Глава 20

Артур Буйный

Хочу произвести на нее впечатление. Сажаю в автомобиль.

Садится. Хотя я думал, что будет сопротивляться. Наверно почувствовала скрытую угрозу в моих словах о ее работе. Неужели так дорожит этим местом? Вот она – ее слабая точка, через которую я могу манипулировать ей.

Спина прямая. Осанка королевская. Талия такая тонкая, что едва ли верится, что она родила. Может недоедает? Да бред! Скорее всего на жесткой диете сидит поэтому в ресторан не повезу. Да и глупо с одного фуршета забирать на другой. У меня есть идея получше.

Интересно, как она относится к быстрой езде? А если погонять по ночному Питеру, да на скорости, да с музыкой?

– Любишь скорость?

Королева так напряжена, что вздрагивает от моего вопроса.

– Нет.

Ну еще бы! Другого ответа я от нее не ожидал.

– Меня дома сын ждет. – нет, она не спрашивает, ни умоляет меня. Очень ровным тоном сообщает мне эту информацию.

– Ты что, его одного оставила? – ужасаюсь я.

– Нет. Он с няней.

– Тогда волноваться тебе не о чем, – хмыкаю я.

Трогаюсь с места. Сразу разгоняюсь до ста километров. Королеву вжимает в сидение. Она хватается за грудь и зажмуривает глаза.

Нравится, малышка? А так? Включаю динамик. Биты бьют на полную мощь. Машина вибрирует от громкой музыки. Вожу я отлично. Так что не боюсь, что моя езда кому-то навредит. Разгоняюсь еще быстрее.

– Хватит! – рявкает на меня Королева.

Убираю звук музыки, сбрасываю скорость.

– Не нравится? – поднимаю бровь.

– Ездите так без меня! – заявляет Кира. – А я еще жить хочу!

И лицо недовольное делает. Ну это она может. А меня злит эта ситуация. И заводит.

– Неужели не понравилось? – удивляюсь я. – Обычно женщины в восторге от моей езды.

– Да-да. Я наслышана. Они и в постели от вас в восторге! – зло подкалывает меня Кира.

Ах ты ж с… жучка такая, холодная, неблагодарная!

Злюсь. Бью по тормозам. Машина визжит, останавливаясь за миллиметр от какого-то ограждения. Кира снова белеет, прижимает ладонь к сердцу.

– Чего ты добиваешься?! – рычу на нее.

Отстегиваю ремень безопасности, хватаю ее за подбородок, поворачиваю лицом к себе. Губки бантиком. И лицо такое беззащитное. Моя злость потихоньку оседает.

– Я хочу домой. – бесстрашно озвучивает она свое желание.

– Нет. Домой ты не поедешь! – ослабляю я свою хватку, пальцами, что удерживал ее, начинаю очерчивать линию точеного подбородка.

– С вами в кровать я тоже не лягу. Даже не надейтесь! – бесстрашно дерзит мне.

– Это мы еще посмотрим. – хмыкаю я.

Глаза ее вспыхивают огоньком злости:

– Хотите взять меня силой? Берите прямо здесь. Но это будет именно изнасилование. Ведь согласия вам, как в первый раз я не дам.

Да, конечно, ты не дашь, – усмехаюсь про себя. Все дают, и ты дашь. Я что насильник какой, чтобы бабу против ее воли брать?

– Ты почему такая дерзкая, а? – усмехаюсь я.

– Я хочу, чтобы вы оставили меня в покое, – прикрывает глаза Снежка, чтобы визуально отделиться от меня.

– Я не оставлю тебя. Я же сказал, чтобы ты уезжала из города.

– Да кто вы такой, чтобы мне приказывать? Что вы о себе возомнили?!

– Я – усмехаюсь я, – я хозяин всего этого. И ты живешь тут и работаешь только благодаря тому, что я тебе это позволяю. Из великой милости. И ты завтра же вылетишь со своей новой работы, если не будешь делать то, что я тебе скажу!

Кира умолкает. Я оставляю ее. Ладно. Перегнул слегонца палку. Хотел же впечатление произвести. Произвел, называется. Перепугал ее. Ну дерзит баба, ну ничего не могу с собой поделать.

– В этот раз все будет по-другому, – завожу мотор. – В этот раз я буду даже нежен.

– У нас с вами ничего не будет! – снова заводится злючка.

– Будет, Кира, будет. Я буду приезжать сюда раз или два в месяц. В это время ты будешь греть мою постель. А в остальное, – делаю акцент на этом, – а в остальное, СПРОКОЙНО работать у Рубинштейна. Согласна?

– Никогда в жизни!!! – не раздумывая выпаливает Королева.