ГЛАВА 47

Алиса

– Вы шутите? – не выдержав, вспылила я и, покачав головой, заворчала: – Инсценировка у них, блин. А о нас вы подумали? Я чуть с ума не сошла! Можно же, было хотя бы позвонить?

– Нельзя, дочка, – вздохнув, ответила мама и, пожав плечами, созналась: – Согласившись на сотрудничество со спецслужбами, мы знали, на что шли. Полная изоляция. Никаких контактов. Да, тяжело. Да, больно и рискованно, но…

– Но самостоятельно мы бы не справились, – вмешался Мурат Гайдарович и, поджав губы, тихо добавил: – Слишком много мы поставили на кон.

– А наши жизни и безопасность? – продолжила я обвинительным тоном. – Вас куда-то увезли, инсценировали гибель, забрали телефоны и… А как же мы? Нас же могли…

– Не могли, дочка, – улыбнулся Мурат Гайдарович и, скосив взгляд на Аслана, хмыкнул: – Михаил почти сразу раскололся, но таких, как он, в вашей жизни всё это время было больше, чем вы думаете. Это было моё основное условие. Круглосуточная охрана, подстраховка дома и в офисе. Именно для этого под разными предлогами мы устроили ваше совместное проживание, а потом и работу.

– Алису похитили, – пророкотал Аслан и, уткнувшись носом в мои волосы, предъявил: – Это ты как объяснишь, папа?

– Кто же знал, что её выманят, – проворчал его отец, но мама улыбнулась.

– Мы доверяли Диме. Незадолго до побега, его мама с ним говорила об Алисе. Просила о ней заботиться и никогда не обижать. Ни словом, ни поступками… Он действительно влюбился, и его мама это видела и была уверена, что он убережёт Алису.

– Но зачем нужна была ваша «гибель»? – помявшись, поинтересовалась я, но ответил мне Аслан.

– Предполагаю, чтобы переключить внимание Тамилина. Мы для него были слишком слабыми противниками, и он расслабился, стал действовать смелей, допустил ряд просчётов и наконец-то попался на горячем.

– Верно, – кивнул Мурат Гайдарович.

– Я ведь мог и не согласиться, – тихо рассмеялся Аслан и, потискав меня, хмыкнул: – Хотя нет… От Алисы я не готов был отказаться. Но ты, пап неплохо подстраховался, пустив слух о скором прибавлении. Как знал, чем зацепить.

– Слух? – переспросила мама. Привстав, огладила небольшой, но уже заметный животик и, сев на место, рассмеялась: – А кто сказал, что это слух. Через пять месяцев у нас будет сын.

– Ну вы… – растерянно начал Аслан и, взъерошив волосы, шепнул мне на ухо: – Отстаём… Надо бы вплотную заняться этим вопросом.

От его намёка я смутилась, вызвав всеобщее веселье. Спрятала лицо у мужа на груди и, ущипнув его за бок, прицыкнула языком.

– Отдыхайте, наслаждайтесь медовым месяцем, – отсмеявшись, произнёс Мурат Гайдарович и, переглянувшись с мамой, продолжил: – А мы пока наведём порядок в делах, документах и утрясём вопросы, связанные с расследованием.

– Подождите, – чувствуя, что родители сворачивают разговор, позвала я и, тщательно подбирая слова, спросила: – Получается, вы нас намеренно разлучили, так?

– Выходит так, – вздохнула мама, заметно смутившись.

– Зачем вы сказали Аслану, что он мешает моему личному счастью? Для чего придумали жениха?

– Аслан не оставил бы тебя, – покачав головой, проговорил Мурат Гайдарович и, усмехнувшись, дополнил: – Слишком упёртый, вернулся бы, несмотря на опасность и запреты. Пришлось временно охладить его пыл, задев самолюбие. Отвлечь, заставить сомневаться, переключить на что-то другое, разозлить.

– Но почему перед отъездом вы нам всё не объяснили? Не помирили? – упрекнула я и, насупившись, напомнила: – Знали же, что мы влюбились, и что злились друг на друга, тоже понимали. Зачем оставили нас в состоянии холодной войны, не объяснив, из-за чего всё началось.

– Причин несколько, – помолчав, хрипло отозвался отец Аслана и, посмотрев исподлобья, начал перечислять: – Во-первых, старались избежать любой утечки информации. Во-вторых, помирившись, вы бы сосредоточились друг на друге, восстанавливая ваши отношения, а это сделало бы вас более уязвимыми. В-третьих, вашей привязанностью могли воспользоваться против вас. Собственно, так и случилось, но вы многое успели выяснить и были готовы.

– А самое главное, – вмешалась мама. – Это было ваше личное испытание и проверка ваших чувств. К тому же расскажи мы о причинах перед отъездом, вы бы знали, от кого исходила угроза, а спецслужбам требовалась держать Тамилиных в поле зрения.

– Я бы не сдержался, – прорычал Аслан.

– Вот именно, – подхватил Мурат Гайдарович и, глянув на часы, всполошился: – Так, тут кое-кому пора в кроватку. Танюша, у нас режим!

Мама начала довольно вяло спорить, но отец Аслана быстро включил властного мужа, а потом помахал нам рукой и выключил видеозвонок.

Пару минут мы сидели молча. Муж крепко прижимал меня к себе и, хмурясь, о чём-то напряжённо думал. Теперь многое стало понятно, и мы получили ответы на всё, что мучило нас долгие два года. Судя по рассказу родителей, вынужденная разлука неожиданно превратилась в наше спасение.

– Прости меня, – прошептал Аслан, а я вздрогнула от того, сколько боли сквозило в его голосе.

– За что? – уточнила удивлённо.

– Отец прав, я действительно тогда тебя возненавидел. Бесился, ненавидел и… всё больше любил, и это злило больше всего. Он прав… имей я хоть крупицу надежды, я бы примчался. Отбил бы тебя у кого угодно, забрал бы, несмотря ни на что.

– Теперь всё это неважно, – коснувшись пальцами губ Аслана, прошептала я и, посмотрев ему в глаза, произнесла: – Они нас спасли, сохранили друг для друга. А мы сохранили и укрепили нашу любовь.

– Приумножили, – поправил он и, уткнувшись лбом в мой лоб, прошептал: – Ты моя, а я твой. Я это знал с первого взгляда. Иначе не будет. Не отпущу, так что терпи такого, как есть. Ревнивого, властного, требовательного, вспыльчивого и…

– Любимого, – перебила я и, подавшись вперёд, подтвердила свои слова поцелуем.

– И любящего тебя до одури, – прерывая поцелуй, дополнил Аслан. Встав, подхватил меня на руки и понёс в номер.