Глава 57

Кира

Мне тяжело в доме у Буйного. Но, подозреваю что одной с ребенком мне было бы просто невозможно. После того случая, когда ночью Буйный подорвался везти меня в больницу, во мне проснулся страх, что все может повториться, и попросту некому будет меня спасать.

Правда той ночью я сильно перепугалась, что он решил напасть на меня и взять силой во сне, но в итоге все обошлось, и Артур проявил себя с лучшей стороны.

Буйный ходит вокруг меня, пылинки сдувает, и я в совершенном смятении. Я не знаю, как мне к этому относиться. Арсений просто в восторге от отца, от бабушки с дедушкой, от старшего брата… Оказывается ему так не хватало полноценной семьи, и видно, что этой семье он тоже необходим. Что делать со всем этим я вообще не представляю.

Я вроде и боюсь Артура до ужаса, и в то же время, мне приятна его забота. Обо мне никто так не пекся в этой жизни, как Буйный, но никто и не причинял столько боли. Поэтому я запутываюсь еще сильней.

Мы гуляем с ним и сыновьями по заснеженным дорожкам территории дома, если мне становится плохо, Артур немедленно приходит на помощь. Вплоть до того, что берет меня на руки, неся обратно в теплый дом. Все же я еще очень слаба и не могу выдержать даже получасовую прогулку на морозном воздухе.

Родители Буйного очень заботливые. Мама Артура приняла меня как… ну так редко даже невестку дома принимают, не то что чужую по сути их сыну женщину. Она относится ко мне как к родной дочери. Приносит мне еду в комнату, когда я не могу выйти, следит, чтобы я принимала все лекарства по часам, разговаривает со мной, полностью взяла на себя все заботы об Арсении. Папа Буйного возит мальчишек в парк, играет с ними в активные игры, а недавно заказал со специального сайта станок по резьбе по дереву, и теперь вместе с мальчиками они втроём увлеклись столярными работами.

Я же ищу варианты лечения для Костика, как и обещала. Есть одна клиника в Израиле. Она мне попадается на глаза уже не первый раз. Лечение стоит там космических денег, но у Буйного они судя по всему есть. Поэтому, я показываю ему сайт клиники при удобном случае.

– Я изучу, скинь мне ссыль на почту. – кивает он.

А потом вдруг предлагает:

– Жирный мне фильм классный скинул. Не хочешь со мной посмотреть?

– Э-э-э… – даже не сразу соображаю, что сказать. – Арсений, Костя…

– Да они сейчас с фрезеровочным станком заперлись. Часа три мы их не увидим. Как раз хватит нам спокойно кино посмотреть. Идем?

– Н…нет, не хочу, я у себя посижу.

– Я не трону тебя. – улыбается Буйный. – Обещаю. А еще у меня есть ведро. Огромное ведро горяченного попкорна! Соленого и хрустящего. И кола. Ноль калорий. Ну что? – кивает на дверь своей спальни. – Пойдешь?

Качаю головой, спешно ухожу в свою комнату. Зачем мне ближайшие несколько часов сидеть как на иголках в компании Буйного? Это ему развлечение, а мне…

Стук в дверь.

– Кир, это я. – приоткрывает.

Буйный стоит на пороге, одетый в джинсы и тонкий джемпер. Переоделся, намылился куда-то?

– Поедем, съездим кое-куда.

– Куда? – не нравится мне эта идея.

– Ну хоть какой-то сюрприз я могу для тебя сделать?

– Я не хочу.

– Это связано с бизнесом. – приоткрывает он завесу тайны. – Одевайся. Я буду ждать тебя внизу.

Он ведь не отстанет… Но для меня меньшее из зол, это поехать с ним. Я сяду подальше, он будет занят дорогой, и не будет почти интимной близости, как было бы при просмотре фильма.

Тоже натягиваю джинсы, тонкий свитерок, скручиваю волосы в жгут. Надеюсь, что он не завезет меня куда-нибудь в лес и не прикопает под березой.

Буйный ведет машину спокойно и расслабленно. Из динамика звучат хорошие песни. В машине тепло, а за окном заснеженные деревья. По тому, что мы едем так долго, я понимаю, что он везет меня в город. В мой район причем!

Моя маленькая кондитерская! Ком стоит в горле, как только я вспоминаю ее разрушенной, разбитой бит Буйного и его людей.

Он восстановил ее полностью. Вставил новые стекла, купил витрины, зону кассы, столики и стулья.

– Кондитерская дожидается тебя, – Буйный не спеша входит за мной. – Как только почувствуешь в себе силы, то можешь приступать к бизнесу.

Невольно подношу руку к груди.

– Опять сердце? – тут же реагирует Буйный.

Не могу ничего сказать. Слезы. Боюсь пролить их и показать ему свою слабость.

– Это все твое, Кира. – продолжает удивлять меня Буйный. – Ты простишь меня теперь?

Какая дурацкая фраза. На кой ему мое прощение? Если он думает, что, восстановив разрушенные им руины, завалит меня в свою постель, то он ошибается.

– Я не могу вас простить. – обламываю его. Хочу сказать, что всю ту боль, что он причинил мне не получится стереть одним лишь «прости», но молчу. Зачем ему знать это все?

– Понимаю. – кивает Буйный. – Ну, а кино хотя бы со мной посмотришь?

– Попкорн остыл. – надеюсь, он поймет.

– Я новый нажарю! – не сдается Буйный.

* * *

Артур Буйный

Закинуть подготовленные кукурузные зерна в пакете в микроволновку – дело одной минуты. После того, как по кухне распространяется умопомрачительный запах, я наполняю вазу попкорном. Одну. Большую. Вазу. Потому что хочу, чтобы Кира была поближе ко мне.

Вхожу в мастерскую к отцу и мальчикам. Они втроем увлеченно выпиливают что-то на куске дерева.

Отец в защитных очках поднимает на меня глаза. Подмигиваю ему. Показываю на поп-корн и делаю не совсем приличный жест. Батя кивает. Хорошо, что он понимает меня как мужик мужика. И даже если Кира мне сейчас кхм… не даст, то все равно нас лучше не отвлекать. РомантИк как-никак.

«Иди»! – показывает мне батя, что займет мальчиков, пока я буду окучивать строптивицу.

Поднимаюсь наверх. Конечно, Кира не сидит в моей комнате и не ждет меня. Меня это злит, но стараюсь держать злость в узде. Терпение и труд – все перетрут. Тише едешь – дальше будешь и т д. Все это – банальности, но мне сейчас пригодятся.

Иду за ней.

– Пойдем, попкорн готов.

На удивление не артачится. Идет. Как на смертную казнь, но идет!

– Устраивайся! – ставлю вазу с лакомством на середину кровати, беру с дивана подушки и пледы.

– Мы что, лежа будем смотреть? – краснеет Кира.

Блин, какая же она желанная для меня. Смущенная, сбитая с толку, недоверчивая.

– У меня уже со спиной проблемы, – вру я, – поэтому я точно буду лежать, а ты устраивайся, как хочешь.

Кира делает себе башню из подушек, садится полусидя-полулежа. Заворачивается в плед, как в кокон. Черт, плед явно лишним был. Я-то думал мы с ней под один нырнем, а она себе вон обособленный спальный мешок сделала.

Вожусь с плазмой, настраиваю фильм. Выключаю верхнее освещение. Теперь свет льется из боковых светильников, наполняя комнату тепло-желтым интимным сиянием.

Устраиваюсь рядом. Кира напрягается. Строю из подушек такую же башню, пристройку к ее, так сказать, устраиваю на них голову. Нас разделяет чаша с попкорном, но мы периодически ныряем туда. И наши пальцы иногда соприкасаются.

Не знаю, как Кира, а я жалею, что себе не взял плед, потому что от прикосновений возбуждаюсь так, что прикрыть некоторые особо выпирающие места на моем теле явно необходимо!