Глава 16

Высокий, стройный, темноволосый, с умными синими глазами и приятной улыбкой, молодой человек производил впечатление вполне приличное. Взгляд Ионели оценивающе пробежался по подтянутой фигуре, отметил элегантную, без вычурной отделки одежду, а из драгоценностей лишь на пальце блестела серебряная печатка с темно-фиолетовым аметистом. Маркиза чуть прищурилась, напрягая память: этого человека она откуда-то знала.

– Простите, никак не могу вспомнить, где мы встречались, – наконец сдалась Ионель, очаровательно улыбнувшись и хлопнув ресницами.

Мужчина усмехнулся уголком губ, в глубине глаз мелькнуло странное выражение, и он коротко представился:

– Лорд Кристоф Гердефи. Некромант, – чуть понизив голос, добавил он, внимательно посмотрев на Ионель. – Мы встречались с вами несколько месяцев назад, миледи.

Он замолчал, а маркиза лихорадочно прикидывала, что было несколько месяцев назад… А вспомнив, подобралась, сжала пальцами сложенный веер, рискуя сломать тонкие пластинки, и прищурилась; улыбка пропала с ее лица. Да, теперь она вспомнила, вот только их давняя встреча случилась не в роскошных интерьерах дворца, а в полутемной таверне на окраине города. Что он здесь делает? Лорд Кристоф едва заметно покачал головой, словно разгадав эмоции Ионели.

– Ну-ну, леди, спокойнее. – В его голосе не слышалось насмешки, лишь доброжелательность. – Я не враг вам. Позвольте я покажу вам дворец и парк? – Некромант предложил спутнице локоть.

Ионель поколебалась несколько мгновений, еще раз испытующе глянула на Кристофа, и наконец ее пальцы легли на его предплечье.

– Какими судьбами снова в Айвене? – непринужденно осведомился некромант, когда они неторопливо направились по дворцу дальше.

– Да вот решила развеяться, попутешествовать, – таким же тоном ответила Ионель, лениво обмахиваясь веером.

– Какое совпадение! А вы знаете, что к нам буквально несколько дней назад приехали герцоги де Ранкуры? – небрежно обронил лорд Гердефи. – По дворцу ходят упорные слухи, что король назначил его светлость официальным наследником.

– В Реннаре в их честь король Лоренсо и королева Исабель устроили прием, – подхватила тему маркиза. – На котором объявили, что так оно и есть. Его светлость – преемник его величества Ариго.

– Как интересно! – тихо воскликнул некромант. – Значит, слухи не врут… – задумчиво и словно бы рассеянно произнес Кристоф.

Ионель помолчала, бросила на спутника осторожный взгляд и решила аккуратно прощупать почву.

– Вы не согласны с таким решением короля? – спросила она, рассматривая украшенные мозаикой стены галереи, по которой они как раз сейчас шли.

– О, ну что вы, королю Ариго виднее, кого назначать наследником. – Кристоф пожал плечами. – Это ожидаемо, лорд де Ранкур – сын его брата, пусть и незаконный. Ближайший по крови родственник.

Маркиза улыбнулась, свернув за некромантом к стеклянной двери, выходившей из галереи прямо в дворцовый парк. Симпатичный молодой мужчина, да еще и с полезным магическим даром, – отличный возможный союзник. Дело осталось за малым – устроить так, чтобы он без возражений верил ей и помог осуществить план по возвращению Ива. А что может быть крепче, чем привязка чувствами? Ионель не сомневалась, что влюбить в себя Кристофа у нее получится в считанные дни.

Этим же днем Покои статс-дамы

Маркиза Селисия де Монрени была в ярости. Она не металась по гостиной, отделанной в золотисто-оливковых тонах, не ругалась, не потрясала кулаками. Леди сидела в кресле с прямой спиной и сжимала в руках изящный хрустальный бокал, да так сильно, что наблюдавший за ней граф де Инсальф всерьез опасался, что она сломает ножку. В лице статс-дамы не было ни кровинки, а в глазах полыхали такая ярость и ненависть, что, если бы взгляд мог воспламенять, тут бы давно уже все горело.

– Эта маленькая дрянь унизила меня, – сквозь зубы процедила Селисия и сделала маленький глоток янтарной настойки, плескавшейся в бокале. – При портнихе и какой-то своей подружке! Как она смела?! – прошипела статс-дама, сузив глаза, метавшие молнии. – Уже вообразила себя королевой, командовала направо и налево, высокомерная пустышка!

– Ну, она и есть будущая королева, – негромко обронил граф, не пытаясь успокоить леди.

Знал, что это бесполезно. Пока маркиза не выпустит пары́, к ней опасно подходить ближе, чем на несколько шагов. Судя по состоянию любовницы, маленькая герцогиня оказалась вовсе не размазней и показала характер. Граф спрятал усмешку: с противостоянием статс-дамы и будущей королевы во дворце станет интереснее. И, возможно, появятся новые рычаги влияния на строптивого мальчишку, который наивно полагает, что сможет сесть на трон Айвены.

– Во дворце я хозяйка! Это все знают! – отрезала Селисия. – Меня даже королева Синтела слушалась и оставляла за мной управление всеми ее делами! – Женщина аккуратно поставила бокал на столик и резко встала, так что кресло не удержалось и упало с глухим стуком на пол. – Я поставлю эту зазнайку на место, вот увидишь. – Леди прищурилась и наставила палец на собеседника.

– Не сомневаюсь, моя дорогая. – Граф наклонил голову.

– Мне пора идти, надо приглядеть за ее фрейлинами. – На губах статс-дамы мелькнула кривая улыбка. – Ничего, мы еще посмотрим, – добавила Селисия и быстрым шагом вышла из своих покоев.

Граф де Инсальф проводил любовницу взглядом, решительно выпрямился и покинул комнаты. Его тоже ждали дела.

Вечер этого же дняГородской особняк графа де Инсальфа

В большой гостиной столичного дома графа царил полумрак. Горели лишь три толстых свечи в тяжелом бронзовом канделябре, да трепетали оранжевые языки пламени в камине. В двух креслах перед ним сидели мужчины, почти в одинаковых позах и с задумчивыми лицами. Между ними на столике стояла открытая бутылка красного вина и тарелка с нарезанным сыром.

– Знаешь, кого я сегодня встретил во дворце? – обронил мужчина помладше.

– М-м? – протянул хозяин дома, отпив глоток и с видимым удовольствием посмаковав напиток.

– Она несколько месяцев назад сделала заказ, – выделив интонацией последнее слово, ответил некромант – а это был именно он.

– О! – Граф с интересом посмотрел на гостя. – И что она тут делает?

Кристоф усмехнулся и пригубил вино, вернув собеседнику взгляд.

– Полагаю, ищет способы стать королевой, – невозмутимо ответил он. – И для начала – избавиться от нынешней жены де Ранкура.

– Хм, как интересно, – протянул граф, прищурившись, и перевел глаза на пламя в камине. – Она сама тебе сказала?

– Пока нет, но мы завтра поедем на прогулку по городу, а вечером во дворце – музыкальный вечер. – Усмешка Кристофа стала шире. – Подозреваю, после этого меня пригласят на поздний ужин.

Граф помолчал, обдумывая ситуацию.

– Узнай о ее планах подробнее, возможно, эта леди окажется нам полезной, – наконец принял решение Энтерай. – Сделай вид, что влюблен, – это льстит женщинам, она может снова попросить тебя помочь в ее планах.

– Хорошо, папа. – Кристоф согласно наклонил голову.

– А я пока понаблюдаю, насколько важна для де Ранкура его маленькая супруга. – В глазах графа мелькнул опасный огонек, а на губах появилась нехорошая улыбка.

Оставался еще один козырь, который граф собирался разыграть в ближайшее время, чтобы прижать строптивого племянничка. Трон будет принадлежать ему, Энтераю, несмотря ни на что.

Дворец. Покои Ива и Антонии

Шагов за дверью Тони все же не услышала, но почувствовала, что дверь сейчас откроется. Просто внутри вдруг что-то замерло, в груди образовалась гулкая пустота, а сердце забилось быстрее. Девушка встрепенулась, вскинула голову, и ее лицо осветила радость. Дверь открылась, на пороге появился муж. Антония сразу обратила внимание и на вертикальную морщинку на лбу, и на поджатые губы, и на в общем усталый вид. Она соскользнула с кресла, подбежала к герцогу и обняла его за талию, прижавшись и вдохнув родной запах кедра и горького миндаля. Только увидев Ива, Тони поняла, насколько сильно соскучилась и как хотела его видеть. Днем за хлопотами и делами некогда было думать, а вот теперь эмоции дали о себе знать. Всего лишь на мгновение Антония пришла в легкое замешательство от собственного порыва, а потом мысленно махнула рукой. Ближе и роднее мужа у нее здесь никого нет, кроме Тересии, но Тери тоже нездешняя. А Ив давал ощущение надежности, спокойствия и защищенности.

– Я соскучилась, – тихо шепнула Тони и тут же спрятала зардевшееся лицо у мужа на груди, смутившись от собственного признания.

Ив хмыкнул, морщинка на лбу разгладилась, и он осторожно обнял Антонию, зарывшись губами в шелковистые темные локоны. Провел ладонью по спине супруги, и она прижалась ближе.

– Я тоже, Огонечек, – пробормотал Ив, потом легко поднял ее, не выпуская из объятий, и донес до кресла.

Сел сам, устроил девушку на коленях и снял крышку с ближайшего блюда, с предвкушением звучно сглотнув.

– Голодный? – Антония не удержалась, ласково провела по слегка колючей щеке, мягко коснулась губами уголка глаза, откуда разбегались складочки.

– Мгум, – промычал он, отправив в рот кусок фаршированной рыбы в подливе. – Очень. – Взгляд скользнул вдоль выреза халата жены, словно намекая, что Ив не только ужин имеет в виду.

Он поднес к ее рту вилку с наколотым кусочком, Тони послушно сняла его губами и спросила:

– Как день? Сложно было, да?

Де Ранкур поморщился, плеснув в бокал вина.

– Естественно, все эти напыщенные аристократы не были готовы к тому, что Ариго вот так сразу начнет вводить меня в курс дела по управлению страной. – Ив издал довольный смешок. – В общем, повеселились мы с дядей. Как ты тут устроилась? – Он поднес следующий кусочек к ее рту.

Тони торопливо прожевала.

– Ну, приехали мои фрейлины и вещи, спальню уже сделали, туда можно завтра перебраться, а еще я, кажется, испортила отношения со статс-дамой, – скороговоркой перечислила она и несколько виновато покосилась на мужа. – Леди Селисия де Монрени – знаешь такую?

– О, отлично знаю эту змею, – расхохотался Ив и весело глянул на слегка обескураженную Антонию. – Синтела, помнится, без ее ведома опасалась даже собственных фрейлин выбирать. И как ты испортила с ней отношения, расскажи, смелая моя? – тут же с любопытством спросил герцог.

– Ну, она явилась без стука и начала с ходу командовать. – Антония фыркнула и закатила глаза. – Как будто она тут хозяйка, а не я! – возмущенно добавила девушка. – Я и… сказала ей. – Девушка опустила взгляд, ее щеки снова порозовели. – Что сама в состоянии разобраться со своим гардеробом и решить с управляющим, какой будет отделка в наших будущих покоях. А ее отослала разбираться с размещением моих фрейлин. Кажется, она обиделась.

Де Ранкур рассмеялся снова, представив себе вытянутое лицо леди Селисии.

– Думаю, наверняка, – авторитетно заявил он и поднес бокал к губам жены.

Тони отпила и жалобно посмотрела на мужа.

– И что мне теперь делать? Она же будет гадости подстраивать! – расстроенно произнесла юная герцогиня. – Может, поговорить с Ариго, и он позволит мне самой выбрать статс-даму? – Антония вопросительно подняла брови. – Так можно?

– Не знаю. – Ив пожал плечами. – Я не интересовался. Но можешь поговорить, думаю, он не откажет тебе. – Герцог чмокнул ее в кончик носа. – Так, у нас сегодня еще один урок, не забыла? – напомнил он. – Будем изучать цвет аристократии Айвены, – ухмыльнулся Ив весело.

– Только после того, как ты мне расскажешь, что мы изучали вчера по языку веера, – парировала Тони с усмешкой и скрестила руки на груди. – И получишь новую порцию знаний. Прием в конце этой недели. И я хочу, чтобы хоть что-то к этому мероприятию у тебя в голове отложилось, муж. – Она строго посмотрела, уперев ему пальчик в грудь.

Ив взял ладонь Тони в свою, поднес к губам и нежно поцеловал, не сводя взгляда.

– Тогда накануне этого, без сомнения, торжественного события ты рассказываешь мне, кто на него приглашен и к какой семье принадлежит, жена, – вкрадчиво потребовал герцог, придвигая Тони ближе к себе. – И вообще, уроки могут подождать, – чуть тише добавил он и закрыл ей рот поцелуем, не дав ничего ответить.

Антония не возражала, с готовностью прильнув к мужу и обняв его за шею. К изучению они вернулись, но уже чуть позже и расположившись на кровати. А утром, когда после завтрака супруги снова должны были расходиться по своим делам, Ив клятвенно пообещал, что на обед обязательно придет, уже в их новые покои, чтобы оценить переделки.

Суета новых дел закружила Тони, не дав возможности скучать по Иву и вспоминать о нем чаще, чем мимолетно в разговоре при обсуждении с портнихой или управляющим. В королевских покоях царила суматоха: слуги переносили немногочисленные вещи из холостяцких покоев Ива в их новую спальню и заодно те, которые приехали с фрейлинами. Чтобы не мешать, Антония устроилась в общей гостиной – все равно Инни пришла туда помогать фрейлинам с обновлением гардероба. Тони была счастлива поболтать с Тери, обсудить с девушками их прибытие, дальнейшие планы. Однако беседа прервалась самым неожиданным образом: леди Инолея вдруг замолчала на полуслове, уставившись куда-то за спину Антонии широко раскрытыми глазами, выронила отрез узорчатого атласа, который как раз показывала одной из фрейлин, и, судорожно сглотнув, присела в низком реверансе.

В гостиной тут же воцарилась тишина, а удивленная Тони обернулась посмотреть, кто же произвел на бойкую портниху такое неизгладимое впечатление. У открытой двери стояла невысокая сухонькая леди весьма преклонного возраста, однако старушкой ее бы язык не повернулся назвать. Прямая спина, королевская осанка, высоко поднятый остренький подбородок, полностью седые волосы уложены в сложную прическу, украшенную шпильками с гранатами такого насыщенного бордового цвета, что камни казались черными. Ясные глаза гостьи смотрели пронзительно и внимательно, ни следа старческой рассеянности в них не было заметно, руки она сложила перед собой. Элегантный наряд из черно-красной тафты украшала лишь роскошная брошь из тех же гранатов, а тяжелые длинные серьги составляли к ней гарнитур. На одном из пальцев поблескивал перстень с крупным камнем. Взгляд леди был направлен на Антонию, гостья совершенно не обращала внимания ни на кого из находившихся в гостиной. Тони встала и осторожно поинтересовалась:

– Миледи, с кем имею честь?

– Значит, это ты – жена моего единственного внука? – вместо ответа спросила дама без всякого старческого дребезжания в голосе.

Тони замерла, лихорадочно вспоминая вчерашний урок по истории аристократических семейств. Конечно, Ив начал со своей семьи, и девушка помнила портрет вдовствующей королевы-матери Наринны. Она редко участвовала в жизни дворца после того, как Ариго взошел на престол, полностью отдав управление сыну, доверяя ему, и лишь иногда покидала свои покои в дальней части дворца. Королеву-мать можно было встретить в дворцовом парке, куда она выходила погулять, и несколько раз в год Наринна появлялась на официальных приемах: в честь дня рождения сына, на праздновании коронации и на торжестве, посвященном божественной паре. Но в свое время эта изящная женщина держала в железном кулаке всю страну, и ее до сих пор побаивались. Антония поспешно присела в реверансе:

– Ваше величество, добрый день.

И хотя на лице юной герцогини не отразилось ни одной эмоции, нервы натянулись до предела, а в голове бился единственный вопрос: «Зачем она сюда пришла?!» Ив упоминал, что виделся с бабушкой нечасто, но та всегда каким-то образом чувствовала, когда надо появиться, и никогда не вела себя с ним отстраненно. Для королевы-матери Ив оставался любимым внуком, даже несмотря на то что его отец не успел узаконить отношения с матерью. Наринна раздвинула губы в улыбке, однако глаза оставались такими же внимательными, без капли тепла.

– И кто рассказал обо мне, Ариго или Ив? – Королева-мать неторопливо прошла в середину комнаты и небрежно махнула рукой: – Оставьте нас, дамы. И распорядитесь подать сюда чай, мой завтрак был давно. Инни, брось свои тряпки, потом обсудите. Я хочу поговорить с герцогиней. – В голосе Наринны проскользнуло ехидство.

Спорить никто не рискнул, и фрейлины с портнихой поспешно вышли. Тери напоследок ободряюще посмотрела на подругу и аккуратно прикрыла за собой дверь, оставив Антонию и королеву-мать одних. Наринна величаво прошествовала к одному из кресел, небрежным движением сбросила на ковер ворох тканей и опустилась в него, выжидающе глянув на Антонию.

– Садись, милочка, у меня к тебе разговор. Должен же кто-то просветить тебя в отношении этого змеиного гнезда. – Ее величество жестко усмехнулась. – За Селисию хвалю, молодец, давно пора поставить на место эту стерву. Так держать, продолжай в том же духе.

– Я могу передать ее должность кому-то другому? – немного осмелев, спросила Тони, радуясь, что наконец может обсудить существующие при дворе Айвены порядки.

– Только когда станешь королевой, – покачала головой Наринна. – Таков закон. Но, думаю, месяц-другой потерпишь. Пару раз наверняка попытается подстроить гадости. Напрямую не осмелится, хотя всё может быть. Как вижу, девочка ты сильная, справишься. – Ее взгляд снова прогулялся по Антонии, и та чуть не передернула плечами. – Ив сделал хороший выбор. Племянница Исабели, так?

Тони кивнула. Их разговор ненадолго прервался – Тересия принесла поднос с чаем, поставила на стол и бесшумно удалилась.

– Что ж, Антония, тогда слушай. – Леди налила себе чай и откинулась на спинку кресла. – Самое главное, что ты должна знать: Селисия – любовница графа де Инсальфа, который спит и видит, как бы натянуть корону на свою глупую голову и пристроить тощий зад на малиновом плюше в тронном зале, – выдала Наринна, и Тони чуть не поперхнулась чаем. Не от известия, что ее статс-дама – любовница врага ее мужа, а от сочных и не совсем подходящих воспитанной леди выражений, которыми королева-мать описала ситуацию. Они подозрительно походили на те, которыми изъяснялся ее супруг… – У тебя есть защита от ядов, сонных зелий и прочей дряни? – деловито осведомилась ее величество между тем.

– Да, папа подарил перед отъездом. – Пальцы Антонии погладили то место под кружевом корсажа, где на коже красовалось необычное украшение.

– Отлично. Еду, конечно, проверяют, но исключить абсолютно все случайности невозможно. И предупреди свою подругу, раз она твоя старшая фрейлина, чтобы тщательно следила за всеми, за служанками в первую очередь. Могут подсыпать и толченого стекла в пудру. – Королева-мать поморщилась.

– Я не пользуюсь косметикой, – поспешно ответила Тони, невольно поежившись.

– Ну да, тебе она еще не нужна, – хмыкнула Наринна. – Впрочем, и шпильки могут смазать чем-нибудь вредным и словно невзначай тебя царапнуть. Ладно, это ерунда все. Слышала, ты уже обживаешься, да? И Ариго устраивает в вашу честь торжественный прием в конце недели, это я тоже знаю. – Вдовствующая королева отпила чай и откусила кусочек хрустящего печенья. – Я присмотрю, чтобы все пристойно было, мужчины ничего не понимают в организации балов. Но до этого у нас с тобой еще полно обязанностей, – невозмутимо сказала она.

– Простите… Вы сказали «у нас»? – растерянно переспросила Тони, недоверчиво посмотрев на собеседницу. – И что за обязанности?

– Ты теперь жена наследника, милочка, будущая королева, – назидательно произнесла Наринна и подняла указательный палец. – Конечно, у тебя есть обязанности, в первую очередь в придворной жизни. Негоже принцессе крови прятаться в своих покоях, о тебе все равно уже по всему дворцу шушукаются. Значит, так. После обеда собираешь весь свой цветник, и выходим в парк. Твоя задача – улыбаться и демонстрировать хорошее настроение. Вечером появишься на одном из вечеров, которые проходят здесь, во дворце, туда вход свободный, – командным голосом сказала королева-мать.

– А… – Тони растерялась от такого стремительного развития событий.

– У тебя другие планы? – Наринна вздернула бровь и окинула Антонию таким взглядом, что юная герцогиня тут же расхотела возражать ей.

– Н-нет, – помотала головой девушка. – Никаких, ваше величество.

– Вот и славно. В таком случае разбирайся со своими делами, в четыре дня я жду тебя на нижней галерее вместе с фрейлинами. Пусть Инни подберет тебе что-нибудь приличное, я в нее верю. – Наринна поставила пустую чашку на блюдце и поднялась, расправив юбки. – И к вечеру. Что-то не слишком пышное, но и не совсем скромное, ты должна выглядеть достойно, милочка. Всё поняла?

– Да, ваше величество. – Антония встала и присела в реверансе. – Я постараюсь всё сделать.

– Умница. – Наринна величаво направилась к выходу из гостиной. – Хорошего дня.

Когда за королевой-матерью закрылась дверь, Тони на несколько мгновений осталась одна. Хлопнув ресницами, она тряхнула головой и выдохнула, прогоняя замешательство от появления ее величества. Вот уж чего Тони меньше всего ожидала, так это вмешательства вдовствующей королевы в ее придворную жизнь. Что ж, это и к лучшему: судя по всему, пожилая леди не настроена против Антонии, и они вполне могут поладить.

– Тони! – В гостиную заглянула Тересия, на ее лице отразилось беспокойство. – Ты как? Кто это вообще была? – Девушка скользнула в гостиную, а за ней и остальные.

Герцогиня де Ранкур усмехнулась.

– Это была бабушка моего мужа, – сообщила она и обвела взглядом перешептывающихся фрейлин. – И сегодня после обеда мы идем с ней на прогулку в парк. А вечером нас ждет первый выход в местный свет на небольшой вечер, как я поняла. – Тони с предвкушением улыбнулась.

– Леди, вам нужны платья! – решительно заявила Инолея и с нетерпением посмотрела на свиту Антонии. – Пожалуй, я могу помочь! – Она хлопнула в ладоши и обернулась к помощницам: – Девушки, приступим!

К обеду в свои старые покои – управляющий клятвенно пообещал, что к сегодняшнему вечеру будет готова столовая в новых апартаментах, – Антония шла чуть ли не вприпрыжку, возбужденная и радостная. Предстоящая прогулка в компании королевы-матери, первый, можно сказать, выход в свет здесь, в Айвене, будоражил кровь и заставлял сердце беспорядочно прыгать по всей грудной клетке. Зайдя в спальню, девушка обнаружила, что Ив уже сидит за накрытым столом – Тони чуть раньше попросила Тересию распорядиться насчет обеда.

– Привет! Знаешь, кто ко мне с утра приходил? Твоя бабуля! – выпалила Антония, плюхнувшись с размаху на колени Иву и чудом не задев юбками тарелки на столе. Обвив руками шею слегка опешившего от такого напора мужа, она звонко чмокнула его в губы и победно уставилась на него с широкой улыбкой: – И мы после обеда пойдем с ней гулять в парк! Правда, здорово?

Брови Ива поползли вверх, он озадаченно уставился на лучившуюся довольством супругу.

– Бабуля? Сама к тебе пришла? – переспросил де Ранкур. – Вообще дядя собирался на днях устроить маленький семейный обед и пригласить ее, – признался он.

– Ну вот, она решила помочь мне войти в свет Айвены, – невозмутимо отозвалась Антония, повернулась к столу и ухватила тонкий ломтик ветчины, отправив его в рот. – И еще управляющий сказал, завтра будет готова столовая в наших покоях, – немного невнятно произнесла Тони. – А сегодня уже будем ночевать в новой спальне.

– М-м-м, это хорошо. – Ив усмехнулся, покосившись на жену. – Кровать там точно больше.

Антония фыркнула и несильно толкнула его в плечо, но в серо-зеленых глазах девушки мелькнуло довольное выражение.

– Вот ты неугомонный. Можешь думать о чем-нибудь другом, кроме кровати? – вроде как возмутилась она.

– Когда ты на моих коленях и от тебя так вкусно пахнет – не могу. – Ив уткнулся носом в изгиб шеи Антонии.

Она же разом засмущалась, затихла, и тонкие пальчики зарылись в рыжие пряди мужа, медленно поглаживая. Они посидели так несколько минут, наслаждаясь тишиной, умиротворением и таким уютным чувством единения, охватившим их в эти мгновения. Потом Ив мягко отстранился и посмотрел на Антонию:

– У меня всего час, Огонечек, потом совещание у короля в кабинете. – Он вздохнул и потянулся к накрытым крышками блюдам.

– А меня в четыре ждет вдовствующая королева. – Тони тоже не сдержала вздоха и подставила тарелку.

Супруги пообедали, Антония переоделась с помощью Серин в платье для прогулки, позвала Тересию, и вместе девушки направились за фрейлинами, а потом и в галерею. Наринна уже расхаживала там, на сей раз в темно-синем туалете из той же тафты, и рядом Тони, к собственному неудовольствию, увидела статс-даму, маркизу де Монрени. По бесстрастному лицу леди невозможно было прочитать ее эмоции, но Антония внутренне подобралась, не зная, зачем вообще королева-мать взяла эту Селисию с собой. Тони не собиралась пользоваться услугами любовницы врага Ива – вот еще, ей и Тересии хватало! Но раз маркиза здесь, значит, зачем-то это Наринне надо.

– Леди Антония, дамы. – Королева-мать чуть склонила голову. – Маркиза любезно согласилась составить нам компанию на прогулке и представить вам наш цвет двора. – В последних словах ее величества слышалась откровенная насмешка.

Селисия и на эту шпильку не отреагировала, глядя прямо перед собой и сложив руки на животе. Наринна подхватила Антонию под локоть и спустилась по ступенькам в парк, фрейлины потянулись за ними. От взгляда маркизы у Тони чесалось между лопатками, но она постаралась не обращать внимания на это маленькое неудобство, уверенная в том, что защита отца не позволит кому бы то ни было причинить ей вред, какими бы способностями не обладала статс-дама.

– Тебе нужна еще свита из местных, так что расскажу тебе немного, – начала беседу Наринна, неторопливо направляясь по одной из дорожек парка. – С кем можно иметь дело, а с кем не стоит.

Прогулка прошла для Антонии весело и далеко не так волнительно, как она того ожидала. Все же девушка была привычна к придворной жизни, и даже пристальное внимание незнакомых людей не заставляло так уж сильно нервничать. Особенно учитывая точные и меткие определения, которые Наринна раздавала направо и налево. Конечно, гуляющих в парке было достаточно, и любопытные взгляды были направлены на необычную процессию: королева-мать в самом деле редко покидала покои и предпочитала появляться в дальних уголках парка, где было достаточно безлюдно. А тут мало того, что вышла в центральную часть, так еще и с таинственной гостьей, о которой уже шептались, строя предположения, правда ли, что это жена герцога де Ранкура.

Антония вежливо улыбалась, здоровалась с теми, кому Наринна милостиво разрешала приблизиться; остальных ее величество называла издалека и давала им краткую характеристику. Конечно, им встречались не только женщины, и Тони подмечала не одни дружелюбные и любопытные взгляды. Раздражение, настороженность, неприязнь, пренебрежение, восхищение с отчетливым мужским интересом – все это отражалось в глазах и на лицах придворных. Тони слушала Наринну, запоминая ее рекомендации и поставив галочку вечером еще и написать для себя, чтобы лучше отложилось в памяти. Ведь уже меньше чем через неделю предстоит торжественный бал. Антония получила ценную информацию еще и о прежних любовницах мужа, способных, по мнению вдовствующей королевы, попортить кровь. Ту даму, что сделала неприличное предложение Иву, среди гуляющих Тони не заметила, к своему облегчению. И хотя она знала, что эти женщины для де Ранкура не имеют никакого значения, – по словам той же Наринны, они служили ему исключительно для удовлетворения физических потребностей, не более, – ревность все равно покусывала изнутри, заставляя хмуриться и сжимать сложенный веер. От Наринны не укрылись эмоции спутницы; покосившись на нее, ее величество вдруг усмехнулась и покровительственно похлопала сухой ладошкой по пальцам Тони, лежавшим на ее локте.

– Милочка, перестать морщить лоб, тебе не идет мрачный вид, – заметила она. – Ив, кроме тебя, не замечает других женщин и вряд ли уже заметит. Он твой с потрохами, успокойся.

Тони почувствовала, как теплеют щеки, и опустила глаза.

– С чего вы взяли? – пробормотала девушка. – Мы слишком мало знакомы, чтобы говорить о чем-то серьезном, и естественно, он не хочет потерять третий дар, поэтому…

– Чушь, – решительно оборвала ее Наринна. – Уж поверь старой и умудренной жизнью мне, Антония: влюбленного мужчину видать сразу. И я тебе говорю, мой неотесанный внучок наконец-то втрескался по уши, – совсем не по-светски выразилась королева-мать, ее глаза довольно блеснули. – И дар тут совершенно ни при чем, сейчас уж точно. А что касается времени, далеко не всегда для возникновения чего-то серьезного требуются месяцы. Любовь – такое чувство, которое никогда нельзя предсказать и предугадать, когда оно возникнет.

Антония прерывисто вздохнула, тут же позабыв и о любопытных придворных вокруг, и о бывших любовницах Ива.

– Он никогда не говорил ничего о том, что чувствует ко мне, – попыталась она возразить, хотя, конечно, слышать слова Наринны было приятно. Очень.

Королева-мать рассмеялась неожиданно звонким смехом.

– Девочка моя, а мужчины и не говорят о таком, – весело известила она, хитро глянув на опешившую Тони. – Они считают, что все и так понятно, зачем зря воздух сотрясать, и что лучше слов говорят их поступки.

Дальше прогулка омрачилась всего одним неприятным инцидентом: в какой-то момент, когда процессия шла по неширокой дорожке, статс-дама слишком близко подошла к Антонии, и как-то так вышло, что она неловко споткнулась и налетела на девушку, сильно толкнув ее.

– Ваша светлость, прошу простить, – тут же извинилась маркиза, присев в низком реверансе.

Тони не упала носом в пыль только потому, что у Наринны оказалась хорошая реакция: она подхватила герцогиню де Ранкур под руку. Антония была уверена, что все получилось совсем не случайно, да и раскаяния в голосе статс-дамы не слышалось. Однако устраивать скандал на глазах у всех она тоже не собиралась.

– Я прощаю вашу неуклюжесть, – ровно ответила Антония, смерив маркизу взглядом и не дав Наринне ничего сказать. – Вам простительно, миледи, в вашем уже не юном возрасте, – с очаровательной улыбкой снисходительно добавила она. – Видимо, служение при дворе дается вам уже не очень легко, маркиза, я подумаю, кем вас можно заменить. – Тони развернулась, не дожидаясь ответа Селисии, и продолжила идти по дорожке.

Девушка понимала, что только что открыто посмела угрожать статс-даме, но спускать ей с рук подобное поведение не собиралась. Наринна усмехнулась, бросив на спутницу довольный взгляд.

– Браво, девочка, – вполголоса похвалила она.

Больше ничего примечательного не случилось, а злое сопение маркизы де Монрени Антония слушала, как самую изысканную музыку, до конца прогулки.

Слова Наринны не выходили у Антонии из головы весь оставшийся день. На уроке по левитации она была рассеянной и далеко не сразу смогла включиться в занятие, однако ее учитель обладал безграничным терпением и не сделал ей ни одного раздраженного замечания. Ива все не было, он лишь прислал слугу с краткой запиской, что на ужин сможет прийти часам к восьми. А Антонию как раз к этому времени ждала Наринна, на сей раз на тот самый прием во дворце, которые, оказывается, проводились каждый вечер штуки по три одновременно, но скорее это были просто мероприятия, где собирались скучающие придворные без всякой цели. Рассеянно оглядев новую спальню – их с Ивом вещи уже перенесли сюда и к вечеру последние приготовления в соседней столовой тоже должны были закончить, – Антония покусала губы и оставила супругу ответ, что она вместе с ее величеством и будет позже. После чего вызвала Серин, сменила платье на вечерний наряд из бархата насыщенного зеленого цвета с отделкой из золотых кружев, захватила веер и, все же немножко волнуясь, отправилась на встречу с Наринной. Та ждала ее в одной из гостиных в личных покоях, а оттуда они пошли вниз, на первый этаж. Тересия и одна из фрейлин шли позади Антонии. Девушкам тоже было слегка не по себе, но хоть какие-то знакомые лица придавали герцогине де Ранкур храбрости.

– Веди себя как обычно, – вполголоса давала последние наставления Наринна, спускаясь по широкой мраморной лестнице. – Ты же вела активную светскую жизнь, насколько я знаю, вот и развлекайся, дорогая, пока твой супруг решает задачи государственной важности. Маркизы де Монрени там не будет точно, она сцеживает яд в своих покоях, как мне доложили. У тебя, конечно, тоже обязанности вскоре появятся, но пока наслаждайся. Тебе надо знакомиться с двором и себя показать тоже надо, Антония. – Королева-мать назидательно подняла палец. – Чтобы ни одна крашеная кукла не смела даже чихнуть в твою сторону и думать, будто ты пустышка, ничего не стоишь и с тобой можно не считаться.

Тони вспомнила бывшую любовницу Ива, на ее глазах делавшую непристойное предложение герцогу, и зловеще улыбнулась, глядя перед собой и обмахнувшись веером. Что ж, дельное предложение, пожалуй, она так и сделает. Вздернув подбородок, Антония расправила плечи и вслед за вдовствующей королевой переступила порог гостиной, откуда доносились голоса, смех и музыка. Конечно, едва дамы появились в помещении, шум стих, и присутствующие с любопытством уставились на новых гостей. А Антония смотрела на сидевшую в кресле в центре гостиной ту самую леди, что делала Иву неприличные предложения веером.

– Ваше величество. – Дама тут же поднялась и присела в низком реверансе; в голосе звучали легкое беспокойство и настороженность.

Вслед за дамой склонились и остальные присутствующие, поглядывая на королеву и ее спутниц и тихо перешептываясь. Наринна обвела гостиную рассеянным взглядом, слегка раскрыла веер и медленно похлопала им по ладони, что означало выражение эмоции ожидания. Потом чуть повернула голову к Тони и едва слышно произнесла:

– Графиня Аннелин де Легран в прошлом больше всех хотела женить на себе Ива. Другие просто метили в его постель. – На тонких губах Наринны мелькнула усмешка. – Остальные в этом серпентарии вполне нормальные для общения, потянутся за тем, кто сильнее. Обычная придворная шушера. – В последних словах королевы слышалось пренебрежение, и дальше она продолжила уже громче, обращаясь ко всем: – Леди, милорды, это ваша будущая королева, герцогиня Антония де Ранкур, прошу любить и жаловать. – Наринна плавно повела в сторону Тони рукой. – Супруга его светлости Ива де Ранкура, – явно специально добавила она для самых непонятливых.

Антония шагнула вперед, слегка наклонила голову и внимательно посмотрела на замерших придворных.

– Добрый вечер, – спокойно поздоровалась она и приподняла уголок губ в намеке на улыбку.

Мелькнувшая на лице графини де Легран досада доставила Тони несказанное удовольствие, и она, небрежно обмахнувшись, улыбнулась шире. Наринна, выполнив свою миссию, величаво удалилась в угол гостиной, заняла там кресло и собралась наслаждаться вечером и наблюдением. Оттуда как раз открывался хороший обзор и можно было видеть всех, кто присутствовал в большой комнате. Тут даже хватило места для нескольких танцевавших пар: в противоположном углу стоял клавесин, а рядом с ним – еще несколько музыкантов.

Конечно, Антонию тут же окружили любопытствующие, и девушка с удовольствием окунулась в знакомую атмосферу, с удивлением поймав себя на том, что успела соскучиться по дворцовой суете. Буквально через несколько минут она позабыла о волнении, живо обсуждая различие модных тенденций в Айвене и Ровении, последние новинки на театральных подмостках Бариса, ну и, конечно, Антонию осторожно расспрашивали об их отношениях с Ивом. Герцогиня де Ранкур отделывалась общими фразами и загадочными улыбками, не говоря ничего, но давая понять, что пусть с виду это и династический брак, на самом деле отношения у них самые что ни на есть теплые. Конечно, краем глаза Антония следила за графиней, не торопившейся присоединяться к беседе. Она так и сидела в кресле, потягивая игристое вино и глядя на Тони чуть прищуренными глазами. И по взгляду леди девушка понимала – та не слишком довольна тем, что все внимание теперь досталось новенькой, «выскочке». Внимание не только дам, но и некоторых молодых людей, присутствовавших на этом вечере.

Тони прекрасно знала, где лежит тонкая грань между легким флиртом и завуалированным обещанием чего-то большего. Несмотря на скудный опыт отношений, в том, что касалось приемов, вечеров и этикета поведения на балах, она разбиралась отлично. И поэтому не улыбалась больше, чем нужно, слыша витиеватые комплименты и замечая мужские взгляды, полные восхищения. Вежливо благодарила, где-то отшучивалась, но тщательно следила за тем, чтобы ненароком не дать кому-то повода думать, что за ее поведением скрывается нечто большее. И, судя по одобрительной улыбке, замеченной Антонией на лице Наринны, старой королеве нравилось, как держится юная герцогиня. Тони намеренно словно не замечала графиню, ведя оживленную беседу, хотя краем глаза наблюдала за ней, чтобы не пропустить возможной гадости от бывшей любовницы мужа. Но та пока вела себя спокойно…

Музыканты после небольшого перерыва снова заиграли, и перед Тони почти сразу склонился один из молодых людей, протянув руку.

– Не окажете ли мне честь, ваша светлость? – учтиво произнес он, и Антония, несколько мгновений поколебавшись, вложила ладонь в его пальцы.

Почему бы не потанцевать? Нигде нет правила, что отныне она обязана танцевать только с супругом, особенно учитывая, что его сейчас здесь нет и подобные мероприятия он не слишком любит. Партнер вывел Тони на середину гостиной, аккуратно сжал кисть в своей и положил ладонь на талию, не пытаясь сократить расстояние между ними.

– Я в восхищении, миледи, – глядя на нее с широкой улыбкой, вполголоса произнес молодой человек, имени которого Тони не запомнила. – Вы прелестны.

Антония прикрыла глаза ресницами и усмехнулась, не обманувшись причинами, по которым ей расточали комплименты.

– О, не преувеличивайте, милорд, – покачала она головой. – В этой гостиной найдется немало молодых леди, достойных этих же комплиментов; думаю, они будут им рады гораздо больше. Не стоит тратить их на меня. – Тони не удержалась от смешка.

– Вы жестоки. – Похоже, ее партнер не собирался сдаваться, как поняла Антония, но пока он не переступал границ словесного поединка, она не торопилась осаживать его. – Я хочу тратить мои комплименты только на вас, прекрасная леди.

Герцогиня де Ранкур усмехнулась, мельком глянув на Аннелин, игравшую полупустым бокалом в пальцах. Та внимательно следила за Антонией, и предвкушающая улыбка на ее лице сказала девушке многое. Тони припомнила, что этот молодой человек довольно часто оказывался рядом с графиней, о чем-то тихо с ней переговариваясь, а теперь вот он зачем-то пытался поразить Антонию своим красноречием. Аннелин считает ее такой наивной и падкой на лесть? Хмыкнув про себя, Тони посмотрела в глаза партнеру.

– Я замужем, милорд, если вы забыли, – произнесла она, все так же улыбаясь, но внутренне собралась, на всякий случай готовая в любой момент оставить слишком напористого мужчину.

– Когда это наличие мужа останавливало настоящие чувства? – чуть понизив голос, ответил он, и огонек в его глазах заставил Тони мысленно поморщиться.

Однако ответить она не успела: в гостиной вдруг снова воцарилась тишина, музыканты оборвали мелодию, и все головы повернулись к входу. Антония тоже посмотрела туда, и при виде знакомой широкоплечей фигуры сердце радостно встрепенулось. Правда, почему-то Ив хмурился, но смотрел только на нее. Тони набрала воздуха, чтобы поздороваться, шагнула к нему, но не успела ничего сказать. Мимо чуть ли не бегом прошла графиня де Легран, сияя, как хрустальная подвеска, и заговорила с Ивом:

– О, милорд, я так рада вашему приезду! И как любезно с вашей стороны посетить наш маленький вечер!..

Антония не дала ей закончить, с удовлетворением отметив, что Ив даже не покосился на бывшую любовницу, по-прежнему глядя на жену.

– Леди, полагаю, мой супруг пришел за мной, закончив дела, – проворковала Тони, остановившись рядом с Ивом и собственническим жестом положив ладонь ему на предплечье. – Мы ведь собирались поужинать вместе, не так ли, милый? – склонив голову набок, спросила девушка, откровенно наслаждаясь ситуацией.

О причине хмурого вида мужа она тоже догадывалась, особенно когда заметила, какой взгляд Ив метнул на ее партнера по танцу. Тут же вспомнился их разговор с Наринной, и Тони с каким-то детским восторгом подумала: «Ревнует! Точно ревнует!»

– Лорды, леди, – буркнул Ив, изобразив небрежный поклон, потом посмотрел в угол, где сидела королева-мать: – Бабушка, мое почтение.

И хотя он явно был не в духе, Антония отметила, что ее руку он не сбросил. Воздух потрескивал от напряжения, девушка всем существом чувствовала недовольство мужа и не удержалась. Придвинувшись совсем близко к нему, она посмотрела в сумрачные льдистые глаза и прошипела:

– Не смей устраивать скандал при всех! Тем более на пустом месте, – едва слышно добавила Тони, тоже слегка раздраженно.

– Ив, мальчик мой, приветствую тебя. – Наринна поднялась, покровительственно улыбнувшись, приблизилась, даже не посмотрев на графиню, с недовольным видом теребившую веер, и протянула де Ранкуру руку.

Ив молча поцеловал ее, выпрямился и снова покосился на внешне невозмутимую Антонию.

– Прошу у всех прощения, я забираю супругу, у нас действительно планы на сегодняшний вечер, – не совсем вежливо известил Ив, и Тони еле удержалась, чтобы не стукнуть его кулачком. Ну что за невоспитанность! Кому какая разница, планы у них там или нет?! Похоже, дорогого мужа, кроме языка веера, еще надо и этикет заставить выучить! Не обращая больше ни на кого внимания, Ив крепко прижал ладонь Тони к себе и вышел из гостиной, молча направившись к лестнице наверх. Насупившаяся девушка тоже сначала шла молча, едва поспевая за широким шагом герцога, потом не выдержала и дернула руку, попытавшись остановиться.

– Ив, ну в самом деле! – выпалила она, уставившись на мужа. – Это было ужасно грубо с твоей стороны, так себя не ведут!..

А в следующий момент, тихо пискнув от неожиданности, Тони оказалась в крепких объятиях. Втолкнув супругу в ближайшую пустую и полутемную гостиную, Ив прижал ее к стене.

– Ты с ним флиртовала! – отчеканил он, и в его голосе слышалась злость.

– Он со мной! – и не думая оправдываться, огрызнулась Антония, ткнув пальчиком мужу в грудь. – Большая разница, знаешь ли!

– Ты ему улыбалась и танцевала с ним! – прорычал Ив, нависнув над женой еще ниже и сверкая в полумраке глазами.

Однако Тони не боялась. Дернув плечами, она скрестила руки на груди, не опустив головы, и фыркнула:

– Конечно, Ив, и это нормально, между прочим, это вечер, на котором все улыбаются друг другу, разговаривают и даже танцуют! Я не собираюсь подпирать стенки на балах, где ты не соизволишь появиться только потому, что тебе не нравятся эти шумные сборища, как ты говоришь! – язвительно добавила она. Возмущение и не думало уходить, пусть даже Антония и знала, чем рассержен муж.

Стоит довести до его сведения, что он должен ей больше доверять, иначе у них будут постоянные ссоры.

– И вообще, прекрати сопеть и вести себя как деревенщина! – Антония попыталась оттолкнуть его, но не преуспела.

Резко выдохнув, Ив накрыл ее рот жестким, болезненным поцелуем, обхватив лицо ладонями.