Глава 10

Одним стремительным движением Ив легко подхватил супругу под коленки, его хриплое, рваное дыхание обожгло ей шею, и Тони не сдержала тихого, задыхающегося смеха, вцепившись в его плечи и зажмурившись в предвкушении.

– Огонечек… – выдохнул в шею герцогине Ив и одним резким движением вошел в желанную жаркую глубину, вырвав у Тони довольный возглас, перешедший в короткий стон.

Теперь уже ладони де Ранкура крепко сжимали ее попку, а девушка обвила его ногами, желая быть как можно ближе, чувствовать его в себе полнее. Ив начал двигаться, и Антония потерялась в стремительно нараставшем наслаждении. Она ловила губами теплые капли, падавшие на лицо, послушно выгибалась навстречу, с каждым движением все острее ощущая Ива. Кровь превратилась в тягучую лаву, и казалось, вода зашипит, испаряясь с разгоряченной кожи. Эмоции взорвались фейерверком, окатив огненными брызгами, Тони задыхалась от удовольствия, царапая спину и плечи Ива, с ее губ срывались бессвязные мольбы:

– Еше… Да… Сильнее… О-о-о-о!..

От ее последнего, особо громкого стона у Ива окончательно помутилось сознание, и дремучие инстинкты взяли верх. Он впился зубами в нежную кожу на изгибе шеи Тони, оставляя на ней следы, ставя метку, и в следующий момент ее крик заметался под сводами ванной, а острые ноготки прочертили красные следы на его спине. Ив подавился вдохом, хмельная волна восторга ударила в голову, и он впечатал Тони в стену, заполняя ее до самой глубины, срываясь в темную пропасть наслаждения и увлекая свою страстную девочку за собой. Перед глазами расцвели огненные цветы, и де Ранкур глухо застонал от восхитительного освобождения, крепче сжимая дрожавшую в его объятиях супругу, тихо всхлипывавшую ему в плечо.

Она обмякла в его руках, и Ив буквально купался в волнах эмоций, исходивших от Антонии. Радость, облегчение, удовлетворение – все это смешалось в пряный коктейль с шоколадным привкусом, и Ив чуть не облизнулся, наслаждаясь ощущениями, не торопясь разжимать объятия. Наклонив голову, он слизнул бриллиантовую капельку воды с плеча Тони, блаженно жмурясь и понимая, что это утро – одно из самых лучших в его жизни. Супруга тихонько зашипела и шлепнула его по пояснице, пробормотав:

– Не хулигань! Медведь ненасытный…

Ив хмыкнул, любуясь на смачный засос, оставленный на нежной шейке жены, и все еще хриплым голосом ответил:

– А то ты была сильно против, Огонечек.

Она лишь крепче прижалась к нему, проворковав:

– Нет.

Через некоторое время супруги все же вышли обратно в гостиную и позавтракали – как и хотела Тони, в спальне, и сидеть на коленях мужа, позволив ему кормить себя, оказалось очень даже приятно. Ну а потом они снова поехали во дворец, и весь путь в экипаже Антония провела тоже в жарких объятиях мужа, от его поцелуев горели губы и плавились кости… Кажется, она была счастлива; вспоминая свои страхи перед свадьбой, Тони теперь только улыбалась, понимая, какой глупой была, попытавшись сбежать от этого мужчины, способного одним прикосновением разжечь в ней настоящий пожар. А вот засос пришлось убрать, несмотря на ворчание Ива, – щеголять столь явным доказательством страсти собственного супруга перед придворными и тем более перед тетей Антония категорически отказалась. Однако вопреки сердитому тону, которым она выговаривала довольно ухмылявшемуся мужу, ее эмоции говорили ему совершенно о другом. Его Огонечек ничуть не злился на самом деле, и это де Ранкуру тоже нравилось.

День пролетел незаметно. Почти до самого вечера Антония пробыла во дворце с придворным магом, упорно тренируясь и выполняя упражнения, и когда он наконец отпустил ее, Тони осталась довольна собой. Кое-что начало получаться, и девушка радовалась, как ребенок.

Еще следовало увидеться с Тересией; закончив занятия, Тони немедленно отправилась к подруге, горя желанием поделиться с ней новостями и обрадовать предложением поехать в Айвену. Помня просьбу Ива, Тони попросила Исабель выделить ей сопровождающего – к ее некоторому разочарованию, муж не нашел минутки, чтобы повидаться между занятиями, и Антония подавила желание найти его во дворце. Она понимала, что перед отъездом ему наверняка требуется решить дела, и мешать не хотела. Все равно они вечером увидятся. И Тони поехала к Тересии.

Подруга, к счастью, оказалась дома и, едва войдя в гостиную, где ждала Антония, с возгласом облегчения бросилась к ней.

– Тони! О, богиня, я так переживала! – Графиня крепко обняла гостью, потом отстранилась и внимательно посмотрела ей в глаза: – Когда леди Ионель сказала, что ты не доехала до поместья, я жутко перепугалась. – Тересия прерывисто вздохнула. – Что с тобой все же произошло? Ты решила вернуться сама?

Герцогиня де Ранкур покраснела и покачала головой.

– Он меня нашел, – слегка сконфуженно пробормотала девушка. – Ой, там столько всего было, Тери! Я подралась в гостинице, потом меня чуть не поймали работорговцы, а потом появился Ив… – всплеснув руками, принялась с воодушевлением рассказывать Тони – прошлые приключения теперь не казались такими уж опасными.

Тересия слушала с большим интересом, охая и ахая, ее глаза блестели любопытством и совсем капельку – легкой завистью, ведь ее жизнь протекала гораздо спокойнее.

– И что, не стал выяснять, как ты сбежала? – осторожно спросила графиня, когда Антония закончила словами о том, что супруги приехали в Реннару и помирились.

– Ну, нет. – Юная герцогиня покачала головой, и ее щеки снова порозовели. – Наверное, ему уже неинтересно, ведь он нашел меня.

Тересия внимательно вгляделась в лицо подруги и вдруг ехидно усмехнулась.

– И как у вас? – Она помахала в воздухе ладонью.

Ее собеседница зарделась еще сильнее и чуть улыбнулась в ответ:

– Хорошо.

– Ты больше не хочешь сбежать? – уточнила Тересия, не собираясь так просто отставать с расспросами.

– Н-нет. – Герцогиня прерывисто вздохнула. – Ив… хороший, – на мгновение замявшись, закончила она.

– М-м-м, а насколько хороший? – хитро прищурившись, задала Тери следующий вопрос.

– Тересия! – возмущенно пискнула Антония, сравнявшись цветом с малиновой обивкой дивана, а потом мечтательно улыбнулась и все же ответила: – О-о-о, очень хорош!

– Расскажи, – требовательно дернула ее за рукав графиня, придвинувшись ближе.

Тони покосилась на любопытную подругу и прыснула в кулачок.

– Приличные девушки о таком не говорят! – сквозь смех проговорила она. – И потом, тебе пока рановато такие вещи знать. – Антония подмигнула. – Вот выйдешь замуж…

– Тони! – перебила ее графиня – теперь пришла ее очередь возмущаться. – Не будь ханжой, как моя матушка! От кого я еще узнаю, как не от тебя? Это… больно? – чуть запнувшись, спросила она, теребя кружево на манжете.

– Только в первый раз, – сдалась под напором подруги Антония, на ее губах снова появилась мечтательная улыбка, а взгляд затуманился. – А потом так хорошо-о-о, – протянула она и весело закончила, посмотрев на открывшую рот Тересию: – Замуж выйдешь – поймешь.

Графиня с досадой поджала губы и нахмурилась.

– Поганка ты, – буркнула она. – Неизвестно еще, когда это самое замуж наступит…

– Тери, поедешь со мной в Айвену? – перебила ее Антония, став серьезной и взяв подругу за руки. – Чтобы стать моей фрейлиной?

Та мгновение непонимающе смотрела на нее.

– Ты серьезно? – недоверчиво уточнила Тересия.

– Если твои родители согласятся, – кивнула Антония. – Мы с Ивом налегке поедем вперед, а ты с остальными – как соберетесь.

– Ой… Конечно поеду, Тони! – Тихонько взвизгнув от избытка эмоций, графиня бросилась на шею подруге: – Это так здорово: новая страна, новый город и ты – королева! – Она счастливо вздохнула и зажмурилась.

Антония немного смущенно рассмеялась:

– Пока еще нет, король Ариго же на троне.

– Но будешь! – решительно произнесла Тересия и вскочила. – Пойду маму обрадую, она отпустит, к тебе уж точно!

Тони тоже поднялась, собираясь прощаться с подругой, и только подумала о том, что уже стемнело на улице и надо бы попросить Тери, чтобы кто-то из слуг проводил, как в гостиную зашел дворецкий.

– Герцог де Ранкур, миледи, – с поклоном сообщил он, и Антония встрепенулась, уставившись на него.

Неужели Ив за ней приехал прямо сюда? Девушка невольно улыбнулась, с нетерпением посмотрев за спину дворецкого. В груди разлилось приятное тепло, а сердце забилось быстрее, когда Тони услышала шаги в холле. Тересия подняла брови, покосилась на подругу и усмехнулась.

– Да, конечно, – отозвалась она и посторонилась, не удержавшись от ехидного замечания: – Тони, кажется, это за тобой.

На пороге гостиной появилась знакомая фигура, взгляд Ива тут же остановился на Антонии.

– Доброго вечера, графиня, – поздоровался он с Тересией, однако глаза по-прежнему не отрывались от жены.

– Доброго, ваша светлость. – Тери изобразила реверанс. – Мы как раз уже прощались с Антонией.

– Замечательно. Поехали? – Ив, как всегда, немногословный, протянул Тони руку.

– Пока. Увидимся! – попрощалась Антония с подругой и подошла к мужу.

Они вышли на улицу, и де Ранкур даже открыл перед женой дверь экипажа, но едва она села и он забрался за ней внутрь, как девушка тут же оказалась в жарких объятиях, прижатая к стенке так, что еле могла дышать. Сдавленно пискнув, Антония несильно уперлась ладонями в мощные плечи мужа, но улыбка на ее лице стала шире, а сердце забилось чаще от близости герцога.

– Я соскучился, Огонечек, – пробормотал супруг ей в шею, с шумом вдохнув воздух. – Ты так вкусно пахнешь…

От горячего дыхания, защекотавшего кожу, Антония хихикнула и поежилась, по спине рассыпались мурашки. А когда нетерпеливая и крайне нахальная рука Ива нырнула под ворох юбок, уверенно скользнув вдоль стройной ножки, затянутой в чулок, Тони тихо ахнула, почувствовав, как стремительно наливаются жаром щеки.

– Ив! Прек-крати!.. – задыхающимся голосом выговорила девушка, стукнув его по плечу, но обжигающие пальцы совсем потерявшего стыд супруга уже уверенно поглаживали ее обнаженное бедро над кружевом чулка. – Мужлан неотесанный… – Договорить Тони не успела – рот ей запечатал жадный, страстный поцелуй, на который она не могла не ответить с не меньшим жаром.

Как поняла девушка спустя пару мгновений, она соскучилась так же сильно и сама не заметила, как ее ладони оказались под рубашкой Ива, гладя и царапая его грудь и живот. То, что они в экипаже, посреди улицы, и от любопытных случайных свидетелей их отделают всего лишь тонкие деревянные стенки, ее уже мало заботило. Как и то, насколько это прилично. Вообще, кажется, супругу такое понятие, как приличия, совершенно незнакомо. И что самое удивительное, герцогиню подобное положение вещей почти не возмущало. Поцелуй все не прекращался, проворные пальцы де Ранкура пробрались под тонкое кружево белья, и Тони с судорожным вздохом выгнулась навстречу, ловя первые вспышки удовольствия. Только вот особняк Тересии располагался недалеко от их с Ивом дома, и Антония чуть не застонала от разочарования, когда экипаж остановился и муж убрал руку. Тяжело дыша, она уставилась на него шальным взглядом, недовольно пробормотав:

– Не мог до дома подождать?..

Ив же, улыбнувшись и не торопясь отпускать Тони, с явным удовольствием поднес пальцы к губам и облизнул их; в полумраке экипажа его глаза мерцали, как драгоценные камни.

– Не мог, – подтвердил он и наконец выпрямился, поправив жене юбки.

Антония молча закатила глаза, негромко фыркнула и ухватилась за протянутую руку, выходя из экипажа. Взбудораженные чувства успокаиваться не хотели, и даже мысль о том, что неплохо бы поужинать, свернула в совсем неприличном направлении. Ведь можно попросить накрыть прямо в спальне… Тони прерывисто вздохнула и нервно облизнулась, переступив порог дома, и в тот же миг оказалась на руках у Ива, широкими шагами направившегося к лестнице. Юная герцогиня задумчиво посмотрела на его решительное лицо и обронила:

– Вообще-то я поужинать хочу. А ты нет?

– И поужинать тоже, – невозмутимо откликнулся Ив, поднимаясь на второй этаж.

Тони издала короткий смешок, и ее пальчики взлохматили рыжие волосы.

– Скажи-ка мне, дражайший супруг, как ты с таким ненасытным темпераментом ухитрялся служить на границе? – протянула она, и ладонь ласково скользнула по уже слегка колючей щеке де Ранкура, а глаза хитро прищурились.

Ив одарил супругу странным взглядом, в котором промелькнуло что-то, подозрительно похожее на замешательство, и все же ответил:

– Других женщин не хотелось так часто, как тебя.

Она совсем не ожидала такого ответа и потому не нашла что сказать, только хлопнула ресницами. Что это значит, неужели… муж испытывает к ней нечто, отличное от чувств к остальным своим любовницам? Но переспросить Тони не решилась, откуда-то зная, что вряд ли получит внятное объяснение. Рановато пока на эту скользкую тему говорить, это она тоже понимала и потому поспешила развеять некоторое напряжение.

– Завтра последний день в Реннаре, да? – непринужденно спросила Тони; ее ладонь так и осталась лежать на плече Ива.

– Да, и если тебе что-то требуется в дорогу, лучше купить это завтра, – кивнул он, остановившись перед их спальней и открыв дверь ногой.

– Ну… – Антония озадачилась, вдруг поняв, что ни разу в жизни не путешествовала сама, без родителей, к тому же верхом и на большие расстояния. – А я не знаю, что мне требуется… – Она растерянно посмотрела на Ива.

Он остановился, вздохнул и покачал головой, поставив жену на ноги:

– Завтра после занятия не уходи из дворца. Вместе пройдемся по лавкам, соберем тебе вещи.

В самом деле, у Ива совсем вылетело из головы, что Антония о походной жизни ничего не знает. Уже одно то, что она налегке рванула из города в нелепой попытке сбежать, говорило о ее неопытности в этом вопросе, для него совершенно обычном и рядовом. Личико девушки просветлело, она благодарно улыбнулась – ведь мог спихнуть поход по магазинам на слуг и просто вручить ей список необходимого. Заботится, да, как и обещал.

– Спасибо! – искренне поблагодарила она и решила заняться насущными делами, а именно ужином.

Вызвав служанку, Антония посмотрела через плечо на мужа и строго нахмурилась:

– Не смей заходить в гардеробную! Я сама переоденусь! Лучше распорядись о еде, я ужасно хочу есть.

Она юркнула в комнатку, опасаясь, что Ив попытается оставить за собой последнее слово в щепетильном вопросе освобождения супруги от одежды. Антония слишком хорошо представляла, чем это может закончиться, а поужинать все же хотелось, поэтому она несколько мгновений еще прислушивалась, прижавшись к двери, и только потом начала расстегивать пуговички на платье. Чуть погодя пришла служанка, и Тони перевела дух – все же муж внял голосу разума и не стал ломиться к ней, не дождавшись ужина. Выбирая, на что сменить дневной наряд, Антония долго не раздумывала: в домашнем платье смысла уже нет, раз вечер и все равно скоро ложиться. А значит… Девушка с предвкушением улыбнулась, ее глаза заблестели, и появилось хулиганское желание подразнить супруга – совершенно неожиданно в Тони проснулась женщина, желающая испытать свою власть над мужчиной. Конечно, она еще очень мало знала о такой специфической науке, как соблазнение, но жаждала научиться, и кто, как не собственный муж, лучше всего подходит для экспериментов в этой области? Посему Тони выбрала длинный халат из тонкого узорчатого шелка с поясом, а под ним на ней остались лишь белье и чулки. Тряхнув распущенными волосами, юная леди окинула себя взглядом в зеркале и только повернулась к горничной, собираясь отпустить, как дверь распахнулась и на пороге появился Ив.

– Серин, вы свободны, – кивнул он горничной, при этом глядя на Антонию.

Герцогиня вздохнула, потуже затянув пояс, дождалась, пока служанка покинет гардеробную, и осуждающе посмотрела на Ива.

– Я же попросила, – недовольно протянула девушка – ее ноздри уловили вкусный аромат еды, и на первый план выступило желание поужинать наконец.

– Поможешь переодеться? – вдруг попросил Ив, не сводя с нее глаз.

– А… – Антония не ожидала такой просьбы от мужа и уставилась на него с подозрением, скрестив руки на груди. – Л-ладно, – не слишком уверенно кивнула она и тут же поспешно предупредила: – Руки держать при себе! Сначала ужин!

Ив широко ухмыльнулся и тоже кивнул, шагнул в гардеробную и прикрыл за собой дверь:

– Договорились.

Антония насторожилась еще больше. Крепче затянув пояс халата, она обошла спокойно стоявшего мужа по кругу, потом остановилась перед ним и приподнялась на носочки, потянув с его плеч расстегнутый камзол. Ив лишь слегка повел плечами, помогая ей, но хватать жену не спешил. Девушка прищурилась, прикусила губу и сняла верхнюю одежду совсем, бросив на стул. За камзолом последовала жилетка, которую пришлось расстегивать, и вот тут юной герцогине уже пришлось пару раз глубоко вздохнуть: близость Ива действовала совсем не успокаивающе. Его запах, щекотавший ноздри, дыхание, ставшее частым, ощущение пристального взгляда… Пальцы Тони дрогнули, когда она взялась за последнюю пуговицу, по телу пронеслась жаркая волна – под рубашкой из тонкого белого шелка отчетливо проступали рельефные мышцы. Девушка отогнала шаловливую мысль пробежаться по ним подушечками и, нахмурившись, дернула жилетку с Ива. От прозвучавшего над самым ухом голоса мужа она чуть не подпрыгнула.

– М-м, на что-то злишься, Огонечек? – глубоким низким тоном спросил он.

– Нет! – нервно огрызнулась она и отступила на шаг, насупившись и скрестив руки на груди. – Надеюсь, со штанами сам справишься?

– А рубашку снимешь? – вкрадчиво осведомился Ив, отчего Тони снова стало жарко даже в тонком халате.

Она покосилась на де Ранкура, наткнулась на откровенно веселый взгляд и поняла, что супруг дразнит ее. Что ж… Антония оценивающе оглядела его и хмыкнула: в эти игры можно играть и вдвоем. Пусть у нее не так уж много опыта, но она быстро учится. Тони снова приблизилась к Иву и взялась за пуговицы на рубашке. Одна, вторая, третья – и вот в вырезе уже видна соблазнительная ямочка, которую Антония немедленно погладила словно невзначай. Легко, едва касаясь кожи. Ив вздрогнул, и девушка спрятала довольную улыбку. «Вот так, муженек! – ехидно подумала она, продолжая хулиганство. – Но сначала я все-таки поем!» Антония расстегнула еще пару пуговиц, игриво пробежавшись пальчиками по груди герцога, а потом, расхрабрившись окончательно, наклонила голову и осторожно коснулась губами теплой, вкусно пахнувшей мускусом кожи. Ей хотелось это сделать со вчерашнего вечера, но все не подворачивалось случая – муж пока не оставлял ей возможности действовать первой в их играх.

Ив глухо заворчал, сжав руки в кулаки, но не торопился хватать жену в охапку, и Тони, подняв голову, храбро встретилась с ним глазами.

– Что? – невинно осведомилась она, снова приподнявшись на носочки, и ее ладони медленно провели по напряженным мышцам плеч Ива. – Я что-то не так делаю?

В его глазах уже тлел знакомый огонек желания, грозивший перерасти в пылающее пламя страсти; муж ничего не ответил, лишь тяжело выдохнул. Тони же, не отводя взгляда, неторопливо спустила ладони ниже, снимая рубашку дальше, и не удержалась – ноготки легонько царапнули, а улыбка юной соблазнительницы стала хитрой-хитрой. Ив рыкнул и дернулся, но Антония с тихим смехом увернулась от его рук и поспешно отошла к двери, склонив голову к плечу и насмешливо посмотрев на него.

– Жду за столом, муж мой, – проворковала она и выскользнула в спальню, довольная собой.

Она не видела, как Ив прищурился, посмотрев ей вслед, и на его губах появилась предвкушающая и порочная ухмылка. Он скинул рубашку, глядя на дверь и отчетливо ощущая эмоции Антонии, стянул штаны, несколько мгновений подумал, а потом снял халат с вешалки и набросил на голое тело. Зачем усложнять себе жизнь? Ив небрежно завязал пояс и вышел в спальню, где узрел Тони, чинно сидевшую за столом и уплетавшую за обе щеки тушенную в сливочном соусе рыбу.

– Приятного аппетита, – невозмутимо пожелал Ив и уселся в кресло напротив.

– Угу, – отозвалась Антония, блаженно жмурясь и усиленно жуя. – Твой повар – волшебник, ты знаешь?

– Вообще да, у него дар чувствовать еду, – подтвердил герцог, последовав примеру супруги. – Он всегда знает, что с чем смешать и как приготовить, чтобы получилось божественно вкусно. Потому я и взял его.

– О! – Брови Антонии поднялись, она отправила в рот еще один кусочек. – Интересно… А сколько нам ехать до Бариса? – резко сменила тему девушка, аккуратно собирая кусочком рыбы подливу с тарелки.

– Около недели, если в пути задержек не будет, – ответил Ив. – Поедем по главному тракту, там достаточно гостиниц и постоялых дворов, так что ночевать будем с удобствами. – Он покосился на Тони, и ей стоило больших трудов сохранить невозмутимое лицо от этого многообещающего взгляда.

– А могут быть задержки? – насторожилась Антония, отодвинув пустую тарелку, и с рассеянным видом подтянула к себе блюдо с фруктами.

– Надеюсь, нет, но я бы не стал рассчитывать на совсем спокойное путешествие, – задумчиво проговорил Ив и откинулся на спинку кресла. – Предпочитаю подготовиться к худшему на всякий случай.

– Хорошо, не будем о плохом, – быстро произнесла Антония и потянулась к крупной клубнике.

– Не будем, – согласился с ней Ив, отправив в рот очередную порцию еды.

Тони же, сохраняя рассеянный вид, откусила от ягоды кусок, да так, что капля сока стекла по подбородку, приковав к себе внимание Ива. Он замер, не донеся вилку до рта; супруга же, словно и не замечая его реакции, сначала проворно облизнула язычком губы, потом аккуратно стерла пальчиком сок и сунула его в рот. Ну и только после этого посмотрела на герцога своими невозможными глазами, сейчас сделавшимися цвета черненого серебра, и в их глубине блестели искорки. Тони положила ногу на ногу, поудобнее откинулась в кресле и вынула палец изо рта, слизнув с него сок, и так двусмысленно это получилось, что у Ива в голове остались одни крайне непристойные мысли. Судя по улыбке, мелькнувшей на влажных губах Антонии, она догадывалась о них, но ее это, кажется, ничуть не смущало. Юная герцогиня отправила в рот остатки клубники, а потом с блюда поднялась долька персика и подлетела к губам де Ранкура, словно невзначай мазнув по ним.

– И-ив, – протянула Тони и продолжила воркующим тоном: – Открой ротик, муж мой.

От того, как она произнесла его имя, герцог окончательно позабыл об ужине, все желания сосредоточились на маленькой хулиганке напротив, вздумавшей дразнить его. И у нее это, надо признать, отлично получалось. Ив резко подался вперед и поймал кусочек, проглотив его практически не жуя. Он крепко сжал подлокотники кресла, впившись в Антонию горящим взглядом. Она же, подхватив с блюда крупную виноградину насыщенного синего цвета, поднесла ее к своим губам и откусила. И снова так, что по подбородку, да и по пальцам потек густой сладкий сок. Удерживая его взгляд своими шальными, ярко блестевшими глазами, девушка неторопливо слизнула темные дорожки, чуть опустив ресницы, потом розовый язычок прогулялся по испачканным губам, и надкушенная ягода поплыла к Иву.

– Доешь десерт? – Девушка выгнула темную бровь, пошевелилась, и тонкий шелк халата сместился, открыв нежный изгиб шеи и соблазнительную ложбинку между розовыми полушариями.

Кровь вскипела в жилах, Ив резко выдохнул и вскочил, чуть не опрокинув мебель на ковер. Ноздри герцога хищно раздулись, глаза сузились, а распахнувшиеся полы его собственного халата продемонстрировали Тони, что ее действия увенчались успехом. Она с тихим смехом поднялась и зашла за спинку кресла, без всякого стеснения разглядывая внушительное достоинство супруга, красноречиво обещавшее ей в ближайшем будущем море наслаждения.

– Что-то не так? – непринужденно осведомилась юная леди, еще не подозревая, что игры подошли к концу.

– Все так, Огонечек, – хрипло отозвался Ив и метнулся вокруг стола, желая немедленно добраться до вожделенной добычи.

Однако Антония снова рассмеялась и проворно избежала его объятий, переместившись на другую сторону. Хитро посмотрела на Ива, хлопнув ресницами, и провокационно облизнула губы, все еще хранившие вкус виноградины. Герцог сделал обманное движение, которому Антония поверила, дернувшись именно в ту сторону, куда он якобы собирался, и в следующий момент заключил тихо пискнувшую от неожиданности супругу в крепкие объятия.

– Попалась. – Ив широко ухмыльнулся в предвкушении; кровь стучала в ушах, а тонкий аромат ванили и меда, исходивший от Тони, туманил голову и напрочь отключал способность здраво размышлять.

А эта вредина еще и дразнить его вздумала. Прикрыв глаза, де Ранкур шумно втянул носом воздух, почти касаясь губами мягкой, нежной кожи, и тесно прижался бедрами к упругой попке, испытывая настойчивое желание смахнуть посуду со стола и уложить Антонию прямо на него. А еще… Ррыхр, эта маленькая женщина его с ума сведет своим жарким и податливым телом! Когда Тони подняла голову и посмотрела на Ива слегка затуманенным взглядом, изогнув губы в улыбке, он буквально смял ее рот жадным, голодным поцелуем. Девушка тихо мурлыкнула и попыталась развернуться, обнять его за шею, но Ив не дал ей этого сделать, окончательно потеряв рассудок. Перехватив тонкие запястья, герцог прижал Антонию крепче к себе, не отрываясь от ее рта со слабым фруктовым вкусом, легко поднял от пола и понес к кровати. Больше позволять ей хулиганить Ив не собирался.

Тони же млела в его объятиях, задыхаясь от чувственного, глубокого поцелуя, ощущая себя хрупкой и беспомощной в сильных руках мужа. Сердце трепетало в груди, воздуха не хватало, и восторг поднимался из глубины души щекочущими пузырьками. Пальцы Ива держали ее запястья хоть и крепко, но аккуратно, и она совсем не возражала, потерявшись в эмоциях. И даже легкое неудобство, что Ив не дал ей развернуться, не уменьшало удовольствия от происходящего. Антония даже не заметила, как они дошли все же до кровати, на которую ее не совсем аккуратно уронили на живот. Девушка тихо охнула, когда сильное и весьма тяжелое тело Ива придавило к матрасу, а его широкая ладонь без труда обхватила ее кисти, надежно зафиксировав их над головой и не давая Тони пошевелиться. Внутри что-то сладко замерло, она чуть повернула голову, чувствуя себя немного неуютно, и, наткнувшись на горевший откровенным нетерпением и страстью взгляд, невольно сглотнула.

– И-ив?.. – неуверенно прошептала юная герцогиня, ощущая смесь беспокойства и радостного предвкушения.

Он улыбнулся, свободная ладонь скользнула вдоль ее бедра, а колено настойчиво раздвинуло ноги жены.

– Доигралась, Огонечек, – низким, вибрирующим голосом произнес Ив, выдернув из-под нее халат и рывком задрав тонкий шелк.

Его рука легко проникла под тело Тони, уже горевшее и плавившееся от разбуженного желания, и он даже белье с нее снимать не стал – просто отодвинул тонкое кружево, открывая себе простор для действий. По венам Антонии уже текла тягучая, обжигающая лава вместо крови, мышцы скрутились в тугой узел, а между ног все изнывало и пульсировало в ожидании властного вторжения. Чувствительно прикусив нежную шею чуть пониже уха, снова оставляя свою метку, Ив приподнял бедра жены, поудобнее пристраиваясь между ними. Девушка зашипела, вцепившись пальцами в покрывало, однако от грубоватого, жалящего поцелуя по телу пронеслась жаркая волна, и она послушно изогнулась навстречу. Гремучая смесь легкого раздражения и предвкушения хмельной волной ударила в голову, но Тони все же не удержалась от сдавленного возмущенного возгласа:

– Потиш-ше, м-медведь!.. А-а-ах-х!.. – Возглас перешел в короткий стон, потому как пальцы Ива скользнули по уже откровенно мокрым шелковистым лепесткам, безошибочно найдя нужную точку.

И одновременно герцог одним резким, сильным движением вошел в нее, и от этого чувства наполненности Антония, ощущая в себе горячий, твердый член, снова застонала, протяжно и томно. И мир для них сошел с ума: коротко рыкнув, Ив крепче сжал изящное тело супруги, желая проникнуть в него как можно глубже, пьянея от ее запаха, от страсти, с которой Тони отдавалась ему. Она же, зажмурившись до разноцветных мушек перед глазами, опасалась, что сейчас рассыплется на множество осколков, не выдержав шквала эмоций, растворится в них без остатка, став одним целым с Ивом. Антония легко подстраивалась под все ускорявшийся ритм, неудержимо скатываясь в пропасть без дна, обещавшую волшебное наслаждение. Напряжение внутри стремительно нарастало, она уже тихо вскрикивала, выгнувшись еще сильнее и упираясь коленом в край кровати. Ожидание стало почти невыносимым, Тони задрожала, прикусив губу, а движения Ива сделались чаще, резче. Тяжелое, хриплое дыхание мужа перешло в такой же хриплый стон, и реальность для Антонии померкла на несколько мгновений, сгорев в яркой вспышке; удовольствие пронзило до самой последней клеточки. А Ив купался в ее эмоциях, пил, захлебываясь, чудесный коктейль из фруктовой сладости и коричной пряности – наслаждение Тони имело на сей раз именно такой вкус.

Расплывшись в дурацкой довольной улыбке, де Ранкур уткнулся в затылок супруге, шумно дыша, но почти сразу перекатился на спину, бережно придержав ее. Антония тут же извернулась, с удобством распластавшись на нем и умиротворенно жмурясь.

– Ты невоспитанный грубиян, – пробормотала она, сладко потянувшись, однако тон голоса юной герцогини звучал подозрительно томно. – Совершенно не умеешь обращаться с женщинами!

– М-да? – Не впечатленный обвинениями, Ив смотрел в потолок и продолжал улыбаться, подложив одну руку под голову, пока вторая легонько поглаживала упругую попку, едва прикрытую тонким шелком халата. – Огонечек, будешь еще меня дразнить, я и не так… не сумею, – добавил он, и улыбка превратилась в ухмылку.

Перед глазами пронеслись восхитительные и совершенно непристойные картинки, в которых присутствовала Тони в самых разных интересных позах, и его задумчивый взгляд переместился на резные завитушки в изголовье кровати. Хм. Похоже, Ив зря опасался, что неопытная супруга испугается его темперамента или не сразу примет возможность разнообразить их страстные развлечения. А это значит, что привязать к этим замечательным завитушкам можно не только шелковыми веревками, но и воздушными… Он ведь собирался отшлепать негодницу за побег, а свои обещания, даже данные самому себе, Ив сдерживал.

Тони же на слова мужа фыркнула ему в ключицу, вызвав у него волну мурашек, и приподнялась на локтях.

– Ты меня укусил. – На ее личике, расслабленном от недавней страсти, нахмуренные брови смотрелись забавно и мило.

– Поцеловал, – мягко поправил Ив, перехватив потянувшийся к шее пальчик. – Оставь, – добавил он, разгадав ее намерение избавиться от уже проступившего на нежной коже сочного следа от его рта.

Губы Ива слегка прижались к середине ладошки, а язык пощекотал. Сейчас, когда первый страстный порыв удовлетворен, ему не хотелось торопиться, ленивая нега расползлась по телу, укрыв невидимым одеялом. Проснулось обычно не свойственное герцогу желание заняться неторопливыми ласками, изучить как следует это восхитительное тело, принадлежащее теперь ему, и снова услышать, как стонет Антония. Определенно, Иву нравилось, как она реагирует на его прикосновения. А еще нравилось чувствовать свою власть над ней, и это для него, пожалуй, было внове, волновало кровь и заставляло думать об Антонии чаще, чем о любой другой женщине, которые были у де Ранкура до женитьбы.

– Говорю же, совершенно невоспитанный тип, – проворчал его Огонечек; щеки девушки слегка порозовели, но ладонь она не отняла.

– Напомни мне, воспитанная моя, кто не далее как сегодня утром расцарапал мне всю спину, а? – Ив не устоял перед соблазном подразнить Тони и снова ощутить ее эмоции, яркие и вкусные.

Лицо юной герцогини вспыхнуло малиновым, она опустила глаза и поджала губы, припухшие после их сумасшедших поцелуев.

– Неприлично напоминать о… о таком леди, – пробормотала Антония и попыталась сползти с мужа.

Ив не дал, обхватив ее крепче двумя руками и довольно расхохотавшись.

– Тони, все, что происходит в этой спальне, делить на приличное и неприличное бесполезно, – успокоившись, доходчиво объяснил он супруге и чмокнул растрепанную макушку. – И потом, тебе всё нравится. – Голос де Ранкура стал вкрадчивым, а пальцы ухватили халат и настойчиво потянули с плеч девушки. – Снимай эту тряпку, она мне мешает.

Одежда очень быстро оказалась на полу, а Тони – на спине, уже на кровати, и герцог замер, рассматривая соблазнительную картину. На ней осталась коротенькая сорочка на тонких лямках с низким вырезом чуть выше груди. Сквозь тонкую ткань провокационно просвечивали напрягшиеся соски, и тут же захотелось накрыть их губами, чувствительно прикусить и услышать томный голосок. Взгляд Ива опустился на кружевные трусики на шелковых завязках, скрывавшие от него самое интересное, и герцог с сосредоточенным видом потянулся к ним, с некоторым трудом подавив желание просто сорвать кусок ткани и не возиться с ленточками.

– Это тоже лишнее, – пробормотал он, дернув завязку, а Тони лишь прерывисто вздохнула, не остановив супруга.

«Пожалуй, сорочку и чулки можно оставить», – решил Ив спустя некоторое время, справившись с трусиками. Едва одетая Антония выглядела еще привлекательнее, чем совсем без ничего, и де Ранкур еще раз мысленно поздравил себя с удачной во всех смыслах женитьбой.

А от раскинувшейся на простынях, тяжело дышавшей девушки, смотревшей на него напряженным взглядом, в котором смешались проснувшаяся страсть и легкая неуверенность, у Ива снова отшибло способность здраво рассуждать. Ее руки надежно держали невидимые путы, и герцог медленно улыбнулся, предвкушая самые сладкие совместные часы. Скоро они отправятся в путь, а в походных условиях, да в не всегда удобных комнатах на постоялых дворах, особо утехам не предашься. Стоило запастись воспоминаниями впрок, чем Ив и занялся с превеликим удовольствием, открывая молодой супруге новые грани наслаждения. Тони не возражала.

Утро наступило для герцогини де Ранкур поздно, и проснулась она, к своему удивлению, на плече Ива. Он обнимал ее одной рукой, другую закинув за голову, и с легкой полуулыбкой смотрел в потолок. Едва девушка приоткрыла глаза, еще не до конца стряхнув с себя сонную негу, Ив, не глядя на нее, негромко поздоровался:

– Доброе утро. Как самочувствие?

Тони потянулась, как кошка, прислушиваясь к себе, и честно пробормотала:

– Есть хочу.

После чего снова обмякла, зажмурившись; ее ладонь скользнула по груди мужа, а в голове пронеслась удовлетворенная мысль: «Мое! Все мое…» Интересно, когда она успела стать такой собственницей всего лишь за три дня их плотного общения? Тони услышала тихое хмыканье, а потом пальцы накрыла рука Ива.

– Не хулигань, нам во дворец надо, а потом собираться, – известил он, но при этом тихонько погладил ее пальчики.

Антония неслышно вздохнула: где-то на границе сознания мелькнул отголосок сожаления, что ее супруг не особо многословен и, похоже, нежным словам не обучен. Ну и ладно, зато он заботливый и потрясающий любовник. А красиво говорить можно и научить, в конце концов, Ив – будущий король, ему это умение пригодится.

– Хорошо, тогда завтракать? – Тони сбросила одеяло и выпрямилась, с довольным видом сытой кошки посмотрев на де Ранкура.

Через некоторое время они спустились в столовую – Антония решила, что если они останутся в спальне дольше необходимого, то во дворец уже можно не идти, а отправляться прямиком за нужными для путешествия вещами. А ведь она еще хотела заехать к родителям попрощаться: неизвестно, когда получится снова встретиться. И отец обещал сделать защитный артефакт. Настроение девушки слегка померкло, на губах появилась грустная улыбка. Она уже начинала скучать, хотя еще не покинула Реннару.

– Тони? – тут же раздался голос Ива. – Что-то не так?

– А? – Она оглянулась и посмотрела на мужа. – Всё в порядке. – Антония вздохнула. – О родителях подумала, когда снова смогу их увидеть, – пояснила она свое состояние.

– Они могут переехать в Айвену, – невозмутимо предложил Ив, а Тони споткнулась от неожиданности, уставившись на супруга.

Она даже не подумала о такой возможности, а ведь это выход, и вряд ли тетя Исабель будет против. Личико девушки просветлело, от избытка чувств она с тихим возгласом бросилась слегка опешившему Иву на шею.

– Отличная идея, муж! – с воодушевлением заявила Тони и чмокнула его в гладко выбритую щеку. – Я скажу маме! – И совершенно счастливая супруга умчалась в столовую, откуда уже доносились вкусные запахи.

Де Ранкур посмотрел жене вслед, покачал головой и хмыкнул. Да уж, непосредственное существо; как мало ей нужно, чтобы порадоваться, – сущая девчонка ведь еще. Но как эта девочка сладко стонет в его объятиях… Ив тряхнул головой, решительно задвинул непристойные мысли поглубже и пошел за ней: подкрепиться действительно не мешает, впереди хлопотный день, последний перед отъездом.

По пути во дворец супруги договорились, что Ив придет за Тони к часу дня и после совместного обеда с их величествами и последних указаний перед дорогой они отправятся собираться. Ближе к вечеру заедут к родителям Антонии, а потом уже домой. Притихшая девушка сидела, прислонившись к плечу Ива, поездка, которая казалась такой далекой всего несколько дней назад, теперь придвинулась совсем близко, и Тони ощущала некоторую нервозность и беспокойство перед неизвестностью. Сама поездка ее особо не волновала, ведь рядом будет муж, способный защитить, и поедут они по людной дороге, а у Ива еще и официальные бумаги, подписанные королем Ариго. Антония вздохнула, бросив рассеянный взгляд в окно, и муж тут же отреагировал на изменение ее настроения; он погладил ее плечо и легко поцеловал в макушку, и губы девушки тут же разъехались в улыбке. Муж ничего не сказал, но эта молчаливая поддержка значила для нее больше, чем любые красивые фразы. Судя по всему, щит рядом с ней Ив все же не ставил, как грозился, и от этого маленького знака, показывающего, что ему не безразлично ее душевное состояние, у Тони в груди разлилось приятное тепло.

Во дворце супруги расстались, и на пару часов Антония позабыла о своих тревогах, с увлечением тренируясь в левитации. Она уже могла без проблем держать в воздухе несколько предметов сразу и даже двигать, и сегодня, как сказал придворный маг, они попробуют останавливать их в воздухе. Тони помнила, что у нее случайно получилось это сделать, когда она испугалась за Ива на той злополучной дороге, где на них пытались напасть. Она очень надеялась, что таинственный недоброжелатель не повторит коварный план и в пути их не ждут неприятные сюрпризы. Урок пролетел незаметно, и перед тем как уйти, Антония получила рекомендации по дальнейшему развитию и строгий наказ не оставлять тренировки в Айвене, для чего обязательно нужно найти учителя.

Распрощавшись с лордом Леано, Тони поспешила на встречу с мужем и королевской четой. Поймав себя на том, что улыбается, она слегка смутилась. Собственные, пока еще сумбурные чувства к мужу слегка пугали и озадачивали, Антония не знала, что с ними делать, а потому аккуратно отодвинула их подальше и решила пока не думать об этом. Им еще целую неделю ехать, а там, в Айвене, времени размышлять о всяких глупостях наверняка не будет.

Их величества и муж ждали в малой столовой, и едва Тони устроилась за столом, Исабель заговорила:

– Антония, девочка моя, я составила список твоих будущих фрейлин, будь добра, посмотри его. – Королева протянула девушке сложенный лист. – Если возражений нет, я переговорю с родителями этих молодых леди.

Герцогиня де Ранкур кивнула, пробежала список – фамилии были ей знакомы, она часто пересекалась с барышнями, хотя близкими подругами назвать их не могла. В общем-то, хватало Тересии, а с остальными фрейлинами Тони откровенничать не собиралась – она прекрасно знала о дворцовых нравах.

– Да, я знакома с ними, мы хорошо общаемся, – известила она тетю.

– Вот и отлично.

Когда обед закончился, ее величество обняла Антонию и коснулась губами ее щеки.

– Удачи тебе, Тони. – Королева тепло улыбнулась и заглянула в широко распахнутые глаза племянницы, наполненные волнением и легкой тревогой. – Пиши мне, дорогая. – Она погладила ее по плечу и перевела взгляд на Ива, став серьезной: – Вы помните, что обещали нам, милорд?

– Помню, ваше величество, – без тени веселья ответил де Ранкур, твердо глядя на Исабель. – И сдержу обещание.

Король шагнул вперед и протянул герцогу руку, улыбнувшись уголком губ.

– Желаю вам справиться с нелегким бременем, лорд де Ранкур, – негромко произнес он. – И надеюсь, мои уроки были вам полезны.

– Не сомневайтесь, ваше величество. – Ив пожал протянутую руку. – Благодарю за все.

– Счастливой дороги, – добавил король и обнял Антонию: – Береги себя, Тони.

Девушка проглотила неожиданно вставший в горле ком и поспешно отвернулась, уцепившись за руку Ива. Чета вышла, а Исабель, посмотрев им вслед, задумчиво улыбнулась.

– Какая прелестная пара из них получилась, не так ли, любовь моя? – довольно произнесла королева.

Лоренсо усмехнулся, подхватив под локоть венценосную супругу:

– Магия лучше знает, кого соединять и кому даровать третий дар, Белла. И ты права, Ив за нее глотку перегрызет любому, пусть даже пока он об этом не подозревает. – Усмешка короля стала шире.

Исабель мягко рассмеялась и последовала за Лоренсо к выходу из столовой.

– А она не подпустит к нему ни одну жадную стервочку, полагающую, что молодая и неопытная девчонка не очень подходит на роль королевы. – Глаза ее величества блеснули. – Они плохо знают мою Тони и зря не примут в расчет. – В голосе Исабели прозвучала гордость. – Она себя еще покажет, вот увидишь.

– Не сомневаюсь, – легко согласился Лоренсо.

А пара и впрямь вышла замечательная, и по темпераменту, и по характеру – как маг-ментал, король отлично это видел.