой взял! - встрял в диалог Костя.
Стоящие за его спиной девчонки тихонько захихикали.
- Да? - поддержал своеобразную шутку Мстислав, посмотрел на друга, потом снова на блондинку, которая успела покраснеть. - Нет, мне кажется, она не тебя имела ввиду, - покачал головой, сделал паузу. - К тому же, я предпочту компанию куда более занимательную, чем ты, Михалыч, - усмехнулся следом. - Сходишь со мной? - адресовал уже Ирке.
Та радостно закивала. Я едва не зарычала от вселенской несправедливости. Издевается он что ли надо мной?! А вот Костя “обиделся”.
- Вот так и знал, что ты мне замену нашёл! - закатил он глаза. - Так и знал, что ты рано или поздно променяешь лучшего друга на какую-то красотку! То-то уже почти неделю отмораживаешься…
Я их слушала, но не слышала. В крови по ощущениям холод растекался. Воображение тут же нарисовало кучу исходов этого свидания, один хуже другого. И в каждом я видела, как Мстислав её обнимает, целует. Её. Не меня. Как Ирка стонет, выгибается ему навстречу в немой просьбе большего. Она. Не я. И всё это по кругу. Раз за разом. Всё более откровенно.
- Пойду, прогуляюсь! - выпалила я, больше не желая здесь оставаться, и, развернувшись, поспешила скрыться за ближайшим поворотом, от греха подальше.
В груди неимоверно пекло от недостатка кислорода, но сделать новый вдох было выше моих сил. Не получалось, как бы ни старалась. Открывала рот в попытке глотнуть хоть немного кислорода, но тот словно испарился из атмосферы. Перед глазами уже чёрные точки плясали, но я упорно шла вглубь сада. Туда, где мне, может, хоть немного станет легче. Если такое вообще возможно в моей жалкой жизни.
Остановилась я, только когда окончательно пропали фонари, погрузив пространство в вечернюю мглу. И да, наконец, смогла сделать первый вдох. А вместе с ним пришли и слёзы. Сперва они просто редкими каплями стекали по щекам, но с каждым пройденным мгновением их становилось всё больше, пока рыдания не накрыли с головой.
- Ну, за что мне это? - прошептала в откровенной мольбе, опускаясь прямо на каменные плиты, больше не сдерживая своих эмоций.
Они накатывали волнами, грозя утопить меня вместе с собой, кромсали на куски моё тело, оставляя на нём невидимые раны. Такие, что, вряд ли, когда-нибудь им суждено зажить. Так и будут кровоточить всю жизнь, разъедаемые кислотой, отравляющей эту самую кровь, проникающей в разум, сводящей с ума, уничтожающей... всю меня. Раз за разом. Изо дня в день. Из года в год. Только я и моя Любовь. Которой я так откровенно преподнесла своё сердце. И которая так бездарно им распорядилась. Которое билось теперь только для одного человека в этой жизни. Для того, кому не суждено его сберечь.
- Хэй, ты в порядке? - донеслось в какой-то момент встревоженное.
Костя опустился передо мной на корточки, осторожно тронув за плечо. Посмотрела на него затуманенными от слёз взором, не понимая даже, что ему от меня нужно.
- Нет, - покачала я головой. - Убей меня, а? - попросила в отчаянии. - Я больше так не могу, - призналась честно, обхватила себя за плечи и отвернулась.
Мне протянули платок. Точнее, вложили в руку. А ещё подали воды в бутылке. И две небольшие таблетки ссыпали на ладонь из пластикового пузырёчка.
- На вот, выпей, станет легче, - сочувствующе улыбнулся Костя.
- Что это? - уточнила, всхлипывая, но предложенное взяла.
- Успокоительное, - пояснил парень. - Я на такие вечеринки, как эта, без них не хожу. У меня, в отличие от твоей мачехи и моих предков, нервишки не стальные. Мне уже минут через пять в их компании хочется на Луну выть, - вздохнул обречённо.
- Вот мне тоже, похоже, надо будет их с собой носить, - улыбнулась вяло, закидывая лекарство в рот и запивая его водой. - Спасибо, - поблагодарила парня. - Это просто нервы. В последнее время всё ни к чёрту. Переезд этот, расширение семейных уз, светские манеры. Господи, с каким бы удовольствием я им всем по роже съездила, вместо того, чтобы выслушивать эти завуалированные оскорбления, - призналась. - Но, к сожалению, Регине пообещала держать себя в руках. Слушай, а ведь она святая женщина! Честное слово, я её выдержкой восхищаюсь! Хотя никогда не думала, что такое вообще может произойти, - нервно рассмеялась.
- Ты пей-пей водички побольше, - понимающе улыбнулся Костя. - Скоро полегчает. Они реально быстродействующие, - приободрил.
Вообще с каждой минутой, напряжение действительно понемногу отпускало, а на душе становилось значительно легче. Всё больше хотелось смеяться.
- Хорошее успокоительное, - согласилась я с ним, после чего судорожно вздохнула и шумно выдохнула. - Спасибо.
- А как, по-твоему, я до двадцати одного года дожил и не скончался в приступе отчаяния и тоски после таких вечеринок? - хмыкнул Костя на моё замечание. - Но ничего, не переживай, осталось продержаться совсем немного. Мы тут ещё полчасика на глазах у всех потусуемся, а потом в кальянную свалим, там шикарный бильярдный стол есть. Сыграешь со мной партию? - предложил, лукаво улыбнувшись.
- Боюсь, меня туда никто не отпустит, - тяжко вздохнула я. - С другой стороны, когда это я была послушной и примерной девочкой? - заметила уже задорнее. - В конце концов, праздник же, - поднялась на ноги и принялась отряхивать платье. - А на праздниках принято веселиться. Вот и буду веселиться! - постановила важным тоном, притопнув ногой.
И к чёрту некоторых брюнетов! У него, вон, свидание с блондинкой намечается. Вот и пусть идёт на своё свидание! А у меня своё будет!
- Ой, я тебя умоляю! - хмыкнул Костя, выпрямляясь. - Предки ещё часа четыре будут обсуждать погоду и прочую великосветскую дребедень. Не заметят даже, что нас нет. Мы так каждый раз в чей-то день рождения делаем, - похлопал меня по плечу.
- Не, моё заметят, - покачала я головой. - Я же сегодня звезда вечера, не знал? - фыркнула. - Но тем веселее. Я и так весь вечер была хорошей и делала то, что от меня ждут. Надоело. Теперь будет по-моему. Хочу петь, танцевать и веселиться. И в бильярд играть тоже.
- Вот и пошли! - согласился он со мной. - А то все только тебя ждут, - улыбнулся. - Даже твоя подружка, и та едет. Вон как мило они там воркуют с Климом… А я всё гадал, что за девчонка ему такая попалась, из-за которой он в завязку ушёл, - продолжил уже задумчиво. - А оказывается - она. Честно, не ожидал даже. Клим, знаешь, на свидания всякие вообще не ходит. Не его стиль.
Ну да, не его, как же. Знаю я, как это не в его стиле. Но надо же… Когда только успели спеться с Иркой? И ведь та ни словом не обмолвилась в скайпе, когда мы с ней вчера вечером списывались. И братец тоже хорош. Так достоверно страдания изображал! У-у! Ненавижу!
Внутри вновь заворочалось тёмное, неприятное ощущение, которое я привычно подавила усилием воли. На удивление, вышло это легче прежнего. Да, больно, но сердцем овладело какое-то безразличие. На первый план вышли эмоции бескрайнего счастья. Пусть его гуляет, с кем хочет. И я буду.
Правда, идти мы с Костей никуда не спешили. Он так вовсе ближе ко мне подошёл, забрал из моих рук платок, смочил его водой из бутылки и принялся заботливо вытирать мне лицо.
- Я бэтмен? - поинтересовалась я у него задорно.
- Скорее, пандочка, - поправил Костя.
- Красивая хоть? - уточнила с весельем, чуть склонив голову набок.
- Очень красивая, - улыбнулся парень.
- Что, и на свидание пригласишь?
Костя расплылся в ещё более добродушной улыбке.
- Если ты меня поцелуешь, - прищурился он лукаво. - Поцелуешь?
- Что, ещё до первого свидания? Ну нет! Я авансы не раздаю!
- Я прогрессивный чувак. Но если тебя это так смущает… - лукавый блеск в его глазах стал только явнее, а парень опустился передо мной на колени. - Свет очей моих, Ульяна, - выдал пафосно, - стань моей невестой!
- Вот прям так сразу и невестой? - выгнула брови в удивлении, хотя больше хотелось смеяться.
- А что? Я тебя невестой моей стать прошу, замуж за меня пока не заставляю выходить, - нахмурился Костя. - Или тебе слабо?
- А если не соглашусь, невестой тоже будешь заставлять стать? - уточнила я со смешком.
- А то! - гордо выпятил грудь Павлов.
- Да? Ну, тогда заставляй! - великодушно махнула рукой.
И тут же оказалась перехвачена за эту руку.
- Слушай, вот почему вы, девчонки, всегда всё усложняете, а? Я тут на коленях перед тобой, всю душу наизнанку, а ты не соглашаешься добровольно, - обречённо вздохнул. - Ну, хочешь, я тебе крутую тачку куплю?
Вот теперь я смеялась в голос.
- Чтоб ты знал, Костечка, я водить не умею, - одарила его снисходительным взглядом. - А во-вторых, добровольно - это скучно и не интересно!
- Чтоб ты знала, Ульяночка, - отзеркалил мой тон Костя, - моя сестра тоже водить не умеет, но фоточки на фоне своего красного феррари в инсту регулярно выкладывает!
- У меня нет инсты - раз. Мне на подобные выпендрёжи пофиг - два. Так что сам, котёночек, всё сам, - победно усмехнулась я в ответ. - Или слабо без денег заинтересовать девушку? - поддела его, как он меня ранее.
Парень покачал головой. На ноги поднялся. И даже руку мою отпустил. Но лишь затем, чтобы обхватить моё лицо обеими ладонями и притянуть к себе, прижаться к моим губам своими и… почему-то тут же отлететь на газон!
- Ну, ё-моё, даже поцеловаться нормально не получается, - расстроилась я.
Так обидно за себя стало. Ещё бы понять, с чего это вдруг мой будущий жених полетать решил в такой ответственный момент.
Впрочем, объяснение само себя нашло.
- Какого х*ра тут происходит? - мрачно произнёс непонятно когда и откуда взявшийся Мстислав.
Он грубо схватил меня за плечо, резко развернув к себе, вопросительно выгнув бровь в ожидании.
- А какого х*ра ты постоянно всё портишь? - парировала я всё так же обиженно.
К сожалению, моя обида оказалась безответна.
- Я тебя урою, понял? - старший брат развернулся к до сих пор валяющемуся на газоне Косте.
- Да она сама захотела! - гнусаво взвыл Павлов.
Сквозь пальцы, которыми он держался за лицо, сочилась кровь.
- Она сама сказала, что ей нравится, когда её заставляют!
- Такого я не говорила, - парировала я тут же. - Я лишь отметила, что, когда просто - это скучно и не интересно.
- Вот именно! Сама сказала: “Добровольно - это скучно и не интересно! Делай всё сам!”, - окончательно обиделся парень.
Внимание Мстислава тут же переключилось на меня. Недобро так переключилось. Многообещающе. А рука на моём плече сжалась крепче прежнего.
- Да, а ты и этого не смог сделать! - окончательно разочаровалась я в жизни, уже мало соображая, что несу. - А всё ты! - ткнула пальцем в грудь Мстислава. - Если бы не ты, жила бы себе спокойно, проблем не знала! Но нет, надо было с тобой познакомиться! Будто мало мне других проблем в жизни! А знаешь… Ненавижу тебя! - дёрнулась в сторону, скидывая с себя чужую конечность. - Лучше бы я после школы, и правда, замуж за Дана вышла, тогда бы не пришлось сейчас...
Договорить мне не дали. Чужие пальцы больно впились в подбородок, запрокидывая голову, заставляя смотреть в пылающие яростью чёрные глаза. Ярости, в них, к слову, только прибавлялось и прибавлялось, пока Мстислав пристально смотрел на меня. Всё смотрел и смотрел, а после…
- Что ты ей дал, придурок? - ледяным тоном произнёс брюнет.
- Ничего я ей не давал! - возмутился Костя.
Он всё также успешно валялся на газоне, изредка тихонько подвывая.
- Что он тебе дал? - задал вопрос брюнет уже мне. - Что ты приняла?! - повысил голос, встряхнув меня.
- Ай, - вскрикнула я от боли, ударив по его ладони. - Совсем уже, что ли? Вот что за привычка, чуть что, сразу руки распускать? - возмутилась следом. - И что ты постоянно ко мне пристаёшь? Иди, вон, к девкам своим приставай! У тебя это лучше всего получается! - толкнула его в грудь. - А меня и без тебя есть кому развлечь! И он получше тебя будет, если хочешь знать!
Меня встряхнули повторно.
- Что ты приняла, Яна?! Отвечай!
- Что приняла, то во мне уже! - парировала я гордо. - Какое тебе вообще дело до того, с кем я, где и чем занимаюсь? Это моё личное дело, чтоб ты знал! - всё так же гордо просветила его. - Ещё и нос котёночку сломал, - посочувствовала пострадавшему. - Злыдень ты, Мстислав, - постановила очевидное. - Сам на свиданки бегаешь, а мне не даёшь развлечься с другими парнями. Нет у тебя совести. Абсолютно. Вот ни грамма. Точно сбегу, - пообещала.
Злыдень злобно прищурился. А я засмотрелась на него.
Краси-ивый гад!
- Понятно, - произнёс гад сухо, перехватил меня за руку и потащил куда-то.
- Вот говорю же, злыдень, - повторила я. - Да пусти ты меня! - попыталась вырваться из захвата. - А без тебя так хорошо было, - добавила печально, не сумев отвоевать свободу. - Весело и радостно. Так, что хотелось петь и танцевать, - протянула мечтательно. - Слушай, а давай потанцуем? - предложила следом на волне вновь проявившегося счастья, притормаживая и вынуждая Мстислава остановиться. - Ты такой хорошенький, когда злишься, - проворковала, уставившись на него восторженно. - А давай ты всегда-всегда будешь на меня злиться? - прижалась к нему ближе, обняв за шею. - А я тебе снова спою. Хочешь?
Мой сопровождающий злиться неожиданно перестал. Более того, на руки даже подхватил, возобновив шествие вдоль садовой дорожки.
- Хочу, - согласился он со мной. - Пой, Янусик. Мне нравится, как ты поёшь.
Ну я и запела. А что? Мне не сложно. Петь я люблю.
- И тебя люблю, - дополнила уже для Мстислава вслух.
Он… улыбнулся. Тепло и ласково. Ну, и я улыбнулась ему в ответ точно так же. Ему вообще невозможно не улыбаться. Я готова всегда-всегда ему улыбаться.
- Да? И давно ты меня любишь? - отозвался Мстислав заинтересованно.
- Мне кажется, я тебя всю жизнь люблю, - сказала, как есть. - И в прошлой любила. И в следующей буду, - пообещала важным тоном. - Всегда-всегда, - повторила уже вслух и прижалась к нему, положив голову на удобное плечо. - А ты меня? Любишь? - полюбопытствовала следом с наигранно суровым видом, снова посмотрев на него.
- Разве можно тебя не любить? - хмыкнул братик.
- Можно. Твоя же мама меня не любит, - тяжко вздохнула я.
- Она - исключение.
- Она святая женщина! - парировала я. - Ей тоже надо памятник за терпение поставить!
- Угу, обязательно напомни мне об этом завтра. Вместе ей памятник поставим, - согласился со мной брат.
- Это я завсегда, - тут же поймала его на слове. - Чур, я проектирую, а ты строишь, - тут же распределила наши обязанности. - О! Точно! А давай я её портрет нарисую? Я умею!
- Да? И чьи портреты ты уже рисовала?
- Ой, да много чьи, - махнула рукой и принялась перечислять: - Родителей, друзей, просто прохожих, твой. У меня, кстати, есть рисунок, где ты особенно хорошо получился… Красивый, - снова мечтательно вздохнула.
Удерживающие меня объятия стали значительно крепче.
- Покажешь?
- Не, - покачала головой. - Это мой секрет. Т-с… - приложила палец к губам. - К тому же ты там почти голый, - прошептала провокационным тоном уже ему на ухо и снова положила голову на плечо.
Удобненько!
На этом наш несомненно интересный диалог прекратился. Мстислав продолжал куда-то идти. Притом явно не к гостям. И не в дом. Мне всё равно было. Он рядом, пришёл за мной, забрал у Костика, Ирку бросил ради меня и других друзей.
Хороший братик!
Правда, в какой-то момент в голове внезапно стало как-то подозрительно мутно, и я уже с трудом воспринимала реальность. Мстислав усадил меня в свою машину и пристегнул ремнём безопасности, после чего зачем-то позвонил отцу и всякие нехорошие вещи ему про меня рассказал, приплетя Костика. А ещё мы куда-то ехали и ехали, и ехали… Не запомнила куда. Да и какая разница? Я всю дорогу, как дурочка последняя, улыбалась и неотрывно смотрела на Мстислава, предвкушая, что сделаю с ним, когда мы приедем туда, куда ехали. А я сделаю... очень-очень много! И от этого улыбка на моих губах только ширилась, отчего братик по итогу заметно занервничал. Смешной такой. Можно подумать, я к нему прямо в машине приставать собралась. Хотя…
Додумать эту мысль не успела. Перед глазами всё поплыло, Если я раньше ещё понимала, что к чему, то теперь вокруг всё пришло в движение, а вскоре и это пропало, отправляя меня летать в бесконечный космос.