Глава 70

Время и наблюдение доказывало мне, что последние слова Флинта, обращенные ко мне имели смысл.

Его сын, юный дракон, всеми фибрами души мучился и мне приходилось лишь следить со стороны. Его отвращала мысль о том, что он под крылом того, кто дал приказ о казни его отца, но при этом не мог сопротивляться влиянию Короля драконов, а так же его подрастающего Принца.

Финн проводил с Алом много времени каждый день и как бы я не пыталась, не видела в его действиях хоть что-либо подозрительное. Мальчики становились друзьями — Ал стал заметно выше, крепко держался на ногах и хоть говорил все еще неуверенно, с ним можно было уже не только в солдатики играть. Финн учил его усмирять огонь, пользоваться им не только для поджигания травы, а например для… фокусов.

В очередной раз подглядывая из окна я залюбовалась, наблюдая, как из рук Финна появился огненный шар, превратившийся в маленького дракона с красным отливом. Тот начал дразнить Ала и летать вокруг, а тот все звонко хохотал.

Финн заметил меня и искренность в его глазах сразу же потухла вместе с драконом.

Он прощал и Короля, и его сына, но не меня. Я не знаю, насколько хорошо Финн был осведомлен о причинах казни, но очевидно избрал меня если уж не главным злом, то определенно заслуживающим презрения. С того раза на кухне он больше не разговаривал со мной и всячески избегал. Я решила, что не стоит переступать границы, убеждала себя, что мальчик остынет.

Но с замиранием сердца ждала бури — в прошлый раз мое бездействие обернулось аудиенцией и грандиозным скандалом.

В отчаянье я начала вести переписку с господином Абертроу — мы и так переписывались, ведь он спрашивал меня о нуждах и прочем, ведь именно он снабжал нас продуктами и одеждой. Поэтому как то раз в ответном письме кроме списка овощей я спросила, как дела во дворце.

«Времена тяжелые. Небеса нас прокляли и поскорее бы вернулось солнце». На местом что означало что-то вроде темных времен с надеждой на ближайший рассвет? Вначале он ответил сухо, но потом его письма стали живее — он много жаловался, вряд ли кто-то еще был готов его слушать. Королю было не до него, он пропадал то на суде, то на охоте на ведьму — по слухам, он отправлялся туда в форме дракона, которую не принимал уже много лет.

Хотела бы я её увидеть, подумала я с трепетом. Я видела лишь его крылья и это произвело на меня такое сильное впечатление, что я запомнила это образ так, будто видела каждый день.

Но, конечно, господина больше тревожил развод — он страшно переживал, ведь это позор для Весперы и её семья бушевала, хотя многие, даже сам Король Скайхарт легко дал одобрение и даже на суде не появился.

Абертроу также по секрету сказал, что Веспера падала на колени перед Королем и даже отказалась от своих слов о том, что я ведьма. Она признала свою ревность и по словам Абертроу: «Я просто хотела, чтобы вы принадлежали лишь мне. Неужели я правда так многого просила? Мы же давали клятву!». Король на это ответил, что клятву она нарушила уже тогда — нарушила их договоренности, о которых никто не знал. Веспера тогда поджала губы и сдалась.

Поэтому, я не удивилась, получив через месяц письмо о том, что Алистер и Веспера официально развелись.

— Она больше не Королева, — ахнула Анка, когда я рассказала ей. Сначала она обрадовалась, даже захлопала в ладоши и обняла меня, а после встревожилась. — Сколько же претенденток появится!

— Король жены больше не возьмет, — был уверен Подрик. — У него уже есть Аларик, а другие дети ему не нужны. Тем более, вдруг родится девочка.

— А что такого? — наморщила я нос. Неужели Алистер имеет предубеждения против женского пола? Я никогда этого не замечала.

— Дельфи, ты в самом деле будто не из этого мира, — вздохнула Анка, а я неловко рассмеялась. — Девочки, рожденные от дракона, имеют все шансы стать ведьмой. Магии в них намного больше, чем в мальчиках.

Я же читала об этом, вспомнила я. Так и появились первые ведьмы — из союза людей и драконов.

Чтобы Алистер делал, если бы Веспера подарила ему дочь? При его к нелюбви к магии…

Может, поэтому у них и не было детей? Алистер не хотел рисковать, но жена полагалась по статусу?

Я тряхнула головой. Прочь лишние мысли. Веспера, Констанция, все они в прошлом. Надеюсь, вместе с Равэной.

Я сжала письмо — господин Абертроу писал не только об этом. Он просил передать, что Финну отказано в поступлению в академию — он слишком юн и то, что он дракон, не дает поблажку.

Это уничтожило все облегчение от того, что семейство Андергальц больше не потревожит меня — я ведь надеялась, что и Финн скоро уедет. Прошел месяц, а он все такой же хмурый и недоступный для меня. Он просто читает, играет с Алом и спит — больше ничего. Когда на него никто не смотрит я вижу, что мальчик скучает, а уж когда он замечает мое внимание…

Ему следует уехать — так будет лучше. Я только начала справляться с Алариком, привыкла к отдаленной жизни, но Финн… я просто не могу подыскать ключ к его сердцу и не уверена, что это вообще в моих силах. Он сам хочет уехать как можно скорее — его тяготит не только мое общество, но и собственное бездействие. Чего бы он не хотел, будет лучше, если это будет вдали от меня и Аларика…

Как бы Алу не было грустно, когда Финн уедет. У Ала еще будут друзья, заверила я себя, а наше заточение в горах не вечным.

Поэтому оставив Анку и Пода обсуждать новости, сбежала в небольшую библиотеку, где всегда можно найти перо, чернила и свежие пергаменты.

Мне было непривычно управляться с чернилами, поэтому я сразу же поставила кляксу. И ладно, решила я. Потренируюсь в следующий раз, а сейчас…

«Ваше Величество…».

Выведя слова на незнакомом языке я поежилась — это получалось само собой. Также, как я легко понимала, что говорят, хотя подсознательно чувствовала, что это другой язык. Теперь и писать умею, рука будто сама ведет меня. Сначала я пугалась этого, особенно когда читала, но теперь стало легче. Я должна привыкнуть и более не обращать на это внимание — я часть этого мира и пора бы смириться.

Я собиралась написать письмо Королю драконов. Алистеру.

Да, он занят, но…

Он ведь всегда говорил, что я могу обратиться к нему.

Я не буду просить его забрать Финна, но попрошу помочь ему — потому что я не в силах. Они драконы, я человек и совсем не понимаю, как подступиться к их проблемам. И хоть в душе я все же надеялась, что Финн уедет, я отмела это темное чувство — он похож на отца слишком сильно. Очаровательный, милый, но в душе с той же чертовщиной и скрытой темнотой. Я просто хотела, чтобы мы оба были довольны и была уверена, что только Алистер сможет одолеть мои сомнения.

Поэтому перо полетело по пергаменту, а я старалась не оставлять чернильных пятен.