ГЛАВА 28

Ульяна

Прикосновения. Едва ощутимые. Ласкающие. Болезненные. Сводящие с ума. Вынуждающие едва ли не кричать от удовольствия. Убивающие. Меня. Мою выдержку. Порождающие ненависть. К самой себе.

Произошедшее ранее как на повторе крутится в моей голове. Продолжает ощущаться всем телом. Словно я не гоню сейчас по магистрали на запредельной скорости, а по-прежнему нахожусь в объятиях Мстислава. Моего брата.

Моего, мать его, единокровного брата!

Даже теперь. Не дорога перед глазами. Его глаза. Полные той же боли. Отчаяния. Обещания. Потребности. Любви. Жажды.

Всё то, что сжигает и меня саму изнутри каждую секунду этой никчёмной жизни.

Всё то, от чего я так бездушно отказалась, сев в автомобиль отца и покинув его дом.

Спрашивается, нахрена всё это?

К чему?

Ведь всё равно легче не становится. Только хуже. С каждым оставленным за спиной километром. Но тело будто своей жизнью живёт. Сильнее вдавливает педаль в пол в попытке убежать от этого извращения.

Глупо.

От себя не убежать.

От Мстислава тем более.

Нет, он не догоняет, хотя уверена, скоро бросится вслед. Как только узнает о совершённом мной. И часть меня отчаянно этого желает. Чтобы нашёл. Снова остановил моё намечающееся безумие. Вернул себе. Туда, где я должна быть. Где я по-настоящему счастлива. Рядом с ним. Одним. И к чёрту эти проценты.

А если это так, то почему снова и снова бегу?

От него. От себя. От этих чувств.

Зачем уничтожаю то, чем дышу?

Лишаю себя кислорода. Самой жизни.

Без него нет меня.

И пусть наша любовь - это прямая дорога в Ад. Я готова пройти её до самого конца не одну сотню раз. Но только вместе с Мстиславом. Одна не смогу. Не хочу. И не стану. Это как непреложный обет.

Ну и к чему тогда этот бессмысленный побег?

Наравне с последними мыслями нога ударяет по тормозам. Руки крепче стискивают руль, выворачивая его до упора. Разворачивая автомобиль в обратную сторону. Направляя туда, где я давно оставила своё сердце, душу и разум.

И снова кажущийся бесконечным сельский пейзаж за окном. Стрелка на спидометре только растёт. Машина мчится по магистрали быстрее прежнего. Опережает её только моя душа. Мир уже больше напоминает нечто размытое и неразличимое. Ещё через миг он взрывается резкой болью. Не меркнет. Нет. Я всё вижу. Ощущаю. Понимаю. Несмотря на то, что пребываю головой вниз.

Чёрный внедорожник, врезавшийся в мой автомобиль, с визгом тормозит и разворачивается. Ждёт. Но не я. Отстёгиваю ремень безопасности, открываю окно и вылезаю наружу. Чтобы увидеть искажённое злостью лицо Виолетты.

Она не глушит двигатель. Наоборот. Он рычит всё громче, желая испить крови своей жертвы по полной. И блондинка предоставляет ему этот шанс. Направляет в мою сторону. Не убежать. Не скрыться. Не успею. В голове шумит, что-то взрывается, отдаваясь болью в висках и лбу. Всё происходящее видится, как в замедленной съёмке. Я понимаю. Знаю, что нужно сделать. Уйти. Отпрыгнуть. И не могу. Просто стою и смотрю на приближающегося зверя. Готовая принять свою судьбу.

Очередной грохот вынуждает на мгновение зажмуриться. Слишком громко. Больно. Но не это изумляет.

Промахнулся.

Он промахнулся.

Потому что я всё-таки отпрыгнула. В последний момент тело вышло из ступора и сделало то, что должно.

Это одновременно приносит облегчение и напрягает ещё больше. Особенно, когда из недр автомобиля на землю выпрыгивает та, что так старалась от меня только что избавиться.

В сознании невольно проносится мысль, что как-то много народа спешит лишить меня жизни. Может, судьба? А другие просто оттягивают этот момент? Но цепкая хватка рук девушки быстро возвращает к настоящему.

Виолетта цепляется в мои волосы, словно скальп содрать хочет. Едва нахожу в себе силы развернуться и ударить её локтем в лицо в попытке получить свободу. Удаётся на миг. В следующий - блондинка ногтями впивается в моё лицо, роняя меня спиной на землю. Очередная вспышка пронзительной головной боли затмевает всё вокруг. Сил отбиваться нет. Мои вялые попытки не приносят никакого результата.

- Решила, что самая умная, да? - злобно прошипела Виолетта. - Думаешь, можешь выставить меня за дверь, да? - встряхнула меня. - Захотела отобрать его у меня, да? Ну, и? - усмехнулась злорадно. - Как теперь будешь...

Не договорила. Сложно это делать, когда тебе бьют по горлу. Удар из-за слабости от столкновения моего многострадального лба о руль вышел смазанным, но мармеладке и этого хватило. Отшатнулась. Правда, пришла в себя она быстро. Теперь уже я не могла нормально дышать. И почему-то в этот момент размышляла я не о смерти. О том, что Мстислав так и не узнает, что я всё же выбрала его. Последняя мысль, как мелькнула, так и пропала. Вместе с хваткой на моей шее. А через миг надо мной склонился тот, о ком думала.

Или не он?

Чудится...

- Привет, - шепнула я зачем-то своему видению, вяло улыбнувшись. - А я тебя ждала, - дополнила, жадно восполняя недостаток кислорода.

Он ничего не сказал. Поднял на руки, бросив мимолётный взгляд куда-то в сторону. Оттуда тут же донеслось жалобное мычание Виолы.

- Ещё раз дёрнешься, точно пришибу, - сухо произнёс брюнет в её адрес.

Только теперь окончательно сосредоточился на мне. Хмуро осмотрел. Поджал губы. В чёрном взоре плескалось море скрытой ярости. Кое-кто явно едва себя сдерживал.

А я, наконец, осознала, что да, действительно Мстислав. Здесь. Со мной. Нашёл. Прижала ладонь к его щеке в попытке успокоить хоть немного, ласково погладила, поцеловала и снова улыбнулась. Нет. Не так. Я и не переставала улыбаться с момента, как увидела его минуту назад.

- Я ехала обратно, - призналась уже виновато, старательно отгоняя наплывающий туман из головы.

Он по-прежнему молчал. Донёс меня до своей машины, усадил на пассажирское сиденье, затем развернулся и быстрым шагом направился обратно. К Виолетте. Подхватил её за локоть, вынуждая подняться, а после тоже потащил к автомобилю. Только вместо того, чтобы усадить её в салон, запихнул в... багажник. Как ещё совсем недавно меня.

Сочувствия по этому поводу к полоумной девице я никакого не испытала. И даже усмехнулась, когда из недр автомобиля послышались сперва сдавленные ругательства, а потом стук и крики: “Выпусти меня!”.

На всё это Мстислав внимания вовсе не обратил, сперва вызвал скорую, потом вернулся ко мне и опустился передо мной на корточки около незакрытой дверцы, сжал обе мои ладони в одной своей и только тогда заговорил:

- Передумала? - обронил приглушённо.

Всего на миг задержал на мне пристальный взгляд, а затем шумно выдохнул сквозь сжатые зубы и уткнулся лбом в мои колени.

- Одумалась, - поправила я его со вздохом, отобрала у него одну руку и запустила в тёмные волосы. - Прости меня, - добавила тише.

Он снова молчал. Ещё с минуту минимум. Потом поднял голову, вновь одарил меня пристальным взглядом.

- Я с Виолеттой разберусь. Больше никогда её не увидишь. Обещаю, - произнёс тихо. - И с родителями я поговорил. И… - запнулся, едва уловимо поморщившись. - Если хочешь, уедем отсюда. Или останемся, если хочешь. Я для тебя всё сделаю, Янусик. Ты только, - снова замолчал, по-новой лбом мне в колени уткнулся, - не уходи, - прозвучало уже едва слышно.

Болезненно скривилась. И мысленно выругалась самыми последними словами за то, что вообще позволила себе причинить ему такую боль. Дура. Даже физическая боль, полученная в ходе аварии и последующей драки - ничто, по сравнению с тем, как било по мне осознание того, что мой любимый человек из-за меня страдает. Снова.

- Мстислав, - позвала брюнета и обхватила ладонями его лицо, вынуждая смотреть исключительно на меня. - Я не уйду. Обещаю, - на этот раз улыбнулась сквозь слёзы. - И мне всё равно, где мы будем жить. И кто, что скажет - тоже. Плевать, - погладила большими пальцами по колючим щекам. - Просто будь всегда рядом. Даже если я говорю обратное, - закончила едва слышно. - Я тебя люблю. И никакие проценты этого не изменят. Прости, что я у тебя такая трусиха...

Ответом мне послужила ласковая улыбка. Может быть, просто показалось, но почему-то с ноткой коварства. Впрочем, от раздумий отвлекли звуки полицейской сирены. Но первой к месту нашей аварии подъехала не дорожно-постовая служба, а… Михаил Арсеньевич Павлов.

Только его тут и не хватало!

- А этот здесь откуда? И зачем? - пробормотала я себе под нос, напряжённо следя за тем, как мужчина вылезает из своего автомобиля и идёт к нам.

А вот Мстислав, в отличие от меня, его появлению нисколько не удивился. Хотя и радости, как и я, не испытал.

- И кто стуканул? - поинтересовался у него устало.

Так и не распрямился. Лишь перехватил мои ладони, крепко сжав в своих.

- Твоя мать, - отозвался Павлов.

- Что-то зачастила она к тебе с откровениями, - поморщился Мстислав.

- Попросила твою сбежавшую сестричку по-быстрому найти, - пожал плечами безразлично собеседник. - Вот я и… - не договорил, показательно рассматривая подъехавших сотрудников ДПС.

Те близко к мерседесу подходить не стали. Первым делом принялись оценивать произошедшую аварию.

Я же думала о том, что как-то странно было просить найти меня того, кто недавно желал нам с Мстиславом смерти. Очень странно. Но решила не лезть под руку с расспросами. Да и общаться с Павловым не было никакого желания, если уж совсем честно. Хватит того, что он здесь присутствует. Не понятно с какой радости, правда.

- А эта чья? - оглядел место происшествия Михаил Арсеньевич, задержав внимание на сбившем меня внедорожнике.

Ему молча указали на закрытый багажник. Находящаяся в нём Виола, к слову, притихла. Давно. Неудивительно, что Михаил Арсеньевич на жест Мстислава подозрительно прищурился, неохотно направившись в указанном направлении. А как только багажник открыл… аж присвистнул.

Смотрел он на неё недолго. Отвлёкся на приезд ещё одной машины. А стоило оттуда показаться отцу и нашим с Мстиславом матерям, багажник обратно закрыл. Виолу там оставил. Впрочем, это быстренько всё стало неважным. Как только родители с мрачными лицами поспешили в нашу сторону.

- Знаешь, я тут подумала, а давай уедем, - пробормотала для Мстислава, представляя намечающуюся головомойку.

- Прямо сейчас? - усмехнулся брюнет.

- Было бы неплохо, да, - тяжко вздохнула. - Сейчас начнётся…

Стоило произнести последнее, как послышался строгий голос матери.

- Колесникова Ульяна Вячеславовна, когда-нибудь я самолично тебя прибью! Но для начала всё же выпорю! - выдала она, поравнявшись с нами.

Невольно вжалась спиной в кресло.

- А я что? Я просто каталась. Она сама... - промямлила виновато, уставившись на наши с Мстиславом сцепленные ладони.

Ещё и пальцы переплела, крепко вцепившись в его руки. Ни на кого больше не смотрела вовсе. А между тем воцарилась давящая на нервы тишина, нарушаемая негромкими переговорами полицейских и шумом проезжающих мимо машин. Ещё через миг моя мама неприлично выругалась. Впервые на моей памяти.

- Кто - она? - угрюмо поинтересовался отец.

Как и Михаил Арсеньевич совсем недавно, он сосредоточился на чужой битой машине. Ненадолго. Из багажника как раз донеслись очередные удары и приглушённые выкрики Виолы с требованием выпустить её оттуда.

- А это ещё что?

Родитель одарил тяжёлым взглядом сперва сына, затем Павлова. Те сделали вид, что ничего такого не заметили. Только дружно покосились на Регину. Взгляд отца сосредоточился на мне. Я пожала плечами, улыбнувшись на очередную порцию ругательств от моей несостоявшейся убийцы.

- Яна-а, - простонала мама, - ты что, мало того, что снова с кем-то подралась, так ещё и в багажник обидчика запихнула?! - уставилась на меня с возмущением.

- Вот почему сразу я?! - возмутилась я ответно. - Можно подумать, это я всегда все драки начинаю, - дополнила ворчливо.

Родительница одарила меня скептическим взглядом, на что я только шумно вздохнула, признавая её правоту.

- На этот раз это, правда, не я, - заметила устало. - Честно.

Мама тоже вздохнула, обречённо рукой махнув в мою сторону. Вот что значит, человек, привыкший ко всем выходкам своего ребёнка. И на болячки мои смотрела с долей иронии. Ну да, бывало у меня и похуже, вплоть до травматологии. А это так… царапины.

- Ты меня в гроб загонишь своими выходками, - всё же упрекнула она. - Дал же бог ребёнка. То драки, то паркур, то прыжки с мостов в реку. Нет, тебе точно надо было парнем родиться, - проворчала. - Как ты вообще ещё не убилась, не пойму! Чудо, не иначе!..

Я же выдохнула свободно. Раз пошли сетования, значит, больше не злится.

- Твои раны обработать надо... - дополнила мама спокойнее.

- Не надо, - отказалась я от помощи. - Нормально всё со мной. Тем более, Мстислав уже вызвал скорую.

Чувствовала я себя действительно вполне себе сносно. Слабость отступила. Голова болела, но терпимо. Да и то больше рана на лбу. Шишка там вылезла знатная. С рассечением. Но небольшим, судя по тому, что крови почти нет. Да на теле синяков прибавилось. Переживу, в общем.

- Может, девочку всё же выпустить? - предложила родительница по поводу Виолы.

- Зачем? - деланно удивилась я. - Пусть полежит. Отдохнёт немного. Успокоится.

Заодно так точно выживет.

- О-отдохнёт… кто? - подозрительно прищурилась Регина.

Кажется, только до неё одной всё ещё не дошло.

- Ваша протеже, - пояснила я охотно в полнейшей меланхолии.

- К-к-кто-о-о?! - тут же округлила глаза она. - Виолетта?! - перешла на фальцет, с перепуганным видом бросившись к багажнику.

Впрочем, далеко ей продвинуться не удалось. Павлов перехватил.

- И вот чего так орать? Живая же, - проворчала опять же я. - Эта ваша Виолетта, между прочим, убить меня пыталась! - предъявила ей настоящую претензию.

- Господи, вот я так и знала, что не нужно тебя отпускать в этот город, - мрачно вставила мама.

Тоже к багажнику направилась. Подозреваю, посмотреть на мою обидчицу. Ну, и не только посмотреть.

Не дошла. Папа помешал. Заработал в ответ не менее мрачный взор. И конечно же, нисколечко не проникся посылом. Каменная маска безразличия на его лице никуда не пропала.

- Ты вообще помнишь, кто её родители? - шипела рассерженно тем временем Регина, глядя на Павлова испуганными глазами. - Да они нас тут всех уроют! - возмутилась, снова дёрнувшись к багажнику.

Уроют?

Уставилась на женщину в сомнении.

И куда только её воспитание подевалось...

- Я разберусь, - постановил бескомпромиссным тоном Михаил Арсеньевич, продолжая удерживать мать Мстислава.

- Но… - возмутилась она снова.

- Сказал, разберусь, значит, разберусь. Не ной, женщина. Я всё решу.

И я бы не обратила на их общение внимания, но уж слишком быстро успокоилась Регина. Прям само послушание. Чего ранее я за ней ни разу не замечала. Вот и сосредоточилась на их парочке.

- Конечно, ты разберёшься. Кто бы сомневался, - проворчала уже себе под нос, горделиво расправила плечи и отвернулась.

Вдали показалась скорая помощь. На неё она и уставилась.

- Если учесть, что изначально кашу заварила ты, то могла бы просто спасибо сказать, - не остался в долгу Павлов.

Регину аж передёрнуло.

- И сказала бы. Если бы это был кто-нибудь другой. Кто угодно. На твоём месте. Лишь бы не ты, - выдала ядовито, по-прежнему не глядя на мужчину.

Последнее его определённо не устраивало. Моментально взбесился. В глазах вспыхнула ярость. Знакомая такая. Мстислав вот так же смотрел на меня, когда пребывал на грани.

- Кто угодно, значит? - гневно сузил глаза Михаил Арсеньевич, одним рывком разворачивая женщину обратно, вынуждая смотреть на него. - Что ж ты тогда замуж за бомжа подзаборного какого-нибудь не вышла, а за друга моего, а?

- За кого захотела, за того и вышла! - окончательно психанула Регина. - Ты же меня не спрашивал, когда на той неврастеничке больной на всю голову женился! - толкнула его в грудь кулаком.

Похоже, окончательно забылась. От присущей ей выдержки вообще ни следа не осталось. Сейчас она скорее разъярённую фурию напоминала. А я задумалась о том, что, если выгляжу вот так же в порыве ярости, то понятно почему Мстислав в большинстве своём веселится из-за этого. И правда, забавно со стороны смотрится. И похоже, я была права в своих догадках по поводу прошлого у этой парочки.

- А с чего бы это мне у тебя спрашивать? Ты же сама никаких обязательств не хотела. Если тебя что-то не устраивало, могла бы просто мне об этом сообщить!

- Зачем? Ведь у тебя же такие планы на неё были! Такие планы… Вот и катись вместе со своими планами, откуда припёрся, обратно! А ко мне и моему сыну не лезь больше! Мы в твоей помощи не нуждаемся! - выпалила женщина уже криком.

Павлов на это брезгливо скривился. И кулаки сжал. На её белоснежной блузке. Встряхнул за ворот, притянув к себе с такой лёгкостью, как куклу. На этом моменте не выдержал Мстислав. В отличие от отца и моей мамы, с ухмылками наблюдающими за внезапно вспыхнувшей перепалкой, позволять таких крайностей мужику он явно не собирался. Распрямился, отпустив меня. И даже на полшага к ним ближе успел продвинуться. Я остановила. Просто потому что последующие слова Михаила Арсеньевича заинтересовали уже меня:

- Твоему сыну? Это вообще-то и мой сын тоже!

Сложно сказать, что я испытала, услышав их. На самом деле, и не сразу осознала сути. Слишком нереальными они показались. Зато потом...

Отец? Он? Вот этот полнейший отморозок?! Серьёзно?!21b4bc

И что-то такой генофонд меня пугает ещё больше, чем кровный, да.

Убийца на наркомане…

Впрочем, не это меня сейчас волнует больше всего. А то, что Мстислав...

- Ваш сын? - переспросила я у мужика, глядя при этом исключительно на… не брата?

Парочка скандалистов резко замолкла. Любимый повернулся обратно ко мне.

- Если бы не свалила из дома, тоже знала бы об этом, - безразлично пожал плечами… всё-таки не брат.

Да с такой искренностью, словно ничего особенного не сообщил!

Невольно потянулась свободной рукой в сторону… нащупав… пустоту.

И вот почему под рукой никогда ничего нет, когда так надо?!

- Знала бы, значит... - зашипела я не хуже Регины, вылезая из автомобиля. - Если бы осталась, значит… И когда же ты собирался мне сообщить о такой чудной новости? Братиш-шка! - поинтересовалась ядовито, делая шаг вперёд к Мстиславу. - И собирался ли вообще? - прищурилась.

Нафиг все подручные средства - голыми руками придушу гада!

А расстроенного какого из себя строил! Прям испереживался из-за моего отъезда весь! Как же!

Лжец!

Снова эго своё удовлетворял за мой счёт, раскручивая на признание!

- А какая разница? Ты же сама сказала, что тебе плевать на количество процентов! - ничуть не проникся моей злостью Мстислав, подтвердив тем самым мои догадки на этот счёт.

Едва не задохнулась от возмущения.

- Ты-ы…

- Я...

- Наглая! Самоуверенная! Сволочь! - вдарила я со всей дури кулаком по капоту, вымещая на нём растущую во мне ярость.

- Которую ты очень-очень любишь!

- В твоих снах!

- В моих снах - так особенно, да-да… - протянул он уже издевательски.

- А-а-а! - выкрикнула я громко, топнув ногой со злости. - Дайте мне уже кто-нибудь что-нибудь тяжёлое, чтобы я, наконец, смогла прибить эту скотину бесячую! - заозиралась вокруг в поисках этого самого тяжёлого.

Не нашла. Да и времени на поиски не осталось. Мстислав нагло сгрёб меня в крепкие объятия. И поцеловал. Жадно. Требовательно. Так, как умел только он. Так, что уже через мгновение я позабыла о своей злости. О том, что нас где-то там, в стороне, дожидаются полицейские и скорая. Что смотрят родители. Обо всём и всех позабыла. Остались только его мягкие губы. Горячие руки. Искрящиеся током наши чувства. Одни на двоих. И он...

Наглый. Самоуверенный. Неисправимый. Мой. Старший брат.