Глава 52

Артур Буйный

– Чего надо? – закуриваю, оглядываю плюгавого мужичонку средних лет.

Георгий Птицын. Родной брат Киры. Младше ее, но выглядит так, будто жизнь хорошо потрепала. Алкоголь и запрещенные вещества, коими он балуется, ни к чему хорошему не приводят. Вот и результат – в двадцать три выглядеть на сорок с гаком, такое себе.

– А мне можно сижку? – с вожделением смотрит на мои дорогие сигареты.

– Что, даже на курево бабла нету? – протягиваю ему пачку.

С барского плеча, так сказать. Да и сам давно хотел бросить, вот и избавлюсь от последнего.

– С баблом совсем худо, Буйный! Я поэтому тебя и позвал сюда!

– А не попутал ли ты мне тыкать? – усмехаюсь, но внутри я зол, надеюсь по глазам это видно, потому что Гошан тушуется.

– Прости… те.

– Так-то лучше. – разрешаю я. – Теперь говори.

– Так это. У меня для вас очешуенная новость.

– Ну!

– Помните, вы переспали с моей сестрой несколько лет назад?

– Прекрасно помню, как ты расплатился телом и невинностью родной сестры, и глазом не моргнул!

Вот сейчас мне очень паршиво. Неприятно вспоминать это. Но тем не менее, это было, и не из моей жизни, не из жизни Киры, это не стереть. Если бы я мог повернуть время назад, то ни в коем случае не поступил бы так с любимой девушкой. Я бы нашел к ней другой подход. Взял бы лаской, а не так, как взял.

– Та ночь не прошла без последствий. – ухмыляется Георгий. – Я сейчас вам кое-что расскажу, но в обмен мне нужны деньги. Пятьдесят тысяч.

– С чего ли? – заламливаю бровь.

– Поверьте, эта информация, как говорится: «инфа сотка», на сто процентов достоверная. Она касается вас напрямую.

Я просто поражаюсь этому говнюку. Что он мне хочет сообщить? Что Кира родила от меня? Тоже мне новость!

– Говори, а потом я решу, платить тебе, или нет, и сколько. – усмехаюсь я.

Видно, что Гошичу крыть нечем. У него ничего кроме этой инфы нет. А я веду себя таким образом, словно мне пофиг.

Он тянет время. Ерзает. А потом, собирается с мыслями.

– Ну хоть десятку дайте мне! Инфа – пушка! Гарантирую.

– Что ж. – вытаскиваю из портмоне две пятитысячные купюры. Бросаю их Гошичу. – Посмотрим, что ты мне скажешь за эти «тридцать серебряников».

– В ту ночь Кира забеременела! – вываливает он мне, быстро пряча купюры в карман.

– Угу.

– И родила ребенка. Сына. От вас! – Гошич говорит это, словно великую тайну мне сообщает.

– Я знаю. – обламываю его. – Что еще?

– В смысле, знаете? – ошарашен Георгий. – З-знаете? Давно? Кира вам сказала?

– Не важно. Я знаю про Арсения. А вот то, что ты мне раньше об этом не сказал, ты конечно говнюк!

– Кира не хотела вам сообщать, боялась, что вы отберете у нее сына.

– А ты зачем мне щас сказал? Или тебе уже пофиг, что сестра может лишиться ребенка? Конечно, пофиг, ведь ты же подложил ее под меня, не пожалел. Со своей сестрой я бы никогда в жизни так не поступил.

– А на кой они тогда вообще нужны? – ворчит Гошич. – Я и щас вам могу встречу организовать. Хотите мою сестру? У нее не было никого после вас. Она вообще на мужиков больше не может смотреть. Так что, считайте, вторую невинность возьмете. Хотите? Не дорого. Пятьдесят тысяч, и я пошлю Киру к вам.

Я в шоке. Это же надо такой мразью быть. Он что, реально считает, что его сестра – его собственность? Что она шлюха? И какое право он имеет распоряжаться ее телом?!

– А с чего ты взял, что все это можешь вытворять с родной сестрой?!

– Кира – наивная дура. Я скажу, что вы мне угрожаете, и она с радостью отсо…

– Заткнись! – грубо обрываю ублюдка. – Ты вообще в курсе, что она в больнице?

– Опять с сердцем что ли? – насупливается Георгий. – Достало ее сердце! Иногда мне кажется, что она симулирует.

– В реанимации не посимулируешь! – рявкаю я. – Убирайся отсюда, мразь! И никогда больше не подходи к Кире! Какой ты к черту брат? Таким братьев врагу не пожелаешь.

* * *

Кира

– Ну как ты, Кирюш? – Карина появляется в моей палате сразу же после ухода Буйного.

– Вроде получше, но я уже так устала от больницы.

– Понимаю тебя, подруга!

Карина выкладывает на тумбочку контейнер с фруктами, и одноразовую посуду.

– Я вот фруктов принесла. Может еще что принести?

– Ох, нет. – тут же отказываюсь я. – Меня тут… кхм… заботой с ног до головы залили.

– Ты прости, что я так долго не появлялась. – Карина берет стул, подсаживается ко мне. – Мне было так стыдно, что я соврала на счет Арсения.

– Я не обижаюсь на тебя. – пытаюсь выдавить улыбку. – Против Буйного не попрешь.

– Это точно, Кирюш, я тоже испугалась, поэтому наврала тебе немного. Но Арсению хорошо в его доме. Я была там. Все видела своими глазами. У Буйного на удивление адекватные родители. Просто загадка, отчего он такой отмороженный вырос.

– Теперь он тут. Постоянно. – сокрушаюсь я. – Я все время в напряжении, расслабиться не могу. Словно меня в клетке с тигром заперли. Он порой так на меня смотрит… Таким голодным взглядом, что у меня в груди все холодеет.

– Кирюш, он запал на тебя, вот и Федя говорит, что он помешан на тебе.

Карина краснеет. Начинает ерзать. Видно, что лишнего взболтнула.

– Федя? Что за Федя?

– Да Жирный его. Правая рука. Федор Жирнов.

Карина красная, точно щеки свеклой натерла.

– У вас с ним что-то есть? – улыбаюсь я, – А ну, колись, подруга!

Карина смущается, мне жуть как интересно, и необычно. Снова чувствую себя молодой, задорной, такой, как была до знакомства с Буйным.

– Ну… Федя оказался классным парнем. И не жирный он совсем, там пресс все восемь кубиков, да и вообще, просто фамилия у него дурацкая, Жирнов, вот Буйный и прозвал его дурацким прозвищем.

– Ты и пресс его уже видела? – подмигиваю я.

– Ох… рано пока говорить… но там не только пресс, кажется у меня еще задержка может быть. – голос Карины вообще садится до сиплости.

Вот это новости… пока я тут в больнице валяюсь лучшая подруга уже собирается становится мамой, сынок заводит бабушку и дедушку, да еще и брата в придачу, а Буйный выплачивает мою ипотеку. Ну и дела…

– А как Жирный, то есть Федя на это реагирует?

– Он сказал, что мы поженимся в любом случае. – тушуется подруга. – И он хочет… чтобы у меня эта задержка случилась на самом деле. В общем… если все срастется, то ты станешь крестной нашему малышу! Ну и подругой невесты, разумеется.