Глава 73 · Цена тишины

Глава 73.

— Вообще-то, — подал голос Филипп, нервно теребя кружевной манжет, — вы, милочка, всё еще числитесь гражданкой Верхнего мира. Почему это вы вещаете от лица Нижнего? Налоги-то, небось, платить не хотите?

Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Пинч за его спиной согласно прищурился, явно предвкушая звон монет.

— Ваше Величество, — я выпрямила спину, чувствуя, как в ладонях привычно покалывает серебряная нить. — Я — законная жена Барнабаса Линд-Верна. В Нижнем мире брачные узы — это не просто бумажка. Я принадлежу обоим мирам в равной степени. И именно поэтому я — идеальный мост. Я хочу, чтобы в этом моем доме не вытаптывали траву, а в новом — не тратили силы на войну с вами.

Барни, стоявший за моим креслом, медленно наклонился вперед. Блик от камина скользнул по его мощным, идеально отполированным рогам. Филипп замер, и его лицо приобрело серый оттенок.

— К-к-красивые… — внезапно пропищал монарх, ткнув пальцем в сторону Барни. — Очень… эффектные. Настоящая антикварная работа.

Барни на мгновение опешил от такой «оценки», но тут же взял себя в руки. Он хищно улыбнулся, а его глаза вспыхнули первобытным пламенем. Охрана у дверей дружно икнула и сделала полшага назад, поближе к выходу.

— А что нам за это будет? — Филипп вдруг перешел на заговорщицкий шепот. — Ну, признаем мы статус… ну, посольство… А выгода? Королевству нужны ресурсы!

— Во-первых, — голос Барни пророкотал под сводами зала, заставляя хрустальные подвески на люстре мелко дрожать. — Выгодой будет то, что наши «Черные крылья» не превратят вашу столицу в груду пепла за один вечер. Это, согласитесь, существенная экономия на восстановлении города.

Филипп сглотнул так громко, что это было слышно даже в коридоре.

— А во-вторых? — всё же выдавил он, цепляясь за подлокотники кресла.

— А во-вторых, — я мягко перехватила инициативу, — «Светлый Ключ» станет регулятором. Вы ведь заметили, что магия в ваших землях в последнее время стала нестабильной? Герцог Максимилиан высасывал её, как паук. Мы восстановим баланс. Мы вернем в Верхний мир порядок Созидания. Вашим магам больше не придется воевать за крохи силы — её будет достаточно для мирных нужд.

Я сделала паузу, давая королю осознать масштаб предложения.

— Мы предлагаем вам процветание вместо разрухи. И всё, что от вас требуется — просто подписать этот Эдикт и больше никогда не присылать ко мне налоговых инспекторов.

Филипп задумчиво почесал свой абсолютно гладкий, блестящий лысый затылок. Было видно, что его монарший мозг лихорадочно работает: судьба королевства его, судя по всему, волновала в последнюю очередь, а вот выжать из нас какую-то личную выгоду — это святое.

Я поняла, что пора пускать в ход тяжёлую артиллерию «дизайнерского искушения».

— А ещё, Ваше Величество… — я сделала многозначительную паузу, понизив голос до заговорщицкого шепота, будто сообщаю государственную тайну. — В знак нашего особого расположения, я лично свяжу для вас эксклюзивный парик —«Красивая шевелюра».

Филипп замер, и его рука застыла на лысине.

— Особенность его в том, — продолжала я, стараясь сохранять максимально серьёзное лицо, — что как только вы его наденете, ваши волосы — вернее, то, что магия создаст, — превратятся в каскад золотых локонов. Они будут виться, переливаться на солнце и так блестеть, что все модницы вашего королевства просто сдохнут от зависти прямо на балу. Это будет не парик, Ваше Величество, это будет чистая иллюзия жизни и достатка.

Я едва не прыснула со смеха, представив, как эта тощая «цапля» в короне будет вышагивать с гривой золотистого ретривера на голове. Барни за моей спиной издал странный звук — то ли кашлянул в кулак, то ли подавился смешком, а элитные «Черные крылья» у дверей так активно зашуршали крыльями, что по залу пронесся сквозняк.

Филипп замер. Его глаза, только что пустые и скучающие, вспыхнули таким фанатичным блеском, будто я предложила ему не парик, а бессмертие. Он машинально погладил свою блестящую лысину, и на его лице отразилась мучительная надежда.

— Золотые? — прошептал он. — Прямо как… как у солнечного эльфа? И будут виться?

— Мелким бесом, Ваше Величество, — серьезно подтвердила я, стараясь не смотреть на Барни, который за моей спиной издавал странные звуки, подозрительно похожие на подавленный ик. — И блестеть так, что кумушки в совете ослепнут. Это будет эксклюзивная работа, только для короны.

— Я согласен! — выпалил Филипп, едва не подпрыгнув в кресле. — Пинч, где бумаги⁈ Подписываем всё! Посольство, экстерриториальность, отсутствие налогов на тысячу лет… Пиши, что Элизабет Линд-Верн — святая женщина и величайший мастер эпохи!

Пинч застрочил в пергаменте с такой скоростью, что от пера пошел дым. Но триумф момента был бесцеремонно прерван. Снаружи, прямо под окнами каминного зала, раздался истошный женский визг, переходящий в яростную брань.

— Ты, чешуйчатая швабра! Куда потащила мой сундук⁈ — вопила какая-то дама.

— Сама ты швабра, овца верхнемирская! — послышался второй голос.

— Это имущество конфисковано в фонд восстановления Нижнего мира! — ответил им звонкий, подозрительно знакомый голос.

Мы с Барни переглянулись.

— Марта? — одними губами спросила я.

— И, кажется, твоя свита из Аурум-Валиса, — вздохнул муж, направляясь к окну.

Я выглянула следом. Картина была эпическая: во дворе «Светлого Ключа» столкнулись две реальности. Аристократки, которые не успели уехать утром, пытались отбить свои пожитки у… десанта демонических домохозяек.

Марта, в своем фирменном «рекламном» платье, брошь к которому я ей когда-то связала, стояла в позе сахарницы и вовсю переругивалась с той самой баронессой, что вчера топтала мои цветы. За спиной Марты пара «пустых» демонов, уже обретших плоть и одетых в приличные ливреи, невозмутимо грузили сундуки баронессы в навозную телегу.

— Что здесь происходит⁈ — взвизгнул Филипп, подбегая к окну и смешно вытягивая шею.

— Кажется, Ваше Величество, — я обернулась к нему с самой невинной улыбкой, на которую была способна, — это и есть начало «культурного обмена». Мои подданные прибыли принимать дела.