Глава 17

Утром меня разбудил телефонный звонок. Я ещё не успела толком проснуться – для этого было слишком рано. Нащупала телефон, не открывая глаз, подтащила к уху и сонно пробормотала в трубку:

– Алло…

– Изабель! – пробился сквозь дрему встревоженный голос Агнес.

Нашей всегда спокойной Агнес! Я подскочила на кровати, моментально просыпаясь.

– Тут кое-что произошло.

– Что? – выпалила я.

Повисла пауза. Кажется, она подбирала слова. Сердце сжалось, от ужаса прошиб холодный пот, живот скрутило так, что нечем стало дышать.

Давай же, говори быстрее!

– Что-то с случилось… с мамой? С Элвином?

– С Элвином, – наконец отмерла Агнес. – Его избили, сильно. Врач приходил, обработал раны. В полицию заявлять он не хочет Звонить родителям тоже запретил.

Она явно была растеряна.

– Не надо звонить родителям. Не думаю, что это поднимет им настроение. Скорее всего, они сорвутся и приедут, испортят себе отдых. Я скоро буду дома.

Даже не помню, как одевалась.

Стейси и Крис уже завтракали. На ходу пожелав им доброго утра, я сказала, что мне срочно нужно домой, и выскочила за дверь. О том, что сегодня у Криса рабочий день, и ехать нам в одно и то же место, а значит, я вполне бы могла его захватить с собой, вспомнила лишь в такси.

Боже, какое же это было медленное такси… Мне казалось, что мы побывали во всех пробках города, а красный свет загорался, стоило нам приблизиться к какому-нибудь перекрёстку. И всё же я добралась. Взлетела по лестнице, буквально вломилась в комнату Элвина и застыла.

«Надо было хотя бы постучаться», – мелькнула запоздалая умная мысль.

А взгляд мгновенно впитал распластавшееся по кровати тело, прикрытое лишь узким хвостом простыни чуть ниже пояса. Постельное белье было белоснежным, и на фоне этой яркой белизны кровоподтеки, проступившие на загорелой коже, смотрелись просто ужасающе.

По телу прокатился озноб, внутри сдавило от щемящей жалости и странной боли, словно это мне досталось по полной, а не ему…

Я перевела взгляд на лицо. Несколько ссадин, залепленных пластырем. Разбитая губа, заплывший глаз, а уж синяки… Они разливались, отсвечивая всеми оттенками радуги, особенно тяготея к бордовому.

Жалость растаяла, накатила дикая злость.

– Кто это сделал? – воскликнула я. Сейчас мне хотелось голыми руками придушить того, кто сотворил с ним такое.

– Иди к чёрту, – недобро бросил Элвин.

– Что?.. – опешила я, не в силах поверить своим ушам.

Как-то уже отвыкла от подобных выходок.

– Что слышала. Убирайся, – синие глаза сверкнули яростью. – Или мне встать и самому тебя вышвырнуть?

Я дернулась, лицо полыхнуло как от пощечины. Убираться? Боль и обида обрушились на плечи, не давая дышать. Пару секунд я пыталась не расплакаться. И все же что-то мешало развернуться и выскочить за дверь…

– Я не понимаю… – растерянно пробормотала я.

– А что непонятного? – глаза Элвина зло сузились. – Вали к своему Крису, к Саймону. Да вообще к кому хочешь! – он отвернулся.

Ах, к Крису. От облегчения я едва устояла на ногах. Ну теперь ясно, почему он рычит, как раненный гризли. Мне не показалось. Он видел нас в парке. Именно его взгляд я почувствовала в тот момент, когда мы с Крисом остались одни за столиком, а Стейси убежала строить глазки бармену во имя двойного топпинга.

Я негромко рассмеялась, и синие глаза уставились меня. В них плескалось изумление. Видно, Элвин не ожидал, что в ситуации, когда меня буквально приперли к стенке, я могу смеяться.

– Крис, – мечтательно протянула я и неспешно поплыла мимо кровати к окну. На безопасном расстоянии, конечно. Было весело и чуточку страшно, как на каруселях в том самом парке. – Замечательный Крис, такой трудолюбивый, а как садовник и вовсе находка.

Я помахала рукой в окно, словно и правда там кого-то увидела. Взгляд Элвина жег спину. Я чувствовала его, как прикосновение горячих ладоней к коже. Пора заканчивать…

– Он парень моей подруги, – спокойно сказала я и, развернувшись, оперлась о подоконник. – И в парке мы были втроём.

Повисла пауза. Кажется, Элвин сопоставлял факты, решая, можно ли мне верить.

– Той самой подруги, к которой ты сбежала?

– Вроде того. Чёрт, Элвин, не думаешь же ты, что я притащила в дом постороннего человека? Крис – парень Стейси. А ты чёртов ревнивец!

Едва последние слова сорвались с языка, как я смутилась. Мы не обсуждали это. Вообще никогда не говорили о том, что происходит между нами, и я первая озвучила это, дав название его чувству.

– Иди сюда, – вкрадчиво сказал Элвин.

В животе сладко екнуло, по спине побежали мурашки.

– А может, я уберусь к чёрту? – с язвительной улыбочкой предложила я, стараясь не выдать смятения в голосе.

– Сейчас же иди сюда!

Дурацкие мурашки забегали втрое быстрее.

– Сначала прикройся простыней, – потребовала я.

– Мне и так хорошо.

Он явно провоцировал меня.

Я сделала осторожный шаг к нему и остановилась.

Сколько раз я видела его в бассейне! Это ведь то же самое! Вот только почему-то «Элвин плюс бассейн» совсем не равнялось «Элвин плюс постель», и не заставляло краснеть и нервничать.

Я подошла и присела на краешек кровати, стараясь не косить глазами куда попало. Ещё раз взглянула в его лицо и еще раз ужаснулась. Осторожно протянула руку, отодвинула влажную прядь со лба и замерла, уставясь на жуткую ссадину, что раньше скрывалась под волосами.

– Больно? – выдохнула я.

– Ерунда. – Элвин перехватил мою руку. – На тренировке и сильнее доставалось.

Он легко коснулся губами пальцев, потом ещё, и ещё… И каждое прикосновение отдавалось сладкой дрожью внизу живота.

Как приятно… Слишком приятно… Я попыталась осторожно высвободиться, но добилась лишь того, что Элвин прижал мою ладонь к щеке.

– Холодная, – сказал он.

Я хотела предложить ему заменить ладонь на пакетик со льдом – он-то уж точно холодный. Но вместо этого приложила свободную руку к своему лбу. И правда холодная. Или лоб горячий. И голова кружится.

– Кто это сделал?

– Не знаю. Их было трое, и одного из них звали Рик. Другие так к нему обращались.

Знакомое имя взорвалось петардой в мозгу, вмиг приведя в чувство.

– Точно?

– Не знаю. Когда тебя пинают, как боксерскую грушу, трудно сосредоточиться. Да и какая разница.

Действительно, никакой. Я похолодела. Рик – знакомое имя. Дружок Молли. Той самой Молли, которой по приказу Элвина пришлось избавиться от волос. Могла она после этого подговорить своего дружка, чтобы он избил обидчика? Да запросто.

С другой стороны, мало ли на свете Риков. Просто совпадение?

Я не знала, следует ли рассказывать Элвину о том, что Молли наставляла ему рога. А вдруг это не тот Рик?

– Это были случайные люди или ты их знаешь? – спросила я осторожно.

– Точно не знаю.

– Тебя ограбили? Где вообще ты их встретил?

Элвин отвёл глаза и, начисто проигнорировав второй вопрос, ответил на первый.

– В том-то и дело. Прицепились, хотели денег. А потом даже не взяли кошелёк, хотя он был в кармане джинсов. Торчал, чуть не вывалился.

– А почему ты не хочешь идти в полицию?

– Да ну их, – отмахнулся он.

Наверное, следовало сказать… О неверности Молли. О Рике, встреча с которым могла вовсе не быть случайной… И тут я со всей отчетливостью поняла: нет! Все это нужно оставить в прошлом. Выбросить из головы. И уж точно не тратить драгоценные минуты на разговоры о Молли и ее бурной личной жизни!

А потом медленно произнес, не отрывая взгляда от моих губ:

– Поцелуй меня…

Поцеловать… Сердце дернулось, живот блаженно свело, вся кожа покрылась мурашками.

Я сглотнула, наклонилась и осторожно поцеловала в уголок горячего рта. Совсем легко, едва касаясь. Хотя до смерти хотелось прижаться сильнее, провести языком по упрямому изгибу, втянуть в рот нижнюю губу, прикусить…

Черт!

Сердце колотилось как сумасшедшее, словно я собиралась сигануть в пропасть, внутри все тряслось. Его щека была рядом. Без всяких ран и ссадин. И куда более безопасная, чем его губы, от одной мысли о которых сносило крышу. Я прижалась к ней губами. Потом еще раз… И еще… внезапно поняла, что мне ужасно нравится целовать эту щеку. Пахнущую какими-то лекарствами, твердую, чуть шершавую от пробивающихся щетинок…

Но мой трюк не удался.

Элвин повернул голову, совсем чуть-чуть, но под моими губами уже оказались его губы. Поцелуй, долгий… осторожный, от которого напрочь сносит крышу.

Раздался тихий стон Элвина, и я только тогда сообразила: у него же разбита губа. Да ему просто больно!

Я оторвалась от него, с трудом собирая мысли в кучу:

– Когда Агнес принесет тебе обед?

Шальные, пьяные синие глаза попытались сфокусироваться на часах.

– Через пять минут. Нет, уже через три.

Я мгновенно слетела с кровати, на ходу поправляя одежду и прическу. Не хватало еще, чтобы нас Агнес застукала. Черт! Едва не попались.

– Ты куда?

– Позже зайду, – крикнула я, вылетая в коридор.

Домчалась до своей комнаты и закрыла дверь в тот момент, когда по коридору шелестели шаги Агнес.