Глава 42

Полтора года спустя…

— Так. Вроде нашли всё, что хотели… А-а-а! Нет! Точно! Я забыла!

Это нечто невероятное. Праздничная суета, особенная атмосфера, новогодние украшения, яркая иллюминация, рождественские мотивы… Хочется раствориться во всём этом. На душе так тепло, хорошо. Отныне в моём сердце живёт уверенность. В завтрашнем дне. И в своём мужчине.

— Котёнок, у меня аллергия на магазины, ты же знаешь. Держусь из последних сил. Ну давай уже домой поедем, а? — Коля «ноет» уже минут пятнадцать. А у меня это лишь вызывает улыбку. Он стойко терпел практически молча часа полтора точно. Но, кажется, его выдержка тоже иногда даёт сбой.

Я не перегибаю, просто иногда позволяю себе пользоваться своим положением.

А Коля держится молодцом. И безропотно (ну почти!) таскает все купленные новогодние подарки.

Про Инну я забыла. К основному подарку я хотела ей положить дизайнерский шарфик. Ей как раз к новому пальто подойдёт.

— Аль, ну ты ж всегда всё по интернету заказываешь. Сейчас-то зачем мучиться?

— Кому-то мучения. А кому-то праздник. И вообще. Ты обещал мне целый день. Без рабочих звонков. И вот этих вот твоих «давай сегодня дома останемся».

На самом деле, Коля довольно часто меня выгуливает.

Но на последних сроках, как он считает, лучше больше отдыхать. Я, конечно, с любимым в корне не согласна, поэтому провожу время в своё удовольствие. И даже иногда принимаю заказы. А ещё совсем недавно я снялась в каталоге для беременных. Это был интересный опыт, хоть я и привыкла находиться по другую сторону баррикад.

— Аль, мне кажется, два часа на ногах на девятом месяце — это немного безответственно…

— Да брось.

Тут до моего слуха доносится звонкое и уверенное:

— Але-еся-я-я-я!!!

Оборачиваюсь на зов, и внутри меня трепещет ниточка, казавшаяся мне давно уже оборванной.

Мне навстречу на всех порах бежит Никита. А сзади него удивлённо смотрят в нашу сторону мама и Денис. Мужская рука уверенно и властно лежит на женской талии.

Никита счастливо мне улыбается. Родители сняли с него куртку и зимние штаны. На брате спортивные брюки и свитер. Те самые, которые я передавала через Колю не так давно. Не выбросили…

Эта страничка моей жизни, казалось бы, перевёрнута давно. Рана уже не кровоточит. Ничего не забыто, но уже почти не имеет для меня смысла. Ничего важного в себе не несёт. Почти…

Но только не Никита. По ребёнку я первое время скучала отчаянно. Но получилось вбить себе в голову, что у него есть родители, они явно объяснили ему что-то… почему я перестала звонить и приезжать. И это «что-то» вряд ли представляет меня в приятном свете.

На корточки садиться тяжело, поэтому я, ни секунды не колеблясь, опускаюсь вниз, упираясь коленями в пол, и кладу рядом сумочку. Развожу руки в стороны.

Никита кидается в мои объятия, едва не снося меня с ног. Крепко-крепко обнимает за шею.

— А мама с папой сказали, что ты уехала! А ты уже, оказывается, приехала!

Крепко прижимаю братишку к себе. Провожу рукой по мягким волосам, не веря в то, что он меня не забыл. Он чуть отстраняется и бьёт вопросом прямо в лоб.

— А к нам почему не заходишь? Не хочешь?

Я улыбаюсь сквозь солёные потоки. Глажу малыша по рукам, лицу, плечам. Мой родной мальчик…

— Да, я приехала. Никитка… — голос дрожит. Ничего не могу с собой поделать, слёзы топят. — Я так скучала по тебе… Прости, что не звонила столько времени. Такой ты большой уже, Никит… Вырос без меня.

Смотрю на братишку и пытаюсь налюбоваться каждой чёрточкой его лица. Конечно, он вытянулся. Очень подрос. Стал взрослее. Осознаннее. Я помню, как качала его на руках, когда его беспокоил животик и когда зубки резались. Когда он болел, а я мерила ему температуру и заставляла пить компот из яблок. Я даже иногда пересматриваю наши с ним общие фотографии…

Я думала, что уже перешагнула. Что можно просто отстранённо передать что-нибудь ребёнку. И неважно, как решат мама с Денисом распорядиться подарком: отдать кому-то, выбросить, подарить от себя или Деда Мороза.

Но вот так обнимать его, видеть вопросительный, доверчивый взгляд, понимать, что брат ждёт ответа…

— А меня папа на теннис записал! Я самый лучший в секции!

— Ты такой молодец, Никит!

— А ты чего…? — осторожно дотрагивается до моего живота, ласкового поглаживая. — У тебя там маленький?

Не могу на него налюбоваться. Он красавчик. Родной мой…

— Да. Там живёт малыш.

— А как его зовут?

— Мы ещё не определились с именем, Никит.

— А когда определитесь, расскажете мне?

— Конечно! Мы обязательно тебе расскажем.

Рядом раздаётся дружелюбный голос Коли. Муж присаживается на корточки и протягивает малышу руку.

— А я — Коля. Мы с Алесей вместе приехали.

Ребята пожимают друг другу руку. Детская ладошка тонет в огромной мужской.

— А поехали к нам в гости? — в детском голосе звучит искренняя надежда.

Вопрос настолько выбивает меня из колеи, что я поднимаю взгляд и понимаю, что мама с Денисом стоят возле нас, молча наблюдая за сыном. И за мной.

— Да мы бы с радостью, — запоздало стираю слёзы с лица, — просто… понимаешь, малыш… я…

А что я ему скажу? Что мне давно уже нет места рядом с ними? Что в их мире хорошо и без меня? И что это не мой собственный выбор?

Растерянно смотрю на Колю, одним взглядом моля о помощи.

— Ну мы прямо сейчас не можем, Никит. Алеся давно уже на ногах. А ей нужно много отдыхать. Она очень устаёт. Знаешь, что я тебе предложу?

— Что?

— А приезжай лучше ты к нам в гости? Как взрослый! Я могу в любой момент заехать за тобой, если родители будут не против. Ты можешь приезжать к нам, когда захочешь.

Мужские взгляды скрещиваются. Оба полны спокойствия, твёрдости. Насколько я понимаю, муж молча наблюдает за реакцией Дениса, пытаясь понять, есть возражения у отца семейства или нет.

Не знаю точно. Возможно, мне лишь показалось, но лицо бывшего на мгновение расслабилось, и мужчина прикрыл глаза, словно говоря «да». Эти двое давно друг друга знают, до сих пор работают вместе. И, очевидно, научились общаться без слов. «Семейные» обстоятельства не стали камнем преткновения в бизнесе.

— Правда?!

— Конечно! Мы тебя будем ждать. А я тут ещё подумал… Скоро же Новый год. Бери папу за руку, и пойдёмте вместе тебе подарок выбирать. О-о-ой, что я вижу! Справа от нас магазин Lego. Любишь конструкторы?

— А то!

Замечаю, как Денис смотрит на маму. Тоже перевожу на неё взгляд. И вот тут меня словно током бьёт. Она глядит на меня мягко, нежно. На её губах играет печальная улыбка. Она внимательно скользит внимательным взором по моему лицу, потом по животу.

Я встаю с колен, кладу руки Никите на плечи и прижимаю его к себе. А он даже не противится.

— Мам, можно?!

— Да, конечно. Идите.

Мы с мамой смотрим друг на друга. Каждая из нас, не отводя взгляда, безошибочно отмечает момент, когда мы остаёмся вдвоём.

Она потрясающе выглядит. Такая же стройная, красивая. Глаза горят. Как всегда, сдержанный макияж. Волосы аккуратно уложены. На лице лишь только грустная улыбка.

Мамы мне не хватает. До сих пор. Даже несмотря на всё, что произошло. И я могу в этом признаться. Себе. Но не ей.

— Здравствуй, Алечка.

— Привет, мам.

— Мы так давно с тобой не виделись.

— Ну да, больше года.

— Ты замечательно выглядишь. Такая красивая, счастливая.

— Ты тоже.

— Я не поздравила со свадьбой. Но… я очень рада, что у вас с Колей всё хорошо.

Наверное, нужно ответить что-то. Хотя бы короткое «взаимно». Но я не могу. И не желаю лукавить. Я хочу, чтобы она тоже была счастлива. Но в глубине души мне бы искренне хотелось, чтобы счастливой её сделал другой мужчина. Не Денис.

Ни с мамой, ни сбывшим мужем я не общаюсь и по сей день. Я знала, на самом деле, что они вместе до сих пор. Это очевидно.

Сложно наблюдать, как они стоят рядом, а Денис слегка касается её руки.

Нужно признать правду. Простую. Открытую. Горькую. Им хорошо друг с другом. Оба выбрали не меня. Денис предпочёл мне единственного сына и другую женщину. А мама предпочла мне мужчину, который до сих пор находится рядом с ними. Удивительно, но это так.

Я приняла это уже давно. Наверное. Но видеть, что они так счастливы вместе, что у них настоящие, крепкие отношения… А у неё на пальце блестит классическое обручальное колечко… С ума сойти!

Ну, что сказать… У них своя семья теперь. У меня — своя. И муж, в котором я по-настоящему уверена. Тот самый человек, который должен был быть рядом со мной с самого начала.

— Спасибо за подарки для Никиты. Он радовался каждому.

— Я думала, вы ему обо мне что-то нехорошее сказали, что я его разлюбила, например. Забыла его.

— Нет, что ты! Я сказала, что ты уехала, но каждый день его вспоминаешь и любишь. Скучаешь. Мы тебе даже письма вместе писали. Я сохранила каждое. Если хочешь… я бы могла… ну, например, передать их тебе. Или прислать фотографии. А если не хочешь…

— Хочу.

Очень хочу! Очень-очень! Попрошу Колю договориться с Денисом и забрать эти письма! Они были для меня написаны!

Мы смотрим друг на друга. Две такие похожие друг на друга женщины. Но такие разные. А в глазах обеих слёзы.

— Аля… когда тебе рожать?

— Недели через три по сроку. А как получится, не знаю.

— Вы уже узнали пол?

— Мальчик.

Так странно нам теперь разговаривать. Мы бесконечно далеки друг от друга. И одновременно связаны крепче, чем можно себе представить.

— Ты, наверное, не скажешь мне, когда…

— Нет. Не скажу.

— Я понимаю. Всё понимаю.

Мамин взгляд наполнен тоской и печалью. Она всегда была ранимой. Но никогда ни одна обида или непонимание ни разу не встали между нами.7d423c

— Я очень виновата перед тобой, доченька…

— Поздно уже об этом, мам.

Нет, не легче. Совсем не легче. Всё также тяжело и больно. И не факт, что дальше что-то изменится.

По маминой щеке стекает одинокая слезинка.

— Я знаю, что такое не прощают. Но… всё равно. Прошу у тебя прощения.

— Не мне тебя прощать. А тебе теперь с этим жить.

— Аля, Никита, правда, очень скучает. Может быть, ты могла бы иногда приезжать… вместе с мужем…

— Нет. Не могла бы, — хочу сказать, что я бы вообще не желала, чтобы она с моим теперешним мужем пересекалась, но не вижу смысла бить ниже пояса. Это уже ни к чему. А у меня все в порядке. — Если ты не против, я была бы рада изредка забирать Никиту к себе.

— Я не против. Я не одна решаю теперь, но, уверена, Денис тоже не станет противиться.

Её голос дрожит. И мокрая дорожка бежит по другой щеке.

Я не знаю, что ещё сказать маме. Наверное, это всё…

— Смотри-и-ите!

Мы обе, как по команде, быстро стираем влагу с лиц и, улыбаясь, смотрим на Никитку. В его руках огромная коробка Lego. Не уверена, что это именно то, что нужно пятилетнему ребёнку, но Коля, очевидно, не поскупился.

Денис, правильно оценивая всю картину, тут же подходит к маме, обнимает, прижимая к себе, целует в макушку. Тяжело на это смотреть. Видимо, у них действительно всё хорошо. Откровенный жест поддержки. Молчаливо. Но твёрдо. Непоколебимо.

И, надо признать, Коля делает то же самое.

Мы пообещали Никите, что заберём его к себе после Нового года.

Распрощавшись, мама со своим мужем отворачивается и устремляется к эскалатору.

Но далеко они отойти не успевают, как до моего слуха доносится тихий, чуть приглушённый голос Дениса:

— Не плачь, Танюш. Всё уже.

И Коля, наверное, тоже это слышал.

— Ты нормально?

— Конечно.

— Точно?

— Да. Я тут подумала. Чёрт с ним. С шарфиком. Поехали домой?

— Да-а-а, — запрокидывает голову назад и смотрит в потолок. — Я выдержал. Я всё выдержал!

— Ты молодец, — нежно провожу рукой по чуть отросшей щетине любимого, заставляя опустить голову и наклониться ко мне, лёгким касанием дотрагиваюсь губами до его губ. Люблю его просто безумно! Бесконечно. И я уверена: он меня никогда не предаст. — Спасибо тебе…

— Ну, я же обещал.

— …за то, что ты у меня есть, — мягко заканчиваю свою мысль.

Глаза Коли загораются. На губах улыбка. Ему приятно это слышать. Оказывается, так просто говорить любимому человеку обычные, но такие важные слова.

А этот показушник выпячивает грудь, задирает нос к потолку и наигранно отвечает:

— Не стоит благодарности.