Глава 32

– Алевтина Алексеевна, можно просто Алевтина? – спрашивает елейно мама. – Конечно, Ирина, мы же с вами почти ровесницы, – отвечает шикарная женщина в строгом тёмно-зелёном платье. Она даже дёргает губами в подобии улыбки, но вот взгляд такой же пронизывающий, как и у Дениса Богдановича. – А вы и правда работаете адвокатом? – снова спрашивает мама, а я пытаюсь заставить себя хотя бы что-то съесть, потому что силы мне пригодятся. – Да, – кивает спокойно Алевтина Алексеевна. – И как же Денис отпускает вас на работу? – а этот вопрос задаёт уже Григорий. – С чистой совестью, – отвечает уверенно Денис Богданович и как-то странно смотрит на Григория. – Завидую, – усмехается тот. – Я вот ревную свою Ирочку страшно. – Когда любишь, ревности нет места, – уверенно заявляет Алевтина Алексеевна. – А чем занимаешься ты, Лия? Можно же я на «ты» сразу? У нас сын примерно одного возраста с тобой, если не ошибаюсь. – Учусь, – отвечаю немного нервно, а в груди просыпается надежда, что я смогу вырваться из этого ужаса. Это родители Макара. Я уже уверена в этом на сто процентов. Я найду нужный момент и попрошу помощи у них. – И кем ты хочешь стать? – продолжает интересоваться Алевтина Алексеевна, но неожиданно в разговор влазит мама: – Это образование ей нужно только для статуса. Образованная супруга – это очень престижно. – Звучит не очень, если честно, – улыбается Алевтина Алексеевна, вот только её улыбкой можно прибить, ну или покалечить – так точно. – Не могу с вами согласиться, Ирина. – Лия слишком быстро увлекается и так же быстро остывает, – продолжает гнуть свою линию мама, а я чувствую, как пальцы сводит от слишком сильного сжатия. – Ну почему же, – не выдерживаю я и натыкаюсь на острый, предупреждающий взгляд Григория, но не могу молчать. Инстинкты так и кричат, что нужно говорить, а не молчать. – Мне нравится моя будущая профессия. И как только я выиграю конкурс для университета, могу выбрать любое место для стажировки. – Ты забываешься, Лия, – строго произносит мама, а вот Григорий только взглядом пронизывает. И один Эдик, что расслабленно сидит за столом, будто наслаждается представлением. Он лениво осматривает всех, а на каждую мою реплику растягивает губы в противном оскале. – А ваш сын? Эдуард, правильно? – продолжает Алевтина Алексеевна, переключая внимание на Эдика. – Кем хотите стать вы, молодой человек? Она элегантно отрезает кусочек мяса, накалывает его и отправляет в рот. И каждое движение, как произведение искусства. Почему я никогда не замечала, что моя мама тоже так же ест. Почему-то каждый раз мне кажется, что она пытается отыграть какую-то роль, но у неё не выходит. Алевтина Алексеевна не играет, она будто соткана из плавных, но одновременно сильных движений. – Тем, кто будет управлять миром, – с полной уверенностью заявляет Эдик. – Но это пока мечты, – оскалился он, добавляя. – Для начала нужно начать управлять хотя бы компанией. – Интересные стремления, – усмехнулся Денис Богданович. – Но только я так и не услышал, кем же вы хотите стать? – Денис, предлагаю пройти в мой кабинет, а девочки поболтают здесь, – теперь влез Григорий, будто не давая договорить Эдику. – Можно и в кабинет, – кивнул Денис Богданович. – Лия, сделаешь кофе? – вроде и спрашивает Григорий, но его вопрос не потерпит возражения. Я поднимаюсь и ухожу на кухню. Сегодня в доме есть повар, но она женщина возрастная, так что только готовит. Накрывала на стол горничная, которая, вероятно, здесь и работает всегда. Но я не рискую даже подойти к ней, потому что она слишком блестящими глазами смотрела на Эдика. Мне нужно придумать что-то, и причем срочно. Как показать людям, которые меня и не видели толком, что я в опасности? Нужно начать разговор о Макаре и Лане! Точно! Алевтина Алексеевна должна сразу уточнить, где мы вместе были и как познакомились. И я очень надеюсь, что мама не начнёт снова влезать в разговор. Я быстро приготовила кофе из кофемашины и, взяв две чашки в руки, пошла в сторону кабинет. Пройдя мимо гостиной, услышала, как мама хвалится своим положением и рассказывает, что для неё эта беременность очень желанная. Даже странно слышать такие слова от женщины, которая уже столько времени унижает собственную дочь. Меня передергивает, но хорошо, что не проливаю кофе. Подойдя к кабинету, я не успела даже постучать, как услышала слова, что убили во мне всё человеческое. – Осталось совсем немного. Предлагаю начать как раз на Новый год. Мой сын и Лия как раз официально объявят о помолвке. Они давно влюблены друг в друга, и я решил, что так будет правильно. Вам ли не знать? Ну и Иришка вступит в наследство. – Что? – произношу я и роняю на пол чашки с горячим напитком.