Глава пятая. Дрю

Я слышал об озере Полсон, но никогда не бывал там прежде. Ближайшее к дому моих родителей в Порт-Хэвене озеро – Фернвуд. На машине до него где-то минут десять, если нет пробок. Однако озеро Фернвуд меньше и уступает в известности озеру Полсон с его массой туристов. Пожалуй, о нем слышали даже те, кто не был в Мэне. Недвижимость на берегу оценивается семизначными числами. Все дома, которые я проезжаю, большие и пафосные. Наконец, вот и указатель к турбазе «Сосновый бор» (а он такой крупный, что не заметить его невозможно); навигатор говорит свернуть на грунтовую дорогу.

Я успеваю припарковаться у главного здания до заката. Старый джип Харпер стоит в двух машинах от моей, значит, приехал я по адресу. Помню то лето, когда он у нее появился, и она каталась на нем по Порт-Хэвену, опустив стекла. Обычно Харпер сопровождали Кэтрин Эддингс и Софи Стюарт – она часто с ними тусила. А еще я знаю: этот джип Харпер подарил отец. Неудивительно, что она его не продала.

Я вылезаю из машины и потягиваюсь. Остаток утра и почти весь день я провел за домашними делами: сначала убирался в коттедже, потом чистил водосточные желоба миссис Оуэнс. Затем снова принял душ и собрал вещи. Выехать мне удалось лишь в пятом часу. К тому же пришлось задержаться в Портленде, чтобы забрать костюм. А потом меня ждала пробка – уж как водится! Летом в окрестных городках обычно арендуют домики на субботу, а значит, хуже дня для поездок не придумаешь.

Я достаю из багажника спортивную сумку и закидываю ее на плечо. Затем, любуясь сногсшибательными видами, направляюсь к входу в здание. Здесь даже лучше, чем я думал.

Мне-то грех жаловаться на те условия, в которых я вырос. Отец до пенсии работал бухгалтером, а мама была одним из директоров огромной корпорации. Нужды в деньгах мы не знали. А сейчас я и вовсе получаю невероятные суммы за то, что занимаюсь самым любимым делом – играю в хоккей. Однако вкусы у меня по большей части приземленные. Из алкоголя предпочитаю недорогое пиво. С конца сезона, то есть с мая, не вылезаю из шорт и футболок. Квартиру в одном доме с Троем я купил, чтобы быть ближе к нему и стадиону, а не ради жизни в самой дорогой высотке Сиэтла. А моя уборщица раньше работала на бывших хозяев квартиры, и мне было стыдно ее увольнять.

На турбазы я не ездил никогда.

Я стучу в дверь, но никто не реагирует. За сеткой виднеется что-то вроде гостиной. Пустой.

Наверное, стоит написать Харпер и сообщить, что я приехал. Может, мы будем жить в одном из домиков у озера, а не в главном здании.

Я достаю телефон из кармана, касаюсь экрана – и тут понимаю, что он разрядился. Обычно я ставлю устройство на зарядку перед сном, но прошлой ночью я вырубился в гостевой комнате дома у Харпер.

Что ж, мне ничего не остается, кроме как со вздохом открыть дверь и войти в здание.

Я осматриваю высокий потолок и каменный камин. Одну из стен почти целиком занимают окна. Наверняка отапливать это помещение – та еще головная боль, но, живи я на берегу озера, сам бы обязательно построил что-то типа этого. Ничто не загораживает шикарный вид на воду, по поверхности которой танцуют блики заходящего солнца.

В комнате ни пылинки. Не видно ни людей, ни сумок, ни вещей. Я разворачиваюсь. Лучше спущусь к озеру: может, там кто-нибудь подскажет мне, куда идти.

Стоит мне сделать шаг к двери, как она распахивается. Мне едва не прилетает в лицо сеткой из алюминия.

– Простите, пожа… – Вошедшая женщина поднимает на меня взгляд и замирает. – Божечки-кошечки! Вы же Дрю Галифакс!

Обычно я совершенно не удивляюсь тому, что меня узнают, – особенно в Сиэтле во время сезона, когда мое лицо сияет со здания стадиона и рекламных щитов. Однако порой – например, сейчас – я этого совсем не ожидаю.

Меня взяли в команду в первом раунде драфта, и моя карьера сразу пошла вверх. Но я вовсе не из числа скандальных звезд. Не из тех, кто шатается по клубам в обнимку с девчонками или дерется на арене. Я стараюсь быть хорошим примером для других, и мне и в голову не приходило, что за этим последует столько признания.

Я заставляю себя вежливо улыбнуться:

– Увлекаетесь хоккеем?

– Да! Нет. То есть немного. Хоккей больше нравится моему отцу. Он фанат множества игроков, но вы – самый обожаемый!

Я смеюсь и чувствую себя спокойнее.

– Что ж, для меня это большая честь! Передайте отцу спасибо.

– Обязательно. – Женщина смущенно улыбается, а затем протягивает мне ладонь, и я пожимаю ее. – Меня зовут Сара. Я здесь управляющая.

– Рад знакомству, Сара. Я ищу компанию, которая приехала сюда на свадьбу. По дороге встал в пробку, а тем временем все, видимо, куда-то ушли.

– А-а… Они ужинают в павильоне. Вас проводить?

– Да, большое спасибо. Ничего, если я оставлю здесь сумку?

– Конечно! Где хотите, – кивает она.

Я бросаю сумку у дивана и вслед за Сарой выхожу на улицу. Мы идем в противоположном от парковки направлении – мимо ряда домиков.

– Давно вы тут работаете? – спрашиваю я по пути.

– Третий год. Майкл и Джейн – замечательные люди. Не собираюсь уходить, пока они меня не уволят.

Видимо, Майкл и Джейн – это владельцы турбазы, родственники жениха Амелии.

– Прекрасно вас понимаю. Здесь так красиво!

– Ага, еще как.

После недолгого молчания Сара спрашивает:

– А вы кем работаете?

Я бросаю взгляд на женщину и пытаюсь понять: это что, шутка? Я не слишком самовлюбленный и не ожидаю, что о том, чем я занимаюсь, известно всем и каждому. Вот только с Сарой мы уже об этом говорили.

Женщина краснеет – явно и сама все поняла.

– Черт! Извините. Я же в курсе. Очевидно. – Она нервно смеется. – А как вы познакомились с Тео?

– Я не его друг, – отвечаю я. – Я встречаюсь с Харпер – сестрой его будущей жены.

Лжец из меня так себе. Однако фальши в моем голосе нет: видимо, легко соврать о чем-то, если хочешь, чтобы это было правдой.

Правда и то, что встречаться с Харпер по-настоящему я не планирую. Близится новый сезон, в конце которого я мечтаю выиграть чемпионат. Скоро вернусь в Сиэтл и полностью погружусь в тренировки – и, надеюсь, буду занят до финального матча в июне. Сейчас точно не время заводить серьезные отношения.

Однако я не совсем против, чтобы все считали меня парнем Харпер Уильямс. И притворяться им при Амелии, ее друзьях или кем угодно еще мне будет нисколько не трудно.

– Ох. Что ж, поздравляю, – в голосе Сары сквозит что-то вроде разочарования. Между нами вновь повисает тишина.

– И часто вы тут проводите свадьбы? – спрашиваю я, пытаясь перевести тему.

– Вообще, эта – первая, – отвечает Сара. – До этого мы устраивали пару корпоративов и одну семейную встречу. Однако никто не снимал всю турбазу целиком. Летом здесь еще никогда не было так тихо – обычно царит полный хаос. Но, уверена, на неделе приедет больше народу.

Мы минуем еще три домика, и тут я вижу павильон – слева от пирса, на вымощенном камнем квадрате, к которому ведет такая же тропинка. Под крышей, расположенной на колоннах, – четыре стола для пикника. За тремя сидят люди, а последний заставлен едой.

Харпер я замечаю сразу – она кивает, слушая рассказ рыжеволосой девушки рядом с ней, и пьет газировку из банки.

Понемногу люди замечают наше появление. Вскоре уже все смотрят в нашу сторону.

– Всем привет! – с улыбкой говорю я, приблизившись к павильону.

Направленные на меня взгляды мне не особо в тягость. Я привык так или иначе быть в центре внимания. Я единственный ребенок, и мне не в новинку всем угождать. Когда я прихожу на какое-либо мероприятие или в клинику в Сиэтле, люди смотрят на меня с тем же изумлением и восторгом. Однако сейчас, возможно, причина взглядов не в том, что я зарабатываю на жизнь, забивая шайбы на льду. Я пришел в небольшую, близкую компанию, будучи практически ни с кем не знакомым.

Я бросаю взгляд на Сару:

– Спасибо, что проводили.

Она краснеет и кивает в ответ. И тут кто-то за соседним столом встает и направляется ко мне – это Амелия Уильямс. Волосы у нее тоже каштановые, но светлее, чем у сестры, а черты лица более резкие. Харпер похожа на обоих родителей, а Амелия – на мать, причем не только внешностью, но и манерами. Она награждает меня тем же оценивающим взглядом, что и Франческа утром на кухне.

– Дрю? Дрю Галифакс?

Я с улыбкой киваю:

– Привет, Амелия! Как дела?

– Хорошо, – осторожно отвечает она, а затем смотрит на Сару: видимо, ждет объяснений, что мы здесь забыли.

Сара откашливается:

– Вообще, мой рабочий день закончился. Я просто провожала Дрю на ужин.

Брови Амелии ползут вверх.

– На ужин?

– Останьтесь и поужинайте с нами, – говорит высокий парень с легкой щетиной. Он успел подойти к нам и, глядя на Сару, кладет ладонь на талию Амелии. – Конечно, если еще не ужинали. Еды хватит на всех.

– Не хочу навязываться…

– Вы не навязываетесь, Сара. Садитесь.

Парень (вероятно, Тео) улыбается женщине, а после протягивает мне руку:

– Тео Мадиган.

Я пожимаю ему ладонь:

– Дрю Галифакс. Рад знакомству!

– Тебя-то я знаю, чел, – смеется Тео. – Ох уж эта серия матчей против Сан-Диего!

– В следующем сезоне мы им покажем, – отвечаю я. – Ничего, если я возьму поесть?

– Конечно, не вопрос, – кивает Тео.

Они с Амелией переглядываются, и я сдерживаю улыбку. Они явно не понимают, почему я приехал, но из вежливости не хотят спрашивать. Я думал, что Харпер хотя бы упомянет о моем возможном визите, но не удивлен и обратному.

Я иду к столу, чувствуя на себе изумленные взгляды.

Харпер сидит за одной из скамеек, а значит, чтобы взять еду, мне придется пройти мимо нее. Я останавливаюсь позади девушки и мягко тяну за хвостик, в который собраны ее волосы, а затем быстро целую ее в макушку. От Харпер пахнет солнцем и свежим воздухом.

– Я же говорил, что приеду, – шепчу я и иду дальше.

Кто-то за моей спиной удивленно ахает. Я снова сдерживаю улыбку. Как же круто притворяться чьим-то парнем! Никаких тебе сомнений или стресса, без которых не обходятся настоящие отношения.

Я набираю целую гору еды. На столе – макароны с сыром, кукурузный хлеб, салат и курица барбекю, и пахнет все невероятно аппетитно. Вместо пива я беру банку газировки: головная боль наконец-то прошла и возвращать ее мне совсем не хочется.

Я иду назад к Харпер под гул негромкой болтовни. Рыжеволосая девушка, заметив меня, отодвигается и освобождает место рядом с подругой. Я бросаю на нее благодарный взгляд, ставлю тарелку на стол и втискиваюсь между девушками.

– Не познакомишь меня со своим парнем, Харпер? – спрашивает рыжеволосая и наклоняется вперед, чтобы посмотреть на собеседницу.

Блондинка напротив лучезарно мне улыбается:

– Клэр – не фанатка спорта.

– Неправда! Мне нравится смотреть теннис! – возражает рыжеволосая и смотрит на меня. – Ты играешь в теннис?

– Не скажу, чтоб хорошо, – улыбаюсь я и с щелчком открываю банку газировки.

– Рада встрече, Дрю! – добавляет блондинка.

Я честно пытаюсь понять, кто это, но в голову ничего не приходит.

– Саванна тоже из Фейетвилла, – объясняет Харпер. – Пару раз она приезжала к нам в Порт-Хэвен.

– Точно! – Я улыбаюсь Саванне, притворяясь, что вспомнил. – Тоже рад тебя видеть.

Улыбка Саванны превращается в хитрую ухмылку.

– Харпер, а ты не говорила, что встречаешься с самым горячим спортсменом по версии прошлого года!

Вместо ответа Харпер откусывает курицу. Я же прячу усмешку в банке газировки.

– С тобой, Сав, иногда и слова не вставишь! – вздыхает рыжеволосая Клэр.

Саванна закатывает глаза.

– Кто бы говорил! Кстати, Дрю жил по соседству с Харпер и Амелией, – улыбается она мне. – И все девчонки в округе вставали ни свет ни заря, чтобы посмотреть, как ты бегаешь без майки.

– Что, правда? – Я бросаю взгляд на Харпер, которая с подозрительным вниманием рассматривает остатки ужина. – Прям-таки все?

Заметная мне часть щеки Харпер краснеет.

Парень рядом с Саванной протягивает мне руку, широко и искренне улыбаясь и лучась радостью.

– Я Джаред. Рад знакомству, чувак!

– Взаимно, – отвечаю я и пожимаю ладонь.

– Мой лучший друг учился в Бостоне и ходил на все твои матчи. Он так и знал, что тебя возьмут в Лигу в первом раунде. Когда он узнает, что мы знакомы, лопнет от зависти! Ты на всю неделю останешься?

– Ага.

Джаред едва ли не светится от счастья:

– Шикарно! Сходим вместе на пробежку?

– Конечно! – киваю я и принимаюсь за макароны с сыром.

Саванна поворачивается к Джареду:

– Слушай, в Париже ты ни разу ничем так не восхищался.

Харпер хмыкает, пытается прикрыть звук смехом и отпивает газировку. Я же набиваю рот макаронами, слушая беседу за столом. Закончив с блюдом, я режу на кусочки курицу.

– Значит… ты приехал.

Я смотрю на Харпер:

– Ага.

Губы девушки медленно, но верно расплываются в улыбке.

– Классно.

Я неосознанно улыбаюсь в ответ:

– Классно?

– Да.

Под столом я кладу ладонь на колено Харпер и быстро сжимаю. Девушка удивленно выдыхает, а я протыкаю вилкой кусочек курицы.

– Классно.

Харпер закатывает глаза и дальше ест салат. Однако улыбка с ее лица не сходит.