Глава 8

Кайрат

Такси, увозящее Мэри, исчезает из вида, а я все еще стою, не двигаясь. Ветер швыряет в лицо холодные снежные иглы, словно насмешка. Глаза опускаются на землю, где что-то блестит. Телефон. Ее телефон. Весь промокший, заляпанный снегом, выключенный.

— Ну ты растяпа, — вырывается у меня, пока поднимаю этот мокрый кусок пластика и убираю в карман. Не знаю, зачем. Просто чтобы был.

Ловлю тачку. Ввалившись в теплый салон, чувствую, как весь мир вдруг становится очень тяжелым. Усталость и боль накрывают с головой. Ребра ноют так, будто кто-то завел в них перфоратор. Голова кружится, все тело ватное.

Водила что-то спрашивает. Не разбираю слов, да и не пытаюсь. Мычу в ответ и отворачиваюсь. Закрываю глаза. Машина едет, убаюкивая шумом двигателя. Доезжаю до интерната, выбрасываю деньги водителю, как откуп, и захожу внутрь.

Коменда пропускает и ворчит, что я пьян и не положено. Договариваюсь со скрипом и ползу в комнату. Все, кроме Тимофея спят. Он, как всегда, залипает в компе. Замечает меня, поднимает голову от монитора и смотрит вопросительно, но я лишь качаю головой.

— Слил…

— Бывает, — пожимает он плечами. — Сам как?

— Терпимо, — морщусь, стаскивая одежду и отдаю Фею свою находку. — Подшаманишь?

— Легко, — ухмыляется он. Для него это раз плюнуть.

Мне уже все равно. Валюсь на кровать, не переодеваясь, и засыпаю, как только голова касается подушки. Батарейка села в ноль.

Утро наступает неумолимо. Противное. Холодное. У нас режим, никого проблемы индейцев не волнуют. Голова тяжелая, ребра словно обмотаны колючей проволокой. Каждый вдох отдельная пытка. В комнате шумно. Пацаны у окна что-то обсуждают, смеются.

— Кай, ты чего такой? — Вик, конечно, первым замечает. Он любит подначивать, а я сегодня не в духе. — Морда у тебя как у боксера после слива.

Я лишь отмахиваюсь. Никаких сил на разговоры.

Ползу в душ и рассматриваю себя в зеркале. Не так все и страшно. Пара ссадин и небольшой синяк на скуле. Надеяться, что тренер не заметит глупо, а вот сочинять отмазки — это совсем не мое. Надо попросить кого-то из парней, чтобы прикрыли. Пусть лучше влетит за драку со своими.

Вик не подписывается на эту авантюру, он и так на карандаше. Фей тоже сливается. Остается Кот. У него нет права на отказ.

На тренировке концентрации ноль. Пытаюсь попасть в ритм, но мысли скачут, как бешеные. Телефон, валяющийся в снегу. Отморозки. Лицо этой Занозы. Разговор в раздевалке, который оставил неприятный осадок. Тренер, словно желает помочь и ставит меня в спарринг с Котом.

Первые несколько минут держусь, но ребра напоминают о себе. Боль начинает зашкаливать. Кот ловит момент и пробивает двоечку. Удар точный, мощный. Воздух вылетает из легких, а глаза накрывает тьма.

Очухиваюсь в медкабинете. Лампа над головой ослепляет, кажется, что кто-то специально ее направил в глаза. Валерия Андреевна стоит рядом. Холодный компресс давит на висок.

— Ну что, боец, ожил? — ее голос строгий, но в нем нет осуждения. Только усталость и искренняя тревога. Переживает за нас, это приятно греет душу. Не все черствые, как эта выскочка Снежок и ее мамаша, есть и нормальные люди.

— Да я не сильно ударил! — доносится из угла голос Кота. Он оправдывается, но и сам тоже на стреме.

— Что произошло? — шевелюсь, но тело протестует. Все будто налито свинцом.

— Ты потерял сознание, — спокойно объясняет Валерия. — Ребра подкачали. Возможно трещина. Говорила тебе беречься, теперь вот на больничный.

Дверь распахивается, и в кабинет врывается тренер. Его взгляд будто клинок, вонзается прямо в грудь.

— Я все знаю, — говорит он коротко.

Сердце за мгновение останавливается и разгоняется до скорости звука.

— Что знаете? — стараюсь говорить спокойно, но голос выдает волнение.

— Где ты вчера отжигал. Твоя сестра мне все рассказала!

Злость накрывает, как лавина, которую невозможно остановить. Горло перехватывает спазм, а изо рта невольно вырывается.

— Вот же сука.

— То есть ты не будешь отрицать? — Антон Сергеевич прищуривается, словно ловит каждую мою эмоцию.

— А смысл? — стискиваю зубы и смотрю в потолок.

— Ты прав. Никакого. Приходи в себя и зайди в тренерскую, — бросает он на ходу и исчезает за дверью.

Вот же овца. Нахрена она приперлась? Кто ее просил? Отомстить решила? Идиотка! Как теперь все это разрулить?

Получаю от Валерии Андреевны первую помощь и рекомендации, и иду сдаваться. Тренерская встречает тишиной. Я захожу, Антон Сергеевич сидит, не глядя на меня. Молчит. Дает время самому начать. Признание вины, смягчает наказание. Этому нас учат с детства.

— Да, я участвую в боях без правил. Что теперь? — мой голос звучит грубо, вызывающе. Но это не понты, а раздражение на самого себя. Идиотская ситуация. Так не должно было быть.

Тренер медленно поднимает голову, его глаза тяжелые, словно бетонные блоки. Взгляд давящий, как многотонная плита. Заранее понимаю, что легким испугом не отделаюсь.

— Зачем?

— Мне нужны деньги.

— Для чего уточнять бессмысленно? — криво усмехается он, а я лишь качаю головой.

Уточнений не будет. Я не терпила, сам со всем разберусь.

— Вы все молодые и борзые. Вам всем нужны деньги. Но ты понимаешь, что делаешь? Выбрасываешь свой талант. На это больно смотреть, — чеканит каждое слово и продолжает смотреть в глаза. — Бои без правил — это дно. Если ты хочешь туда, иди. Но здесь тебе больше не место. Я отстраняю тебя. В турнире ты не участвуешь.

— Вы серьезно? — злость вырывается наружу. Сжимаю кулаки в бессильной ярости.

— Абсолютно серьезно. У тебя будет время подумать. А пока отдыхай и восстанавливайся.

— Но Антон Сергеевич, — с губ почти слетают слова оправданий, благородная цель, которая оправдывает любые средства, но он жестом перебивает меня.

— Ты не понимаешь, что подставляешь всех вокруг, — вздыхает тяжело и буравит меня взглядом. — Сегодня ты мог умереть. А убил бы тебя Борис. Разве это справедливо?

— Конечно нет, но…

— Нет никаких «но», Кай. Я знаю вас с самого детства. Вы росли на моих глазах. Сейчас я разочарован. Я больше не могу тебе доверять. А без доверия сам понимаешь.

Самые жестокие слова, которые только можно услышать. Пробивают броню и врезаются в сердце. Шумно втягиваю воздух и стискиваю зубы. Но сказать мне нечего. Оправдываться желание отпало напрочь

Выхожу, как на автомате. Сердце колотится, кулаки сжаты. В коридоре кто-то окрикивает.

— Кай, тебя ждут.

Смотрю. Снежок. Она сидит, сжав плечи. Ее вид только злит сильнее. Все из-за нее! Все мои проблемы начались с этой блондинки!

— Это ты, да? — рычу зло, подходя ближе. — Ты рассказала тренеру. Нахрена? Теперь меня исключили из команды. Язык не держится за зубами?

— Я… Я не хотела, — мямлит девчонка, — Это случайно вышло… — она жалобно всхлипывает, но я не слышу. Все затмевает ярость.

— Случайно?! — смеюсь, но смех выходит горьким. — Да шла б ты нахер со своими случайностями, — рявкаю я, выплескивая скопившуюся агрессию. Хватаю стоящий рядом стул и грубо отшвыриваю его в сторону.

Снежок вскакивает и убегает. Слезы текут по ее лицу, но мне плевать. Злость вырывается наружу, разворачиваюсь и впечатываю кулак в стену. Затем еще раз и еще. Костяшки болят, но это лучше, чем рвать себя изнутри.

В комнате пацаны замирают, когда я захожу. Вик, Кот, Фей — все смотрят с вопросами и, конечно, ждут ответы.

— Отстранили, — бросаю коротко.

— Фух, — выдыхает Виктор. — Ладно не выгнали.

Не могу не согласиться, но и оптимизма не разделяю. Все же подорвать доверие тренера — это высшая мера наказания. Не знаю, как дальше быть.

— Вау, — слышу восхищенный голос Фея. — Какая девочка… Танцует огонь.

Оборачиваюсь и вижу, что он держит в руках телефон Мэри. На экране проигрывается видео.

— Дай сюда, — огрызаюсь, вырывая гаджет. Швыряю его на свою кровать и заваливаюсь следом.

Пацаны переглядываются и ржут, подстебывая меня теперь еще и по поводу Снежка. Вот же проблема на мою голову.

— А я считаю, так нельзя оставлять, — подает голос Вик. — Эта девчонка разрушила твою карьеру и лишила заработка.

Ну это не совсем так, все же. Но колкие фразы бальзамом поливают ущемленное самолюбие.

— Пусть расхлебывает, — подхватывает Кот. — Ее вина, ее долг, пусть теперь сама оплачивает Ахмету лечение.

Фей согласно кивает.

— Реабилитация брату теперь ее забота. Она в долгу перед тобой.

Я отмахиваюсь от друзей, но их слова застревают в голове, как гвозди. И чем дольше я думаю, тем больше понимаю, что они правы. Все можно разыграть. Грамотно. И решить все проблемы.

***

Уважаемые читатели! Дайте, пожалуйста, обратную связь по роману. Как сюжет? Герои? События? Мы с Музом не понимаем, насколько интересной получается история. Помогите нам разобраться)