Глава 30

К вратам Заны мы приближаемся в глубоких сумерках. Деревянные, обитые железом створки уже почти закрылись, лишь сквозь небольшую щель просвечивает оранжевый свет факелов на стенах. Хмурые стражники не очень-то рады поздним посетителям, а мы, в свою очередь удивлены таким мерам предосторожности.

– По серебрушке с путника, и по две с коня, – ворчит усталый охранник.

– Почему так дорого? – невольно возмущаюсь и получаю в ответ презрительный взгляд. Баба голос подала, как осмелилась!

Неосознанно выпрямляю спину и вздергиваю подбородок. Как хорошо, что я после того тяжелого и полного открытий разговора сразу же пересела на свою лошадь и почти всю дорогу ехала на ней. Представляю, насколько представительной я бы выглядела, возмущаясь на коленях у Сила.

– Уважаемый… – обманчиво спокойно начинает Сильвестр. Сквозь тихий голос проскальзывают едва заметные рычащие нотки.

Стражник мигом тушуется, поправляет съехавший на лоб шлем и пытается оправдаться.

– Да в последнее время люди стали пропадать. Черти что творится. Детишки собирали ягоды в лесу, видели чудище какое-то… Так родителям и рассказали. Даже корзины побросали, когда домой бежали.

– И воет кто-то под стенами городскими каждую ночь, – подает голос второй стражник.

Напарник кидает на него недовольный взгляд, видимо, желая все рассказать лично.

– Вот наместник князя и приказал на ночь ворота запирать и пошлину удвоить.

– Для укрепления стен и оплаты дополнительного патруля, – поддакивает второй, не вняв красноречивым взглядам. – Поговаривают, это драконы готовят покушение. Забрать решили кусок Горара аж до самой Выпи…

– Не мели глупостей! Это хозяева леса пришли и своих прихвостней из ада позвали, – перебивает первый, награждая товарища самоуверенной улыбкой.

Мы озадаченно переглядываемся. Ни тот, ни тот вариант не кажется правдоподобным. Но куда-то же пропали несколько жителей Заны?

Впрочем, судя по оживлению на улицах города, местных обителей это событие не очень-то и трогает. Несмотря на вечернее время, жизнь кипит и бурлит. Особенно рядом с тавернами и заезжими дворами. То ли все тут настолько привыкли к подобным случаям, то ли сам градоправитель держит в неведении собственных подданных, дабы панику не сеять. Хотя… мне-то какое дело, чем я помочь могу в данном случае? Это забота князя Горара.

Только вот Сила подобные новости очень встревожили. Он и так не особо довольным был, а тут и вовсе замкнулся. Думает о чем-то напряженно, хмурится.  Даже сейчас, когда мы сидим в уютной таверне возле здания портала. Я осторожно поглядываю на него, но расспрашивать не решаюсь. Чем-то не понравились ему слова стражников. Но чем?

Если честно, расчет был на то, что мы сразу же отправимся в Атар, но, учитывая напряженную ситуацию, господин наместник отчего-то решил сделать для портала такой себе комендантский час. До двенадцати ночи пользоваться переходом не разрешено. Работники что-то там проверяют, ставят новые охранные артефакты, меняют караул…

Время, скажем, не очень удобное. Платить за ночлег не выгодно, мы и так к полуночи освободим комнату, а оставаться до утра в негостеприимной Зане тоже не хочется. Остается ждать назначенного часа, подремывая над чашкой с тонизирующим отваром. Лошадей удалось продать по выгодной цене, а поклажу сдать все тому же хозяину трактира – зачем нам в Атаре одеяла, сумки и дорожная одежда с чужого плеча. Я только свой мешок с вещами пожертвованными графиней Лирой захватила, ну и бандорину естественно. Трактирщик, судя по всему, уже привык себе забирать лишнее и вполне рад приторговывать комиссионным имуществом. К тому же мы не одни тут застряли. Зал полон почти под завязку. Похоже только лишь тавернам и выгодно подобное сумасбродство градоправителя.

– Сил, ты помнишь, просил тебе доверять, – осторожно говорю, пытаясь поймать глазами взгляд мужа. Я уже не в силах переносить напряженную обстановку. А терпеть гнетущее молчание еще, по меньшей мере, придется целый час. Естественно я могла бы подумать о собственной судьбе, планах на будущее, но в голове полная путаница, и разбираться в ней пока я не хочу. Лучше отвлечься на что-то другое.

– Ана… это не то, чем я бы хотел с тобой делиться. Зачем тебе подобная чепуха? – муж старательно избегает смотреть на меня.

– Вовсе не чепуха, если она заставляет тебя так тревожиться? – моментально возражаю. Я не отступлюсь.

– Не нравится мне, что кто-то сеет сомнения и страх среди местных, – подумав, выдает Сил. – Оборотни наши союзники. Ненадежные, но все же. Только-только успокоились стычки на границе. Только-только мы научились жить хоть и в шатком, но мире, и снова что-то начинает происходить.

– Считаешь, намеренная провокация. Кого? Людей.

Сил озабоченно поджимает губы.

– Вот тут я не уверен… Роверту сейчас не до новой войны. Может лет через пять он снова соберется с силами…

– Тогда кто? Ну не лесной же народ, в самом деле! – возмущенно фыркаю.

Сил качает головой.

– Им это тоже ни к чему. Кроме того, Эрик сказал правду. Уж с кем с кем, а с оборотнями фей-ир всегда ладили.

– Тогда кто?

– Не знаю. И это меня тревожит. Этот неизвестный противник. Его планы и намерения, – мрачно говорит муж, наконец, поднимая на меня взгляд. – Грядет что-то серьезное, что-то неотвратимое, я это чувствую. Но остановить не в силах.

– Я с тобой, Сил, – нахожу его руку и крепко пожимаю. – Понимаю, что толку от меня мало. Я не дракон, не оборотень и не фей-ир, чтобы быть всесильной. Лишь простой человек. Но и простые человеки иногда бывают полезны.

– Даже не сомневаюсь в этом, – пожимает в ответ мои пальцы.

И то, что он не отмахнулся от моей поддержки, не хмыкнул снисходительно, а просто принял, для меня многое значит. Что-то меняется в нем. И во мне…

Остаток времени я отдаю должное травяному напитку, щедро сдобренному медом, и своему волнению. Как-то не верится, что меньше чем через час я буду в королевском дворце. Покидала я стены огромного замка с намерением никогда больше не возвращаться туда, а теперь вот снова окажусь в золотой клетке. Правда уже не в качестве перепуганной попаданки, обязанной плясать под дудку ханарцев, а жены короля Ньелокара – королевой назвать себя как-то язык не поворачивается…

Часы на городской ратуши пробивают полночь, и поздние посетители таверны “Золотой петушок” тоненькой струйкой начинают тащиться к выходу. Мы тоже, не спеша, собираемся. Оставляем на столе несколько медяков за ужин, поправляем на плечах сумки, накидываем плащи.

Осенняя прохлада тут же пробирается под поднятый ветром плащ. Вцепляется острыми зубками в разогретое тело, запускает толпы мурашек. С трудом заставляю себя расслабиться и опустить плечи. Горячая рука Сила сразу же находит мои заледеневшие пальцы и сжимает их, согревая. Благодарно вздыхаю, наслаждаясь разлившимся по коже теплом. И только спустя несколько секунд понимаю, что бьет меня дрожь не сколько от холода, сколько от волнения. Приходит понимание, что тут, на небольшой площади у здания перехода, заканчивается целая веха моей жизни. Еще мгновение, и судьба сделает новый виток, созданный моим выбором. Девочка Настя, несостоявшийся музыкант, перепуганная, никому не нужная землянка исчезнет. А на ее месте возникнет новая личность. Ана… Анастасия. Одаренная благословением фей-ир, сирена и возможная королева Ньелокара…

Сердце подпрыгивает в груди, заходится в частом ритме, гулко отдаваясь в яремной впадинке. Мне страшно. Очень страшно. Словно я собираюсь шагнуть не в просвет портала, а в водоворот черной дыры. Ведь, по сути, это так и есть. Я совершенно не знаю. что ждет меня на том конце пространственного туннеля.

Зал наполнен людьми, все спешат поскорее убраться из этого тесного и душного помещения. Посетители смешиваются, ругаются за место в очереди, пихают локтями друг друга, что-то гневно выкрикивают.

– Пустите, позвольте пройти! – слышится время от времени, и сквозь плотный поток прорываются ошеломленные пришельцы, которые тоже не могли воспользоваться порталом, дабы попасть, наоборот, в несчастную Зану.

– Куда прешь!

– Ногу отдавил!

То и дело рыкают возмущенные оборотни.

– Мне только спросить! – кто-то жалобно оправдывается и тихо замирает у стены, не рискуя сунуться дальше. Задавят. Без сожаления.

Я испуганно жмусь к Силу, боясь потеряться в толкучке. Крепко прижимаю к себе заплечный мешок, сообразив перевесить его на грудь. В такой толпе и ограбить могут. Здравая мысль о том, что те жалкие несколько серебрушек мне совершенно не понадобятся в замке, пока не проскальзывает в мозгу. Да и обидно, все же я лично их заработала, и деньгами раскидываться не намерена.

– Держись поближе, Ана! – тихо говорит Сил, и мы еще на шаг продвигаемся вперед. – Нужно было еще полчаса подождать в таверне. Там спокойнее и теплее… – недовольно ворчит, крепко прижимая меня к теплому боку.

Очередь двигается хоть и медленно, но вполне размеренно. Да и мне так спокойнее. Эти полчаса, что мы шажок за шажком приближаемся к пугающему зеву портала, позволяют кое-как успокоиться и смириться со своей участью. Выбор сделан. Отчасти.

Хотя все равно, когда до перехода остаются считанные дюймы, поджилки начинают дрожать а ноги подкашиваться. Мои пальцы впиваются в ладонь мужа, ища поддержку в таком простом и банальном жесте, и получают крепкое пожатие. Как раз такое, как мне сейчас нужно. На грани легкого дискомфорта и приятного сдавливания.

Уже заношу ногу, чтобы ступить в арку, но в последний момент, где-то между лопатками начинает свербеть от чужого взгляда. Оборачиваюсь, ища источник, но глаза проскользнув поверх разношерстной толпы, не в силах заметить что-то подозрительное. Впрочем, этот самый взгляд не чувствуется враждебным. Скорее странным, с примесью удивления и легкого одобрения. И я, пожав плечами в ответ на свои мысли, наконец, шагаю в портал.

Земля уходит из-под ног, знакомый туман охватывает тело пушистым одеялом, выбивает воздух из груди и увлекает вперед. Миг, и перед глазами уже темные, увешанные знаменами Ньелокара стены. Желтое мерцание настенных светильников едва-едва рассеивает тени в углах, подчеркивая мрачную атмосферу странного помещения. Зелено-белые выстроенные шахматкой плиты покрывают пол. И ни одного мало-мальского окошка. Жуть. Случайно, не в склеп ли меня переместил мой благоверный…

– Где мы? – поежившись оглядываюсь, пытаясь найти хотя бы дверь.

– В портальном зале Ньелокара, – спокойно отвечает муж.

– А вы не очень-то любите гостей, – делаю вывод, еще раз придирчиво осмотрев обстановку. Лично мне уже хочется сбежать отсюда подальше.

– Незваных гостей действительно не любим, – кивает Сил, увлекая меня за собой.

Дверь все же находится. Такая же черная и мрачная, как и сам зал. А за ней чуть ярче освещенный коридор. И меня немного отпускает. Знакомые галереи вселяют некоторое спокойствие, а яркие шары светильников добавляют немного оптимизма.

Увлекшись созерцанием картин на стенах, я даже не замечаю, куда меня ведут. Только сейчас, в теплоте и под защитой замка начинаю понимать, как же я устала. Насколько тяжело дались мне странствия, ночевки в трактирах и на голой земле, и как отчаянно мое желание не только поспать в теплой душистой постели, но и принять ванну. Именно такую, как раньше. Королевскую.

Но откуда же я знала, что мои мечты о королевской ванне начнут сбываться буквально. Ушлый дракон, воспользовавшись моим задумчивым состоянием, беззастенчиво привел меня в собственные покои.

– Не слишком ли вы спешите, ваше величество? – растерянно говорю, рассматривая непритязательную обстановку королевских комнат.

– А зачем оттягивать, Ана? – искренне удивляется он. – Мы уже были вместе, скрепили наш союз. Я чувствую тебя как никто другой. Изображать запоздалую застенчивость как-то по-детски, не считаешь?

К щекам приливает кровь. Он прав. Куда теперь скромничать. Нужно было это в Нзане делать, а не прыгать в постель. Теперь уж поздно. Тем более после стольких ночевок бок о бок.

– Ну, чего ты боишься? – подходит ко мне. – Неужели ничего не испытываешь? Не чувствуешь? Хоть мало-мальской симпатии. Зачем себе врать?

– Испытываю, Сил, – не отпираюсь. – Зачем? Да я и не вру… ни себе, ни тебе. Просто это слишком непривычно для меня. Слишком странно, – нервно дергаю плечом.

Лямка заплечного мешка соскальзывает, напоминая, что так и не сняла его со спины, и он продолжает неприятно оттягивать плечи.

Аккуратно подцепляю ремни и медленно кладу рюкзак на пол, чтобы хоть как-то скрыть неловкость и разорвать смущающий меня зрительный контакт.

– Привыкай. Это ведь дело времени… – выдает логичную мысль муж

– А что, у королев не может быть собственных покоев? – прищурившись, спрашиваю.

Не то чтобы мне нужны были собственные апартаменты. Просто интересен ответ Сильвестра. Пока картина нашего совместного проживания никак в голове не вырисовывается. Как живут короли и королевы? Как обычные супруги, или у них все по-другому?

– Может, – кивает Сил. – У других. Но с тобой моя маленькая принцесса так не получится.

Вздергиваю бровь.

Его рука обвивается вокруг моей талии, подтягивает ближе, так, что перехватывает дыхание и в один миг становится жарко и томно.

– Ибо стоит только мне хоть на секунду отвернуться, – хриплый голос ласковой фланелью скользит в ушах. – Как ты куда-то исчезаешь.

Фыркаю от смущения и прячу лицо у него на груди. В теплых объятиях мужа я чувствую себя защищенной.

– Убегать я больше не буду, – тихо говорю, сама едва слыша свой ответ.

– Обещаешь? – переспрашивает, прижимаясь губами к моей макушке.

По шее бегут мурашки. С губ срывается тихий вздох.

– Обещаю.

Стояла бы так и стояла. Всю жизнь. Но потребность привести себя в порядок после длинной дороги никуда не делась. Да и усталость берет свое. Сил моментально догадывается о моих желаниях. Разжимает кольцо рук, отклоняется, чтобы поймать мой взгляд.

– Ванная комната вон там. Думаю, ты разберешься. Или помощь нужна? – лукавые искорки вспыхивают в черных глазах.

– Сама, – отстраняюсь, краснея до корней волос. Что я ванной никогда не пользовалась. И спешу удалиться за неприметную узкую дверь, всерьез опасаясь, что муж и взаправду решит помочь.

Если честно сказать, то чего он там не видел. Брачная ночь у нас уже была. Причем весьма жаркая. Да только все равно стеснения преодолеть не могу. Тогда венец толкал нас друг к другу. Теперь же обряд завершен, и можно спокойно положиться на природу. И хоть эта самая природа в моем случае настойчиво намекает, что близости мне не миновать. Но сейчас я чувствую себя настолько уставшей, измученной и сонной, что больше хожу забыться в объятьях мягкой перины и теплого одеяла, а не мужа.

Даже не передать словами, какое это наслаждение, наконец, отмокнуть в душистой теплой воде. И не спешить с промывкой, потому что остынет. И не довольствоваться тазиком и тряпочкой, благодаря судьбу хотя бы за них – в лесу на такую роскошь вообще не приходилось рассчитывать...

Я, по меньшей мере, дважды промываю голову и трижды с макушки и до пят отскребываю тело мочалкой и ароматной пеной с мелкими вкраплениями странных крупинок, похожих на косточки клубники. Прямо до красноты и шелушения. Пытаясь избавиться от навязчивого запаха дороги, таверны, в которой мы ждали открытия портала, леса и болота. Иногда сквозь хлюпанье воды  мне кажется, что я слышу голоса за дверью, но мысленно машу на них рукой. Сейчас меня больше занимает собственная гигиена.

Судя по всему, его величество сегодня никто не ждал. По крайней мере, с женой. И уж точно домочадцы не предполагали, что изголодавшийся по супруге дракон, сразу же потащит ее в свои покои – в красивой и роскошно обставленной ванной комнате хоть и была стопочка чистых полотенец и пушистый теплый халат, но явно мужской и в единственном числе. Пожав плечами, накидываю его на слегка влажное тело. Я бы еще отмокала в горячей воде, да только кожа на пальцах уже совсем сморщилась, а значит пора выходить.

Позевывая на ходу, шлепаю босыми ногами к двери, мечтая об отдыхе. Но, переступив порог спальни, нерешительно замираю. Сила пока нет. Зато есть постель. Одна. Огромная. Почти во всю площадь комнаты. И Сил явно предполагает, что мы будем спать вместе. Собственно глупо считать иначе. Мы на протяжении всех наших скитаний спали рядышком. И когда я болела, и в тавернах, где останавливались на ночь. О том единственном ночлеге на голой земле и вспоминать нечего. Да только почему-то именно сейчас мое сердце замирает и испуганно подпрыгивает в груди. И сладко дрожит под ложечкой. Раньше такого не было. Ни разу. Одна постель на двоих воспринималась как само собой разумеющееся. Ведь там я знала, что между нами ничего не будет. А тут и сейчас это вполне может произойти. А я хочу и не хочу. И смущаюсь. И чувствую себя неловко.

Он мой муж. А я жена. Но все это как-то странно и неправильно. К тому же в Нзане его взор был ослеплен страстью, навеянной артефактом, а теперь уже нет. Вдруг… вдруг я ему покажусь некрасивой. Слишком тощей, костлявой. И грудь у меня маленькая. И бедра узкие… Недели странствий явно не сделали из меня утонченную леди. Руки вон в мозолях от поводьев. Внутренняя сторона бедер стерта до волдырей от верховой езды. Вот увидит он меня такую и сразу же убежит куда глаза глядят. Или… еще хуже, подастся искать более элегантную и женственную даму сердца.

Тихо всхлипнув от собственных мыслей, ныряю под одеяло и натягиваю его почти до самого носа. А когда под Силом прогибается матрас и вовсе прячусь под защитный покров с головой…

А в ответ слышу тихий смешок.

– Спи, маленькая принцесса, – он нежно прижимает меня к себе, разворачивая спиной, и я оказываюсь в коконе горячих рук. – Нам обоим сейчас больше нужен отдых.

Я нервно сглатываю, чувствуя, как стучит испуганное сердце, и кровь шумит в ушах. Щеки снова краснеют, будто меня уличили в непотребных домогательствах. А я ведь ничего... просто предположила. Мысленно причем.

Хотя становится обидно. Честно обидно. Мне даже стыдно себе самой в этом признаться. Но... но мог же он для приличия хотя бы чуточку поприставать. Совсем чуть-чуть. Ведь утверждал, что нравлюсь. Значит, больше нет?

– Хвать сопеть, как обиженный еж, – слышится возле самого уха, и горячие губы почти дотрагиваются до раковины. По коже пробегают мурашки, дыхание щекочущими пузырьками замирает в легких.

– Обещаю. Завтра, прямо с утра, исполню свой супружеский долг. Никогда бы не подумал, что моя маленькая женушка будет настолько м-м-м… требовательна

– Что? – возмущенно дергаюсь, пытаясь перевернуться и заглянуть в глаза этому бесстыднику.

Смех становится чуть громче.

– Спи, Ана. Завтра твой дракон разбудит тебя очень рано, – явно улыбаясь, подначивает муж, продолжая удерживать меня на месте.

Наглый, похотливый, ящер. Права была Кану. Но мой ящер. И только мой!

– Твой, – слышится сонное.

Неужели я это вслух сказала? Ой, как неловко получилось….

И хоть сопеть обиженно я не прекращаю, но, спустя несколько минут, все же засыпаю. Муж прав. Я таки очень устала.