Глава 22.

— Здравствуй, Мила, — на лице Илоны чистая сталь. Она подходит ближе, застывает в шаге от больничной кровати.

У меня срабатывает какой-то рефлекс — прижимаю малышку крепче к себе, будто защищаю от недоброго, ядовитого взгляда.

— Здравствуйте…

На несколько секунд воцаряется тишина.

Илона пристально рассматривает меня, а я её.

Она такая бледная, угрюмая.

Понятно, что узнала о перестрелке, о родах, о том, что Артур едва не ушёл от нас…

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально. Вы как?

Игнорирует мой вопрос.

— К Артуру меня не пускают. Я места себе не нахожу! Мне позвонили несколько часов назад и сообщили о происшествии! Чуть сердце не остановилось!

— Врачи говорят, что опасность миновала. Присядьте.

— Я ненадолго. Поговорить с тобой хочу. Серьёзно, Мила.

Даже на ребёнка не взглянет, ни слово о ней. Внучка всё-таки как-никак родная! Вытянулась по струнке, голову вверх запрокинув, и нос морщит.

Илона переходит сразу к делу, общаясь со мной достаточно грубым голосом.

— Сколько?

— Что сколько? — с непониманием переспрашиваю.

— Денег тебе дать, чтобы ты исчезла.

— Вы…

— Назови любую сумму! Любую!

— Нет. Как вы только смеете…

— Я пыталась принять тебя, принять решение Артура, но у меня ничего не получилось. Я хочу видеть другую девушку рядом со своим сыном. Ты не подходишь, — шипит, чуть слышно добавляя: — Недостойна.

Как неприятно, ужасно и противно слышать эти омерзительные слова!

Так и знала, что она не сможет смириться, обязательно что-то выкинет.

Потому что такие люди, как она, не меняются.

— Уезжай. Просто уезжай. Ребёнка забирай. Я помогу тебе исчезнуть. Всё кристально чисто организую!

— Каким образом?!

— Подстроим всё так, что ты и ребенок… не выжили в родах.

— У вас нет сердца. Совершено.

— Я из лучших побуждений советую, между прочим. Ты сама подумай, на что ты себя обрекаешь, живя рядом с таким серьёзным человеком. Отравление, теперь ещё перестрелка. Наш мир, Мила, это не только роскошные дворцы и дорогие вещи! Это замаскированный ад. В мире больших денег всегда идет кровавая бойня за власть и место под солнцем. Конкуренция не щадит никого. Дальше будет хуже.

Не хочу её слушать.

Бред говорит!

Не хочу потерять Артура.

Я поняла, как сильно он мне дорог!

Когда любимый закрыл меня от пули… Спас не только меня, но и нашу доченьку. Поступил как герой, ценой своей жизни.

И я тоже не сдамся.

Всё вытерплю, выдержу.

Пусть будет так!

Пусть у нашей любви будет такая цена, но я не сдамся.

Мы будем осторожны. Что-нибудь придумаем. Найдём выход. Артур же умный!

Если я раньше сомневалась насчёт серьёзных отношений с миллиардером, то сейчас прочь отбросила все сомнения. А Илона решила надавить на больное. Но она не знает, что моя точка зрения изменилась.

Илона Королёва — змея! Специально меня запугивает, чтобы я сдалась, убежала и она выиграла в нашей войне.

Ну уж нет.

За счастье нужно бороться.

Я буду идти до конца.

— Уходите. Просто уходите…

Я отворачиваюсь, обнимая ребёнка.

Слёзы жгут глаза.

Но я не собираюсь плакать перед мегерой.

Слышу слабый детский гул.

Малышка проснулась.

Прижала её к груди крепче, поцеловала в щёчку и попыталась успокоить.

Позади раздался топот каблуков — Илона направилась к выходу.

— Я тебя предупредила. Даю время до тех пор, пока Артур не очнется. Сделай правильный выбор и не пострадаешь. Подумай не только о себе, но и о ребёнке. Когда вы с Артуром вместе — ваши жизни находятся в постоянной опасности. Я дам тебе столько денег, что на сто лет вперёд хватит.

— Нет. Ваши слова — ложь!

— Ну смотри сама. Не плачь потом кровавыми слезами…

* * *

Да пошла она!

Она точно свихнулась.

Умом тронулась на старость лет.

Ещё и деньги предложила!

Как бы я себя не подбадривала, всё равно последние слова Илоны глубоко в сердце засели.

Хватит!

Надо сосредоточиться на малышке! Сейчас она — моё всё.

Я заставила себя выбросить дурные мысли из головы и занялась своей сладкой девочкой.

Пора учиться быть мамой.

Конечно, курсы одно, а реальная практика другое.

Когда пришла нянечка и помогла мне приложить дочку к груди, я сразу же забыла обо всём плохом, когда маленький ротик обхватил сосок и малышка начала причмокивать.

Какая она забавная!

Маленький ангелочек.

Когда ненормальная истеричка ушла, я смогла тщательней рассмотреть своё чудо.

Тёмные волосы, длинные ресницы, пухлые губёшки.

На Артура вроде бы больше похожа.

Как же я счастлива!

Вот она!

Моя ягодка, которую я ждала девять месяцев.

Я миллион раз подряд благодарю Артура и судьбу за то, что он не позволил мне сделать аборт.

Сейчас я самая счастливая мама на свете!

И я этим безгранично наслаждаюсь.

Надо было ещё подумать о том, как сообщить новость Артуру, что у него родилась дочь.

Ему сейчас ужас, как несладко.

Но мне неистово сильно хочется его увидеть, обнять. Целовать, целовать, целовать и благодарить за то, что он спас наши жизни.

Мы с малюткой постепенно привыкаем друг к другу. Я набираюсь сил, восстанавливаюсь после обморока и непростых родов, слушаю советы по уходу за новорожденным и рекомендации врачей. Слава богу дочь родилась без серьёзных проблем со здоровьем.

В палату регулярно заглядывает Марина Сергеевна, проверяя наше самочувствие. Я постоянно спрашиваю у неё, как там Артур. Она отвечает одно и то же — хорошо, идёт на поправку.

Жаль, к нему пока нельзя. К счастью, Артур лежит в соседнем корпусе, в хирургии.

Так проходит несколько дней, которые кажутся мне вечностью. Во время утреннего обхода Марина Сергеевна сообщила мне радостную новость! Артура перевели в обычную палату и я могу его навестить. Нянечка присмотрит за дочкой.

— Спасибо вам большое!

— Но только пять минут. Не больше.

— Хорошо.

Я почти расплакалась. Сейчас я увижу любимого!

Четыре дня прошло…

По ощущениям — год.

Я мучилась без его внимания.

Тосковала по его глазам, теплу его тела, горячим губам.

Даже голос не могла услышать!

Хоть одно сообщение от него со с коротким словом: “привет” или “люблю” хотела получить.

И вот, долгожданный момент настал.

За мной пришли и провели в хирургическое отделение.

* * *

Я волновалась.

Жутко.

Дыхание сбилось, давление, наверно тоже, подскочило, когда мы приближались к палате, в которой отдыхал и восстанавливался любимый муж.

Я должна рассказать Артуру про то, что требовала от меня Илона! Но я почему-то больше всего думаю о других проблемах. О том, что я родила дочь, а не сына.

Это прям меня сильней всего тревожит. Что я подведу любимого мужчину, который на меня надеялся. Возможно даже расстрою.

Зря я не послушала Диану. Её нелепые приметы оказались вовсе не такими уж и нелепыми.

Если бы прислушалась — сделала внеплановое УЗИ и заранее подготовила Артура к новости. А сейчас… Он пережил такой стресс! Был на волоске от смерти, так я ещё добавлю мужу шока.

Я сразу догадалась в какой палате лежит Артур. В той, у которой столпился целый взвод охранников. Даже несмотря на то, что им было известно, кто я такая, они всё равно меня осмотрели. Все сейчас изрядно взвинчены. Оно и ясно. Потому что преступников, похоже, не нашли.

— Проходите, — звучит грозный голос врача. — Помните, недолго. И ни в коем случае не заставляйте Артура Ринатовича нервничать.

Задержав дыхание — вхожу.

“Не заставляйте нервничать…”

А как же про дочь сказать?

Ладно, про Илону скажу, когда нас выпишут, но про малыша… да он же сам в первую очередь спросит.

Артур лежит на спине, на больничной кровати, прикрыв глаза. Как же больно на него смотреть… Такого слабого, беспомощного. Я сразу же беру его за руку и нежно целую.

Не получается не плакать.

По щекам льются слёзы.

Мои губы дрожат, прижимаясь к его теплой руке.

В тоже время, я благодарю бога за то, что чувствую тепло его тела… Вижу его красивые глаза и слышу любимый голос. Потерять всё это — значит умереть. Самой.

— Артур…

— Мила! — резко открывает глаза и улыбается. Увидев меня, он будто оживился. — Девочка моя! Это правда ты?

— Ну конечно я, — всхлипываю. О его руку трусь, будто за что-то извиняюсь. Наверно, всё-таки это моя вина. Это ведь я упросила Артура поехать к Дорониным.

— Ну, ну, чего ты ревешь, глупышка? Я здесь. Перед тобой. Живой. Молодой. Красивый. Парень хоть куда!

— Ну Артур, — нашёл же время шутить. Сквозь слёзы коротко улыбаюсь. — П-прости меня! Я т-так испугалась.

— За что ты извиняешься?

— Из-за меня мы поехали… и это… случилось.

— Глупости говоришь! — в тоне проскользнула рычащая нотка. Артур рассердился.

— И ещё… прости меня. Прости за то, что… что дочь у нас!

— Что?

— У нас дочь родилась. Узист ошибся.

— Правда? — реакция Артура оказалась интересной.

— Угу.

— Ничего себе, — аж выдохнул. — Дочь, так дочь. Ты чего! Перестань лужи тут разводить! Я стал отцом. Просто невероятно!

— Я тебя расстроила. Подвела. Несколько раз.

— Мила, ты глупости городишь. Иди ко мне, живо! Обнять тебя хочу! Иди и рассказывай, как ты мучилась и дочь мне рожала. Трудно тебе было, малыш? Очень больно?

Перехватывает за руку, осторожно укладывает на свою грудь.

— Давай, жалуйся. Расскажи всё.

И я рассказываю.

— Я рад дочке! Вообще рад, что у меня хоть кто-то родился! — со смешком. — С моим диагнозом зачать вообще проблематично. Я хочу свою девочку увидеть. Очень хочу! Какая она? Красавица? Такая же, как и ты? Твоя копия?

Артур растирает пальцами слёзы по моим щекам. Я успокаиваюсь. Фух… Он спокойно на новость о дочке отреагировал. А я переживала. Любим мы, девочки, себе накрутить.

— Пока не понимаю на кого она похожа. Но мне кажется на тебя. Она красавица! Очень спокойная и послушная.

— Ты моя умница…

— Тебе больно? Рана болит?

— Нет, уже не болит. Увидел тебя и вообще как огурчик! Главное, с вами всё хорошо.

— И как теперь назовём нашу крошку?

— Надежда, — без промедления отвечает.

— Как мою маму?

— Да. Мне нравится это имя. Наша маленькая Надежда родилась при весьма жутких обстоятельствах. Мы могли и не выжить. В честь этого и назовём. Надежда умирает последней…

Спорить не буду.

Как же красиво Артур сказал.

— Ждали Тимура, а пришла к нам Надежда.

— И не говори. Как непредсказуем этот мир.

За спиной послышались шаги. Обернувшись, я увидела медсестру.

— Простите, время вышло. Покиньте пожалуйста палату.

— Хорошо, сейчас, — грустно отвечаю. — Артур, когда нас выпишут?

— Скоро. Думаю, скоро.

— Так домой уже хочется. Быть дома вместе с вами.

— Я очень сильно тебя люблю, Мила! И очень скучаю. Не могу без вас…

— Я пришлю тебе фото Наденьки, хочешь?

— Нет! Никакого фото. Хочу увидеть дочь своими глазами. Это будет стимул взять себя в руки и как можно быстрее восстановиться.