Глава 55

О встрече с Линнари я никому говорить не стала. Ни Эрланду, ни колдуну. То, о чём она мне рассказала, должно было остаться только между нами. Её появление, объяснения которому у меня не имелось, позволило мне заглянуть в прошлое, узнать о том, с чего всё началось, не со слов изучившего старые летописи Ритаура, а от непосредственной участницы тех давних событий. Теперь мне стало известно, почему колдовского дара не было ни у моей матери, ни у бабушки, которых я не знала.

Он попросту не проснулся. Как и мой собственный. Но слова Линнари натолкнули меня на одну мысль. Если проведённых с правителем ночей оказалось недостаточно, может быть, поможет любовь? Но какой она должна быть? С чьей стороны? Только с моей или… с его тоже?..

А способен ли Эрланд вообще полюбить? Ведь проклятие уже начало действовать. И вполне вероятно, что для него это вообще невозможно…

Но тогда есть ли смысл в нашей женитьбе? Ведь брачные клятвы вовсе не означают, что супруги будут любить друг друга всю дальнейшую жизнь. Мне ли этого не знать – нагляделась в своё время на отца и Мильдану.

Однако уже поздно было отменять свадьбу – назначенный день приближался, в замок начали съезжаться гости, и я не могла опозорить правителя своим отказом. А потому оставалось лишь надеяться на то, что это поможет. Ведь при одной мысли о том, что ему придётся умереть такой же страшной смертью, какая досталась его отцу, у меня темнело в глазах.

Правитель Лундсфальда не был безгрешным. Он тоже завоёвывал чужие земли, как и его предки до него. Но за то время, что мы пробыли вместе, я успела немного его узнать. И не сомневалась в том, что Эрланд – не сторонник бессмысленной жестокости. Он, как умел, заботился о своей стране, о населяющих её людях, обо мне, и не его вина в том, что некому было научить будущего правителя любить…

Те, кто правили Лундсфальдом до него, уже сполна заплатили за содеянное. Как и сама Линнари, которая обратила свой светлый дар во зло. Теперь дело за нами. Сумеем ли мы жить по-другому, иначе распорядиться тем, что нам дано, не ступив на путь наших предков? Это и было основным вопросом, который поставила передо мной та, что когда-то была молодой колдуньей из приморского вольного города.

И мне от всей души хотелось оправдать её доверие. Как и доверие Эрланда. Я видела в его взгляде надежду и замечала, как он изменился, когда мы начали узнавать друг друга лучше, становиться ближе не только как любовники, но и как те, кто не боится говорить о том, что на сердце.

Может быть, для нас двоих действительно ещё не всё потеряно?..

* * *

Алдан Ольсо являлся единственным наследником одной из знатных семей Лундсфальда. Его старший брат погиб несколько лет назад, отец тоже недавно покинул этот мир, а мать удалилась в монастырь. С этих пор Алдана стали принимать повсюду как главу семьи, хоть и был он пока не женат и довольно-таки легкомыслен, что признавал и сам.

А также слыл тем ещё бабником и сластолюбцем.

Вот и сейчас в его постели находилась пригожая иноземка, неожиданная встреча с которой оказалась настоящим подарком судьбы. Таких красоток ещё поискать! Ольсо не смущало даже то обстоятельство, что прелестница, назвавшаяся Ирмой, почти ничего о себе не рассказывала. Главное, что та хороша и страстна настолько, что даже его, сильного молодого жеребца, превзошла в умении наслаждаться близостью мужчины и женщины без оглядок на приличия. Очень уж ей нравилась поза наездницы, а ему – наблюдать за ней, будучи снизу, и распаляться ещё сильнее от каждого взгляда, каждого движения.

Он обхватил зазывно подпрыгивающие груди и жадно смял их в ладонях. Она великолепна! Какое тело! Гладкое, белое, соблазнительно округлое в нужных местах. Крутые бёдра плавно переходили в стройную талию, а то, что повыше, так и вовсе оказалось вне всяких похвал – все прочие мысли разом улетучивались из головы, когда видел перед собой эти увенчанные алыми вершинками полные спелые плоды, которые так и просились в рот. Настолько привлекательной и горячей любовницы у него никогда прежде не бывало. Всё же в Лундсфальде женщины холодноваты, как и здешний климат, и такого огня, такой ненасытности в постели от них не дождёшься.

– Проси чего хочешь… – благодарно выдохнул мужчина, когда смолкли их общие сладострастные сны, и белокурая бестия легла головой на его грудь, удовлетворённо облизывая пухлые губы.

– Возьмите меня с собой в замок вашего правителя… Очень хочется на него посмотреть… И на свадьбе погулять…

– Но… как? – растерялся он. Не такого пожелания ожидал Алдан – думал, что у него попросят какой-нибудь подарок вроде женских побрякушек. – Как я тебя представлю?

– Придумайте что-нибудь, – промурлыкала она, потираясь об него грудью, отчего его мужское достоинство снова воспрянуло. – Вы сможете, я знаю. Вы ведь такой умный…

А правда, почему бы и нет? Ведь его представят как Алдана Ольсо и добавят «со спутницей», называть её имя поначалу вовсе не обязательно, а если спросят, кто она ему, выкрутится как-нибудь. Зато будет кому согревать его постель в холодном замке, да и не придётся сидеть одному, когда все вокруг будут с жёнами или невестами.

– Ну что, возьмёте меня с собой? – поторопила его с ответом Ирма, царапнув грудь любовника острыми коготками.

– Возьму! – решительно заявил он, подминая её под себя.