Глава 64

Лера – Доброе утро, красавица! Я чувствую горячие поцелуи на своем плече, сильные руки на талии и чугунную дубину, прижатую к попе. А еще я чувствую, что моя голова раскалывается, в горле першит, а дышать приходится ртом – потому что нос заложен. Чугунная дубинка пытается втиснуться между ног, поцелуи переходят в покусывание, мужское дыхание за моей спиной становится более частым и шумным. Это все, конечно, очень завлекательно, но… – Пусти, – я пытаюсь вырвать из рук Романа. – Ни за что. – Мне нужно в ванную! – Только на минутку! Он неохотно разжимает свои загребущие лапы, я сползаю с кровати, ищу, что бы на себя накинуть. Под руку попадается футболка Романа, и я беру ее. – Ты зря одеваешься, – скалится он. А я бреду в ванную и, пытаясь заглушить эти жуткие звуки водой, яростно сморкаюсь, как какой-нибудь грузчик. Смотрю на себя в зеркало. Из носа все равно течет, глаза красные, вид помятый. И очень больно глотать. Блин. Этого еще не хватало… Я заболела! Не надо было вчера злоупотреблять льдом… Когда мы оказались за столиком в ресторане, Роман произнес: – Я, пожалуй, выпью виски. И позвоню, чтобы машину отогнали. А ты что будешь? Шампанское? – Я тоже буду виски. – Ого. Нравятся крепкие напитки? – Не знаю. Никогда не пробовала. – Со мной у тебя много чего в первый раз… – многозначительно протянул он. И положил руку мне на коленку. Когда нам принесли напитки и отдельно лед, я попробовала и решила, что льда нужно побольше. Роман смеялся надо мной: – Капля виски и целый ледник! Может, тебе мороженое заказать, Снежная королева? Мороженого я не хотела, зато мы вместе набросились на шашлык. Роман подкладывал мне на тарелку лучшие кусочки, я кормила его с рук зеленью. Он облизывал мои пальцы и шептал на ухо всякие непристойности. Рассказывал, что он хотел бы со мной сделать. – А я бы накрасила тебе ресницы, – выпалила я. – Что?! – Они у тебя такие длинные, еще и загибаются… Зачем тебе такие? – Может, ты мне еще и губы накрасишь? – Обязательно! Губы у тебя очень красивой формы, помада это подчеркнет… – А платье ты на меня надеть не хочешь? – Хочу… – Ягодка, не зарывайся! – А то что? – Я тебя съем! Он целовался и кусался, я бросалась в него льдом. И снова пила каплю виски с глыбой льда. К концу вечера мое горло онемело. И вот результат – я заболела! Роман Ягодка сбежала в ванную и пропала. Прячется она от меня, что ли? Может, я вчера ее так замучил, что она теперь меня боится? Ну, подумаешь пара раз на работе и еще несколько раз ночью… Я только вхожу во вкус! Но, если для нее это перебор, я готов временно урезать свои аппетиты. Я выбираюсь из-под одеяла. Иду в ванную – там никого. Слышу, что с кухни доносятся какие-то звуки. Захожу и вижу Ягодку. Она сидит на стуле в моей футболке, сползшей с одного плеча. Ждет, когда закипит чайник. Обхватила себя руками за плечи, выглядит маленькой, хрупкой и потерянной. И глаза как будто заплаканные… – Лера, – испуганно спрашиваю я. – Что случилось? – У меня горло болит, – шепчет она. – Не надо было вчера заглатывать столько льда… – Моя ты зайка! Я подлетаю к ней, поднимаю на руки, несу в постель. – Эй, я чаю хотела! Горло погреть. – Я тебе принесу. Я укладываю ее в постель. Укутываю одеялом. Бегу за градусником. Выключаю чайник и роюсь в аптечке. – У меня есть спрей от горла и жаропонижающее на случай, если у тебя температура, – сообщаю я, появляясь на пороге спальни. – А для полоскания что-нибудь есть? – Сейчас сгоняю в аптеку. – Да подожди, – с усилием произносит Лера. И переходит на шепот. – Можно для начала соду с солью. Моя бедная малышка! Она выглядит такой несчастной. Трет свой сопливый носик, моргает покрасневшими глазками и кривится от боли, когда что-то говорит. – Тс-с-с, – я прикладываю палец к губам. – Не разговаривай. Я отношу полоскание в ванную, туда же транспортирую Ягодку, хочу остаться, чтобы контролировать процесс, но она выставляет меня за дверь. Пока она полоскает горло, я звоню теще и консультируюсь. – Лера в детстве часто болела простудами, она знает, что делать. Полоскания, питье, постельный режим. Можно компресс. Главное – пусть побольше отдыхает. – Это я обещаю! Лера ругает меня, что я взбаламутил ее маму. Но я не могу рисковать ее здоровьем! Поэтому еще и вызываю врача. Лера хмурится. Я приношу ей чай и говорю: – У меня сегодня встреча с Мамонтовым по поводу завода… – Езжай! – шепчет она. – Как я тебя оставлю такую больную? – Не сходи с ума. У меня температура всего 37. – Самая противная! – Езжай. Я просто буду отдыхать. – Хочешь, включу тебе какую-нибудь киношку? – Дай мне лучше почитать отчет с завода, – выдает моя непредсказуемая жена. – Ты серьезно? – Ага. Это меня отвлечет. – Тебе нужно поспать… Я кладу отчет на тумбочку, а Ягодку аккуратно укладываю и накрываю одеялом. – Рассказать тебе сказку, принцесса? – Расскажи про этот завод. – Ну, ладно, слушай. Жил-был один завод. Он был очень старый и пользы от него не было никакой. И однажды прискакал к нему прекрасный принц… – Ты, что ли? – Ну а кто же? Так вот, принц хотел дать этому дряхлому заводу молодильных яблочек. Чтобы он стал как новенький. – Хороший план, – вставляет Ягодка. – Хороший, но, к сожалению, неосуществимый. Молодильные яблочки не помогут. Заводу пора на покой. Он свое отслужил. Легче снести все к чертовой матери и построить заново. В другом месте. – А зачем тогда сносить? – Чтобы не вкладываться в убыточное предприятие. Его уж не спасешь. Ягодка задумчиво молчит. А потом выдает: – Грустная сказка. Но ты ее неправильно начал. – А как надо было? – Жили-были люди, которые построили завод и на нем работали. У людей были семьи, и им нужна была работа. А других заводов в этом маленьком городке не было… – Придется людям приспосабливаться к меняющейся реальности. Прогресс не остановить. И принц вынужден принимать жесткие решения. Понимаешь? – Понимаю. И сочувствую принцу. – Ягодка, ты же должна была уснуть… – Ой, – улыбается она. – Не получилось. – Мне пора. Ты отдыхай. А через два часа приедет врач. – Да зачем он нужен… – Чтобы мне было спокойнее. Не упрямься, моя сопливая зайка. Я целую ее на прощанье и еду в головной офис на встречу с Мамонтовым. Рассказываю ему о принятом решении – завод надо снести, а нанотехнологии внедрять в другом месте. – Что ж, я думаю так же. Но я предполагал, что ты заупрямишься и будешь настаивать на продвижении своих игрушек. – Это не игрушки, но не в этом суть. Мамонтов смеется, одобрительно бьет меня по плечу, провожая к двери. – Как там твоя замечательная супруга? – вдруг спрашивает он. – Заболела. – Что-то серьезное? – Да вроде нет… Простудила горло, лежит, болеет. Вызвал ей врача, сейчас и сам помчусь домой. Волнуюсь за нее. – Ну, передавай ей мои пожелания скорейшего выздоровления. – Обязательно передам. Я открываю дверь. И вдруг слышу за спиной голос Мамонтова: – А ведь я ошибался на твой счет. Думал, ты наглый глупый щенок. А ты вполне себе матерый пес. И рабочие решения принимаешь осознанно, и к семье у тебя правильное отношение… – Спасибо, – говорю я. Выхожу, закрываю за собой дверь. И стою возле нее истуканом. Вроде бы, все прекрасно. Все по плану, как я задумал. Место в совете директоров, считай, у меня в кармане. Я женился, чтобы этого добиться! Тогда почему тогда мне сейчас не очень радостно?