Глава 12

Немного осматриваю внутренний интерьер дома, привыкая к новой атмосфере. Стильненько!

На таких вечеринках я впервые. Любуюсь домом, а мной любуется кое-кто другой. Сейчас я стала центром внимания практически у всех парней, находящихся здесь. Честно, я не ожидала!

Вилена знакомит меня со своими друзьями, а они, к моему удивлению, даже близко не смеют меня как-нибудь оскорбить! Наоборот, делают комплименты. И это так приятно. Что даже непривычно.

— Знакомьтесь, это Ника! Подруга моя. Она классная!

— Привет, ты красотка. Не видел тебя раньше. Новенькая?

— Да, недавно на Рублёвке, — поясняет Ви.

— Круто, может выпьем вместе?

— И со мной тоже выпьешь, Ника?

Столько вопросов посыпалось, столько внимания, что я растерялась. Мне оставалось только улыбаться. Глаза разбегались! Выбор, с кем пообщаться в первую очередь, сделать было сложно.

Дорогая, модная одежда и профессиональный макияж творят чудеса! Услышав первые комплименты от парней, я отметила, как сильно повысилась моя самооценка. Спасибо Вилене, всё-таки хорошо, что она пригласила меня сюда.

Вот теперь я точно не жалею о нашей сделке! У меня поднялось настроение! Вилена оказалась хорошей девушкой. Не все мажоры в МВУ, оказывается, такие отморозки. Есть и нормальные люди, со светлой душой. Которую ещё не до конца сожгли в черный пепел понты и вседозволенное отношение к жизни.

План Вилены обязательно сработает. Она дала мне понять, что я никакая не мартышка! А привлекательная, симпатичная девушка, на которую уже пятеро, как минимум, положили глаз.

Но несмотря на это, я всё равно чувствовала дискомфорт. Понятно, место для меня новое. Да и одеваться так откровенно я не привыкла. От высоких каблуков болели ноги, а платье постоянно хотелось отдёрнуть вниз. Потому что парни пялились, в первую очередь, туда. Уже потом на лицо.

Но красота требует жертв!

Так что нужно немного потерпеть.

— Идём сюда, — машет мне Ви, подзывая к двери одной из комнат. — Представлю тебя главному виновнику торжества. Он у нас местный Альфа. Надеюсь, ты помнишь, о чём я тебя предупреждала?

Мы входим в эту комнату, будто попадаем в другую вселенную. Здесь тоже очень шумно и мало света. В центре комнаты стоит огромный монитор, возле которого столпились незнакомые мне молодые люди.

Они пьют что-то из красных стаканчиков, ржут над чем-то.

В комнате много дыма, неприятно пахнет какой-то травой и шумно.

Я догадываюсь, что здесь в самом разгаре идёт стрим.

Если честно, не хотела бы в этом участвовать…

Я знаю, что это такое — любимое развлечение богатеньких ушлёпков, где они на камеру, в режиме прямой трансляции, за деньги творят разные сумасшедшие вещи.

Дайте камеру идиоту и общество начнёт деградировать.

— Герман, привет!

Высокий, худощавый парень-блондин с модной стрижкой отрывается от монитора, выйдя из толпы. Он присвистывает. С интересом обшаривает темно-серыми глазами мою миниатюрную фигуру, облизывая тонкие губы. Альфа, значит?

Он напомнил мне чем-то лесного шакала, когда такими голодными, страшными глазами, с большими, черными зрачками, посмотрел на меня.

— Привет, кукла! Что, новенькая?

Киваю, здороваясь в ответ.

Но что-то голос у меня в этот раз выходит тихим и робким.

Не нравится мне этот Герман…

— Она в МВУ поступила.

— МВУ? Это что вообще такое?

— Хорош прикалываться, Герман! Кстати, декан тебе привет передавала. Сказала мол, если на следующей неделе не явишься — досвидос. И приветос армия!

Но он даже и бровью не повёл. Мол, да какие проблемы? Бабла отстегну, отстанут.

Главного стримера кто-то срочно окликает:

— Герман, сюда иди! Тут народ просит, чтобы ты лифчик у Светки дёрнул. Только без рук.

— Вот вымогатели!

Герман опять исчезает, а Вилена протягивает мне стакан.

— Выпей, что-то ты зажата. Давай, не позорь нас, едва фиаско не потерпели. Не съест тебя здесь никто.

Она постукивает по донышку длинными ногтями, настойчиво направляя стаканчик к моим губам.

Я делаю один глоток, морщусь.

Горло жжёт!

— Что это…

— Виски с колой. Лимонад для детского сада! Здесь понты алкоголя, не боись!

Вилена уводит меня в сторону.

— Садись, — к дивану подталкивает. — Сейчас вернусь.

— Подожди…

Но моя новая подруга быстро исчезает в темноте. Не проходит и минуты, как ко мне кто-то другой подсаживается.

— Приветик.

Незнакомый парень с проколотым носом и накрашенными ногтями нагло забрасывает мне руку на плечо.

— Познакомимся?

Разве парни делают маникюр?!

Ах да, в мире этих придурков возможно всё.

Что-то он не вызывает у меня симпатии и знакомиться мне с ним не хочется.

— Милаха ты, как зовут?

Пытаюсь вылезти из-под массивной лапищи, но она такая тяжёлая, что сломает мне сейчас ключицу — не выходит. И пахнет от молодого человека чем-то приторным.

Марихуана…

— Пф, чёт ты какая-то неразговорчивая. Стакан у тебя полный. Выпей ещё, ни о чем не парься! Туса сегодня класс.

— Не хочу, спасибо. Я подругу жду. Мы ненадолго заглянули, так, поздороваться.

— Откуда ты? Рублёвка, Барвиха, Раздоры? И чем вообще занимаешься?

— Ничем она не занимается, — позади раздаётся шлепок.

Ещё более массивная рука хлопает парня с маникюром по плечу, сминает его футболку и с поразительной лёгкостью, как таракашку, отбрасывает в сторону.

На его место садится Адам.

У меня всё внутри переворачивается.

Кажется, кому-то сейчас влетит…

***

— Выброси, немедленно! — рычит Адам, выхватывая у меня стаканчик. Он с бешенством швыряет его в угол. — Ты что недалёкая?! Не знаешь, что нельзя ничего пить на разлив на вечеринках? Подмешают наркоты и отымеют толпой! Много выпила?!

Сумасшедший!

Закричал так, что до смерти меня напугал своим криком и неожиданным явлением.

А я так надеялась, что не увижу гада на вечеринке!

Вот и всё.

Вечер безнадёжно испорчен.

Там, где Адам — там всегда несчастья.

Он как будто нарочно шастает за мной по пятам и рушит мою жизнь!

Хотя, так и есть.

Он же прямым текстом мне об этом сказал.

Причём, неоднократно.

Мы с Виленой столько сил и труда потратили на составление плана, на преображение. Теперь что, все старания насмарку?

Я разозлилась и тоже пошла в наступление.

— Тон сбавь! Ты ничего не перепутал? Я совершеннолетняя, а ты мне не папочка, чтобы голос на меня повышать, тем более что-то запрещать!

Адам вдруг гневно прищурился, осмотрев меня с головы до ног и обратно.

Задержался на откровенном вырезе в зоне декольте, на моих голых ногах и броском макияже. По потемневшим зрачкам я сразу поняла — он не в восторге. Он в ярости!

— Ты головой ударилась? Ты что на себя напялила?! Как шлюха вырядилась!

Ну всё.

Замахиваюсь.

Запястье обжигает крепкой хваткой жёстких пальцев.

Как я могла забыть, что реакция у подонка потрясающая?

— Еще раз рукой махнешь перед моим лицом, через колено переброшу и до синяков выпорю, усекла?

Мы так “увлеклись” разборками, что не заметили, как в округе стало тихо. И ещё мы не заметили, что комната напичкана камерами. Всё, что происходит здесь, в настоящий момент, транслируется на весь мир.

Тишину нарушил чей-то восторженный крик.

— Ребят! Тут запрос поступил в чате!

— Чё хотят?

— Чтобы Адам пососался с… новенькой. Этой, как её… Никой-черникой!

***

У меня волосы дыбом встали.

У Адама, наверно, тоже…

Даже руку мою отпустил, теперь уже уставившись на главного зачинщика стримов — Германа Рудковского.

— Нет, — холодно и грозно.

— В смысле нет? — послышался напыщенный, недовольный ответ. — Или целуйтесь, или вылетайте с вечеринки, бро. У нас такие правила.

Отовсюду слышится издевательский хохот, на пару с поддакиваниями.

Капец.

Вот и что сейчас будет?

Если откажется — потеряет авторитетность среди своих друзей.

Боярский молчит.

Лишь демоническим взглядом жжёт исподлобья.

— Ну, донаты уже пошли! Лижитесь, давайте!

— Ого! Понеслось!

— Пять косарей, десять… Серьёзно?

— Адам, да что с тобой? Ты уже несколько месяцев на себя не похож…

— Народ жаждет зрелища!

Они накинулись со всех сторон, хуже шакалов, и давай давить словами.

— Нет, Адам, нет… — качаю головой, отступая назад. Упираюсь в боровинку дивана, чуть не падаю. Он успевает меня поймать. Рывком тянет на себя, припечатывая к напряжённому, большому телу.

Сильная рука обхватывает мою шею со стороны затылка. Давит… Подчиняет. Заставляет понять, что у меня нет выбора. Он всё равно меня поцелует. Прилюдно.

Ладно, если бы мы были одни!

Но на глазах у отбитых отморозков?

Да ещё и за бешеные деньги!

Какой позор…

— Целуй, целуй, целуй! — орёт группа поддержки, вдоволь развлекаясь.

Я — овечка в центре стаи кровожадных шакалов.

Адам притягивает меня к себе максимально близко, вторую руку опускает на бедро. Властно сжимает.

Вся эта обстановка невыносимо сильно давит на голову.

Комната перед глазами плывёт.

Лицо Адама тоже расплывается, как в тумане.

Мне становится ужасно нехорошо.

Его губы уже так близко…

Чувствую жар дыхания.

Жвачка. Сигареты.

Мой персональный дурман.

— Рот открой и расслабься, — подсказывает мне Ад, потираясь своими влажными губами о мои, — просто копируй мои движения, поняла? И ни в коем случае не опозорь нас. Нас смотрит больше миллиона человек.

Ёп!

Что?!

Больше миллиона?

Они с ума сошли?

Не успеваю возмутиться вслух, как горячие, сочные губы накрывают мои. Их раздвигает мокрый язык, проскальзывая внутрь.

Я чувствую вкус мяты и дорогих сигарет, голова кружится ещё сильнее, выбивая меня из колеи.

Адам сжимает мои волосы на затылке в кулак, добавляя ещё острого вкуса, смело начинает кружить внутри моего рта языком.

Комната взрывается от смеха, свиста, оваций.

Поцелуй получается сочным и мокрым.

Но я плохо соображаю.

Будто начинаю память терять.

Не могу понять, где нахожусь, кто так громко кричит?

Наверно, мне всё-таки что-то подмешали в напиток.

Адам-придурок-будущий-сводный-брат был прав.

Время останавливается.

Неужели мы целую вечность целуемся?

Неожиданно в моем сознании становиться совершенно тихо.

Мир умер?

Или мы переместились в другую вселенную?

Там темнота. Тишина.

Там только он и я.

Мой проклятый дьявол…

— Эй! Мы вам не мешаем, — в себя меня приводят напыщенные смешки. — Может уже подниметесь наверх? Вы уже так-то минут двадцать сосётесь.

Чего?

Двадцать минут?!

— Презики есть? Одолжу.

Адам тоже приходит в себя. Реакция вообще не гуманная — он резко меня отталкивает, демонстративно вытирая губы о рукав худи.

— Довольны? — шипит на Германа.

— О да! Я почти кончил в штаны!

— А я подрочил…

Фу!

Я точно попала в психиатрический дом. В отделение озабоченных идиотов.

Со стороны компьютера опять раздались пиликающие звуки.

— Ребят! Народ опять хочет, чтобы кто-то пососался!

— Что они хотят? — Герман с довольной рожей подсаживается к компьютеру, со звоном ставя пиво на стол.

— Теперь хотят Германа и… Нику.

— Что? — одновременно с Адамом.

— Да, десятки уже полетели!

— Ника, сюда иди! — Герман поворачивается лицом ко мне. Дыхнул себе в ладонь, проверяя запах изо рта. — Сойдет! Иди ко мне, крошка, дай приласкаю…