Глава 54

У правителя Лундсфальда в преддверии нашего бракосочетания было много дел, но он не упускал случая заглянуть в женские покои. Составлял компанию за обедом, спрашивал, не нужно ли чего. Однажды, не выдержав, потянулся ко мне, когда я его провожала. Притиснул к стене, целуя так, что слабели колени, нырнул рукой под платье. И надо же в такой момент появиться Бритте!

– Экие вы нетерпеливые, – проворчала она чуть позже, когда мы с ней остались наедине. – Неужто обождать мочи нет? Оно понятно, что дело молодое, а всё ж таки нежелательно до свадьбы-то… Примета у нас есть. Когда дата уже назначена, жениху лучше от невесты подальше держаться. И в наряде свадебном раньше времени перед ним ни в коем случае не показывайтесь! Ясно вам?

Я кивнула, но слова женщины почти сразу же вылетели из головы. Не до примет было. Меня терзал другой страх.

Поможет ли свадьба? Спадёт ли проклятие? Смогу ли я спасти Эрланда?

Я так долго и напряжённо размышляла об этом, что даже по ночам не могла как следует выспаться, забывалась сном лишь под утро. А потому твёрдо уверена в том, что появление незнакомки мне не приснилось. Та проскользнула в мою комнату неслышно, остановилась возле кровати, и я испуганно вскинулась, разглядывая в свете луны и разожжённого на ночь камина девушку с тёмными глазами, так похожими на мои.

– Кто… кто вы? – выдохнула я, когда смогла говорить.

– Ты ещё не догадалась? – мягко улыбнулась мне нежданная гостья. От неё не исходило никакой угрозы, и я немного расслабилась, решив никого не звать. – Ну здравствуй, правнучка.

– Вы! – воскликнула я, начиная понимать. – Колдунья! Это вы прокляли одного из предков Эрланда?!

Она выглядела моей ровесницей, но я помнила, что говорю с той, что была гораздо старше меня. И на призрака вовсе не походила. Казалась такой же живой и осязаемой, как и я сама.

– Верно. Меня зовут Линнари. И да, это я наложила на него проклятье.

– Он надругался над вами? – спросила я смущённо.

– Нет! Нет, но… Пожалуй, лучше начать с самого начала, хотя кое-что ты уже знаешь, – приступила она к рассказу.

Линнари жила в вольном городе. Никто не входил в него с мечом, не осаживал, не брал приступом. Город находился у моря, от его берегов отплывали корабли с товарами и пассажирами, а ещё не так далеко находились соляные прииски.

Но однажды там появился человек, возомнивший, что сможет стать первым, кто завоюет вольный город.

– Я была колдуньей… По-настоящему сильной. Когда оказалось, что в городе недостаточно солдат и оружия, что есть большая вероятности всем оказаться в плену, меня отправили к завоевателю.

– Чтобы вы убили его?

– Нет. Чтобы переубедила… Но у меня не вышло. Даже после того, как я провела с ним ночь, подарив ему свою невинность… После того, как пообещала, что смогу принести блага, несопоставимые с захватом моего города, он всё равно оставался непреклонен. И тогда… – вздохнула Линнари, и взгляд её затуманился.

– Тогда вы прокляли его, – продолжила я, и она кивнула.

– Я не думала, что этим навредила не только ему, но и себе.

– Как?..

– Мой дар был чистым светом. Тем, что исцеляло, давало надежду. Я сама окунула его во тьму, использовав во зло. Сама отравила его… После этого он заснул в других женщинах моего рода. В твоей бабушке, матери… И в тебе, – добавила она.

Я сделала глубокий прерывистый вдох. Даже виски сдавило. Всё, что услышала сейчас, было так неожиданно, странно…

– После… мне казалось, что всё осталось в прошлом. Но я сделала кое-что ещё, сама тогда не догадываясь. Наложив проклятие на повелителя Лундсфальда, я связала свой род с его. Он не отступился, и городу пришлось покориться его власти, чтобы не быть разорённым… А я перебралась в другие края, где нашла мужа… Он был хорошим человеком, однако полюбить его я так и не сумела. Даже после того, как у нас родилась дочь. Уважала его, пыталась стать ему безупречной женой, но моё сердце тосковало по чему-то далёкому… По кому-то…

– И моя мать не была счастлива с моим отцом по той же причине? – спросила я. Все говорили, что она умерла от тоски по родине. Выходит, всё гораздо сложнее…

– Да, – кивнула собеседница. – Прокляв того человека и его потомков, я прокляла и свой род по женской линии, лишила дочь и внучку возможности использовать свой дар и быть счастливыми в любви… Это стало моим наказанием.

– И вы не могли обратить сказанное вами вспять?

– Нет, к сожалению… Слова имеют силу. Проклиная, я выпустила их. Выпустила зло, которое впиталось в мою и его кровь. Обратного пути не было.

– Но колдун сказал правителю…

– Что для того, чтобы снять проклятие, ему нужно взять тебя в постель? Да, сказал. Этот Ритаур проделал большую работу. Однако кое в чём он ошибся. Ведь этого оказалось недостаточно.

– Да, – согласилась я, склонив голову.

– Вы с Эрландом – новые люди, родившееся гораздо позже того, что тогда произошло. Ты не я, а он не его предок. Насколько я могу судить, нынешний правитель гораздо менее кровожаден и более человечен. Как думаешь, Аньяри, ты сможешь его полюбить? Или… уже любишь?

– Я… – растерялась, не зная, что отвечать. Опустила глаза, комкая в ладонях край одеяла. Люблю ли я Эрланда?..

– Истинная любовь – это не одно лишь плотское влечение, которое ты уже познала. Любят не только телом, но и душой. Сердцем, – добавила собеседница и в подтверждение своих слов прижала руку к груди. – И разумом. А твой разум пока беспокоен и мечется. Но близко то время, когда ты поймёшь, что действительно чувствуешь. Только не ошибись с выбором!

Я хотела спросить, что она имела в виду, но Линнари уже исчезла, попросту растворилась в лучах лунного света, оставив после своего удивительного появления больше вопросов, чем ответов.