Глава 9

2 — 4 августа 1859 года

Сразу отправиться в Царицын не получилось. Митрофана под рукой не было, а садиться на почтовый дилижанс уже я не хотел, когда под рукой имеется яхта. Поэтому я сначала до Прокопия съездил, узнать — как там дела двигаются с обивкой сидений. Мебельщик меня обнадежил, что к обеду следующего дня все уже будет готово. Свои скамьи я в его мастерской тоже заметил, так что успокоенный отправился в усадьбу тетушки.

А там мама меня стала расспрашивать — как моя встреча с Дубовым прошла. Успела узнать, что я у него был.

— Нормально, — ответил я. — Только мне теперь в Царицын надо. Без архитектора он отказывается работать над проектом нового здания лесопилки.

— Опять траты, — всплеснула она руками.

— Смотри на это позитивно, — возразил я. — Зато мы будем уверены, что здание долго простоит и не обвалится, потому что фундамент плохо рассчитали, или нагрузку на стены не учли.

— Ты прав, — вздохнула она. И тут же раздраженно заявила. — Как узнаю, кто виноват в поджоге — уничтожу репутацию негодяя!

Я лишь на это улыбнулся. Может, она и правда приложит все силы для этого, но не факт, что у нее получится. Это не служанку из дому пытаться выжить. Силы совсем иного порядка требуются.

Утро следующего дня я провел в некоем ожидании. Прокопий пообещал прислать мне своего племянника, который доложит о готовности скамей, так что у меня не было необходимости лично к нему кататься. Но вот чем занять себя в свободное время — снова проблема. Хорошо, что я взялся обучаться игре на гитаре. Теперь в любую свободную минуту, если никто не мешает, могу тренироваться. Главное, чтобы инструмент был. К счастью — и в нашем поместье, и в усадьбе Зубовых он имелся. Вот и «мучал» я струны, пока не пришел племянник Прокопия.

— Господин, все готово, — сказал он мне, когда Архип доложил о приходе парня, и я спустился вниз.

— Пойдем тогда, посмотрим, что получилось.

Новости я обрадовался, а потому и оделся быстро. Погода была хорошей, дожди отступили, хотя ветерок сегодня был чуть сильнее, чем вчера.

До порта я добрался на извозчике. Заодно и парня, которого звали Игнатом, подкинул. Он и показал мне результат работы своего дяди. Скамьи получились на загляденье. Мягкие и упругие. Низ тоже успели прикрутить. Теперь можно было разложить их в полноценные койки-топчаны. К тому же и Маргарита Игоревна не подвела. Правда подушек оказалось всего три. На один борт только хватит, чтобы из скамьи диванчик получился. Ну да ладно, позже еще можно заказать. Тут же и расплатился с парнем, попутно попросив его передать плату Угорской. Видимо почуяв запах денег, или просто заметив меня, подошел и рабочий, который мне откидной низ для скамей делал. И с ним я рассчитался. Теперь никому не должен. Вот только деньги стремительно тают. Из «свободных» пяти сотен осталось чуть меньше четырех. Но тут уж ничего не поделаешь.

Вернувшись в усадьбу, я собрал вещи — в основном одежду — предупредил слуг, что убываю в Царицын, да и вернулся в порт. Там уже закинул пожитки в каюту и уже более сноровисто отвязал швартов. Поднять парус тоже получилось гораздо проще, сказывался некий опыт. И вот, поймав ветер, я направил свое судно в сторону уездной столицы. Повезло еще, что мой курс шел по течению. Неважно, какой ветер был бы, все равно рано или поздно даже без паруса добрался бы до места. Но уж лучше с парусом — быстрее.

* * *

Петр Егорович привычно покрикивал на матросов, контролируя разгрузку корабля. Их шхуна только вчера прибыла в Царицын на пополнение припасов и двухнедельный отпуск. Вчера капитан дал всей команде отдохнуть и повидаться с родными, а сегодня уже пора за работу. Петр Егорович Скородубов служил на ней старшим помощником капитана уже более трех лет. А до того Черное море бороздил, и в Крымской войне поучаствовал, пока по ее окончанию не получил перевод на Каспийское море. В чем-то это было даже благом. Тут и к дому поближе, и можно было чаще навещать любимых дочерей. Те уже совсем взрослые стали, замуж пора отдавать. Вот только за кого? Из-за постоянных выходов в море ни с кем близко сойтись Петр Егорович не смог. Среди сослуживцев, с кем он был в хороших отношениях, сыновей подходящего возраста тоже не имелось. А у кого женихи были, с теми сам Скородубов не хотел бы родниться.

Тут он заметил, как к порту подходит маленькая яхта. Наметанным глазом мужчина отметил, что на судне был лишь один человек. Молодой парень, скорее даже подросток, что уже заинтересовало мужчину. Не часто можешь увидеть во главе подобного судна одиночку. Яхты — развлечение для дворян, а те не особо себя утруждают освоением морской премудрости, предпочитая нанимать матросов.

— Шевелитесь, медузы беременные! — прикрикнул на подчиненных Петр Егорович, который хотел поскорее вернуться домой, к дочерям.

А сам продолжил наблюдать за заинтересовавшим его молодым дворянином. Вот тот довольно уверенно подвел свою яхту к причалу, а затем накинул швартов на кнехт. Тут же притянул суденышко, пусть слегка неловко, но довольно уверенно завязав узел. После чего спустил окончательно парус и зашел в каюту. Скородубов отдал распоряжение боцману проследить за окончанием разгрузки, а сам решил подойти и познакомиться с молодым человеком, который его заинтересовал своими умениями в морском деле.

— Здравствуйте, — отсалютовал мужчина парню, когда подошел к яхте, а тот уже выбрался из каюты с чемоданом. — Меня зовут Петр Егорович Скородубов. Вы знатно управляетесь со своим судном.

— Благодарю, но вы ко мне снисходительны. Я только недавно начал осваивать столь сложное искусство, — улыбнулся тот. — Роман Сергеевич Винокуров, — представился в свою очередь юноша.

Петр Егорович тут же вспомнил вчерашний вечер, когда его девочки показали мужчине удивительный собственный портрет, чтобы он забрал его с собой в плавание. И тогда же назвали имя художника, которому еще задолжали пятьдесят рублей серебром. То самое, которое он услышал только что. И офицер не постеснялся тут же уточнить, не ошибается ли он в своих предположениях.

— Прошу прощения, но не вы ли являетесь художником, рисующим портреты?

— Да, я этим занимаюсь иногда, — удивленно ответил парень. — А откуда…

— Вы нарисовали моих дочерей, — расплылся в улыбке моряк. — Столь удивительной и тонкой работы я не видел давно. Как вы сумели подчеркнуть их характеры!

— Вы про Анну и Анастасию? — догадался юноша.

— Да. Не ожидал, что молодое поколение увлекается морской тематикой настолько, что вы сами управляете своим судном.

— Это интересно, хоть и хлопотно, — дипломатично ответил парень.

— Согласен, корабль — это целый мир! Сухопутным этого не понять. Знаете, Роман, — вдруг пришла в голову мужчины мысль, — я приглашаю вас к себе в гости. Сегодня вечером. В восемь часов, я как раз освобожусь.

— Э-э-э… — растерялся на несколько мгновений парень, заставив Петра досадливо поморщиться. Ну зачем он так спешит? Привык командовать на шхуне, где только один человек стоит над ним, вот и сейчас чуть ли приказ не отдал. Но этот юноша — не его подчиненный. А Петр его в неловкое положение поставил. — Да, я приду, — прежде чем мужчина начал искать возможность извиниться, ответил парень.

— Вот и славно! Буду с нетерпением вас ждать. Интересно, как вы пришли к желанию обладать такой красавицей, — посмотрел мужчина на яхту. — Дочери не упоминали, что вы ей владеете.

— Это стечение обстоятельств, — ответил Винокуров.

На этом разговор завершился, и Скородубов вернулся к работе. С заинтересовавшим его парнем он теперь успеет поговорить. А там — кто знает? Может и одну из дочерей удастся за него сосватать, если и в остальном он приглянется.

* * *

Неожиданная встреча у меня получилась. Вот уж с кем я не думал, что познакомлюсь, так это с отцом близняшек. Те не говорили, что их папа в скором времени из плавания вернется.

«Зато есть чем вечер занять», подумал я оптимистично.

Время уже было позднее, обед давно прошел, потому архитектора лучше завтра навестить. А пока я отправился искать извозчика и вновь поехал снимать меблированную комнату. Плохо, что на этот раз нет никого, кто о моем ужине позаботится. Что-то я успел и отвыкнуть решать столь простые и насущные потребности самостоятельно.

По пути к доходному дому заехал на базар. Там прикупил пирожков для перекуса и уже после этого отправился искать себе жилье. Хорошо хоть проблем с этим не возникло. Хотя опять заселился не в ту комнату, которую снимал в прошлый раз. Но такова уж специфика гостиничного бизнеса, каким являются этим комнаты. Номера постоянно сдаются, и держать один на постоянной основе для себя — весьма накладно. Проще и вовсе прикупить себе тогда квартиру или дом в городе. Но в этом сейчас у меня тоже нужды нет. Как и денег.

Без пятнадцати восемь я уже был на пороге дома Скородубовых. Встретили меня весьма радушно, тут же проводив в зал и предложив чаю. Анна с Анастасией были здесь, расположившись по бокам от своего отца. Тот в их окружении выглядел как падишах в компании молодых жен. Сестры с отцом расположились на диване: Петр Егорович по центру, а девушки по сторонам. Да еще и развернулись к отцу полубоком, частенько поглядывая на родителя. Видно по глазам, что соскучились.

— Итак, Роман, поведайте, как вы заполучили такую красавицу, — словно продолжил наш разговор в порту Скородубов после короткого обмена любезностями.

— Как вам и говорил — стечение обстоятельств. Один из заказчиков моей работы расплатился не деньгами, а этой яхтой.

— Постойте! — перебил меня Петр Егорович. — Но дочери сказали, что вы берете по пятьдесят рублей за полотно!

И взгляд такой — словно меня уличили во лжи.

— Это так. Но пятьдесят рублей — за одного человека. А тот дворянин просил нарисовать кроме себя еще трех человек. Да и яхта, когда мне досталась, была в плачевном состоянии. Пришлось изрядно вложиться, чтобы привести ее к текущему виду.

В таком духе и пошел разговор. Скородубов мне чуть ли не допрос устроил — как долго я учился ставить парус. Тут я удивил его, что мне хватило одного выхода под руководством опытного матроса. Следом меня расспрашивали о том, как часто я собираюсь использовать яхту. Любитель моря и кораблей Скородубов был приятно удивлен, когда я ему ответил, что пока есть возможность выходить на ней в море, я думаю передвигаться между городами именно на ней, а не на привычных тарантасах. Лишь обсудив все, что было можно о яхте, моем увлечении кораблями, да расстроившись, что я не собираюсь идти по военной стезе, речь перешла на моих родителей. Кто они, чем занимаются, есть ли у меня братья и сестры.

Только покидая Скородубовых, заодно получив и окончательный расчет за картину, я понял, что эта встреча была больше похожа на смотрины. И мысленно чертыхнулся. Нет, конечно дочки у Петра Егоровича красивые. Да я и сам своему отцу о них говорил, как о варианте невест вместо Уваровых. Кто же знал, что случайная обмолвка окажется в каком-то смысле пророческой? Так мало того, Петр Егорович еще сумел каким-то образом выбить из меня обещание принять его с дочерями в поместье! Дней через пять или вместе отправимся в наше родовое гнездо, или они сами прибудут, если я к тому моменту уже покину город. Как раз к воскресенью хотят прибыть. Надо бы весточку отцу написать, чтобы он в курсе был.

Откладывать не стоит, а то еще замотаюсь и забуду. Правда в почтовое отделение придется идти уже утром, а то на дворе ночь уже в свои права вступила. Ну да ничего, с самого утра перед тем, как архитектора навестить, туда и загляну.

* * *

— Ну и кому из вас он больше приглянулся? — спросил дочерей Петр Егорович.

— Ты всерьез готов отдать одну из нас за него замуж? — удивленно воскликнула Анна.

— Вам уже по девятнадцать лет. Давно в девках засиделись, а я не вечен. Он конечно не моряк, — вздохнул мужчина, — но идеальную партию я для вас так и не нашел. Вы и сами не торопитесь с этим. Решили в девках до старости просидеть? Или вам совсем не по нраву пришелся?

— Я рядом с ним себя старухой ощущаю, — поморщилась Анна.

— А мне он нравится, — вдруг заявила Анастасия.

Чем сильно удивила сестру.

— Настя! Ты хочешь за него выйти? — возмутилась Анна. — Мы же хотели одного мужа на двоих, забыла? — воскликнула девушка и тут же прикусила язык.

Но было уже поздно.

— Так-так-так, — вперил в нее тяжелый взгляд отец. — Так вот в чем причина, почему вы всех женихов распугиваете? А это твои проделки, Анна! Ты что, не христианка? Когда же успела веру сменить?

— Ничего я не меняла, папенька, как вы могли подумать? — испуганно воскликнула девушка.

— А что мне еще думать, когда ты такое говоришь? Или не знаешь, что мужчине лишь одна жена положена по нашему закону? Мы же не басурмане какие. Наслушалась инородцев на базаре, что такая блажь тебе в голову стукнула?

— Папенька, ну как нам с сестрой расстаться? Мы же одно целое практически! — схватила отца за руку Анна, с мольбой глядя ему в глаза.

— Ага. А ты в этом «целом» — голова. Настю под себя подмяла и даже слова ей не даешь против сказать. Все, я решил — едем к Винокуровым, и там я с отцом этого Романа буду о помолвке договариваться между ним и Настей. И только попробуй сестру отговорить — вмиг вспомнишь, как строевым шагом ходить!

Анна потеряно откинулась на спинку диване, уставившись пустым взглядом в стену. Привычное течение жизни оказалось под угрозой разрушения и что делать, чтобы сохранить старый уклад, она не понимала. А вот ее сестра, несмотря на страх перед суровыми словами отца в сторону Анны, внутри тихо радовалась. Насте уже надоело быть в тени старшей сестренки, да и познать мужчину она была бы не против. Роман ей и правда внешне понравился, хоть и не был ее идеалом. Вот бы с ним наедине поговорить, когда сестры нет рядом, чтобы узнать того получше, да себя показать. А там и… от образов, что встали перед взором Анастасии, вычитанных из романов, щечки девушки покраснели, а дыхание участилось. И если бы Анна не находилась в шоке от заявления отца, то наверняка бы пошутила над ней. Но сейчас она пыталась осознать, что их жизнь может вскоре сделать резкий поворот.

* * *

Утром я снова делал зарядку один. Уже начинаю потихоньку привыкать обходиться без Пелагеи, хотя все равно еще не хватает девушки. На завтрак отправился в столовую. По подсказке домовника нашел одну поблизости. Там в основном рабочие едят, но я не из брезгливых, и спокойно в их компании покушал. Правда и вызвал шепотки среди людей, которые там были и на меня косились. Одежда на мне ну никак не рабочего.

А там уже и по делам отправился. Сначала, как и хотел, в почтовое отделение заглянул, да письмо для отца отправил, доплатив за срочность доставки. И уже после этого по адресу, который мне дал Алексей Юрьевич, поехал.

Антон Антонович Невеселов работал на дому. В Царицыне у него была квартира, в которой он проживал с супругой и двумя детьми. Дверь мне открыла немолодая женщина, которая поначалу приняла меня за приятеля ее старшего сына.

— Здравствуйте. Вы к Павлу? Я его позову, — услышал я, даже не успев и слова вставить. — Павел! К тебе гости!

Вышедший на зов матери подросток примерно моего возраста очень удивился, когда понял, что мы не знакомы. И еще сильнее — когда услышал, что я вообще-то пришел к его отцу по делу, а его мать все перепутала.

— Вот так она всегда, — вздыхал парень. — Сначала сделает, а потом краснеет. Папа, к тебе посетитель, — постучался он в комнату-кабинет, до которого проводил меня.

— Да, войдите!

Сам Антон Антонович даже дома был одет в костюм. Правда без галстука, да и тот был уже помятым, словно архитектор спал в нем прямо на рабочем месте. Но атмосфера в кабинете была вполне рабочей. Письменный стол в одной стороне, стол для черчения с прикрепленным ватманом в другой, поближе к окну. На стене висят в развернутом виде ватманы. Даже от дверей видно, что на них начерчены какие-то здания. Не знаю правда — это какие-то текущие проекты архитектора или он в свободное время пытается что-то свое создать. Сейчас архитектор — тоже в какой-то степени творческая профессия.

— Здравствуйте, Антон Антонович. Мне порекомендовал вас Алексей Юрьевич, — решил я сразу расставить все точки на «и», как говорится. — Меня зовут Роман Сергеевич.

— Очень приятно познакомится, юноша, — отошел от чертежного стола мужчина и пожал мне руку.

Его сын успел нас покинуть, посчитав свою роль провожатого выполненной.

— К сожалению, не могу вам предложить присесть, ибо некуда, — развел он руками, показывая свой кабинет.

Стульев тут и правда не было. Точнее был, но лишь один — у письменного стола, принадлежащий самому хозяину кабинета.

— Ничего страшного, я постою.

— Чем могу помочь?

— Мне нужен проект лесопилки. У меня с собой эскизы, как примерно должно выглядеть здание.

Достав из кармана сложенные листы, я их развернул и протянул мужчине. Тот бегло их осмотрел, после чего вернул обратно.

— Работа над проектом затянется на месяц, — начал он скучающим тоном, вот только я успел заметить некий блеск в его глазах. Да и суетливость, с которой тот брал мои листки, наводила на мысль, что он и сам рад взяться за эту работу.

С чего тогда такой срок?

— Нельзя ли сделать все быстрее? — тут же и спросил я.

— Можно, — тут же самым живым образом отозвался архитектор, — вот только мне придется отложить иные заказы. А некоторые-то и отложить нельзя, поэтому придется работать допоздна, еще и в выходные… Тратить свое личное время, что сами понимаете, должно как-то компенсироваться…

Невеселов так откровенно вымогал из меня дополнительную плату, еще даже не озвучив ценник за основную работу, что я стал подумывать, чтобы отказаться от его услуг. Останавливало меня пока только одно — рекомендация Алексея Юрьевича. У меня о Дубове сложилось исключительно хорошее впечатление. Не стал бы он мне жулика или проходимца советовать, как мне кажется.

— Сколько вы хотите за свою работу? — прервал я мужчину.

— Ну, если надо срочно… да и проект не простой — ведь вы из кирпича планируете строить, да еще и на берегу. Надо учитывать плотность грунта, и…

— Сколько? — с нажимом переспросил я.

— Пятьсот рублей! — выдохнул тот, словно бросаясь в омут с головой.

Цифра даже для него была огромной, это я видел по глазам архитектора. Что уж говорить обо мне, с моим ограниченным бюджетом. Потому дальше начался торг.

— Сто рублей, и готов накинуть еще пятьдесят за срочность заказа.

— Да вы что? — возмутился Невеселов. — Только сама работа стоит не меньше ста пятидесяти, а мне ведь и другие заказы придется подвинуть. И внеурочное время, помните? Вечером сидеть, вместо того чтобы с супругой побыть и детьми. Нет, никак меньше четырех сотен я взять не могу, и не просите!

— Сто пятьдесят, и если вам понадобится приехать ко мне для изучения местности — расходы на вашу поездку беру на себя, — скрепя сердце озвучил я новое предложение.

— Это конечно замечательно, но ведь время! Другие чертежи я с собой не возьму, в пути никак не поработаешь — тут уж как ни крути меньше трех сотен не выйдет. Ну и расходы на поездку — с вас.

Торговались мы долго. В итоге все же сошлись на двух сотнях, и никуда Антон Антонович не едет. Как он заверил меня, ему хватит и устного описания берега, чтобы понять, какой у нас там грунт. Странно, но ладно. Надеюсь, я не прогадал, соглашаясь на такие условия. Оставив задаток в пятьдесят рублей, мы договорились, что через неделю проект будет готов и архитектор отправит его почтой Алексею Юрьевичу. Больше меня ничего в городе не держало. Это я так думал, а вот когда вернулся в комнату, чтобы забрать свои вещи, то получил записку от Екатерины Савельевны. Эта женщина прямо как клещ — раз вцепившись, уже не желает отпускать. Вот и сейчас очень просила или навестить ее, или же дождаться, пока она сама приедет. Даже и не знаю, какой вариант выбрать. Но все же, ехать в ее «дом терпимости» не хотелось, поэтому остановился на втором варианте. Деньги мне сейчас нужны как воздух, потратил почти все, что недавно заработал. Авось, еще заказов подкинет. Было бы замечательно.