Глава 12

Его слова звучали, как приговор. Никто мне сейчас не поможет. Мы совершенно одни в здании. Я зажата между гарнитурой и им. В горле встал комок, из груди вырывались лишь судорожные рваные вздохи. Страх ужасная вещь. Когда смотришь со стороны, кажется все так легко и просто. Но это суровая реальность жизни. Ты находишься в ступоре, растерян. Нет сил не то что кричать, элементарно пошевелить пальцем – подвиг. Только как совершить этот подвиг. И если на вас напала собака, то все может разрешиться положительно. Но когда так. Он выше меня сантиметров на десять, а в ширь все четыре меня. Что я могу против него? Абсолютно ничего. В этой ситуации становится страшно и как сбросить оцепенение не знаю.

– Как же ты меня замучала, маленькая стерва, – тяжело дышит прямо в голову, иногда попадая на шею, вызывая неприятные мурашки. – Ходила, хвост пушила и нос свой воротила от меня, а перед этим Куртом стелилась, дрянь русская. Ничего, я сейчас все наверстаю и научу, как нужно себя вести. Я тебе шанс дал на нормальную жизнь и чем отплатила?

Широкие, шершавые и потные руки проходились по ногам, вызывая тошнотворные позывы. Так страшно мне давно не было. Как защитить себя, что сделать? Надо было наплевать на все угрозы и не возвращаться в это адское место. Еще и Азиза зачем-то приплетает. Я перед ним не флиртовала. Вообще перед ним ничего не делала. Только работала. Может он стал свидетелем той проверки? Так мы потом все расставили на свои места. Может этот чертов человек не дослушал и сделал неправильные выводы? Боже, о чем я думаю? Мне выбираться надо из этой ситуации, а не искать мотивы.

Плевать мне на спокойствие рядом с Куртом, плевать на утихающее чувство одиночества в этой стране. Сейчас все это не важно, когда мне угрожает взрослый мужчина и ты не способна ему противостоять. Так от Багира этого и следовало ожидать, просто не думала, что так скоро случится. Вечные приставания, зажимания. Когда-то его должно было прорвать. Вот и наступил этот момент. А Азиз? О нем я знаю еще меньше чем о Тавировиче. Он еще больше этой неотесанной свиньи. И когда, и как его может прорвать мне неизвестно. Что он будет делать в случае если ему отказать. Стоп, стоп, Лина. Думай, как выбраться, а не сравнивай двух совершенно разных людей.

– Не дергайся сказал, стой смирно и будь хорошей девочкой. Хорошо тебе будет. Чего рыпаешься? – злой и раздраженный голос пугает. -рука давит на спину, заставляя склониться. Но я упираюсь руками в столешницу, сопротивляясь.

– Отпустите меня, пожалуйста, – хрипло прошу его, едва слышно, силы появляются, когда, закрыв глаза, увидела снова того незнакомца из снов. Он протянул руку и дернул на себя, вырывая из темноты.

Шёпот отчаянья – это все на что я способна в эту минуту даже с помощью мимолетного видения, подарившего капельку смелости. Мамочка, папочка, простите меня. Как же хочется оказаться сейчас не здесь. Дома, у Тани, где угодно. Даже в неизвестности с этим видением. Он всегда помогает, даже сейчас. Попытки вырваться из-под Тавировича безуспешны. Острый угол столешницы больно впивается в бедра из-за тяжести что вжимает. Как же вырваться, помогите же мне, хоть кто-нибудь, хоть как-нибудь.

В какой-то момент происходит странный щелчок. То ли упало что-то, то ли пришел кто-то, но Багир отвлекся. Этих нескольких секунд хватило, чтобы воспользоваться и схватив тарелку с бутербродом, кинуть ее о голову мужчины. Из-за того, что он стоял за спиной, а развернуться не смогла, все получилось смазано и не так эффективно. Хотя удалось выиграть немного пространства между нами. Буквально пара шагов.

– Что ты творишь, кошка облезлая? – крикнул в мою сторону при этом придерживаясь за голову. И пока он считал звездочки перед глазами, я метнулась в сторону выхода.

Но развернувшись, схватила со стола баночку с черным молотым перцем и сняв крышку, кинула в его сторону. Специя облаком рассыпалась в районе его лица. Вот теперь у меня есть более удачная долгая фора. Пока мужчина чихал и ругался, пытаясь прочистить себя от кошмарных ощущений, забежала за вещами в цех. Сумка лежала недалеко. Схватив ее, метнулась к выходу. Плевать на новые мелочи, пусть забирают, подавятся ими. Главное спастись, уехать отсюда далеко-далеко. Развернулась к двери, но там уже ждал неприятный сюрприз. С красными и слезящимися глазами стоит он.

– Сбежать собралась? Не выйдет. Хотел же по-хорошему, предлагал. И так, и сяк к тебе, все из себя фифу строила. После такой выходки не жди пощады, – откуда в нем столько жути и неадекватности? Ладно кобель, отбитый, но не до такой же степени.

– Отпустите, по-хорошему, прошу. Я заявлю куда надо. Докажу вашу вину, – для более грозного вида схватила стоящий рядом стул.

Но кого это проняло? Никого. Мужчина лишь рассмеялся на эту выходку. Злорадно так, как психопат или маньяк. Глаза так опасно блестели, словно ему больше нечего терять. Страшно, это очень страшно. Что же мне делать? Взгляд метался по комнате в поисках других путей отступления.

Один вариант все же есть.

Кинула стул в него, но он лишь немного отступил назад. Не мешкая и секунды, резвой козочкой кинулась к окну. Резко открыла створку и залезла на подоконник. Уже хотела спрыгнуть, ведь только первый этаж. Можно спастись. Но тут меня начало тянуть назад.

– Стой, ты за все мне ответишь, – и снова дернул подол, но я мертвой хваткой вцепилась в раму.

– Нет, отпустите, – крик рвался наружу, и я дала ему волю.

Такого громкого отпора он явно не ожидал. Рванула вещь на себя, и лягнула ногой в плечо. Его немного отшатнуло назад, но плевать уже. Прыгнула в окно. Нога болезненно подвернулась, но сейчас не до этого. Надо успеть сбежать куда-то отсюда. Крики из мастерской доносятся все меньше. Регулярно оглядываюсь назад, но ничего не вижу. Только пустые улицы. До дома добираюсь очень быстро. Скинув все с полок в чемодан, набираю знакомый номер и слышу ответ через несколько гудков.

– Да, ало, – знакомый бархатный голос немного приводит в себя.

– Я еду к тебе. Встретишь меня? – попутно застегивая чемодан, отвечаю.

– Каролин, что-то случилось? – сонное создание явно не понимает всего происходящего, но искренне пытается.

– Нет, так встретишь? – немного злюсь заторможенности, хоть и понимаю, что зря так реагирую, но раздражение все равно слышно в ответе. И за это очень стыдно.

– Да, скинь номер рейса и время. Я буду ждать.

* * *

Через пять часов я уже приземлилась в аэропорту Лондона. Чудом удалось забрать последний билет и прыгнуть в самолет. Трехчасовая разница во времени заметно ощущается. Я уже валюсь с ног, ведь по старому времени уже было бы половина пятого утра, а тут всего половина второго. Том обещал меня встретить, и сейчас я выискиваю в толпе встречающих, и улетающих знакомую по фото фигуру. На мое удивление народа здесь много, поэтому легко затеряться. По описанию, в мужчине почти два метра ростом, он явно должен выделяться из общей массы, но нигде не вижу такого высокого человека.

– Не меня ищите, девушка? – за спиной слышится знакомый тембр из голосовых сообщений. Оборачиваюсь и узнаю в незнакомце своего парня по переписке. Те же мощные скулы, ямочки во время улыбки. В жизни он симпатичнее чем на фото. Но все равно до Курта не дотягивает.

Тьфу ты блин. Снова он в голову лезет. Да что же ты так прочно поселился в мыслях, что того, кого знаю, к которому успела давно привыкнуть, сравниваю с тобой. Нет, не годится. Я рванула сюда как ошпаренная, чтобы начать новую жизнь, без всяких влиятельных горячих мужчин, жаждущих подчинения с моей стороны, и я ее начну. Чего бы мне это не стоило.

– Том? – на всякий случай уточняю, может ошиблась. Хотя тут и сомневаться не в чем. Точно он.

– Да, Каролина. Угадал? Фото ты мне так и не прислала, рискнул предположить, что ты это ты, – засунув руки в карманы джинс, говорит он весьма уверенно.

– И угадал. Прости что так внезапно выдернула, – смущенно отвела взгляд.

– Все нормально. Давай чемодан и поехали. Я кстати удивился. Второго номера твоего у меня нет. Конспирация? – и немного приобняв за талию одной рукой, второй держал мои вещи и повел уверенным шагом на выход.

Почему-то стало не очень приятно. Прикосновения вызывали внутренний протест, но списываю это на пережитое сегодня. Слишком свежи воспоминания о потных и липких прикосновениях Багира Тавировича. А может и не в этом дело. Но подумаю об этом потом, когда доберусь до отеля, посплю и уйдет тремор страха из рук. Пока же в голове каша. Хорошее, плохое, все смешалось и ничего непонятно. Жизнь резко закручивает мне гайки и подбрасывает препятствия. Это черная полоса такая что ли? Если да, то до этого выходит была затяжная белая? И что потом? Впереди такая же затяжная черная? Нет, не согласна. Хватит жестить уже. Я реально поседею, или крыша поедет со скоростью света.

– Да просто у меня приложение на другом номере было привязано. Вот и получилось так, – рвано отвечаю, потому что не знаю, как еще объяснить все происходящее, не углубляясь в истинное положение вещей.

Несколько раз пыталась регистрироваться на разных сайтах, но как только требовалось подтверждение номера телефона, происходила какая-то нелепица. Либо выскакивала ошибка с просьбой повторить попытку позже. Либо смс не приходило. Даже думала, что злой рок какой-то. Но однажды прогуливаясь по Альбиону во время учёбы, наткнулась на раздачу сим-карт. На кого они регистрировались не знаю. Потом подтверждений не требовалось. И решила последний раз испытать удачу. Ввела «левый» номер и чудо! Спокойной завершила регистрацию. Итог сейчас ведёт меня к машине.

– Кар, у тебя явно что-то случилось. Расскажи, обещаю, я смогу помочь, – открывая пассажирскую дверь, приглашает в теплый салон. Здесь погода уже довольно прохладная и сырая, поэтому мне очень хочется сесть в машину и насладиться жаром печки.

А вместо этого мы застыли друг напротив друга и смотрим в глаза друг другу. Он пытается найти ответ на свой вопрос, я же раздумываю, соскочить с темы, или пожаловаться. Быть слабой девчонкой и позволить решить проблему, или снова выкарабкиваться самой. И тут снова вспоминаю Азиза. Ему бы точно рассказала. Турецкий мужчина умеет пронзительно смотреть. Да и местный он, смог бы научить уму разуму, прими я его предложение. А не прими? Да прошел бы мимо. Зачем ему чужие проблемы?

– Все в порядке, Том. Поехали в отель. Я очень хочу спать. Я устала и разница во времени, – положила свою ладошку поверх его на ребро дверцы машины, стараясь убедить в своих словах. И мне почти это удалось.

– Ладно, сейчас поедем. Только почему в отель? Я думал, что ко мне, – и снова этот взгляд. я растеряна. Как ему объяснить, что переписки мне мало, чтобы съехаться. Надо пообщаться в живую, погулять, узнать друг друга в реальности. Не только в диалоговом окошке.

– Том, еще рано. Пожалуйста, не дави, – с улыбкой, прошу, но в ответ получаю порцию недовольства.

– Ладно, позже поговорим об этом. Садись, а то дрожишь, – дважды такое мне предлагать не пришлось. Едва юркнула в салон, как дверь закрылась, а через мгновение открылся багажник. Чемодан с легким шумом приземлился в нужное место, и водитель в считанные секунды со звериной грацией оказался на своем законном водительском месте.

– Спасибо, что встретил, – искренне благодарю его, когда выезжаем на трассу в направлении города.

Этот аэропорт я не очень люблю, потому что добираться до города от него примерно час. А тут ночь, скользко из-за дождя и начинается сильный ветер. Значит время в пути увеличится на определённое количество.

Искренне завидую тем, кто водит. Сама пыталась, но не выходит. Может слишком впечатлительная, раз реагирую на тех, кто подсекает, забывает про поворотники. Может быть неправильно отношусь к дороге. Но все сводится к одному, стоит сесть за руль, как включаю режим черепахи, становлюсь предметом ненависти у других водителей. А если обгонят? Ой, ладно если по той же полосе едет, а если обратно в эту полосу так же резко перестраивается, могу и руль из рук выпустить. Так что после пары уроков езды в городе, забрала документы и все. Обезопасила себя и окружающих.

Так что, когда вижу уверенного человека, особенно мужчину за рулем, испытываю эстетический восторг. И положа руку на сердце, Курт нравился мне больше. Ну вот, опять вспомнила. Да хватит уже.

– Не за что. Как я мог тебя бросить. Тем более я уже давно мечтал увидеть тебя в живую. Ты очень красивая, Кар. Я в удивлен если честно, что такая девушка одна. Признаюсь, думал, что ты страшненькая, ну или немного толстенькая, но по переписке ты мне понравилась и я готов был принять тебя любую, ведь главное нам комфортно. А тут, ко мне красотка прилетела. Да я фартовый!

И сказал это так легко, как мальчишка, которому подарили долгожданный подарок. Хоть у кого-то сегодня хорошее настроение.

– Ахаха, дурачок, – шуточно стукнула его в плечо, чем вызвала ответную улыбку и раскатистый смех. Немного грубый и острый, не такой мягкий и грудной с нотками бархата, как у… Стоп, Рамнина, опять не в ту степь. Знойный мужчина остался в прошлом. Теперь у тебя новая светлая дорога. В ней нет места старым воспоминаниям.

У Тома.

Классный.

Смех.

Точка.

– За то ты теперь улыбаешься, – немного оторвав взгляд от дороги, посмотрел прямо в глаза.

– Правда. Спасибо. Ты замечательный. Мне явно повезло. Не думала, что на таких сайтах могут быть нормальные люди, но рискнула, и мне повезло, – слегка повернулась бочком к водителю, чтобы можно было разглядеть лучше.

– Насмешила. Мне вообще кажется, что там почти все нормальные и так же думают, что все ненормальные. В итоге рискуют и все ок.

На секунду под зависла. Может он и прав. Ведь всегда первые мысли с сомнением. Не важно, сайт знакомств, или просто к тебе в кафе подсядет парень. Сначала сомнение. Но если не рискнуть, как узнать, что ждет тебя там, за поворотом? Какой путь принесет данная тропинка? И если посмотреть на ситуацию с этой стороны, то. Я ведь могу еще долго бегать от Томаса, не давать шанс на сближение из-за простой неуверенности в самой себе. Он ведет себя адекватно. Никогда не приступал черту. Соблазнял – да, но в рамках дозволенного. Замуж зовет, что для англичан его возраста еще рановато-то немного. Только тридцать, для многих – это еще не возраст для обременений. Так может…

– Том, – тихо зову парня, и он снова смотрит на меня.

Дорога из аэропорта из-за дождя очень скользкая, но он все равно отрывается от нее, не боясь последствий. Дождь идет хорошей стеной даруя видимость лишь на несколько десятков метров вперед. Я бы вцепилась в руль обеими руками и не отрывала взгляда от белой разметки. Но не он Ветер, там, за пределами салона очень сильный и дует вбок с моей стороны. Какой бы хорошей машина не была, легкий сквозняк от двери ощущается, вызывая мелкую дрожь.

– Что-то случилось? Еще печку добавить? – и уже тянет руку к нужному датчику, явно заметив гусиную кожу на открытых участках руки. Но я окликнула его не для этого.

– Нет, не стоит. Я согласна, – сейчас мой мозг противится словам, ведь он жаждет, да, именно жаждет, видеть рядом другого мужчину. С которым мы так мало знакомы, но уже давно выбившего место в сером веществе и даже в сердце. Только чем, совсем не понимаю. Но! Риск, как говорят, дело благородное. А значит пора начать рисковать ради себя, собственного счастья, пусть и с другим, но в котором более уверена, с кем уже долгое время общаюсь. Сначала вижу на лице Томаса растерянность, но длится это не долго. Буквально через секунду лицо озаряет широкая мальчишеская улыбка, и озорство со счастьем плещутся в глазах.

– Я обещаю, ты не пожалеешь о своём решении, – и взяв в плен мою ладонь, поднес тыльной стороной к губам, нежно целуя. Игнорируя протест в душе на такую вполне обоснованную и искреннюю ласку, улыбаюсь в ответ. Теперь я его невеста. Мы пара. Значит я больше никогда не буду одна.

– Что, черт, – резкий удар по тормозам и машину начинает вести.

Визг залил все пространство салона. Нет, пожалуйста, я не хочу разбиться. Что произошло, что мы сейчас крутимся на трассе под отборные ругательства мужчины? Казалось бы, еще несколько секунд назад все было замечательно, а сейчас я мертвой хваткой вцепилась в ручку двери одной рукой, второй хочу схватиться за жениха, но он лишь отмахивается от меня, как от назойливой мухи. Понимаю, что мешаю ему совладать с железным конем, чтобы он не сбросил нас со своей спины, но не могу ничего с собой поделать. Не хочу умирать, мне рано к родителям, я еще ничего не успела в этой жизни. Совершенно ничего не успела! Прошу, пожалуйста.

Пока нас крутит по дороге, мысли успевают не только прокрутиться, но и закончится в голове. Все внимание сосредотачивается на расплывающейся картинке перед глазами. От большой скорости выписываемых машиной кругов, пространство приравнивается к одной серой полоске. Не могу смотреть на это. Страшно, очень страшно. Стоило только поджать коленки к груди и уткнуться в них лицом, как нас что-то толкает в бок, и странным образом, машина больше не крутится. Мы застыли в направлении. Да черт его знает в каком направлении. Города, аэропорта, совершенно не важно. Вот просто не важно это все, главное, что стоим. Уже живы, полностью целы, а испуг? Да черт с ним. Сами целы и то хорошо. На эвакуаторе доберемся в конце концов. Самое главное, что целы и невредимы именно мы. Если машина пострадала от невидимого удара, все равно. Это всего лишь железо.

Впиваюсь в профиль мужчины справа. Он смотрит впереди себя очень напряженно, руки с такой силой сжимают руль, что выступили вены. Ведь в отличии от меня он снял куртку и закатал рукава свитера по локоть. По лбу прокатываются капельки пота. И причем нет в нем беспокойства, скорее жгучая ярость. Именно такая энергетика витает в салоне, не только в глазах парня, и направлена она не на меня. Долгие мгновения длится эта немая сцена, даже успеваю почувствовать, как болит спина, ведь во время удара, я уткнулась спиной в подлокотник двери, и на пояснице от такого контакта явно останется синяк. Но это мелочи по сравнению с тем, что могло произойти в принципе.

И только я решила немного изменить положение тела, и позвать Тома, как он резко посмотрел на меня. Глаза стали дикими. Вместо уже знакомых серо-голубых радужек с карими вкраплениями, было искрящееся нечто. Глаза были не человеческими. Черные зрачки затопили радужку, и вокруг нее заискрило красными всполохами. Глаза словно искрили, как оголенные провода. Казалось, что, если дотронуться до него – убьет. Голос хриплым и больше походил на звериный.

– Сиди здесь, с тобой я потом разберусь, – жутко. Мне стало жутко от представшей картины.

Лицо мужчины словно немного изменилось. Подбородок вытянулся, зрительно заостряясь, пальцы рук стали похожи на ведьмовские из фильмов ужасов, с выступающими костяшками, бугристые… Но помимо животного ужаса, что захватило сознание, я ощутила желание напасть на него, защититься.

И тут он резко покидает машину. Быстро сажусь нормально, и смотрю вперед. Туда, куда ушел незнакомый знакомый человек. А человек ли? Спина жутко напряжена, руки подрагивают, а походка лишена той грации, что была какое-то время назад. И как только я перестала вести его взглядом, окинула все пространство.

– А-а-а! – крик сам вырвался из груди.

Перед нами стоял огромный волк. Не обычный, а в районе двух метров в холке, если не больше. Черный с маленьким белым пятнышком на груди. Глаза мерцали опасным блеском, таким же, как и у моего встречающего. Но испугало меня даже не это. Его оскал. У хищника был такой оскал, что не предвещал ничего хорошего. Огромные клыки обнажались не на шутку. Волкодав, не иначе, скалился, явно рычал в нашу сторону. Куда Томас выходит? Он же порвёт его. Ведь по мере его приближения, зверь вставал в более устрашающую, даже боевую позу, сильнее обнажая клыки.

Хотела вырваться к нему, но двери были заблокированы, и когда только успел. Сквозь шум сильного дождя не могла услышать всего происходящего. Понимала, что между мужчиной и монстром ведется диалог, жесткий, хлесткий, и зачем, не укладывалось в голове. Что вообще происходит? Оба делали выпады друг к другу, но не спешили начинать схватку. Но здесь же все очевидно. Смоляное чудовище его уничтожит. Зачем он вышел? Надо было давить на педаль и уноситься прочь, а не выходить на растерзание.

– Том, нет, вернись в салон, – кричу в их сторону, но кроме зверя, который ведет ушами в мою сторону, не вижу никаких реакций. Оно и понятно. Человек не услышит ничего в таком кошмарном ливне.

В прекрасную секунду, а может и не совсем, они перестают кружить по кругу и замирают, стоя боком ко мне. Оба готовы к нападению, но почему-то медлят. Хотелось услышать хоть что-то, поэтому поспешила открыть окно, но что-то с датчиками в этой проклятой машине. Ничего не работает. Кинулась к замку зажигания, конечно, ключей нет. Черт, черт, черт! Стоило раздаться раскату грома и сверкнуть молнии, как они кинулись друг на друга. От ужаса, крик застыл в горле, и закрыла лицо руками. Не могу смотреть, как умирает тот, с кем я решилась быть вместе, с кем захотела начать новую жизнь. Так же не может быть. Грянули второй, третий раскат, а вспышка молнии была такой яркой, что пробилась сквозь зажатые пальцы. Я с трудом оторвала ладони от глаз и посмотрела вперед, и застыла в шоке.

Вместо ожидаемого трупа, на дороге боролось два волка. К смоляному чудовищу добавилось и серо-черное. Черного было хоть и много, но серого тоже в достатке. На боках обоих хищников красовались кровавые полосы, а вокруг появилось еще несколько волков разных мастей. Все наблюдали за происходящих и не вмешивались. Такое ощущение, что это война за что-то. Но где же мой Том? Куда он делся? Неужели мы угодили в разборки диких зверей, и они просто порвали его, откинув в сторону, а сами продолжают войну? Нет, тогда бы зачем черному кружить и переглядываться с ним, когда у него другой противник? Ничего не понимаю. Только завороженно слежу за происходящим, и когда черному снова достается, почему-то ощущаю его боль на себе. Легкую, но ощущаю. Грудь предательски жжет ровно в том месте, где его касались когти серо-черного волка. Мне жалко его по непонятным причинам. Пожалуйста, не давай себя в обиду, волчонок. Скорее разберись с врагом. На бойню больно смотреть. Пожалуйста.

И вот они прыгнули друг на друга с особым остервенением, и тот, что с белым пятнышком, достает до шеи серого, сжимая клыки. Противник падает на землю и уже не подает никаких признаков жизни. С ужасом понимаю, все закончено. Тот, чью боль я ощущала еще какое-то время смотрит на противника, и когда тот на моих глазах обращается в…

В Тома?

Нет.

Что это за чертовщина? Он волк? Все, это сумасшествие, я сошла с ума, раз допускаю такие мысли. Или. Сон. Да, это всего лишь сон! Сейчас ущипну себя и все закончится.

Только болючие щипки кроме боли, никакого эффекта не приносят.

Убедившись, что враг больше не встанет, блестящие глаза смоляного волка устремляются на меня. Не разрывая контакта, он идет ко мне. Вот и закончились мои денечки. И это не сон. Это параллельная реальность. Я попала куда-то, откуда выход только такой.

Оказавшись у двери, он кивком просит выйти, но я лишь отрицательно мотаю головой. Он просит снова. Понимаю, что уже злится и на грани срыва. Монстр кидается на машину лапами, коробя метал, разбивая стекло, которое к моему чуду не сыплется в салон, а покрывается мелкой паутинкой трещин. Звук от того, как когти проносятся по металлу, рассекая его, заставляет съежиться от неприятных ощущений. Но все же кровавая морда пугает сильнее с каждой секундой и отчаянье хлещется через край. Не видя моего повиновения, он просто кидается лапами на дверь в финальном рывке, отчего та сдаётся, и слегка приоткрывается.

Пока я слежу за тем, как моя защита рушится, происходит еще более странная вещь. Дверь резко распахивается, и в проеме появляется Курт. Что? Ничего не понимаю. Еще секунду назад на меня набрасывалось черное нечто, а сейчас стоит человек. Как такое возможно? Я ничего, совершенно ничего не понимаю. А он в это время тянет ко мне свои руки, чтобы вырвать из салона, из моего временного, и уже совсем ненадежного, укрытия. Он весь в крови, с глубокими ранами примерно в тех местах, где черного волка драл серо-черный. Плечи напряжены, а на окровавленном лице застыла злость. Крылья носа раздуваются очень сильно и редко, словно мужчина старается успокоить себя глубоким дыханием, взять монстра под контроль. Но от вида этой картины мне становится еще страшнее. И когда рядом со мной появляется рука, замечаю, что она вся в грязи и крови.

– Нет… Нет. Нет! Пожалуйста, кто-нибудь! Помогите мне, прошу, – я-то шепчу, то кричу, то снова срываюсь на шёпот отчаянья к концу фразы. Но больше испуганно верещу, потому что задыхаюсь от паники, ужаса. – По… помо… – договорить не получается.

Горло перехватило словно невидимой рукой, которая с каждой секундой сильнее сжимает пальцы на шее. Пытаюсь вдохнуть, но не выходит. Только рот открывается в немом крике. Стараюсь отползти назад, но в современном салоне это трудно сделать. Руки соскальзывают с сидения, спина упирается в возвышение между креслами, которое мешает перебраться в другую часть салона, даруя расстояние между мной и мужчиной. Видя вероломное сопротивление, Азиз сверкает хищными глазами, хватая за щиколотки и уверенно тянет на себя.

– Пожалуйста, не трогайте, – не знаю можно ли понять хоть что-то из моих слов, вырывающихся с болью, но все равно стараюсь изо всех сил. Слезы душат и вместо нормальных слов выдаю хлюпающее нечто.

– Молчи, – низкий рык усугубляет и без того кошмарную ситуацию, заставляя брыкаться ногами с утроенной силой. Только противник слишком сильный относительно меня, да и пространства для того, чтобы утихомирить мои попытки у него больше. – Успокойся. Я не трону тебя. Выходи, пока не вытащил грубо.

– Пустите меня. Я никому ничего не скажу, обещаю, – слезы душат по новой, картинка перед глазами плывет из-за влажной пелены, но слыша знакомый баритон, хоть и по-звериному хриплый, пугающий, удается говорить более четко. Словно кто-то там переключил выключатели в голове, даруя просветление сознания.

– Прекрати сопротивляться, Кара. Не зли меня, – и снова перехватывает ноги, резко дергает на себя.

– Нет, помогите, кто-нибудь! – испуганный писк, боль в затылке и все плывёт перед глазами и наступает темнота.