Глава 14

7 — 8 августа 1859 года

Петр Егорович был рад, что после такого фееричного позора с обвинениями его с дочками не погнали из дома, что сделал бы более спесивый дворянин. И чтобы не оставлять о себе негативного впечатления, всеми силами пытался доказать Сергею Александровичу, что имело место быть стечение обстоятельств. Напирал на то, как сам бы Винокуров себя повел в похожей ситуации. И это дало результат. Пусть не сразу, но помещик успокоился и смотрел на офицера уже не так враждебно. А там — слово за слово, несколько баек из жизни на военном корабле, и изначальная благожелательная атмосфера была восстановлена. Попутно мужчина поглядывал и на дочерей, которые полностью завладели вниманием младшего Винокурова. Сергей Александрович тоже туда поглядывал и видел, что никакого негатива меж молодыми людьми нет, что тоже добавило его расположения к Скородубову.

Постепенно мужчины перешли на разговор о собственной жизни и детях.

— Роман меня радует, — говорил с гордостью Винокуров. — Как вернулся с учебы из столицы, развил бурную деятельность. Видели, наверное, кирпичное здание строим? Его идея — хочет мастерскую игрушек открыть. Лесопилку вот новую поставим рядом. Тоже из кирпича. Старая небезопасная была в отношении пожаров, вот в не самый удачный день и сгорела, — посетовал он. — Ну да ничего — новая будет в разы лучше.

— Похвально, что вы первым делом о промышленности печетесь. А то в последнее время многие помещики больше о внешних приличиях думают — как они выглядят в глазах общества, да ищут выгодные партии, вместо того, чтобы самим своим трудом создать свое будущее, — польстил ему Петр Егорович. — Мне, увы, с наследником не повезло. Только дочери, но зато — красавицы и умницы.

— Да, вижу, — покивал Сергей Александрович. — А чего ж не отдаете их замуж?

— Ну не за первого встречного же их отдавать? — усмехнулся Петр Егорович. — И скажу прямо — про умниц я не для красного словца добавил. Они и в женской гимназии у меня отучились, и имеют диплом о том. Могут и сами учительницами преподавать. И хозяйство домашнее вести. Пока меня нет — за домом они присматривают, лично. Только одно меня огорчает, — вздохнул офицер, — они ведь привыкли постоянно вместе быть. А тут — по разным семьям их разводить. Из-за этого и нос воротят, не хотят расставаться. А так бы уже нашел им женихов конечно.

— Как я вас понимаю, — усмехнулся Сергей Александрович. — У меня Роман тоже женитьбы сторонится. Думали, с соседями породниться, вон, вы их невест видели, а он не хочет.

— Прямо отказался? — хмуро уточнил Петр Егорович.

Ведь если все так, то и его планам свести одну из дочерей с Романом не суждено сбыться. А породниться с Винокуровыми хотелось. И чем больше мужчина о них узнавал, тем сильнее. Тут и одна из дочек окажется под присмотром свекрови. Ольга Алексеевна произвела на Скородубова самое приятное впечатление. Вполне может и мать Анне или Анастасии заменить. Да и связями Винокуровы не обделены. Успел промелькнуть у них в разговоре с Сергеем Александровичем тот факт, что держательница театра в Дубовке — его родная сестра. А ее муж служит помощником начальника Дубовского порта. Последнее еще больше добавило симпатий к Винокуровым у Петра Егоровича.

— Напрямую-то он мне конечно не перечит, — заявил тем временем Сергей Александрович. Тем самым сразу дал понять, что и сын его уважает и его слово для Романа «вес» имеет. — Но стоит невестам самим дать повод, чтобы можно было отложить помолвку или и вовсе от нее отказаться — тут же ею пользуется. А девушки в этом возрасте сами могут взбрыкнуть или глупость сотворить. Ну, вы понимаете.

— Прекрасно понимаю, — покивал Петр Егорович. — Слава богу, мои уже прошли этот период. Думают в первую очередь умом, а не… сердцем, — с запинкой закончил он, чуть по военному не сказав в лоб «правду-матку», понятную любому отцу.

— Это замечательно.

* * *

Сергей Александрович многого ждал от визита Скородубовых. Ведь это первый раз, когда Роман сам позвал гостей в их дом. Да еще тех, с кем раньше их семья не общалась. Поэтому, несмотря на обвинение Петра Егоровича, он решил дать тому шанс все же хоть немного показать себя. Мужчине понравилось, что офицер сумел не только признать свою ошибку, но и тут же извиниться за нее. На фоне других неприятностей, что случились за последнее время, Сергей Александрович посчитал это добрым знаком. К тому же лучше завести еще одного друга, чем на ровном месте из-за какого-то нечистоплотного дворянина обзавестись пусть и не врагом, но и просто расстаться на негативной ноте с возможным союзником.

Дальнейшее общение со Скородубовым лишь утвердило Сергея Александровича в правильности своего решения. Петр Егорович полностью раскаялся в собственной поспешности, это было видно по его поведению. И всеми силами старался исправить свою оплошность. Да и дочки у офицера были на загляденье. И Роман с ними общался без той напряженности, что была у него с Кристиной Уваровой. Так он лишь с Валентиной говорил. И раз уж он сам пригласил их в гости, то Сергей Александрович рассчитывал, что уж сейчас-то не будет воротить нос и выберет кого-то из них себе в невесты.

Одно смущало помещика — кроме жены выгоды от подобного брака для их семьи особой не было. Придется его сыну тогда не на новые связи рассчитывать, а на собственный ум и оборотистость. Благо у него это пока неплохо получается.

Чтобы окончательно определиться — стоит ли связываться со Скородубовыми, к Сергею Александровича пришла, как он посчитал, гениальная мысль — попросить тех остаться на ночь. Благо к тому были все предпосылки. Гости задержались и обратно им ехать очень долго, в середине ночи только в город доберутся, если не к утру. А погода за окном такая, что застрять в темноте нанятый ими экипаж может легко.

«Вот и поглядим, как они себя еще проявят» решил помещик.

Услышав предложение Сергея Александровича остаться, Петр Егорович изрядно удивился.

— Не сочтите за дерзость, но у вас найдется место? — спросил он. — Кхм, дом у вас хороший, но и нас немало.

— Потеснимся, — добродушно махнул рукой мужчина. — Госпожи Уваровы к себе отправятся, им до дома недалече ехать, соседи все же, а для вас троих место найдем.

— Ну если вы так уверены…

Предложение хоть и было для офицера неожиданным, но отказываться он не стал. И даже обрадовался, ведь получается, что происшествие с необоснованными обвинениями окончательно забыто. И сам Сергей Александрович ничего против него и его дочерей не имеет. Что вселяло надежду на благополучный исход этой поездки. Не зря он Анну с Анастасией взял с собой! А ведь были сомнения, стоит ли это делать. Но побыть с дочерями после долгой разлуки хотелось больше, чем оставлять тех дома. Особенно когда девушки сами просились в поездку их взять.

— Тогда пойду, обрадую девочек, — улыбнулся Петр Егорович.

* * *

Естественно первым вопросом, вставшим передо мной, была проблема размещения. Где кто спать-то будет? Если и Уваровы останутся, то мест даже нам самим не хватит. Но это и отец понимал, который и предложил Скородубовым остаться у нас до завтра. Вскоре Кристина с Валентиной отправились домой, очень ревниво поглядывая на близняшек. Сами девушки хоть и удивились решению отца, но в то же время и обрадовались. Что и понятно — кому захочется ехать не в самых комфортных условиях посреди ночи?

Но расположение гостей взяли на себя родители после позднего ужина. Ивана с Игорем на одну ночь подселили к Люде. Хоть и невместно девочкам с мальчиками вместе в одной комнате спать, но сочли, что их возраст позволяет их к одной категории «дети» определить. В освободившуюся комнату близнецов определили Анну с Анастасией. Благо кровати у мальчишек были вполне взрослыми по размеру. А Петра Егоровича ко мне подселили. Лишь пришлось дополнительную кровать ставить. Ее собрали из запасных деталей к другим кроватям. У Корнея на это минут десять ушло. В целом — потеснились, а мне это живо напомнило меблированные комнаты в Царицыне. Разве что размер спален у нас в поместье был поменьше, чем в тех комнатах.

— Кхм… — протянул Петр Егорович, когда стал готовиться ко сну.

За окном темно было, потому мы лучину зажгли. Вот при ее свете он и наткнулся на унитаз, который пока так и стоял в углу моей комнаты.

— Никак, гальюн у тебя прямо в спальне? — хмыкнул он.

— Видели — пристройку делаем к столовой? Вот там он и будет стоять.

— Чего же ты в своей комнате его сейчас держишь?

— Так идея о его установке моя. Как и сам унитаз по моему эскизу сделан.

И дальше я рассказал Петру Егоровичу всю историю с этим «моим изобретением». Тот задумчиво покивал и на этом тема себя исчерпала. Устали за день все, и заснули быстро. А разбудил меня храп Скородубова, но случилось это уже ранним утром. Поняв, что больше не засну, я тихонько оделся в свою «тренировочную форму» и вышел на улицу. Пока гости спят, быстренько сделаю свою обычную утреннюю зарядку. К тому же солнце уже начало вставать, дождь за ночь закончился, и день обещал быть солнечным.

* * *

Настя проснулась от странных звуков за окном. Ей и так-то было на новом месте непривычно, да еще в гостях, а тут и звуки какие-то, каких она не ожидала услышать. Словно кто-то ритмично двигался… в голове девушки тут же всплыли образы обнаженной пары, что сходятся в противоборстве страсти, оставшись наедине… как ей рассказывала Маргарита Игоревна в те редкие моменты, что девушки с ней оставались посекретничать. Лицо Насти запылало от разыгравшегося воображения.

На самой девушке кроме панталон и свободной рубахи ничего не было. Что позволяло представить саму себя на месте неизвестной дамы…

— Уфф… — донесся до нее облегченный мужской выдох до боли знакомого голоса.

«Роман⁈» — узнав голос парня, сердце девушки забилось в испуге.

Неужели он… с кем-то… прямо сейчас…

Не выдержав неизвестности, Настя тихонько встала с кровати и подошла к окну, из-за которого и издавались звуки. После чего облегченно улыбнулась. Вот же проклятое воображение! А она уже себе черти что надумала! А там просто парень занимался зарядкой. Отсюда и ритмичность звуков и его выдохов. Невольно Настя залюбовалась им. Сейчас он был в одном исподнем — лишь какая-то диковинная рубаха с обрезанными рукавами, больше похожая на сорочку, да короткие панталоны на завязках. На ногах и вовсе лишь подошва от обуви с одной тонкой полоской ткани, благодаря которой та не слетала с ноги юноши.

Чуть передохнув, Роман снова запрыгнул на брусья и принялся делать отжимания.

«Руки какие у него сильные, — загляделась Настя на бицепс парня. — Такие и меня легко на весу удержат». На миг она прикрыла глаза, представляя, как Роман берет ее на руки и несет… куда-то…

— Ты уже проснулась? — вырвал ее из мечтаний голос сестры.

— А?.. Д-да, — испуганной мышкой отодвинувшись от окна, кивнула Анастасия.

— Чего ты там увидела? — нахмурилась Анна и тоже подошла к окну. — О! А он не хиляк, — одобрительно заметила девушка. — Худой пока что, но через пару годков, как папа говорит, мясом обрастет. Может мне самой его в мужья взять? — хмыкнула Анна, подтрунивая сестру. И тут же с огорчением добавила. — И почему мы не можем одного мужа на двоих иметь? Это было бы так здорово!

Анастасия промолчала. Вместо этого она пошла одеваться. Раз уж проснулась, то пора наводить марафет. Не выходить же к хозяевам дома в таком непотребном виде? Зато Анна продолжила стоять у окна, без стеснения наблюдая за Романом. А потом еще и руки под грудью сложила, подчеркивая ее. И тут же хихикнула.

— Заметил, — прокомментировала она для сестры. — Но делает вид, будто ему все равно. Ага, так я и поверила.

— Т-ты чего творишь? — испуганно воскликнула Настя. — А если папенька узнает? Невместно же… — уже гораздо тише закончила она, хотя жутко в этот момент хотела оказаться на месте сестры.

— Да ладно, — отмахнулась Анна, возвращаясь к своей кровати. — Уж и пошутить нельзя. И ничего такого я и не сделала. Меньше в окна глядеть будет! Если кому расскажет, то сам виноват. Скажу, что это он за нами подглядывал!

Настя лишь недовольно поджала губы. Такая бесцеремонность и нахальство своей сестры ей давно уже надоели. И в отличие от Анны, Настя была бы не прочь их разлуки. Но согласится ли Роман теперь на нее посмотреть, когда сестра творит такое?

К завтраку Настя выходила уже не с таким хорошим настроением, как когда проснулась.

* * *

Вот уж чего я не ожидал, так это что за мной подглядывать во время тренировки будут. Да еще и провокационные позы принимать! Зуб даю, это Анна была. Насколько успел узнать, вполне в ее стиле подобная выходка. Но надо признать, в свободной рубашке на голое тело выглядела она изумительно. И даже легкий беспорядок на голове ее не портил. Наверное, все дело во взгляде — уверенном в собственной неотразимости и достоинства. Она словно говорила всей своей позой: дозволяю любоваться, но руками не тронь! А у меня еще и близости давно не было. Пришлось еще усерднее выкладываться, чтобы отвлечься от пошлых мыслей.

На завтраке Анна никак не показала — ни взглядом, ни словом не дала понять, что вообще что-то было. Если бы не периодические посматривания Анастасии то на меня, то на сестру, то я даже мог бы усомниться, что вообще что-то видел.

— Сегодня чудесная погода, — когда завтрак был завершен, и мы приступили к чаю, заметила Анна. — Скажите Роман, а теперь вы позволите взглянуть на вашу яхту?

— Если того желают и остальные… — протянул я и тут же получил согласный кивок от Анастасии, и загоревшиеся глаза близнецов. Родители просто промолчали, давая нам самим решить, как провести день. — То почему бы и нет?

— Ура! — не выдержал и воскликнул Игорь. — Братец Роман, а ты нас покатаешь на ней? Ты обещал!

— Покатаю, — ответил я обреченно.

Ведь и правда обещал. Так почему бы и не сейчас выполнить данное слово?

Таким образом, наше дальнейшее времяпрепровождение было определено. Единственное — Петр Егорович добавил, что после обеда они все же будут вынуждены покинуть нас. Поэтому долго покататься нам не светит. Мне же лучше. А самое замечательное — меня наедине с сестрами Скородубовыми не оставляют. А то что-то после утреннего флирта, или что это было, со стороны Анны я уже опасаюсь, как бы чего она без пригляда не учудила. И как бы я сам не поддался ее чарам. Этого тоже исключать не могу.

* * *

— Но почему ты против? — расстроенно воскликнула Кристина. — Ты ведь сам говорил, что даешь мне право подружиться с родителями Романа и его сестрой!

— Но не быть навязчивой, — нахмурился Леонид Валерьевич. — Вы с Валентиной вчера уже были с визитом у Винокуровых. И в это же время у них были гости, да по вашим же словам — девицы на выданье. По-моему, Винокуровы четко показали, что вас больше в качестве невест не рассматривают.

— Это Роман их пригласил, — возразила Кристина.

— И ему никто не запретил, — заметил мужчина. — И скажи-ка мне, а когда вас проводили, то вы договаривались, что сегодня снова к ним поедете? Может быть, вас просили вернуться с утра?

— Нет, — буркнула девушка.

— Тогда не нужно вести себя столь приставуче. Ты сейчас похожа на банный лист — так же пытаешься прилипнуть к Роману. У тебя совсем гордости нет? Думаешь, он будет в восторге от такого твоего поведения?

Слова отца больно ударили по девушке. Он был прав во всем, и от этого было только хуже.

— Не будь навязчивой, — гораздо мягче продолжил Леонид Валерьевич. — Ты показала свой интерес. Дай ему время. Раз решила действовать через его сестру — то я не против. Но не бегай к соседям каждый день, ты дворянка, а не девка деревенская. Выжди хотя бы недельку.

— Это долго, — проворчала девушка, уже смирившись, что останется дома. — Роман может снова уехать.

— Пусть. Тем правдоподобнее будет выглядеть, что ты не за ним бегаешь, а действительно решила с Людмилой задружиться. А лучше — не лицедействуй, а и правда подружись с ней. Тогда он точно тебя к себе подпустит. И вот тогда…

Отец был прав, хоть признавать Кристине этого не хотелось.

— Хорошо, — обреченно кивнула она.

— Вот и славно. А пока — подумай, какие общие интересы у тебя есть с Людмилой. Или лучше — поговори со Стефанией. Ты совсем не интересовалась, как у нас ведутся дела в доме. Сколько тратится на еду, на жалованье слугам, на текущий ремонт. Какая ты будешь хозяйка, если не освоишь все это? Это тебе в жизни пригодится, даже если ты за Романа не выйдешь. И поверь, он тоже на это будет смотреть, когда станет тебя всерьез рассматривать в свои жены. Может, хоть сейчас возьмешься за ум?

— Как скажете, папенька, — смиренно склонилась Кристина.

Хотя внутри у нее все клокотало от обиды и ревности к двум появившимся из ниоткуда близняшкам.

* * *

К яхте мы выехали на двух экипажах — наш тарантас и наемная бричка Скородубовых — поэтому уместились все. Того же про саму яхту сказать не могу. Набралось нас аж девять человек. И пусть трое — дети, но мое маленькое судно на такое количество народа было не рассчитано.

— Я уже накаталась за время наших поездок, — сказала мама, беря «самоотвод».

Отец хоть и не против был бы прокатиться, но поддержал маму. А Петр Егорович остался с ним за компанию. Оба только заглянули внутрь. Зато братья и Люда были счастливы наконец оказаться на судне. Сестры Скородубовы впервые видели мою яхту, и она пришлась им по нраву. По глазам видел, как те у них загорелись. По достоинству были оценены и мягкие скамьи с откидным низом.

Иван с Игорем первым делом полезли к канатам. Пришлось их стопорить.

— Будете бегать по яхте, прямо сейчас на землю отправитесь, — пригрозил я им. — А не будете слушаться в пути — больше потом вас не возьму.

Только после такой угрозы они немного присмирели. Но тут же предложили свою помощь в постановке паруса, когда я отцепил швартов и поднял якорь. Пришлось им отказать — сил у обоих пока на такие подвиги не хватит. В качестве «компенсации» дал им в распоряжение рулевое весло, когда мы отошли от берега.

— Вы так мечтали о яхте, что назвали свое судно созвучным именем? — спросила Анна.

— Вы же помните, что яхта досталась мне по случаю, — усмехнулся я. — Название мне тоже досталось в наследство.

— А о чем вы мечтаете? — спросила Анастасия.

— Если позволите, то давайте на «ты», — предложил я.

Девушки благосклонно кивнули, а Анастасия еще и слегка запунцовела.

— У меня нет сейчас конкретной мечты. Есть цели, желания, но мечта… это что-то настолько эфемерное, что мне сложно сказать, что бы я мог назвать своей мечтой.

— Братец Роман, я пока пойду на воздух? — спросила меня Люда, когда в каюте повисла тишина — девушки переваривали мой ответ.

— Да, конечно, — подвинулся я, пропуская сестру.

Ей видимо стало скучно, или она решила, что будет мешать. А может просто ей интереснее на реку с борта корабля посмотреть. Как бы то ни было, с ее уходом близняшки словно подобрались. А я вдруг осознал, что нахожусь в помещении тет-а-тет с двумя благородными девицами, чего по этикету так-то не положено. Хуже — только если бы наедине с одной из них остался.

— Как это грустно — жить без мечты, — все же нашлась с ответом Анастасия.

— И какая у тебя мечта? — тут же задал я свой вопрос.

— Ну… — протянула она, отводя взгляд.

— Сестрица мечтает о муже, — усмехнулась Анна.

— А ты не желаешь замуж? — удивился я.

— Хочу, вот только мне не нравится, что из-за этого придется расстаться с Анастасией. Вот если бы можно было нам вместе выйти замуж за одного человека, — закатила она глаза мечтательно.

Я покосился на Настю — как она относится к идее сестренки. И что удивительно — девушка слегка поморщилась. Едва заметно, если бы специально не отслеживал ее реакцию, то и не понял бы. Надо же. Мне казалось, что все близнецы стремятся постоянно быть вместе. И потому я заявлению Анны не особо удивился. Но вот Настя видимо совершенно иного мнения о своем будущем. И это наблюдение натолкнуло меня на мысль, что не о муже Анастасия мечтает, а сбежать от сестры.

— Плюх! — пока я думал над поведением Скородубовой, за бортом раздался звук падения в воду.

В голове первым делом пронеслось, что один из братьев все же не удержался и плюхнулся в воду. А они ведь плавать не умеют! Поэтому я бегом выбежал наружу. Но оба близнеца так и сидели за рулевым веслом и во все глаза пялились за борт. И лишь повернувшись в ту же сторону, я заметил, как под воду уходит маленькое тельце в синеньком платье. Люда!