Глава 26

Наш совместный приезд с Чернобором в универ стал событием года, конечно, после того как все обсуждали разгром целой комнаты в общежитии. Галина Иванова, комендант, даже позвонила вечером в воскресенье, когда мы с Ксюшей уже ужинали в квартире Давида. Но удивило то, что она сообразила позвонить только через день. Её слова о том, что мы сами виноваты и нам всё равно придётся компенсировать всё, что разрушили в комнате, нас совершенно не удивили. И вот уже больше недели все кому не лень обсуждают нас с Давидом. А этот наглый… даже не знаю, как его назвать, потому что неприличные слова не приходят даже в мыслях, будто окружает меня со всех сторон, не давая сделать лишнего шага без него. Я пугаю сама себя. Мне хочется, чтобы Давид всё время был рядом! Но Чернобор только больше пользуется тем, что я не сопротивляюсь ему. Даже в бассейн на занятия, которые совпадают с его тренировками по баскетболу, он теперь ходит ко мне. Причём приводит к раздевалке, а когда мое занятие заканчивается, он уже встречает меня. – Астахова, так что скажешь? – голос профессора вырывает из мыслей о Давиде. – Простите, Сергей Романович, не услышала ваш вопрос, – смущённо пожала плечами и тихо радуюсь тому, что старому профессору я пришлась по душе ещё с первого занятия. – Эх, где мои двадцать пять, – улыбнулся Сергей Романович. – Но давайте вернёмся к вопросу. Нам нужен студент, который будет защищать честь университета через месяц. Сделаете старому профессору подарок на Новый год? Выиграете звание лучшего факультета страны? – Месяц, – повторила я, но быстро запретила себе проваливаться в тяжёлые мысли. – Да, – растянула губы в улыбке, да так, что скулы свело. – Замечательно! – довольно всплеснул руками профессор. – Тогда после пар подойдёте ко мне, я вам покажу примеры работ прошлых лет. Я кивнула, а Сергей Романович продолжил лекцию. – Лия, Давид будет злиться, – прошептала Ксюша на ухо. – Я не могу быть постоянно прикована к нему, – отмахнулась я. – Да и это всего лишь конкурс. Там будет много людей. – Он тебя защищает не от людей, – вздохнула подруга, а у меня по коже пробежал озноб. Я знаю. Но чем больше он находится рядом, тем сильнее я привязываюсь к нему. Он будто проникает под кожу, заставляя сердце биться быстрее. Сегодня у Давида будет выездная игра, и мы все поедем. С самого утра Вика уже позвонила мне и сказала, чтобы была готова. Они заедут за нами. Кто, Вика не сказала, но, судя по тому, что я узнаю с каждым днём, прожитым под крышей у Чернобора, это должны быть ещё и сестры Ильи и Макара. И поэтому у Давида сегодня весь день занят подготовкой к игре, а я чувствую себя не в своей тарелке. Он не встречает меня после пар, не идёт со мной в кафе, не держит за руку слишком крепко. После последней пары нас встречает Илья, что немного отрезвляет. – Поехали, красотки, я вас отвезу домой. Переоденетесь, отдохнёте, а через два часа нужно будет выезжать, – он довольно подмигнул нам и, притянув к себе Ксюшу, неожиданно поцеловал. Но, судя по всему, это стало неожиданным для всех, кроме самой Ксюши. На парковке даже ветер дуть перестал. – Кхм, – громко кашлянула я, пытаясь привлечь внимание этой парочки. – Вы совсем, что ли? – зашипела на них. – Не смог удержаться, – довольно улыбнулся Борзов. – Дурак, – Ксюша стукнула его по плечу, но не оттолкнула. Я уже поняла, что отношения у Ксюши именно с Ильёй, но они никогда не проявляли никаких чувств на людях. Сегодня же всё изменилось. – Поехали уже, – быстро обхожу машину Ильи и сажусь назад. – А то и так у всей парковки сейчас челюсти машины переедут. – Не завидуй, Снежинка, – громко засмеялся Илья. Через двадцать минут мы были уже в квартире, и я первым делом пошла в душ, на автомате проверив мобильный. Но вместо того, чтобы увидеть сообщения от Давида, я замечаю мамино. Я перестала отвечать на её звонки, когда она мне позвонила после дня студента и отчитала, что я оставила Эдика в чужом городе одного. Мало того что чуть не покалечила парня, так ещё и не могу проявить к нему внимания. Это стало той последней каплей моей любви к маме. Всё сломалось внутри. Даже обиды не осталось. Только боль. Я сейчас смело могу сказать, что знаю, какая она – настоящая мама. Ника Михайловна показала мне, как это – быть любящей мамой. Моя такой никогда не была. Но когда я перестала отвечать на её звонки, она стала раз в день писать мне сообщения. И каждое из них наполнено упрёками, ненавистью, пристыжением. Будто она не дочери пишет, а отчитывает чужого человека, который ей жизнь сломал. И вот очередное! Даже открывать не буду. Не хочу снова узнать, какая я. Ухожу в душ. Хочу смыть напряжение этого дня, а оно есть. И виной всему Чернобор. То он постоянно рядом, а сегодня его нет. Но как только я захожу на кухню через пятнадцать минут, наблюдаю целую толпу девчонок. Вика, Ксюша и Лия с Ланой, сёстрами Макара и Ильи. Я запомнила только их имена из рассказов Вики. А вот кто из них кто, так пока и не знаю. – И ничего в ней особенного, – говорит одна из девочек, заставляя меня замереть от шока. – Лия! – взвизгивает Вика, только как-то строго. – Что? – в один голос произносим мы с этой девочкой, и я начинаю понимать, что это тоже Лия. Секунда, и кухня наполняется общим смехом. – Блин, привыкнуть бы, что теперь вас двое, – смеясь, сказала Вика, подойдя ко мне, и заключила в объятия. – Не злись на эту мелочь рыжую. Она с детства хвостиком вьётся за братцем. – Я не хвостик! – закричала Лия, а я крепко сжала губы, чтобы не рассмеяться. Так это прозвучало по-детски. – Я уже почти взрослая! – Конечно, взрослая, – уверенно закивала Вика, держа меня под руку, и только сейчас, я заметила, что она тоже поджимает губы, так же, как и я. – А теперь давайте собираться. Парни скоро приедут, а мы ещё не сделали себе мейк. Боже, как же я оказалась наивна. Когда приехали Макар и Илья, они замерли на пороге, боясь войти в квартиру. Топы, юбки или широкие штаны оранжевого цвета. У нас с Викой оказался один размер, так что я отлично влезла в её штаны. По два хвоста с оранжевыми лентами и по три бело-оранжевые полосы на каждой щеке. А Лия с Ланой ещё и губы накрасили оранжевыми помадами. – Блин, мы вас никуда не повезём! – строго сказал Илья. – Я даже биту не взял. Мы как будем вас защищать? – причём всё это он говорит, смотря на Ксюшу. – Так, ну вы здесь разбирайтесь, а мы пошли к Макару, – хохотнула Вика и потащила меня одеваться. – Ну нет, я не буду переодеваться, – Ксюша поставила руки в бока и грозно уставилась на Илью. Короткая плиссированная юбка и яркий макияж вместе с её красными волосами – взрывная смесь. И то, с каким напором на неё пошёл Илья, прямо кричало, что кто-то сегодня проиграет. – Идём, – Вика нас быстро выкинула за дверь. Особенно любопытное младшее поколение. – А вам вообще рано на такое смотреть. Мне потом по голове настучат за то, что плохому учу. – А что, Ксюша девушка Илюши? – недоумевая, спросила Лия. – Да это же событие года! – быстро добавила она, хлопая в ладоши. – Молчи, Лийка! – Вика посмотрела на неё строго. – Пусть сам признаётся во всём и родителям рассказывает. Мы снова рассмеялись. А я опять поймала себя на том, что мне так спокойно с этими людьми, будто я их знаю всю жизнь. Спорткомплекс шумел как улей, когда мы приехали. Непривычно, но я постаралась спрятать подальше волнение. Эдик мне не попадался на глаза уже два дня. И мне бы быть спокойной, но почему-то не выходит. – Ты слишком волнуешься, – громко произносит Вика и тащит меня на трибуны. – Наши места вон там! – она указывает пальцем в самый низ. А я замираю. На площадке уже разогреваются две команды. И самое невероятно, что Давида я замечаю сразу. Он будто специально притягивает взгляд, хотя ничего не делает. Но каждый удар мяча о пол, как стук сердца – громко, сильно и в десяточку. Но стоит нам только сесть на свои места, как меня обжигает взглядом. Поднимаю глаза и натыкаюсь на Давида, который стоит возле тренера, кивает ему, но смотрит при этом на меня. Воздух застрял в лёгких. Я знаю, что означает такой взгляд, но впервые мне не хочется спрятаться от него. Улыбаюсь ему и ловлю его лёгкую улыбку в ответ. – Не отвлекай его, – хихикает Вика мне на ухо, а я вздрагиваю. – Я не отвлекаю, – отмахиваюсь от неё, стараясь улыбнуться. – Ну я так и поняла по тому, как он на тебя смотрит. Звучит свисток, и команды начинают игру. Кто бы знал, что баскетбол такая увлекательная игра? А ещё я, оказывается, очень азартная. Удар мяча как пульс. Каждое попадание в кольцо – очередная доза адреналина в крови. – Да-а-а-а! – мы громко закричали с девочками, подскакивая с места, когда прозвучал свисток, и всем окончательно стало понятно, что наша команда выиграла с разрывом в десять очков. – Еху-у-у-у! – взвизгнула Лия и дала мне пять. – Наш Давид самый крутой! – Да, – согласно кивнула я и бросила взгляд на площадку, но Давида там уже не было. Резко обернулась, чтобы найти его, и врезалась в твёрдую грудь. – Кого-то потеряла? – голос хриплый, дыхание тяжёлое. – Тебя, – ответила я, сглатывая образовавшуюся слюну, а лёгкие заполнил разгорячённый запах тела Давида. – А я тебя нашёл, – нервно дёрнул он губами и, заключив моё лицо в ладони, впился в мои.