Глава 19

Пять дней спустя

Женя

Я перевела взгляд на окно, за которым уже стемнело, и вздохнула. Проделала это больше тысячи раз, что абсолютно бессмысленно, как и облизываться на платные подписки графических редакторов, ведь средств на моей банковской карте от этого не прибавиться. Проблема не в стоимости этих подписок, оплату я смогла бы потянуть, а вот мой дремучий планшет не потянет и половины функционала, предлагаемого современными программами. Если бы я только ими владела! Совершенно иной уровень — кисти, эффекты, слои, сотни возможностей! И я могла бы брать больше заказов, а не молча завидовать тем, кому они доставались.

— Отстань, — немного капризно шикнула на кота и дернула локтем, в который нагло тыкалась его мохнатая морда.

Джек опять просил есть, кажется, у него это переросло в привычку, а у меня — в психологическую травму. Я больше не выносила мусор на ночь глядя. Более того я предпочитала на высовываться из дома позднее пяти вечера, и за шесть прошедших дней благодаря доставке продуктов я высунула нос из квартиры всего два раза для того, чтобы забрать товары из ПВЗ. Пока за ними шла в соседний двор, я миллион раз оглянулась. Дома я постоянно прислушивалась к посторонним звукам, ночью оставляла включённым свет и не спала, оттого моя голова в последние дни как деревянный ящик, в который со всех сторон вколачивают гвозди.

Я думала, этому состоянию не будет конца! Наваждение! И его трудно игнорировать. Я потеряла контроль над своей жизнью, и это ощущение потери пугало больше, чем состояние в тот день, когда меня отпустили домой. Тот день был каким-то странным. Пока Могила вез меня домой, я всю дорогу ревела. И потом дома тоже ревела. До самой ночи. Я чувствовала себя дезориентированной и потерянной. Словно пятидесятикилограммовая усталость обрушилась на мои плечи. Я не понимала, почему слезы безостановочно катились и почему глаза цвета ртути, словно отпечатавшись на сетчатке, не выметались из моей головы. Я вымыла ее три раза с шампунем, но тот взгляд Кирилла, которым он провожал меня, настолько впитался в кожу, что ничего не помогало. Я просидела несколько часов под горячей водой и проревела. А на утро случился откат. Сухость в глазах и эмоциях, но уже к вечеру это опустошение переросло в огромный параноидальный клубок.

Сегодня утром мне показалось, что этот клубок уменьшился. Я поймала себя на том, что помимо желания обращать внимание на каждый шорох, во мне проснулось желание сесть за планшет.

Я набросала эскиз — неровными рваными штрихами мужской профиль: жёсткая линия подбородка, высокая скула, ровный нос… Кажется, я помнила каждую черту лица Кирилла, и это такая задница! Зачем я помнила эту информацию? Для чего? Хуже всего, что эта задница в отличие от параноидального клубка не уменьшалась в размере — я помнила морщинки и шероховатости Кирилла, даже ноты, из которых состоял его голос.

Я погасила экран планшета и успела отложить его в сторону, когда раздался дверной звонок. С учетом, что последний раз им ошибочно пользовался врач скорой помощи примерно месяц назад, я восприняла этот звук как посторонний.

Чертов параноидальный клубок за мгновение приобрёл гигантские размеры.

У меня все сжалось внутри, когда звонок повторился. Настойчиво, будто у того, кто находился за дверью, что-то горело.

Сердце зачастило, по спине прокатился леденящий озноб. Это неправильно! Жить в бесконечном ожидании, что все повторится, и страхе было невыносимо.

Сделав два коротких вдоха-выдоха, я направилась в прихожую. Кот поплёлся за мной, и это придало хоть и спорную, но все же уверенность, что я не одна.

Звонок повторился, и на этот раз я расслышала в нем интонации, сообщающие, что у кого-то за дверью заканчивалось терпение.

Стараясь ступать бесшумно, я подошла близко к двери и прильнула к ней.

Пульс частил в горле.

Я осторожно посмотрела в глазок и умерла на месте, кажется, целых два раза.

Отшатнулась словно прикоснулась к раскаленным углям.

За дверью стояли двое. Могила и Беспредел.

Колени обмякли.

Все-таки глупо и наивно было верить, что все закончилось и меня отпустили без последствий. Свидетелей не оставляют…

— Женёк, открывай! — проорал за дверью Беспредел.

Мы вместе с сердцем вздрогнули, и оно понеслось так, словно надеялось выскочить из груди и убежать к чёртовой матери.

Я молчала и старалась не дышать. Может, мне повезет, и они решат, что меня нет дома?

— Мы знаем, что ты дома! — весело крикнул Беспредел. — А ты знаешь, что дверь нас не остановит, — он сказал это так, что не услышать могли лишь жильцы соседнего дома. Твою ж мать! — Женёк, открывай, дело есть!

Я поперхнулась.

Соцпедагог в детдоме ненавидела всех нас. Она постоянно говорила, что большинство из воспитанников вырастит наркоманами, алкоголиками или преступниками. Неужели она была права, и ко мне в самом деле на ночь глядя стучались бандюганы со словами: «Женек, открывай, есть дело!»?

Определенно, это не то, о чем я мечтала в детдоме.

— Пришлите основные пункты по электронной почте, я ознакомлюсь, — подойдя к двери, произнесла я, а потом быстро посмотрела в глазок.

Парни усмехнулись, и когда на круглом лице Могилы появились знакомые круглые ямочки, я тоже непроизвольно улыбнулась.

— Же-ня… — членораздельно процедил Беспредел, и я поняла, что это граница его терпения, за которой следовала выбитая дверь.

Мы посмотрели с Джеком друг на друга, а потом я открыла дверь.

— Привет! Соскучилась? — Без приглашения Беспредел шагнул в квартиру, за ним последовал Могила, и моя прихожая превратилась в спичечный коробок.

Я сглотнула.

— Очень, — прохрипела я и выглянула в подъезд, прежде чем закрыть за парнями дверь. — Вы вдвоем? — вопрос неосознанно сорвался с моего языка, который я готова была тут же прикусить.

— А ты еще кого-то ждешь? — уточнил Беспредел мне в спину.

Мое лицо затопило жаром. По рукам вниз к пальцам пробежала горячая волна смущения будто Беспредел мог читать мои мысли.

Я… черт… нет! Я не желала встречи с Кириллом, но парни неминуемо шли в связке с ним, потому не подумать о том, что он где-то недалеко, я не смогла.

Это так глупо.

— В смысле — еще? — я фыркнула. — Я и вас не ждала, — обернулась, и мои глаза чуть не вытекли, когда я увидела Могилу, прижимающего к груди Джека.

— Пират, приятель! Как ты без меня? — Лысый парень качал в объятиях моего кота, который включил виброрежим и предательски заурчал.

— Без вас нам было чудесно, — я скрестила руки на груди, но мой прямолинейный намек никто не оценил. Беспредел направился в комнату. — Эй, обувь сними! — рявкнула ему вдогонку.

Оба парня разулись.

— Есть че пожрать? — как ни в чем не бывало поинтересовался Беспредел, расхаживая вдоль стеллажа со всякими безделушками.

Ну и наглость.

— Вы пришли ко мне поесть? — Я хмыкнула.

— Нет, мы пришли по делу, но одно другому не мешает, — заключил он. Его острой философией порезаться можно.

— А-а… — протянула я, сидя на диване и косясь на парочку Твикс — Могилу и Джека. — Прости, но мне порадовать тебя нечем, — я развела руки в стороны, — продуктов нет, ведь я стараюсь не выходить из дома, — утрированно сообщила я. — Сказать почему?

Беспредел обернулся и странно посмотрел на меня.

— Боишься, что ли? — удивился он. — Тебе же сказали, что тебя никто не тронет.

Из меня вырвался нервный смешок.

— А! Ну то есть не вы ко мне снова приперлись?! — не без причины съязвила я.

— Так сейчас мы пришли с миром. Точнее с предложением.

***

— …тебе хорошо заплатят, — опершись поясницей о край письменного стола, отозвался Беспредел и озвучил сумму, от которой у меня задергался глаз. — Ремонт сделаешь, — скептическим взглядом обвел мою комнату.

Хорошо? Что «хорошо» в его понимании, то в моем — баснословные деньги. Мне не только на ремонт хватит, но и на море, новый планшет и кроссовки. Еще и останется.

— И что я должна сделать за эти деньги? — задала вполне закономерный вопрос.

Минуту назад Беспредел показал мне фотографии девушки, не назвав ее имени. Он сказал, что я им нужна, потому что, по их мнению, мы с девушкой на фото очень похожи. Я тоже это заметила, но двумя каплями воды нас явно не назовешь.

— Тебе все расскажет Кирилл, — ответил Беспредел. От прозвучавшего имени моя кожа подернулась мелкой зыбью. Я провела правой ладонью по левому предплечью, стряхивая россыпь мурашек. — Но ты можешь не переживать, ничего криминального тебе не придется делать, — неубедительно заверил он.

— Сказал человек, который шесть дней назад затолкал меня в машину, похитил и грозился свернуть шею, — фыркнула я.

— Это были вынужденные меры, — улыбнулся Беспредел. Впервые я рассмотрела в нем человека, а не моего потенциального убийцу. Очень привлекательный парень. Я даже не замечала в нем этого, ведь раньше я смотрела на него со страхом, а сейчас страха не было, но я все равно была на чеку и под высоковольтным напряжением. Беспредел высокий. Темные густые волосы подстрижены модно, виски выбриты. Широкие плечи, крепкая шея… Я перевела взгляд на Могилу и попыталась очеловечить его, но без ямочек на щеках, он оставался типичным бритоголовым бандюганом. — По секрету скажу, — Беспредел чуть подался ко мне, — мы никому и никогда не сворачивали шеи.

— Но ты можешь стать первой, — вставил Могила, а «если не согласишься» вместо него я сама мысленно добавила.

Я снова посмотрела на лысого шкафа, тискающего моего кота. Все же, когда Могила молчал, он нравился мне больше.

Беспредел усмехнулся, а у меня внизу живота образовался панический узел, и хоть каким-то неведомым чувством я была уверена, что шею мне не свернут, но разделить веселье Беспредела я не смогла.

— Я могу отказаться от вашего коммерческого предложения? — с надеждой уточнила я.

— Можешь. Но только после того, как с ним ознакомишься, — официальным тоном заявил Беспредел.

От возмущения и отчаяния я едва сдержала внутренний крик.

— Тогда это не предложение. Это безвыходность, потому что, когда я ознакомлюсь, я буду в курсе ваших дел, а значит, для вас я буду составлять угрозу.

Могила и Беспредел переглянулись. Последний устало вздохнул.

— Ты слишком много говоришь, — раздраженно процедил он.

А у меня такая буря протеста в груди разрослась, что я дала ей выход:

— Если Кириллу я так нужна, то почему он сам не приехал ко мне со своим коммерческим предложением? — я вздернула подбородок и сложила руки на груди.

Не знаю, было ли у меня на самом деле право отказаться, но диктовать свои условия мне никто не мешал. В конце концов они пришли ко мне, потому что нуждались в моем внешнем сходстве с девушкой на фото, так что банкет заказываю я.

Беспредел задумчиво выгнул брови. Чему-то усмехнулся, глядя на меня, а потом оттолкнулся от края стола.

— Минуту, — он поднял указательный палец, ладонь второй руки нырнула в карман джинсов. Достал телефон. Копаясь в нем, вышел из комнаты.

Его действительно не было примерно минуту, спустя которую он с блеском в глазах сообщил:

— Через час за тобой заедет Кирилл.

Меня ударило током.

— Что? Зачем? — я выкатила глаза и вопросы.

— Поедете в ресторан. Обсуждать коммерческое предложение…