Глава 2

Рэйвен

Густая и вязкая тьма обволакивала меня, точно болотная жижа. Я тонул в ней, пытаясь нащупать хоть что-то твёрдое под ногами. Но ничего, одна лишь бездонная и медленно засасывающая пустота. Моё отчаяние стремительно росло, выдавливая из лёгких последние крохи кислорода.

Вспышка.

Ослепительно яркий свет, дарующий спасительный глоток воздуха, выхватил из мрака фигуру старца в мантии. Его длинная и полностью седая борода доходила до груди, а в глазах — двух чёрных провалах по центру сморщенного лица — притаилась зловещая тайна.

— Время пришло, — хриплым и древним голосом произнёс он, заставляя чувствовать себя мелкой букашкой на фоне исполинской горы. — Грядут большие перемены.

— Какие ещё перемены? — с трудом выплюнул я, будто горсть песка. Каждое слово почему-то болезненно царапало горло. И теперь оно противно и нудно саднило.

— Судьба отнимет лживое сокровище, и самый большой страх обратится в жизнь — твои оковы станут потерей. А то, что гонишь годами прочь, настигнет тебя даром небес.

— Ни хера не понял. — Животный страх перед неизвестностью во мне мешался со злостью, которую невозможно не испытывать, когда ничего не понимаешь, а печёнкой чувствуешь, что понимать нужно.

— Сила покинет тебя, — произнёс старик, словно сжалившись. И сразу после этих слов его фигура стала растворяться в темноте. Она дёрнулась и вдруг полетела на меня.

Я резко сел в постели, хватая ртом воздух. Футболка промокла от пота и неприятно облепила спину. Сердце продолжало колотиться, как сумасшедшее. Всё было таким реальным… я до сих пор чувствовал боль в горле. Хотя с чего бы не чувствовать, когда вчера так хорошенько надрался? Какого чёрта после вечеринки меня понесло в бар около дома?

За окном занимался хмурый рассвет, а часы на прикроватной тумбе показывали половину шестого утра. Будильник должен был ожить только через сорок минут.

Ладно, плевать, будет время покататься и подумать над словами старика. В том, что это реальное видение, а не плод воображения, я не сомневался. Старик приходил уже ко мне однажды, предупреждал о скорой смерти родителей. Не обманул, сука.

Я двинулся в сторону ванной, на ходу стягивая футболку, которую кинул на крышку корзины для грязного белья.

— Что же это выходит… моя очередь пришла? Нет уж, так просто я точно не дамся. Раз меня покинет сила, значит, надо обеспечить дополнительную защиту.

После душа осталось время, чтобы оформить узкую дорожку шкиперской бородки по контуру лица. Обычно у меня и десяти минут лишних не было по утрам, поэтому всю растительность безжалостно сбривал. Однако сегодня предстояло выйти на охоту, а девчонки явно неровно дышали к моей челюсти.

Для ритуала нужна девственница, а их с каждым днём всё сложнее находить. Даже среди первогодок, на которых, казалось бы, ни у кого не должен вставать, их почти не водилось.

Где-то под одеялом телефон взорвался агрессивным треком альтернативного метала.

— Привет, Кит, — ответил я на звонок после того, как засунул в ухо гарнитуру.

— Дружище! — радостно закричал этот придурок, едва меня не контузив. Пришлось в экстренном порядке убавлять громкость. — Есть работёнка по твоему профилю!

— Передай её кому-нибудь другому.

— Да брось! Надобно прихлопнуть всего-то пару шавок. Завелись в новом торговом центре: по ночам охранников гоняют, товар портят. И платят за их устранение вообще некисло — в три раза больше стандартной таксы.

— Кит, я занят, передай дело кому-нибудь другому, — повторил я и присел на корточки, чтобы завязать шнурки на мотокроссовках. Он снова потихоньку начинал меня бесить своим стойким нежеланием слышать с первого раза, что ему говорят.

— Да брось, что может быть веселее шавок в модном бутике! Они там все туфли и сумочки из натуральной кожи обслюнявили. Ржака ведь. Да и бабки, чувак, платят аж пять кусков! Тебе что, богатый троюродный дядюшка на смертном одре на голову свалился?

— Видение мне на голову свалилось, что откинусь скоро вслед за предками, — вяло огрызнулся я, подхватил ключи и вышел из квартиры. — Не до работы мне сейчас, девственницу искать надо. И времени у меня всего ничего — до полуночи.

— Девственницу?.. — растерянно повторил Кит, а потом спохватился и ещё громче заорал: — Нет, только не говори, что надумал демона призывать!

— Хорошо, не скажу.

— Твою же мать. Это же полное дерьмо!

— Вариантов у меня немного, — мрачно усмехнулся я, иронично размышляя над тем, что собрался от одного огня другим огнём защищаться. — Короче, я отключаюсь. Если не появлюсь через неделю, пропусти за меня пару шотов.

Припарковав мотоцикл на краю стоянки, ровно напротив центрального входа в универ, я стянул шлем и притулился задом к сиденью. Утренний поток из студентов тёк пёстрой рекой.

Вот мимо пронеслась крупная стайка первокурсниц: все яркие, громко щебечущие, с горящими глазами и большими рюкзаками. Первые года два многие прилежно таскали учебники и кучу тетрадей для каждого предмета, к последнему же курсу один жирный блокнот резко становился пригодным сразу для всех лекций. По идее, среди них должны водиться девственницы, но большинство уже наверняка успело отметить начало студенческой жизни. Одни на выпускном в школе, другие на приветственных вечеринках в универе. А кто-то летом зажигал. Вот и попробуй найди среди них нетронутую деву.

Степенно прошествовала пара отличниц в строгих юбках и очках. Многообещающие кандидатуры, но слишком мнительные и дотошные, гипнотические чары отвратительно на них работают. Да и далеко не факт, что даже самая страшная зубрилка окажется девственницей. Уже обжигался… Мне бы какую-нибудь тихоню в огромном свитере, за которым не разглядеть и намёка на фигуру. Чего-то максимально антисексуального.

В моё поле зрения попала симпатичная блондинка в чёрном свитере, рваных джинсах и кедах. Точно мимо, но я на ней завис взглядом. На длинных, небрежно растрёпанных волосах, ниспадающих до самой поясницы серебристым водопадом. Корни немного темнее, значит, крашеная. Но ей очень шёл цвет и даже этот плавный переход.

Девушка внезапно повернулась, остановилась, внимательно разглядывая меня, и пошла навстречу.

Вблизи я ещё подметил умелый макияж с акцентом на серых глазах, который контрастировал с россыпью милых веснушек на носу. Это притягательное сочетание придавало ей дерзости и невинности. В моём вкусе.

— Привет, — произнесла девушка, остановившись напротив. Взгляд напряжённый, пухловатые губы, подчёркнутые нюдовой помадой, изгибались в едва приметной полуулыбке. — Я Эмбер.

Странно, почему она кажется такой знакомой?

— Привет, — задумчиво отозвался я, перебирая в голове всех девчонок, с кем спал или только планировал. Её в том списке точно не было.

— На выходных мы пересекались в доме одного парня. — Красотка едва заметно нервничала, хоть и пыталась это скрыть. — Вечеринка первокурсников.

— Хочешь обменяться номерами? — понимающе ухмыльнулся я и потянулся за телефоном. Если найду девственницу и выживу, будет, с кем потом расслабиться.

— Нет, хочу денег, — совершенно неожиданно объявила она, чем на мгновение меня ошарашила. — Ты испортил мою зеркалку. Когда проходил, то толкнул, и ром с колой вылился на неё.

— Думаешь, специально толкнул? — При столь абсурдных наездах сложно было удержаться от насмешки, а я и не особо старался. Но теперь хотя бы вспомнил, где видел эту симпатичную мордашку. И что слышал… Серьёзно? Такая аппетитная девчонка — девственница?

— Нет, но это не имеет значения.

— Ага, ты же криво держала стакан, а не я.

— Да если бы ты меня не толкнул, то всё со стаканом и камерой было бы нормально! — с искренним негодованием воскликнула она, демонстрируя свои реальные эмоции, а не эту бутафорскую вежливость. — Короче, по справедливости, половину стоимости зеркалки ты должен возместить. Это в районе двух сотен.

— Ладно, — легко согласился я и, не отрывая сосредоточенного взгляда от её злющих глаз, томно произнёс, чуть понизив голос. — У меня с собой денег нет. Поехали ко мне.

— Ну, это как-то не очень удобно… — начала сопротивляться Эмбер, на что я усилил давление гипнотическими чарами, и она сдалась: — Ладно, всё равно у меня первой пары нет.