Глава 30

– Мама, ты говорила, что дашь мне мобильный, чтобы я могла позвонить, – начинаю говорить я, когда мы уже вошли в загородный дом. – И зачем было снимать целый дом на несколько дней? Григорий остался на улице, о чём-то разговаривая с водителем, а я, нервно осматриваясь в ожидании появления Эдика. Он только изредка появлялся в поле моего зрения в универе, но будто затаился. Теперь я понимаю, в чём была причина. А ещё понятия не имею, как буду теперь выбираться отсюда. Когда мы въезжали в ворота, нас встретила охрана. И там не обычный старенький дедуля, а именно охрана. – Лия, я устала, дорогая, – отвечает мама и направляется прямиком на второй этаж. – Давай все вопросы потом. У нас сегодня ещё и ужин с партнёрами Гриши. – Мам, зачем ты меня сюда привезла? – спрашиваю серьёзно, повышая голос. – Хотела семейную встречу? Так давай проведём, и я уеду в общежитие. – Прекрати врать! – заорала мама так, что в полупустом помещении её голос отскочил от стен и больно ударил по ушам. – Ты не живёшь в общежитии. И мало того что опозорила меня, так ещё и разгромила комнату! – Что? – непонимающе уставилась я на мать. И нет, я не удивлена, что она всё знает. Меня просто очередной раз макает лицом в дерьмо осознание того, что моя мама чего-то хочет, и для достижения этого идёт по головам. Точнее, сейчас она идёт по моим костям походкой победительницы. – А ты думала, я всё так оставлю? – зашипела она, разворачиваясь ко мне лицом и окидывая презрительным взглядом. – Мне кажется, ты что-то перепутала, мама, – заявляю я, но голос дрожит. Мне здесь неуютно. Этот дом, обстановка, даже воздух напоминают мне клетку. – Не я приехала к тебе. И не я стояла с глазами, полными слёз, приглашая на ужин. – Ты мне ещё хамить будешь? – зашипела мама, накрывая плоский живот рукой. Выглядит глупо, но она будто гордится своим положением. – Ты никто без меня, Лия. И если я захочу, то вся твоя учёба, самостоятельность и взбрыки закончатся в один момент. – Мама, что с тобой происходит? Это не твои слова, – отшатываюсь от неё. – А чьи? Мало того что ты повела себя как последняя потаскуха, вешалась на бедного мальчика. Эдик пришёл в наш дом, а ты, вместо того чтобы поддержать его, ещё и чуть не покалечила его, так теперь… – Замолчи! – закричала я, перебивая маму. – В этом доме только одна потаскуха! Её хлёсткая пощёчина прозвучала, как приговор для меня. Голова дёрнулась так, что в шее что-то щёлкнуло. Кожу обожгло, а в глазах потемнело. – Закрой. Свой. Рот, – выделяя каждое слово, прорычала мама. – Здесь будет так, как скажу я. Ясно тебе? Прижимаю ладонь к горящей щеке, медленно возвращаю взгляд на маму и понимаю, что она даже не сожалеет о сделанном. Смотрит так, будто я проблема, от которой она не может избавиться. – За что ты меня ненавидишь? – спрашиваю я севшим голосом. – А за что я должна тебя любить? Ты мне обязана всем! Но вместо благодарности я получила дом и паршивые салоны! – шипит разъярённой кошкой мама, и её лицо искажается ненавистью до уродства. – Что ты говоришь? – непонимающе смотрю на неё. – Иди в комнату и не раздражай своим присутствием, – фыркает мама, но я, вместо того чтобы сделать, как говорит она, разворачиваюсь и выскакиваю на улицу. Не успеваю сделать и двух шагов, как врезаюсь в Григория. Его руки сжимаются тисками на плечах, а вот взгляд прожигает. Дёргаюсь, пытаясь вырваться, но хватка Завального-старшего только усиливается. – Ну тише-тише, Лия. Куда ты собралась? Мы же только приехали, – наиграно-участливо говорит он. – Пустите меня! – выкрикиваю я и чувствую, как паника начинает захватывать меня. Но Григорий дёргает меня так, что я вкидываю голову, а он захватывает моё лицо. Разворачивает той стороной, по которой пришлась пощёчина, и громко цокает. – Ох уж эти гормоны. Но будь умницей, Лия, – он вертит мной, будто куклой, не давая сделать лишнего движения, и каждое – причиняет только боль. – Пойди и приложи лёд. Сегодня ты должна выглядеть отлично. Когда приедут гости, они не должны увидеть, что твоё красивое личико пострадало. Это может бросить тень на меня. – Вы больной, – шиплю я в лицо Григорию. Но как только он начинает склоняться к моему лицу, я замираю от страха. – Хороший вывод. Запомни его, – скалится Григорий, напоминая какого-то больного маньяка. – Ты меня немного расстроила, конечно, что так быстро попалась на нашу уловку. Но раз ты уже взрослая, то теперь будем играть по моим правилам. А в них всегда есть поправка на моё мнение. – Вы об этом пожалеете, – шепчу я, не сводя с Григория взгляда. – Буду ждать с нетерпением, – улыбается он и проводит большим пальцем по губам, надавливая и оттягивая нижнюю. А потом резко отталкивает меня, и я врезаюсь в кого-то спиной. – Проводи в комнату и проследи, чтобы она не сбежала. – Хорошо, бать, – раздаётся над головой довольный ленивый голос моего ещё одного кошмара. Тело каменеет. Я не могу сделать даже шага. Такое чувство, что я тону и меня некому спасать! – Запомни, Лия, – довольно добавляет Григорий, по всей видимости, наслаждаясь достигнутым эффектом. – Если ты хочешь дожить до своего двадцать первого дня рождения, то будь умницей. Иначе всё может быстро измениться. Он разворачивается и идёт к небольшому домику, возле которого явно стоит охрана, а я смотрю вокруг и не понимаю, как могла так глупо попасться! В очередной раз поверить, что моя семья может быть такой, как…