ГЛАВА 39

Алиса

Время тянулось невозможно медленно, а напряжение нарастало.

Меня привезли в какой-то особняк и заперли в небольшой комнате на втором этаже. Телефон отобрали и выбросили ещё на парковке, и я лишь надеялась, что смогу потянуть время или переубедить Диму.

Как оказалось, я абсолютно зря надеялась, что меня хотя бы выслушают. Никто со мной не разговаривал, ни во время дороги, ни по приезде в особняк. В пути я бросала на Диму робкие взгляды, но он показался мне каким-то отстранённым, его взгляд пустым и рассеянным, а движения заторможенными.

Когда поняла, что с ним что-то не так, мне стало очень страшно. Его отец не мог не понимать, что с Димой творится неладное, а это означало лишь одно. К состоянию сына этот монстр имел прямое отношение, и делал он это, скорее всего, не впервые.

Испугавшись, что в случае сопротивления меня тоже могут накачать до состояния овоща, я старалась вести себя тихо и покладисто. Больше ни о чём не спрашивала, не угрожала и не истерила. Увы, но дорогу запомнить так и не удалось, хотя вряд ли мне это помогло бы.

Я металась по комнате, то подбегая к окну, чтобы разглядеть хоть что-то, то к двери. Приложив ухо, замирала, но в особняке царила гнетущая тишина, а про меня будто забыли. О попытке побега не думала, так как решётки на окнах и запертая дверь не давали даже малейшего шанса.

Несколько часов ожидания ясности не принесли. Боясь, что моим похищением воспользуются, чтобы навредить Аслану и Максу, я медленно сходила с ума и, сидя на полу в ванной, тихо ревела от бессилия. К вечеру сильно разболелась голова, и, похоже, снова поднялась температура.

Укутавшись в покрывало, я подошла к двери и, прислонившись к ней спиной, сползла на пол. Через какое-то время даже уснула, а когда проснулась, за окном уже сгущались сумерки, а за дверью слышался приглушённый разговор.

– Отец, но так нельзя, – протестовал Дима довольно вяло, но всё же пытался.

– Много ты понимаешь, – отозвался его отец и, помолчав, предъявил: – От тебя требовалось так немного. Всего лишь пасти эту девчонку и держать её подальше от семейных дел. Вот скажи мне, это так сложно? Она же тебе нравилась и…

– Даже больше, – перебив, прорычал Дима, а я затаила дыхание, пытаясь вникнуть в разговор.

– Ну вот. До поры до времени всё шло как надо, – продолжил Тамилин старший. – Кстати, благодаря тебе эта девчонка осталась в живых. Ведь могла тоже быть в той машине, а в мои планы это не входило.

– Ты же говорил, у отца Алисы случился сердечный приступ? – потерянным голосом уточнил Дима, а потом, заговорив громче, добавил шокирующих деталей: – Приступ, потеря управления, авария… Разве не так всё было?! Отец, не молчи!

– Я всего лишь немного помог, – со злостью пророкотал мужчина, а я охнула и закрыла рот ладонью, пытаясь сдержать рыдания.

– Но ты же… Но, зачем?.. За что, отец? Ты же хотел, чтобы мы с Алисой поженились, – голос Димы звучал едва слышно, и я поняла, что он не знал о многих вещах.

– И поженитесь, – согласился его отец, тут же дополняя: – Давно бы уже женаты были. Кто же знал, что её мать свяжется с Данияровым. Боялся, что она что-то раскопала и пошла к нему за помощью и защитой, а оказалось… Я сомневался и принял меры, а его щенок примчался и спутал мне все карты.

– Их пропажа – твоих рук дело? – хрипло уточнил Дима.

– Не лезь, куда не просят, – огрызнулся Тамилин старший. – Играй свою роль, а остальное моя забота.

Голоса начали приближаться, и я поспешно отползла от двери. Путаясь в покрывале, добралась до кресла в углу комнаты и, забравшись на него с ногами, укуталась по самый нос. Меня трясло от температуры, а голова болела и кружилась, но я вытерла слёзы и, глубоко подышав, попыталась успокоиться. Нельзя было демонстрировать, что я хоть что-то услышала.

Щёлкнул замок, дверь распахнулась, и первым зашёл Дима. Включив верхний свет, он обвёл комнату рассеянным взглядом и, заметив меня, смутился. Подошёл к кровати и, сняв с руки объёмный чехол для одежды, положил его на кровать.

– Алиса, как ты? – участливо поинтересовался Тамилин старший и, подойдя вплотную, присел передо мной на корточки. Пристально осмотрел и, нахмурившись, покачал головой: – Ты плакала? Это ты зря. Всё будет хорошо, я о тебе позабочусь.

– Просто ещё не выздоровела, – боясь спровоцировать, отозвалась я и, шмыгнув носом, пожаловалась: – Опять температура, кажется.

– Ох, нехорошо, – прицыкнув, запричитал он и, переглянувшись с Димой, заверил: – Ничего, сейчас закажу нужные лекарства, и завтра будешь как новенькая. Такой важный день. Ты должна быть красивой.

– Какой день? – внутренне похолодев, пролепетала я и, бросив взгляд на кровать, гулко сглотнула.

– Ваша с Димой свадьба, – торжественно сообщил Тамилин и, улыбнувшись, вздохнул и грустно добавил: – Твои родители этого бы хотели. Знаю, что Аслан удерживал тебя силой, но теперь всё позади. Дима тебя очень любит, и вы будете чудесной парой.

– Я не хочу замуж, – с трудом сдерживая эмоции, прошептала я и перевела взгляд на Диму, но тот отвернулся и отошёл к окну.

– Никто тебя не торопит, – не раздумывая, произнёс этот монстр и, подмигнув, пообещал: – Просто церемония, а потом вы уедете к морю. Отдохнёте, наладите ваши отношения и…

– Нет, – отрезала я, а он протяжно вздохнул.

– Девочка, это важно для бизнеса вашей семьи. Для вашего будущего и будущего моих внуков. Мы не можем допустить, чтобы кто-то помешал, – терпеливо пояснил он и, протянул руку, пытаясь коснуться моей щеки, но я отстранилась.

– Этого не будет, – повторила упрямо.

Тамилин оскалился и, поджав губы, поднялся. Направился к выходу, но, открыв дверь, обернулся. Смерил меня равнодушным взглядом и, хмыкнув, предупредил:

– Ты можешь отказаться, но пойми… это дело времени. Дмитрий станет твоим мужем завтра, и всё решится вполне мирно, или вы поженитесь позже, но за безопасность и жизнь твоих братьев уже никто не поручится.

– Вы не посмеете, – прошипела я, а он издевательски рассмеялся.

Вышел и, прежде чем закрыть за собой дверь, холодно произнёс:

– Посмею, Алиса. Уже посмел.