Глава 8
Эрика
Мне не хватает воздуха. Стараюсь дышать, но не выходит. Голова тяжелая и пустая, словно из нее убрали все мысли. А тело налито свинцом. Пытаюсь вспомнить хоть что-то. Почему я лежу на маленьком диванчике в какой-то комнате без окон? Поднимаю голову. Осматриваюсь. С трудом встаю и подхожу к двери. Она заперта!
Меня охватывает паника. Ненавижу запертые двери. Не то чтобы я страдала клаустрофобией, но как-то не по себе.
Постепенно вспоминаю события. Причем с конца. Последний кадр – лицо Луфуса. Не зря меня Кел предупредил, чтобы подальше от него держалась! Я тогда хотела расспросить о том, что он имеет в виду, как следует… Но постеснялась. Мне самой Луфус с самого начала не понравился, как он вел себя, как смотрел на меня… Брр. Омерзительно. И как меня угораздило на него наткнуться!
И вдруг пронзает мысль – что, если меня похитили? Это ужасно! Где Зан? Может, они сейчас в панике ищут меня… Тут опасное место. Неприятное. Ох, пожалуйста, пусть все закончится! Я больше никогда и ни за что не пойду на поводу у друзей и не приду в такое заведение.
Что же мне делать? Эта мысль пульсирует в мозгу, но решение задачи, увы, мне не по силам. И в отчаянии бегу к двери, бью по ней, кричу:
- Выпустите меня! Выпустите!
Без особой надежды на то, что кто-то услышит. А если даже услышит…
Дверь распахивается. Передо мной стоит Кел!
Это настолько неожиданно, невероятно, что я отскакиваю назад. Обхватываю себя руками.
- Что ты тут делаешь?
Смотрю на него, не в состоянии поверить, что это не иллюзия. Даже щипаю себя за запястье. Больно… Значит, не сплю? От Кела веет свежестью, он словно только что из душа. Да и волосы, кажется, влажные… На вид по крайней мере…
Это странно…
- Проснулась уже? – произносит Братец Волк хрипло.
Да какое там, наверняка сплю. С чего в реальности Келу мыться на боях без правил? К тому же он вроде совсем не удивлен, обнаружив меня здесь.
Хм, если это сон… я могу вести себя как угодно. Делать что в голову придет.
Почему-то приходит желание подойти к Келу и провести по его волосам рукой. Чтобы проверить, правда ли они мокрые.
Я это делаю! Задыхаясь от собственной смелости, на подгибающихся ногах, я подхожу к нему. Тянусь рукой к его голове. Он замирает. Ощущение, что не дышит. Моя грудь касается его твердой груди, когда, приподнявшись на цыпочки, я касаюсь ладонью волос сводного брата. И тут он шумно втягивает в себя воздух. А у меня в животе появляются странные ощущения. Банальное выражение «бабочки в животе», но я именно их сейчас чувствую...
А еще - странная ноющая боль… Приятная, тянущая. Наши лица так близко друг к другу. Кел выше… Мне приходится задирать подбородок, чтобы заглянуть в его глаза. И тут, повинуясь странному порыву, я касаюсь его губ своими губами.
Замираю от пронзившего меня блаженства. И тут сильные руки сгребают меня в охапку, прижимают, стискивают в объятиях. Кел рычит, проталкивает язык в мой рот, целует с бешеной жадностью, оглушая, пугая, сминая мои губы до саднящей боли.
Вдруг приходит острое понимание – это не сон. Меня захлестывает паника – мамочки, да что же это происходит-то? Целуюсь со сводным братом не пойми где, и совершенно непонятно, во что я вляпалась. Меня трясет от страха, тело содрогается чуть ли не в конвульсиях. Жар, только секунду назад ласково согревающий тело, переходит в леденящий кровь ужас.
- Нет! Нет! Отпусти меня! Отпусти!
Я кричу во всю мощь легких, вырываюсь, бью Кела по груди. Он еще несколько минут держит меня за предплечья, но наконец отпускает. Кривится, даже сгибается пополам, словно от сильной боли. Но я знаю, что удары моих кулачков не могли причинить ему заметного вреда.
Тогда почему он чуть ли не падает и бледнеет? Но ему удается устоять на ногах.
- Черт, Эрика, ты и впрямь опасна для здоровья, - выдает усмешку. Значит, в порядке, ничего ему не больно! Снова играет, издевается!
Мне обидно, больно, чувства раздирают, мир расплывается перед глазами, в которых появляются слезы страха и напряжения.
Комната начинает вращаться, но Кел успевает подхватить меня. И снова я цепляюсь за него, наверное даже чересчур крепко. Всхлипываю и, обхватив дрожащими пальцами шею Кела, позволяю ему прижать себя к мокрой от пота груди. Слишком мокрой…
Но мне все равно. Он опускает свое лицо мне в волосы и шепчет что-то успокаивающее. Выносит меня наружу. Снова закрываю глаза. В его объятиях так спокойно…
Особенно когда он бормочет мне в волосы:
- Тсс, тише, малышка.
***
Сама не замечаю, как оказываемся на улице. Кел ставит меня на ноги.
- Пошли, у меня тут припаркована машина.
- Стой, подожди, Кел, - говорю взволнованно, наконец немного придя в себя. - Я оставила там друзей! Я не могу уйти вот так…
- Там уже никого нет. Представление окончено. Думаю, твои друзья давно сладко спят в своих кроватках.
- Нет! Зан, мой парень, никогда бы меня не бросил!
- Думай как пожелаешь, только избавь меня от своих размышлений на тему твоего парня, - кривится Келлум.
Мне становится неловко, краснею. И правда, ну зачем я про Зана заговорила? Зачем Келу эта информация… Не говоря уже о том, что мы только что с ним целовались. Вот что он про меня теперь подумает? И ведь не оправдаешься же тем, будто казалось, что все происходящее - сон! Самое идиотское объяснение, хоть и правда. Непроходимой идиоткой себя чувствую.
- Ничего не понимаю, - произношу растерянно. Что все-таки произошло? Почему оказалась в той комнате… Я не помню ни одного боя. Неужели я все время спала?
Это ужасно мучительное чувство – не помнить. И не понимать, что происходит.
На меня накатывает отчаяние.
- Зачем ты пришла в это место, Эрика? – вдруг глухим хриплым голосом спрашивает Кел.
- Мои друзья… Они захотели. Но как Зан мог бросить меня тут? Или… Ох, может, они решили, что я уехала? – хмурюсь, пытаясь понять истину. Но Кел явно тут мне не помощник. Он ничего не отвечает, просто разглядывает меня исподлобья.
- Что ты молчишь?! – вскрикиваю. Накопившиеся эмоции взрывают меня изнутри. Я редко становлюсь настолько эмоциональной. Но сейчас не могу держать в себе рвущиеся наружу страх и отчаяние. – Почему ты так жесток ко мне? Да что я тебе такого сделала, чтобы ты со мной как с куском дерьма обращался? Неужели это все только потому, что моя мама «отобрала» у тебя отца? Неужели ты настолько ревнив, самолюбив?
- Ты правда видишь меня настолько жалким? – Кел смотрит на меня с такой яростью, что мне хочется сжаться, уменьшиться под его взглядом. - Ждешь, значит, что я начну строить предположения, что подумал твой парень?
Понимаю, что переборщила, что не стоило так разговаривать с человеком, единственным на данный момент, который поможет мне выбраться из этого места. Но взгляд Кела настолько уничижительный, заставляющий себя чувствовать маленькой никчемной букашкой, что я снова злюсь, подбегаю к нему и толкаю в грудь.
- Я тебя ненавижу!
Не знаю, почему вырвались эти слова и откуда взялись столь дикие эмоции.
- Идиот! – всхлипываю отчаянно. Снова бью кулаками по его груди. – Ты только обвинять можешь…
Подношу руки к лицу и вдруг чувствую странный железистый запах… Почему мои руки в крови? Порезалась о Кела? Но я не ощущаю никакой боли!
- П-почему мои руки в крови, Кел? – спрашиваю дрожащим голосом. Трудно выдавить эти слова, словно язык прилип к гортани.
- Эрика, прекращай задавать вопросы, нам пора убираться отсюда.
Кел хватает меня за руку и тащит за собой. Вот и его автомобиль, и я залезаю в него послушно и молча. Мне уже совсем не хочется спорить, преследует чувство чего-то опасного.
Сжавшись в комочек на переднем сиденье, кусаю губы, отвернувшись к окну.
- В бардачке есть влажные салфетки, - холодно произносит Кел. – Можешь протереть руки.
- Спасибо…
***
Кел так гнал машину, что мы долетели до дома за полчаса. Выскакиваю наружу. Бегу к дому, но останавливаюсь и жду Кела.
- Чего еще? – бросает он холодно, подходя ко мне, крутя в руках ключи от машины.
- Хочу извиниться за то, как вела себя…
- Не стоит.
Мой подбородок дрожит, нервно сглатываю.
- Мне очень жаль, что я напрягла тебя, я не должна была допустить ничего подобного…
И тут замечаю, что рубашка Кела в крови… Мне становится дурно.
- Что с тобой? Ты ранен? Боже… Пошли быстрее в дом, надо вызвать скорую.
- Нет, не надо. Успокойся.
Но как я могу успокоиться? Сердце бьется в груди медленными, сильными толчками, внутри растет паника.
- Позволь я хотя бы помогу… Может, кровь остановить надо…
- Я же сказал, нет. Хватит, ты весь дом перебудишь. Иди спать, ненавидящая меня сестренка.
От его слов мне так тошно становится. Ну зачем я произнесла такие слова? Глупые… К тому же лживые. Нет у меня к нему ненависти. Сама не понимаю, что чувствую к Келу. Эмоций так много, что не получается в них разобраться.
***
- Говорю же тебе, я не помню! – обиженно восклицает Николь на следующий день на лекции. – Понятия не имею, что произошло! Конечно же, я ни за что бы не уехала без тебя! Будь я в здравом уме. А я в нем явно не была. Уж не знаю даже… что нам подмешали… Кошмар просто! Я ни одного боя не помню! Все как в тумане… Зашли, сели на свои места… И все, ступор! Что за дикость! Кто это с нами сделал? Если парни… Ух, ну знаешь! Это нельзя прощать!
- Ты намекаешь на то, что Зан мог быть в этом замешан?!
Я шокирована словами подруги, мне подобное и в голову не приходило. Всю ночь я не могла уснуть, сон не желал приходить, я ворочалась, бродила по комнате, считала овец. И все пыталась вспомнить, как потеряла друзей и что этому предшествовало. Но память будто стерли.
Еще меня ужасно беспокоила кровь на рубашке Кела. Откуда она могла взяться? Он был ранен, но где и как? А вдруг он участвовал в этих самых боях? И что, Эрика? Стер тебе память, и твоим друзьям заодно? Зачем? Ну, может, он не хочет, чтобы я, например, отцу его об этом проговорилась… М-да, воображение у меня развито, логика – не особенно…
Утром, замаскировав консилером темные круги под глазами, я ускользнула ни свет ни заря. Вызвала такси, отойдя подальше от дома. Глупо? О да, но я почему-то жутко боялась встречи с Келом после вчерашнего. Хотя и понимала, что рано или поздно нам придется пересечься…
***
Меньше всего я ожидала, что Зан встретит меня не с виноватым видом, а с угрюмым лицом и претензиями.
- Эрика? Почему ты вчера исчезла?
- Что? Боже мой, ты меня обвиняешь? – восклицаю обиженно. - Как ты мог уехать без меня?
- Я был уверен, что ты уехала. Ты обожаешь поступать по-своему. А тут… Ты изначально не хотела идти на бой. Как я понял, таким образом ты высказала мне свое «фи», как и всей компании. Хотела, чтобы я бегал, искал тебя, как влюбленный до соплей идиот? Ты должна была предупредить, Эрика!
- Но я не уезжала!
- Тогда где ты была?
- В одной из комнат. Меня заперли…
- Какая глупая ложь, бред. А потом открыли и выпустили? Как же ты выбралась?
И тут понимаю, что не хочу откровенничать с Заном. Не хочу рассказывать про Кела, как он спас меня.
- Ладно, давай закончим на этом наш спор, - вздыхаю.
- Теперь ты хочешь закончить? – Зан неожиданно грубо хватает меня за руку, чуть пониже локтя. Ужасно больно, я даже вскрикиваю.
- Ай! Что ты делаешь? Отпусти меня!
- Я хочу, чтобы ты мне правду рассказала. Правду, слышишь? Мне тут рассказали о том, что тебя подвозит твой сводный братец-качок. Может быть, ты его в «Колизее» встретила? И он предложил тебе более интересное времяпрепровождение?
Все это время рука Зана так больно сжимает мое запястье, что у меня слезы выступают на глазах.
- Мне больно! Отпусти!
- Отвечай, Эрика!
Никогда не видела Зана таким взбешенным, переполненным яростью. Он не ревновал меня прежде, да я и поводов не давала…
- Что ты делаешь, ты ж ей руку так сломаешь! – подбежавшей Николь удается вразумить Зана, он меня отпускает.
- Ты совсем ополоумел, да? Идиот просто! Бешеный псих! Пошли отсюда, Эрика. У нас лекция начинается.
***
- Что на него нашло? – шепотом спрашивает Николь на лекции.
- Не знаю… Понятия не имею, он меня напугал. Никогда его таким злым не видела, - вздрагиваю, вспомнив перекошенное лицо Зана. Он мне всегда казался умным, интеллигентным… И вот такое поведение никак с ним не вязалось.