Глава 3

Эля – Артем, подожди! – кричу вслед, но он не реагирует. – Да блин!! Пока стояла возле пешеходного в ожидании зеленого, он успел оставить что-то на моей машине и уехать. Подхожу ближе и вижу цветы и игрушку – змейку. Прижимаю её к себе и реву от бессилия. Реву потому, что Олега начали травить. И вроде как в этом виноват Змей, да и я тоже виновата – позволила ему издеваться над бывшим у всех на глазах. Когда я пришла сегодня в институт, то увидела, что возле Олега собралась толпа пятикурсников… Они громко смеялись и заставляли его целовать надутый презерватив… А потом кто-то толкнул его в кусты, и он ободрал щеку. Мне просто по-человечески его жаль. Реву потому, что слабачка и не смогу противостоять матери и её новому мужу. Реву потому, что Артем уехал. На зачет ведь всё равно опоздала. Надо было поговорить с ним, но я еще не отошла от эмоций, вызванных от унижения бывшего. Поэтому вела с ним холодно и не пошла в машину. А он все не так подумал. Подходит Олег и кладет руку мне на плечо. Я вздрагиваю. – Эль? Он тебя обидел? – Нет. Я не хочу об этом говорить, – хмуро мотаю головой. – Я хотел поблагодарить тебя еще раз. Спасибо, что вмешалась. Я просто не могла пройти мимо, потому что прекрасно знаю, что такое буллинг. Меня травили в первом классе за то, что я плохо выговаривала некоторые буквы. Нам даже школу пришлось сменить, чтобы всё это прекратилось. Когда я подошла к старшекурсникам, издевавшимся над Олегом, сказала: – Отпустите его немедленно. – Сестра Змея, – пронесся шепоток по компании. И мне хотелось крикнуть, что не сестра я ему. Но в этой ситуации мой липовый статус был только на руку. – А ты кто будешь этому ушлепку? – интересуется накаченный парень. Я знаю его – Богдан, который учится на физрука. Мерзкий, наглый типчик. – Его девушка, – «бывшая» – добавляю про себя. – А чо тогда твой братишка с этим… вчера? Мы видюху смотрели. Видео завирусилось, и за несколько часов его просмотрели сотни тысяч пользователей сети. – Это была шутка, ясно вам? – отвечаю с вызовом. – Змей просто прикололся. А Олег… он нормальный парень. Отвалите от него. Я не хочу, чтобы из-за меня человеку не давали спокойно жить и скажу, что угодно, лишь бы прекратить это. Артем, конечно, взбесится, если узнает, что я во всеуслышание называю себя девушкой Олега. – Мгм, шутка… Во Змей даёт, сеструхиного парня опустил… Да никакая я ему не сеструха! Вот же придурки. Увожу от них подальше пунцового Олега и промокаю ссадину спиртовой салфеткой. В порыве благодарности, он обвивает мои ноги и прижимается здоровой щекой к моему животу. – Спасибо тебе. И что не постыдилась назваться моей… – сглатывает, – девушкой. – Это ведь всё из-за меня началось, – выдыхаю. – Слушай, Олег, мы на зачёт опоздали. – Я договорюсь о пересдаче. Мы с Юрием Константиновичем в хороших отношениях. А потом я увидела Артема, он в ярости шёл к нам. Ой, блин! Надо было идти с ним и выяснить отношения. Поговорить насчет сегодняшнего утреннего треша и решить, как нам быть дальше. Нужно ехать к нему! Вот прямо сейчас. Проехала половину пути, но мне позвонила бабушка. – Эленька, купи, пожалуйста, валидольчика, если не сложно, – просит. – Ба, тебе плохо?! Ну вот, игры с сигаретами и алкоголем не прошли даром! – Да сердце что-то защемило. Переживаю за вас с Артемкой. – Так, я сейчас приеду. Ляг и лежи. – Аха, мож и руки на груди в замочек сразу сложить? Чтоб вам меньше возни со мной было. – Ну что ты такое говоришь? Тебе еще жить да жить. – Лет ндцать, – говорит она, и я отчетливо слышу, как она выпускает дым. – Ты снова куришь, – уличаю её, – а потом на сердце жалуешься. – Сердце болит не из-за курева, а из-за вас. – Ну ладно, а что мы-то? Всё нормально у нас будет. Вот если бы Артем сказал нашим родителям о чувствах, это обелило бы нашу репутацию. Но он не скажет, ведь так? Потому что их нет? По-моему, он вообще во мне разочаровался, раз отказался заниматься сексом вчера. Придумал какую-то нелепую отговорку про страх. Да, мне было страшно вчера, но страх прошел бы в ту же секунду, когда он в меня вошел… – В общем, держись, бабуль, я еду. Разворачиваюсь на перекрестке и еду домой. Дурацкий день, просто наиотвратительнейший. Чтобы как-то сгладить негатив, покупаю клубнику и три плитки бельгийского шоколада. Будем с бабусей заедать стресс, а с Артемом я поговорю вечером. С опаской захожу в квартиру. Бабс смотрит телек, и в нем проигрывается такой диалог: – Марта, клянусь, я не изменял тебе. – Что ж ты брешешь, козел? – возмущается бабушка вслух. – Я не вру тебе, – продолжает экранный герой. – Та блондинка – моя соседка, и она приходила… за солью. – За перцем она твоим приходила, – усмехается ба. – Что мы не знаем что ли? Шли его нахрен, Марфа. – Ба, её ж Марта вроде зовут? – спрашиваю озадаченно. – Какая она Марта? – фыркает. – Марфушка-простушка вот кто она. – Освальдо, между нами всё кончено, – всхлипывая, говорит экранная героиня. – Вот это правильно, Марфушка! – комментирует ба. – Нехай у него стручок отсохнет, который он суёт направо и налево. Падла такой, а, этот Асфальто! Качаю головой и тянусь за пультом. Делаю звук тише. – Эленька, – радуется бабс, – валидольчик принесла? Будь добра, положи мне под языком. – А сейчас что с тобой? Переживала за Марту, которой изменяет Освальдо? – хихикаю. Бабуля всегда поднимет мне настроение. Какая бы бяка не случилась. – Всегда жалела таких дур, от которых мужья гуляют чуть ли не в открытую. – Ну, у тебя не было мужа, поэтому и никто не гулял от тебя. Тебе не понять. Выдавливаю валидол и кладу таблетку ей в рот. – Я себя обезопасила, хе-хе. Восемьдесят лет – а рогов нема. – Шоколад будешь? – протягиваю ей плитку молочного. – Тока с коньячком. – Да щаз! Всё, ты теперь на сухом пайке. Я от мамы выхватила за то, что за тобой вчера не смотрела, и ты пьянствовала. – Я не пьянствовала, а веселилась. Это другое. – Ну конечно, – фыркаю. – Щас таблетка рассосётся, помогу тебе с шоколадом. Ты Артемку видела? Приезжал, жених, с цветами. Вот такууущий букетище! О, черт, я забыла его в машине. Надо будет спуститься и забрать, бедные розы, увянут же. – Видела, и… мы не поговорили. Он разозлился и уехал. Я с Олегом была. – Таак. Что, значит, была с Олегом? – Его обижали. Я не смогла пройти мимо. Мне пришлось сказать тем парням, что я его невеста. – Эленька, да ты чего? По бабушкиному обеспокоенному лицу, я осознаю весь масштаб катастрофы. Артем 100% узнает об этом, да и видел меня с ним воочию. – Это конец, да? – закусываю губу. – Попробуем разрулить, – отвечает деловито. – Ты вот что, езжай в дом Змеевских, будто бы с матерью поговорить. А сама к нему. Испеки шарлоточку по-быстрому для него. Вот, мол, смотри, своими руками готовила для тебя, милёночек. Ему приятно будет. – Да не буду я ничего печь! – закатываю глаза. – Ты парня вернуть хочешь или лох Олежка устраивает? Беги на кухню сейчас же! Уже диктую рецепт. 2 яйца… Достаю нужные ингредиенты и раскладываю на столе. – Ну хрена себе! – громко вскликивает бабушка. – Что, что такое? – прибегаю к ней с белыми от муки руками. – У девки другой мужик есть – бохатый! Не такая она уж и Марфуша, оказывается, – довольно улыбается.