Глава 31 - Алиса и дураки-разбойники
Они ее уволили.
Точнее, технически ее уволил только Павел Александрович, однако все равно осталось неприятное чувство горечи и детской обиды.
«Я бы с радостью сейчас все это проигнорировал, но у меня есть репутация, бизнес и семья. Не хочу, чтобы их снова смешивали с грязью в сети. Тебе же будет лучше пока скрыться в тени»
Вот прямо так и заявил по телефону, а после, ей пришло уведомление от отдела кадров об увольнении с полным расчетом, выходным пособием и даже сверху, как Алиса подозревала, накинули. Чтобы сильно не возмущалась.
Это было до жути, почти до слез обидно. Смотреть в глаза тех, с кем бок о бок провела многие годы и видеть недоверие на их лицах. Она расплакалась прямо там посреди холла, едва видеосообщение закончилось и с нее потребовали объяснений. Они кричали друг на друга, Настя с Владом выступали за нее - Марк против. Остальные предпочли взять нейтралитет и лишь Милана встала на ее защиту, возмущенно требуя прекратить публичное линчевание. Взрослые хранили молчание, Кира Владимировна кусала губу, а Алла хмурилась. В конце концов, Тасманов бросил какую-то злую фразу в сторону Алисы и поплатился за нее ударом в челюсть от Елисея. Едва не начавшаяся драка была прекращена появлением отца Марка – Ярослава Тасманова. Именно он разогнал всех любопытных, отправил ребят на кухню, а им с Лисой заявил:
- Поезжайте домой, сейчас вам лучше от всего этого быть подальше.
И вот подальше длилось уже три дня – бесконечные, невыносимые трое суток, за которые девушка перебрала сотни возможных вариантов произошедшего. Она сидела посреди стола, сверля взглядом смарт-часы и упорно допытывалась у Гугла о возможностях получения информации с личной почты. К сожалению, таких способов было чуть менее, чем сотни и какой именно произошел у нее – она не знала.
- Алиса, - Ежова вздрогнула, когда перед ней оказалась чашка горячего шоколада с кусочками маленьких забавных зефирок. Белые мишки плавали по поверхности, пока она, задумчиво обхватив ладонями кружку, кусала губу и пыталась справиться с очередным приступом накатившей истерики.
«Предательница»
«Сука, как она могла?!»
«Капец овца, надеюсь Елисей вышвырнет ее»
«А я сразу поняла, что она та еще кобра – по глазам видно, тихушница»
Грязь лилась потом на все возможные аккаунты ресторанов Павла Канарейкина, личную страничку Алисы, рабочую - Елисея. Стучали в директ журналисты и любители скандалов. Они пытались добиться информации, выспрашивали, задавали дикие вопросы вплоть о постельных связях с кем-то из пары Соболь. Статьи о ней были на первых полосах: утих один скандал – начался другой. И если до этого Алиса считала травлю на семью Канарейкиных кошмарной, то сейчас вовсе поникла, понимая, что резко превратилась во всеобщего врага. Даже для близких Елисея.
- Выключи эту мерзость, - процедил Лиса, отключая смарт-часы, с отвращением глядя на корпус, словно это было ядовитое насекомое.
- Они правы, - тихо выдохнула девушка, опуская голову. – Я все испортила.
Ее мама поссорилась с подругами из-за нее. Она хотела съехать, но в последний момент Лиса уговорил женщину с отчимом остаться. Последний хранил молчание, все чаще присматриваясь к парню и уже почти не задевая его словесно. Возможно решил, что были проблемы поважнее его собственных страхов.
- Эй! – она почувствовала, как Елисея переплел их пальцы, пока они сидели друг напротив друга за столом-стойкой, держась за руки. – Ничего ты не испортила. Херня все это. До этого пережили кризис и это переживем.
- Ты поссорился с семьей, с другом, мама не разговаривает с твоей, - всхлипнула Алиса, до побелевших костяшек сжимая пальцы и подняв на него лицо. – Что может быть хуже? Из-за меня разваливается ваша семья! Многолетняя дружба родителей! Если бы я сразу сказала…
Договорить она не смогла, захлебнувшись словами и с трудом уловила момент, когда Елисей расцепил их руки, перебравшись на ее сторону. Он крепко обнял Ежову со спины, зарываясь носом в волосы и осторожно покачиваясь с ней, пока Алиса плакала.
- Ничего, слышишь? Ты ничего не испортила. И не испортишь. Мамы как поссорились, так и помирятся. А отец так поступил специально, дабы вывести тебя из-под удара. Никто еще не снял наше участие с конкурса – мы лишь пропустили второй этап.
- И лишились возможности на победу, - шумно вздохнула Алиса, вытирая кончик покрасневшего носа ладонью, тяжело вздыхая. – Не факт, что допустят в следующий.
- Допустят, когда найдем виновного. А мы его найдем, обещаю.
Хорошо было бы верить его словам, потому что иного выбора у Ежовой не было. Обхватив пальцами запястье Лисы, девушка сжала его чуть крепче и подняла голову, вглядываясь в любимые, до боли красивые черты. Сложно поверить, но он пошел на отчаянный шаг и несмотря на все сомнения, обвинения и доказательства вины – остался на ее стороне. Она скользнула пальцами по мягкой ткани зеленого джемпера, ощутив его дыхание у своих губ, когда Лиса наклонился.
- Мне надо будет уйти. Ты не расстроишься? – спросил он осторожно, получив в ответ отрицательный ответ.
- Нет, - добавила к качанию головы Алиса, с сожалением отпуская Лису, отчаянно кусая губу, чтобы не попросить остаться с ней. В большой квартире Канарейкина, одной – ведь отчим уел расстроенную мать девушки проветрить голову.
- Вернусь поздно, надо съездить по делам. Новый поставщик мяса, что был на дне Открытых дверей – хочу еще раз посмотреть договор, - прижался ненадолго губами к ее губам, сжав плечо. – Точно все хорошо?
- Ага.
- И не вздумай лезть в интернет!
- Ладно.
Едва закрылась дверь и стало тихо, Алиса обхватила себя руками. Рассматривая черный ремешок смарт-часов на светлой поверхности стола, она снова всхлипнула, ощутив сбегающие по щекам горячие слезы. Пока за окном день сменялся вечером, девушка боролась с нарастающей паникой и страхом. Что если Лиса не вернется? Что если они так и не смогут решить проблему? И их родители не помирятся?
- Хрен редьки не слаще, Алис, - пробурчала про себя, в очередной раз набирая в поисковой строке запрос по взлому телефона.
Открывая одну ссылку за другой, погружалась в чтение непонятных значений и слов, которые и в школе то ей не очень давались. Теперь, по прошествии времени, тем более не было шансов. Едва ли не каждое второе или третье слово приходилось заносить все в ту же поисковую строку, ища его значение. Было тихо, грустно и очень одиноко. Отложив подальше планшет, девушка со вздохом поставила локти на стол, обхватив свою голову руками и зарываясь пальцами в волосах, ероша светлые пряди.
Несколько раз она прогулялась по квартире, заглядывая в комнаты и даже в гостевую, где спали родители. В их с Елисеем спальне уже не стоял привычный бардак. Утром они обычно опаздывали, не успевая заправить постель после парочки бурных «подъемов». Теперь же у Алисы была масса времени: она даже перегладила постельное белье! Точнее, загрузила им домашнюю паромашину и теперь шелковые покрывала был настолько гладкими, что ни единой складочки не появилось за день. Идеально ровный, роскошный синий шелк и точно такие же шторы, сейчас слегка колышущееся от потока воздуха из приоткрытого окна.
- Домохозяйка с меня тоже отстой, - проворчала, падая поверх покрывала и уставившись в потолок, задумчиво рассматривая софиты в виде звезд.
Если выключить главный свет, оставляя вспомогательный – они горели точно звезды на небе, таким мистическим голубоватым сиянием в ночи. Елисей утверждал, что они напоминали ему детство, когда им с родителями удавалось выбраться на природу подальше от городской суеты. Только семья, никого больше. И лежа в спальном мешке, он часто рассматривал звездное небо, пока его отец безуспешно разыскивал там млечный путь. Она задумчиво разглядывала каждый софит, приказав системе включать их по одиночке и скользя пальцем от одного к другому.
- Миндальная мука, кассонад, кофейная паста, темный шоколад, краситель… – проговаривала под нос, помогая собственному воображению готовить рецепт, на который в обычной жизни никогда бы не решилась.
Внезапное осознание пришло к ней где-то на середине приготовления кофейного бисквита с черным горьким шоколадом, как части одного большого и невероятно вкусного рецепта. И не песочное, и не бисквитное полностью с нежнейшим кремом, напоминающим маленькую, удивительную галактику в миниатюре.
Подскочив с места, девушка на секунду зажмурилась. Какой толк переводить продукты, если ее карьера в ресторане на волоске? Прикусила губу и оглядела спальню.
- Алиса Владимировна, администратор на первом этаже передает, что к вам прибыли гости. Они уже в лифте. Их двое: Анастасия Павловна и Владислав Сергеевич, - проскандировала система «м\умный дом», вырвав Алису из потока навязчивых мыслей.
- Ко мне? – выдохнула удивленно, судорожно одергивая падающую с одного плеча лямку джинсового комбинезона с дырками на коленях.
- К вам, - потвердел электронный голос, и Ежова сорвалась с места, бросившись к входной двери, открыв ее за секунду до того, как палец Насти коснулся сканера для видеозвонка.
- О! – удивилась слегка Тасманова, вздрогнув и оглядев подругу с ног до головы. – Я думала придется дверь выбивать.
- Она угрожала сделать это моей головой, - закивал Радов рядом, проведя ладонью по рыжей макушке и тяжело вздыхая. – Злая женщина.
- Захлопнись, рыжий, - огрызнулась Настя, вручая ему свою сумочку в добавок к трем пакетам, что Влад держал в одной руке.
Бесцеремонно заставив отойти ошарашенную подругу в сторону, Настя буквально «вплыла» в коридор квартиры своего старшего брата во всем своем величии и великолепии. Повязанные в высокий хвост темные волосы и алая помада добавляла удивительно таинственный антураж ее присутствию, особенно, когда Алиса разглядела наряд лучшей подруги: черные спортивные треники, спортивная майка, перчатки с обрезанными пальцами и тяжелые берцы. Все это с таким видом, словно она королева, а не бомж при макияже с укладкой.
- Э-э-э-э, - потянула Ежова. Глаз непроизвольно дернулся, в пакетах что-то подозрительно загремело, когда Влад с таинственным видом кряхтя зашел в коридор и покосился на подругу, скосив глаза на Настину брендовую сумочку подмышкой.
- Вы что принесли? – озадаченно наклонила голову Алиса, убирая один из пактов, ахнув от его тяжести, затем содержимого.
- Успокоительное и антидепрессанты в бутылках, - отчеканила Настя, зорко покосившись на второй пакет. – Владик, неси это на кухню. У нас там будет штаб!
- Чего? – открыла рот Ежова, пропуская Радова, едва снявшего свои кроссовки и понесшего пакеты с шампанским в сторону кухни Елисея.
- Бухать будем, потом делать дела, - гордо крикнул парень, с грохотом ставя бутылки. – Не закрывай дверь, щас корги прибежит.
- Кто? – выпучила глаза Алиса, ощущая, как пакет оттягивает ей руку и цыкнув от боли в ладони, посмотрела на Настю, задумчиво высматривающую что-то на своих смарт-часах.
- Милана, - отозвалась Тасманова, отмахнувшись. – Влад ее так прозвал.
- Но она ж реально похожа на корги!
Алиса только успела отметить, что Радов тоже одет очень странно: во всем черном, кроме ярко-желтых пижонских ботинок. Рыжеволосый младший представитель большого семейства успешно расставлял бутылки, пряча часть в выдвижном барном холодильнике Лисы, выуживая из пакета, следом за шампанским, коробки сетами суши и роллов. Уютный барный столик постепенно заполнялся закусками, гремели фужеры, а Настя уже вовсю отбирала у подруги пакет и толкала ее в спину. Не дав запереть дверь.
- Погоди, Марк-то в курсе, где ты? – обеспокоилась Алиса, упираясь руками в дверной проем и не давая себя втолкнуть в светлое просторное помещение кухни. На эти слова Влад хрюкнул от смеха, зато Тасманова только фыркнула. Громко и очень показательно.
- Кому интересно мнение «почти» мужа?
- Почему «почти»?
- Потому что я еще не решила: ноги ему сломать или убью медленно да мучительно, - прорычала Тасманова с таким кровожадным блеском во взгляде, что Влад прекратил попытки стащить ролл с одного из наборов. Она сжимала кулак с такой слой, словно сжимала горло любимого супруга.
- Уверена, что бы он не натворил, это было не специально, - попыталась утешить ее Алиса, ощутив легкое злорадство. Совсем чуть-чуть, чисто из солидарности к себе любимой.
- Все равно надо вырвать ему кадык, - потянула Настя жестко, после чего ласково улыбнулась и похлопала подругу по плечу, стоило Алисе закашлять. – Как моя девочка в изгнании? Ты не волнуйся, мамы уже помирились. У них там своя тусовка, у нас своя…
- Твой брат ушел, - вздохнула Ежова. Проходя внутрь кухни и забираясь на один из высоких стульев, разглядывая принесенные дары. – Не знаю куда.
- Скатертью ему дорожка! Все мужики козлы, - решительно заявила Тасманова.
- Эй, я тоже мужик! – возмутился Влад.
- Ты не мужик – ты рыжий брат. Понял аналогию, Чингачкук Красное перо? – ткнув в сторону возмущенно парня пальцем. – Лучше строчи комментарии в защиту Алисы всем хейтерам!
- Я настрочил! – возмутился в ответ Радов, устраиваясь на кухонном диванчике, взяв в руке одну из бутылок.
Освободив пробку от наклейки с тихим хлопком под вскрик Алисы вытащил ее. Поваливший дымок и немного взметнувшаяся вверх пузырящаяся жидкость были немного успокоили девушку, пока Влад разливал по бокалам золотистый напиток. Присмотревшись, девушка увидела наклейку в виде веточки цветущего белого жасмина на фоне темно-зеленого стекла.
- Что за шампанское? – подозрительно спросила, принюхиваясь к удивительно тонкому фруктовому аромату, пробуя на вкус и с удивлением отмечая удивительно богатый букет напитка. Хоть никогда не была ценителем.
- «Перрье Жуэ» за шесть тысяч долларов, - невозмутимо ответил Влад, едва Ежова чуть не подавилась дорогим алкоголем, которое мгновенно ударило в нос пузырьками газов, заставляя судорожно откашливаться.
- Утащил из запасов папы, - пожал плечами Радов, хватая палочками ролл с красной рыбой.
- Мать моя, - просипела Алиса, обмахиваясь пачкой салфеток, заботливо подаренных к сету.
- Влад, прекрати травмировать ее психику, - шикнула на друга Наст, оглядываясь на дверь. – Комменты, помнишь?
- Да все я написал, - буркнул он, прожевав ролл, предварительно окунув тот в соевый соус. – Со всех тридцати пяти аккаунтов!
- Зачем тебе тридцать пять аккаунтов? - озадачилась Алиса, и Влад вскинул на нее брови, будто она сморозила невероятную глупость.
- Подруга, я же журналист, - возмутился рыжий Радов, гордо выпячивая грудь. – Чем больше обсуждений в статье, тем она популярнее и чаще светится на первых страницах запросов браузера. Даже если создавать обсуждения искусственно.
- Пиар, - постучав по виску пальцем, ухмыльнулся. – наше все.
- Ты хоть не в одного компа посылал то? – поинтересовалась Настя.
- Обижаешь. С трех разных пяти монобуков, один из которых в KFC - хмыкнул Влад, показав знак «окей».
- Я даже не буду спрашивать, зачем тебе пять монобуков, - потянула Алиса, - и как ты все пароли помнишь?
- Он у меня один на все аккаунты - улыбнулся Радов, поднимая бокал.
Милана явилась спустя почти час в таком же черном одеянии: толстовка на два размера больше, джинсы, кеды и самое забавное – шапочка с прорезями для глаз со ртом. Радов смеялся минут десять, зато Настя восприняла идею счастливой и довольной Боярышниковой с энтузиазмом, спросив у Алисы, есть ли у нее колготки в тон их одежде. Желательно плотные, чтоб не просвечивали.
Так спустя еще полтора часа и пять бутылок шампанского в полмиллиона рублей каждая, они уже разрабатывали невероятный план, который Алисе в самом начале казался бредом. Примерно до середины второй бутылки. На третьей она поняла, что нет ничего лучше, чем креативно мыслящие друзья и хорошее игристое вино. Оно даже лучше мужчин в некотором смысле.
- Мы проберемся в папин ресторан, ик! – торжественно объявила Настя, пошатываясь и поднимаясь со стула, который тут же грохнулся на пол. На кухне мигнул свет, а система умный дом вежливо поинтересовалась, не нужна ли кому помощь скорой.
- Найдем песту…просту…пизду… короче, того козла, - заплетающимся языком кивал Влад, ловя убегающий ролл в соуснице ложкой и опираясь о руку, разлегшись на столешнице.
- Я так счастлива! – радостно подпрыгнула Милана словно щенок, залпом выпивая еще один бокал и хлопая в ладоши.
- Мы все идиоты, - пьяно вздохнула Алиса, отпивая из горла бутылки, больше не заботясь о ее цене.
- А то же! – радостно поддакнула ей троица, натягивая колготки на головы с неаккуратными прорезями от ножа и снова чокаясь на дорожку бутылками.
* * *
В квартире Антона Канарейкина со времен празднования новоселья столько людей не бывало разом. Он вообще не очень любил большие компании и делить свою территорию, тем более, когда ее занимали сплошь неандертальцы – так он называл брата с компанией. Его уютное жилище в стиле неоклассицизма подверглось безжалостному надругательству со стороны старших братьев Радовых, Тасманова и Лисы. Темный паркетные доски пола теперь были перепачканы в следах от грязных ботинок, вызывая у младшего Канарейкина тяжелую форму депрессии – он его только вчера вычистил до блеска, а они снова все изгадили!
Следы были везде: в коридоре, двух гостевых комнатах, на лестнице ко второму этажу - там находилась его личная ванная комната и спальня. Они рассматривали светлые стены, где местами была выложена кирпичная кладка для создания идеального сочетания. Тыкали пальцем в черно-белый триптих и трогали руками модели мотобайков, собираемых Антоном с маниакальной любовью. Они даже отодвигали дверцы деревянных шкафов и переворачивали вазу с композицией из прутьев, интересуясь: «Татошка, на кой ляд тебе веточки? Ты их куришь?». После варварского исследования всех углов, развалились на его большом велюровом диване и улыбались. Закинули ноги на журнальный столик на светлый столик, после чего раскидали подушки, любуясь сменяющими эмоциями на лице Антона.
Одно веко, другое, затем задрожали руки и Канарейкин зарычал не хуже хищника в брачный период:
- Ботинки-и-и… грязь…
- Ой, прости Татошкин, - почти искренне повинился первым Михаил, стащив ноги со стола, пиная остальных. – Мы не специально.
И оставил грязный след на белом коврике.
- Смотри, он сейчас взорвется, - потянул Андрей весело, тыча пальцем в едва сдерживающего ярость Антона.
- В прошлый раз электрометелкой меня побил, - закивал Елисей. – А я всего лишь пролил вишневый сок на скатерть. Хуже отца в период уборки, честно слово. Тот хоть просто орет.
- Пошли отсюда, я вижу он уже на грани. Сейчас выдержка сбой даст, и он нас роботом-пылесосом забьет насмерть, - скептически потянул Марк, дергая Лису за рубашку, стаскивая с дивана.
- Да ладно, не преувеличивайте, - отмахнулся Андрей, с улыбкой поднимаясь и обходя столик, приобнял Антона за плечи, похлопав того по широкой груди.
Он дружелюбно сжал парня в объятиях, пока Лиса с Марком по стеночке продвигались к выходу, осознавая, что младший Канарейкин уже пребывал на грани. Михаил хотел было сказать брату, чтобы отстал от Татошки, но Радов уже получил неожиданный удар в челюсть снизу такой силы, что голова откинулась назад. Зубы опасно клацнули, отчего парень едва не прикусил язык и не лишился всего нижнего ряда.
- Живо все убрали за собой и помыли руки! – рявкнул Татошка таким голосом, от которого друзей мгновенно сдуло из комнаты. Последним Миша уводил стонущего брата в сторону ванной комнаты на первом этаже для гостей.
- Капец, тиран. Мелкий был же, ваще пацан нормальный, - цокал языком старший Радов, пока робот-уборщик забирал у них грязные ботинки и убирал следы по квартире.
- Да я говорю это все потому, что папа его неудачно через забор кинул. Чутка не долетел до сугроба, - вздохнул Лиса, подставляя руки под кран, когда теплая вода хлынула на кожу, превращая дезинфицирующий гель, из стеклянной бутылочки с автоматическим дозатором рядом с раковиной, в пену. Ванную наполнил аромат мяты.
На самом деле шутить над братом Елисей не собирался, это было скорее простым развлечением. Тем более, они собрались тут не для праздного времяпрепровождения – надо было решить вопрос с Хроменко, попытаться найти доказательства непричастности Алисы. Поэтому сейчас со вздохом смотрел в зеркало, заметив отражение Тасманова с синяком на скуле и немного недовольным взглядом.
- Ну, прости Тасман. Ты сам нарвался, - в десятый раз повторил Лиса, зная, что друг ничего не забыл и будет еще месяц регулярно вспоминать свою глубокую обиду.
- Не прощу, - отрезал Марк, отворачиваясь и задирая нос выше. – Что за дикарские замашки сразу в лицо бить? Хоть знаешь, какое оно ценное?
- Знаю, сестра мне весь мозг проела уже. Она, кстати, собралась тебя вроде убивать. Или мне показалось, что я слышал ее вопли на заднем плане? - спросил Лиса, вытирая руки одноразовым полотенцем и выбрасывая то в мусоропереработку. Стоило выйти в коридор, как он наткнулся на братьев Радовых, которые поспешили тоже ополоснуть руки.
- Кого? – вскинул брови Марк, фыркая лениво, прислонившись к стене. – Ой, да покричит и успокоится, что я жену свою не знаю. Завтра попрошу прощения. На крайний случай – послезавтра с цветами и ее любимым тортом, - задумчиво потянул Тасманов, складывая на груди руки.
- Эх, вы, подкаблучники, - Михаил насмешливо выглянул из ванной, пропуская туда брата. – Не умеете с бабами своими обращаться. Вот я бы свою вот где держал, - он сжал огромный кулак, поднимая его вверх и едва не заехав Андрею уже по носу, отчего парню пришлось отклониться.
- Ты поаккуратнее, домостроец, - поморщился Радов, отодвигая руку старшего брата. – Сейчас своим кулачиной убьешь кого-нибудь.
- Так я же не бить, тупица, - поморщился Михаил, - просто женщине не надо подчиняться и потакать ей.
- Ну, да-а-а-а, все так говорят, - потянул Марк. – Папа мой тоже говорил, какой был одинокий гиен: крутой и стильный. Пока мама два раза об пол не приложила. Быстренько глупости из головы выбросил. И это я молчу о своей драгоценной жене, обожающей бросать тяжелые и не очень предметы быта, тренируя меткость!
- Встретишь Медведь бабу, мы с тебя еще поржем, как ты цирковым мишкой у нее будешь подрабатывать. Накрутит тебе хвост пимпочкой и велик выдаст на сдачу, - хрюкнул Лиса, уворачиваясь от подзатыльника.
- Тю, подъюбники бабские!
- Чего раскаркались, как вороны на помойке? – поинтересовался выглянувший из кухни Антон, подозрительно оглядевший компанию. – Капец, взрослые лбы, а сплетничаете как курицы. Нашли время языками чесать, сюда тащитесь! И аккуратнее, у меня тут все стерильно, как в поликлинике.
- Это потому что ручки у тебя золотые из платиновой жопки, прям как у папы. Ты же ничего не готовишь, - ехидно хрюкнул Лиса, перепрыгивая механическую руку робота, выгребающего невидимую глазу пыль из щели под тумбой.
- Выкину тебя сейчас из своего дома на мороз, Каштанка.
- На улице плюс двадцать пять.
- Вот и помрешь один на помойке.
- Тебе мама не простит!
- Зато папа одобрит!
- Прямо чувствую эти флюиды, - хохотнул Андрей, двинувшись за парнями. – Где-то тут витает дух дяди Паши. Такой же с мерзким характером, регулярно мотающий всем нервы.
- Я всегда говорил: этот злобный тролль, имеющий себя человеком – гнусный полтергейст, отравляющий людям жизнь. Но кто бы мне поверил?
-… и дяди Ярика гены тоже мимо не пролетели, - философски добавил Радов, окликнув остальных уже на пороге:
- Эй, а какая у нас идея-то?
- О-о-о, идея… - вздохнули Елисей с Марком, переглянувшись коварно, когда Татошка оторвал взгляд от монобука, взвизгнув возмущенно, подпрыгнув на стуле:
- Не хочу знать! Никаких планов, придурки, понятно?! Ни-ка-ких! Нет, я в этом не участвую, только помогаю!
* * *
Перелезать пьяными через забор – приключение сомнительное. Алиса в этом убедилась, когда Радов-младший свалился в кусты роз с тихим поросячьим визгов и ойканьем, переломав половину веток. Настя убеждала, что именно тут есть «слепая зона». Дроны облетали эту местность раз в час, охрана проходила раз в два. А камеры по обеим сторонам стены практически не просматривали этот угол. Все эти сведения, по ее словам, она вытрясла с Саши – помощницы своего отца. Как и когда, Алиса знать не хотела. Точно так же, как рухнуть на землю следом за охающим Владом, качаясь, сидя на каменном заборе и вдыхая ночной городской воздух, наполненный ароматом начинающего зеленеть сада ресторана «Баболовский дворец». Рядом вскарабкалась Милана, улегшаяся на поверхности стенки животом и обхватывая ее руками, в панике смотря вниз.
- Чего там застряли? Быстрее, а то сейчас охрана пойдет! – шипела ниже Настя, оглядываясь. Мир перед газами кружился, настроение было потрясающим и даже глупость их поступка не позволила испортить Ежовой настроение.
Они в нее верят. Какое потрясающее чувство! Час назад они клялись в вечной дружбе друг другу на палочках для роллов, допивая еще одну бутылку уже в машине, пока та на автопилоте везла их сюда. Она слабо себе представляла, что кто-то настолько заморочился и спрятал скрытые камеры в ресторане, дабы отслеживать все происходящее внутри. Зачем? Ведь это глупо. Но на всякий случай они перевернули квартиру Лисы, ведь в детективных сериалах именно так все и происходит. Влад даже самоотверженно пытался отодрать от потолка датчик системы «умный дом» и поискать там «прослушку», отчего та разразилась жутким воем, напугав Радова чуть ли не до смерти.
Девушка снова покачнулась, покосилась на изломанные ветки куста, карликовые деревца рядом, молодой зеленый покров травы, устилающий ковром землю. И, перекинув ногу, спрыгнула вниз. Следом за ней с визгом упала Милана, поднявшаяся на ноги и оттряхивающая джинсы. Поправляя сбившуюся шапочку.
- В этих колготках неудобно, - пробурчала Алиса, поправляя свою импровизированную маску, морщась от неприятных ощущений.
- Зато мы самые стильные воры, - иронично ответила Настя, поправив прорези. – Никто не пробирается в ресторан в велюре!
- Это шерсть верблюда, - отозвался Радов, икнув громко, шатаясь на месте и пожал плечами на удивленные взгляды. – Что? Я бирочку прочел.
- Тихо! Слышите?! – зашипела Милана, заставляя остальных замолчать и прислушаться. Где-то неподалеку с тихим жужжанием пролетел сканирующий дрон.
Яркий свет скользил по едва колышущимся от ветра листьям, выискивая подозрительную активность тепловизором. Им пришлось осторожно перебраться в сторону просканированной территории, стараясь двигаться бесшумно почти не дыша. Дрон неожиданно замер и ребята застыли в неудобных позах, хватившись друг за друга. Пока машина задумчиво крутилась на месте, друзья сдерживали воздух в легких до тех пор, пока дрон не отправился дальше, позволяя им выдохнуть.
- Надо скорее двигаться, иначе все запалимся. А у нас важный план: надо найти доказательства прослушки! – покачнувшись, слегка нетрезвым голосом объявила Настя, обхватив Милану одной рукой и вдохнув полной грудью, посмотрела на Алису. – Что ты мрачна так, подруга?
- Твой отец нас убьет, - вздохнула Алиса, одергивая чересчур длинные рукава черной толстовки Елисея, которые вынуждена была закатать по локти.
У себя из всего «конспиративного и черного, как ночь» она нашла только коктейльное платье. Уже хотела надеть его, но в последний момент Настя убедила ее, что они едут не покорять вершины гламурного мира, а преступного – значит, никаких коротких юбок. Пришлось в срочном порядке лезть в шкаф Лисы, благо подобного добра у любого мужчины с лихвой можно найти всегда. Алиса даже чуть не уснула в обнимку с его рубашкой, но была безжалостно вырвана из сладкой неги дремы, с напоминаем о деле.
В начале наглые воры, потом можно обжиматься с вещами своего мужчины. Или мужчиной.
- Я уверена, Павел Александрович нас поймет. Мы действуем во благо! – заявила Милана, подняв руку со сжатым кулаком вверх и задирая подбородок. От этого они с Настей снова покачнулись и чуть не рухнули на землю, хватаясь друг за друга.
- Чувствую, в ресторан мы сейчас ползком поползем, - сочувственно потянул Влад, придерживая подруг за руки.
- Как партизаны? – полюбопытствовала Алиса, прижавшись к плечу рыжего и тот хохотнул.
- Как партизаны!
* * *
- Через забор?
- Через забор.
- А нормально пройти через ворота нельзя? – с последней надеждой в голосе поинтересовался Антон, разглядывая каменную кладку забора.
- Через ворота – это не актуально и пресно. Где твой дух приключений, я не пойму? Где мой маленький брат, готовый всегда и во всем следовать навстречу великих свершений? – радостно хлопнул его по плечу Елисей, широко улыбаясь.
- Это в тюрьму что ли? Не-не, давай сам там срок мотай, а я, так и быть, готов даже иногда носить тебе плюшки и навещать раз в год.
Улица с северной стороны пустовала. В этой части здания Баболовского дворца, окруженного сплошь огромными элитными бизнес-центрами с одной стороны и жилыми домами с другой, ночью люди встречались не так часто. Бродить по дворам в Москве, даже с наличием охранных дронов и регулярно патрулирующих улицы роботов, было все равно страшно. Нет-нет, да за высоким забором мелькал яркий свет – территория регулярно проверялась. А едва заметные, пробегающие голубые огоньки поверх кирпича на стене говорили о том, что охранная нейросеть, покрывающая каждый миллиметр – совсем недавняя разработка – работала исправно. Стоит им попытаться влезть – сигнал тут же придется на все устройства охраны комплекса, не говоря уже об отце.
Они все идиоты. Полные.
- Никогда не нарушал закон, - вдохновенно выдал Андрей, блаженно прикрывая глаза. – Всю жизнь по другую сторону живу, как юрист, а тут такая возможность. Аж кровь кипит!
- Не зря папа говорил, что все Канарейкины - потенциальные уголовники, - иронично заметил Михаил, разглядывая стену. – Как взбираться то будем, умники? Он метра два в высоту.
- Нет ничего не возможного, Медведь, - потер радостно ручки Тасманов, злорадно хихикая и оглядываясь. Редкие машины, несколько дронов и пара пьяных бомжей были свидетелями их преступления. Еще робот-мусорщик, собирающий окурки с асфальта, равнодушно шумел неподалёку.
- Зачем мы вообще туда идем? Кто-нибудь подумал своей головой? Лиса! Твой друган же уже выяснил, что почта Алисы была дублирована при помощи вируса через сообщение, присланное Хроменко, - взорвался негодованием Татошка, топнув ногой.
- Че заныл? Триста лет ничего вместе не творили. И я хочу проверить одну догадку и лучше это сделать, пока никого из сотрудников на работе нет, - пожал плечами Лиса, примеряясь с растущему рядом кривому дубу, практически вросшему в стену.
Его никто не спиливал – было жалко, вот и вырос. Зато мог послужить отличным плато для того, чтобы перебраться в сад Баболовского дворца, дабы оттуда попасть в здание через черный ход на парковке для персонала. Нейросеть нейросетью, но она срабатывала на любую активность: даже птиц и бабочек. Если они переберутся при помощи дерева, не задев стену, тогда ничего страшного не произойдет.
- Нельзя проверить утром? – снова заканючил Антон, отказываясь решительно становится преступником и покорять вершину. На дуб уже вовсю забирался Елисей, пыхтя от натуги. Когда они были маленькими, это казалось как-то проще.
- Утром там уже куча народу будет. Смелее, Татошкин. Помни: слабоумие и отвага! – пихнул к дереву парня Марк, коварно улыбаясь.
- Это же твой тупой план, - мрачно изрек Антон, хватаясь за нижнюю толстую ветку и подтягиваясь. – Точно твой. В вашей парочке только у тебя вечно идиотские идеи генерируют.
- В чем меня обвиняют? Предъявите ваши доказательства!
- Да быстрее лезьте, а то я сейчас уголовный кодекс начну вспоминать, - фыркнул внизу Андрей, нетерпеливо оглядываясь и ожидая своей очереди.
- Ой, тут гнездо кукушечки!
- Лиса, нашел че смотреть, ползи быстрее!
- Да ползу я, чего ты орешь?
- Медленно ползешь, ты что там застрял?
- О, вы видите это? – хохотнул Медведь, забираясь на дерево последним.
Лиса уже почти перебрался вниз, держась за опасно накренившуюся ветку и нащупывая ногой твердую поверхность. В последнюю секунду он замер, удивленно подняв голову и поинтересовавшись:
- Что «видим»?
- Надпись: «альтернативная логика» на наших лбах. Попадемся, девчонки нас засмеют.
- Засмеют, - вздохнул Андрей. – И Владюха тоже.
- Глупости, - фыркнул Елисей, почти встав на ноги и не обратив внимания на подозрительный хруст ветки, за которую держался. – Все ради справедливости, любви и женщин.
- Особенно женщин, - поддакнул Марк.
- Мы все запалимся, - вздохнул Антон. – Ой, чувствую, запалимся.
В этот момент раздался очередной хруст, и все замерли, от неожиданности замолчав. Андрей подозрительно потрогал жесткую кору, которую обхватывал ладонями и прищурился.
- Кто-нибудь слышал?
Ветка с громким треском обломилась, и с ней в обнимку Елисей полетел вниз под собственный вопль прямо в розарий, растущий вдоль всей стены, окружавшей Баболовский дворец.
* * *
В больничной палате было тихо. Павел Канарейкин, по прозвищу Кенар, снова расстреливал зеленых свинок в игре. План по терроризированию персонала клиники был выполнен на все двести процентов, потом он мог спокойно отдохнуть. Рядом тихо шумели аппараты, а за окном была прекрасная звездная ночь, без единого облачка. Паша настолько увлекся, что не сразу услышал пищащие смарт-часы на тумбочке. Только с третьего раза, вытащив вкладыши из ушей, из которых доносились визги поросят, вскинул брови и потянулся к часам.
Он удивился двум вещам: тому, что охранная система его главного ресторана подает сигналы уже полтора часа и то, что ему в два часа ночи звонит начальник службы безопасности. Алексей Роковский был так настойчив, что мужчине оставалось только мрачно вздохнуть, принимая вызов. И первое что он увидел: обеспокоенное лицо мужчины, позади которого топтался молодой охранник. Тот закрывал собой обзоры на часть экранов монобуков, где отображались объекты в ведении его команды.
- Какого черта? Два ночи, - мрачно рыкнул Павел, ставя игру на паузу. – У меня почти пять миллионов очков, я всех в онлайн обошел! Еще чуть-чуть и выиграл бы золотой уровень!
- Павел Александрович, тут такое дело, – поторопился с объяснениями Алексей, косясь в сторону парня. Нервно обзывая губу, Роковский то поглаживал длинный шрам на щеке, то ерошил короткие темные волосы. Его карий взгляд бегал от экрана к Павлу и обратно.
- Какое дело? – недовольно рыкнул Канарейкин, раздражаясь. – И почему охранная система вопит, как истеричная баба? Вы Кире звонили?
- В том-то и дело, что ваша супруга трубку не берет, - вздохнул опять Алексей. – А у нас тут внештатная ситуация.
- Конечно, два ночи. Нечего моей жене так поздно звонить, - отрезал Павел и ворчливо поинтересовался:
- Что у вас там? Опять какой-то бомж пробрался или собака?
Паниковать он не собирался. Всюду были установлены камеры слежения, а уж система на всех объектах Павла была такая, что любой банк бы позавидовал. Никакие воры или рецидивисты не пробрались бы без ведома охраны. Тем более Алексей не стал бы беспокоить начальника в два ночи по такому поводу. Он бы скорее отправил своих парней да вызвал полицию, после чего отчитался бы утром. Но взгляд мужчины был странным, как и поведение его помощница. Марат – если Павлу не отнимало память, так звали светловолосого худого парнишку – сейчас отчаянно метался. Будто ему было что сказать, однако он не знал, как лучше это сделать.
- Так что там у вас?
- Ваши дети и не ваши тоже… - пробормотал смущенно Алексей, окончательно растерявшись.
- Какие дети? – не понял Кенар, вскинув бровь.
- Ну, ваши. И не ваши, - повторил Роковский. – И Ярослава Марсельевича, и Сергея Константиновича, и…
- И что делают МОИ дети? – почти агрессивно прорычал Павел, едва не раскрошив смарт-часы в пыль в пальцах, напугав охрану до смерти. Глава службы безопасности побелел, а его заместитель даже перекрестился.
- Они пролезли через забор, сломали пять кустов и проникли в ресторан! – жалобно взвизгнул Марата, тоненьким голосом отчитываясь перед грозным руководителем. – Мы не знали, что делать. Не задерживать же их, правильно?
- Там все дети? – вскинул брови Паша, мгновенно расслабляясь.
- Вообще все. И даже подруги вашей дочери. Обе.
- А, ну хорошо, - кивнул Павел, от радостно подпрыгнув в постели и приборы мгновенно запищали. – Так, ничего не делайте, я сейчас приеду.
Отключившись от растерянного Роковского, Кенар быстро слез с кровати, срывая с себя все возможные провода и хохоча от восторга. Бросившись к шкафу, приказал системе включить свет, принимаясь спешно собираться, набирая номер Тасманова. Нечего спать, когда собственные дети вандальничают в его ресторане. Надо им в этом помочь, желательно успеть на самое интересное!
- Павел Александрович, вы куда? – ахнула молодая медсестра, зашедшая проверить пациента, когда ей пришло оповещение. Рядом вертелся больничный робот-нянечка, мигающий красными светодиодами.
- Срочно выписываюсь! – объявил торжественно Паша, бросая вещи в сумку. – У меня сейчас ресторан грабят, я должен ехать туда.
- Но вам нельзя, - нахмурилась девушка, отчаянно кусая губу и встав в проеме, будто пытаясь загородить ему путь. – Ваша супруга дала указания лечащему врачу вас не отпускать.
- Точно разведусь с этой неугомонной женщиной, - проворчал Кенар, пытаясь застегнуть неподдающуюся молнию. – Хотя нет, еще чего на старости лет ее радовать. Пусть терпит, пока не помру.
- Павел Александрович, меня же уволят, - заканючила медсестра. Отчаянно пытаясь остановить мужчину. Ведь удерживать его насильно у нее не было никаких прав.
- Ничего, дитя, - радостно заявил Паша, беря в одну руку сумку, а второй аккуратно отодвигая девушку с прохода. – Жизнь – штука сложная, но я уверен, ты еще найдешь свое призвание.
«Кенар? Ты чего названиваешь на ночь? Умираешь уже? Потерпеть до утра не мог, я еще не готов к твоим похоронам. Жди теперь пока поглажу костюм», - раздался голос Тасманова, когда немного сбивчивое изображение появилось перед глазами Павла. Сонный Ярослав, завернувшись в одеяло, недовольно взирал на друга и отчаянно зевал.
- Гиена, что ты несешь? Поднимайся, ленивая задница. Наши дети грабят ресторан! – заявил Паша категорично, убегая от робота и медсестры по коридору больницы.
- Павел Александрович, вы же в тапочках, хотя бы наденьте ботинки! – отчаянно кричала ему девушка, спеша за мужчиной.
«Какие еще дети? Нет у нас никаких детей»
- Те самые, которых мы зачем-то завели вместе с женами.
«Ах, эти дети. Ну, да. А я тебе говорил, что дети – зло. Но ты же нет: «они такие хорошенькие, они такие глазастенькие, на Кирочку мою похожи», - передразнил Павла Ярослав, пока тот спешно покидал одно крыло через коридор, ведущий в другую зону. Прямо в тапочках.
- Гиена, сейчас договоришься. Длинной позвоню и на тебя нажалуюсь, будто ты дитенка своего не любишь. Вон она за твоей спиной стоит, - пригрозил пальцем исказившемуся изображению друга.
«Не надо мне тут женой угрожать, в конце концов, кто в доме хозяин?!», – возмутился Ярослав и тут же притих, услышав что-то на заднем плане. Он опасливо вытянул из-под одеяла шею, подслеповато щурясь.
- Раечки испугался? – злорадно хохотнул Паша, останавливаясь возле автоматических дверей.
«Тьфу, до инфаркта доведешь», - выругался Тасманов, насупившись и поворачиваясь обратно лицом к Паше.
- Ладно, хватит отпрыскам кости перемывать. Собирайся, пока они ресторан не разнесли.
«Ой, ну разнесли и ладно. Дело молодое, подумаешь»
- Мой ресторан! – рявкнул Паша так, что даже окна задрожали и один из дронов слабо пискнул. Двери распахнулись, попуская мужчину вперед, пока в остальных помещениях загорался свет.
«А ты зачем их в свой ресторан пустил? Это же дети. Сам виноват»
- Я не пускал, они через забор пробрались.
«Все?»
- Вообще все. И даже Серегины.
«О, это надо видеть! Подожди меня. Полицию звать будем?»
- Зачем? Так поржем. Сейчас вот еще Сергею позвоню. Потом Кире скажу, что это она виновата.
«Почему она?»
- Так не в меня же они такие дурные.
«Действительно, это же не ты когда-то в клубе вакханалию устроил»*
- Я сейчас тебе напомню про стриптиз-клуба, звезда шеста и молодых геев*, - прорычал Кенар.
«Запрещенный прием»
Справочная информация*:
*- упоминаются события из первой книги о Павле Канарейкине «Как найти работу»