Глава 33

— Таза, что ж ты так на пределе прибежала-то! — простонал я, стискивая кулаки.

— К вампирам я побежала ещё вчера и к ужину должна была вернуться домой, — стала оправдываться блондинка. — Но у них же не лес, а одна сплошная ловушка!

— Вчера?! — вытаращил я глаза. — Почему же ты не рассказал мне ещё вчера?! — претензию я адресовал уже Анри.

— Так вчера я и сам ничего не знал. Да, дозор нашёл её в ловушке вчера во второй половине дня. Только тащиться в замок в снегопад им не захотелось. Поэтому привезли они пленницу лишь сегодня. Мне же вообще сообщили уже перед завтраком — не решились будить без особой надобности. Элреил тоже обрадовался, что заложница у нас теперь есть, и также спешить с докладом не стал. Какого бешеного урда не допросил её сам — язык ведь знает — это, конечно, его упущение. Да и мне, признаю, следовало не откладывать дело на после завтрака. Извини, — глава виновато опустил глаза. — Но кто ж знал, что она не охотница, а гонец!

— Почему твои дозорные даже не обмолвились, что Таза искала меня?! — упрекнул я его.

Анриэл вздохнул:

— Дорогой мой, откуда им знать, что «Генри» — это чьё-то имя, а не просто одно из слов на языке ворсхи.

— Вообще-то командир дозорного отряда прекрасно говорит на этом языке, — ткнул я ему. — Со мной-то он общался.

— Командир того отряда, к которому попал ты, — возразил эльф. — Она же пришла из своего леса, и захватил её другой отряд. А в дозоре у нас дежурят по неделе, так что они о тебе, а тем более о твоей проблеме вообще, слыхом не слыхивали.

— Ясно, — тоскливо заключил я. Ну почему всё складывается так исключительно неудачно! Если бы Таза сообщила обо всём вовремя, Кусака уже была бы здесь со мной. А теперь нужен какой-то новый план, которого у меня близко нет. Кроме того нарисовалась новая проблема — как Тазе оправдать своё отсутствие на протяжении почти суток? — Что будем делать-то? — спросил, скорее, просто в воздух.

Однако Анриэл ответил не раздумывая:

— Пока ничего. Пускай первый шаг делают ворсхи. Это ведь одна из них попала к нам в плен.

— Ты что же, не собираешься отпустить её?! — ошарашенно возмутился я.

— Естественно, не собираюсь, — жёстко улыбнулся он. — Нам ведь нужна заложница.

— Я на такую подлость не пойду! — заявил ему решительно. — Таза пришла сюда, чтобы помочь нам с Ольгой. Сама! Добровольно!

— А попала к нам в плен, — продолжал гнуть свою линию глава. — Ты вообще хочешь вызволить свою жену?

— Хочу, конечно. Но так нельзя, Анри! Я просто не могу…

— Это ты не можешь, — перебил он меня. — А я очень даже могу. В конце концов, она — моя пленница.

— Но…

— Генри, хватит! — резко оборвал он мои попытки возражать дальше. — Этот вопрос закрыт, — добавил уже непререкаемым тоном.

Надо же, до сих пор я ни разу не слышал таких вот стопроцентно властных ноток в его голосе.

— Что теперь будет со мной? — спросила Таза с совершенно несчастным видом. Поскольку мы вновь перешли на эльфийский, слов она не понимала, но, очевидно, догадалась, что речь о ней.

— Посидишь у нас, пока Шэнзай не привезёт в обмен на тебя Ольгу, — ответил Анриэл всё тем же царственным тоном.

Девушка в ужасе сошла с лица.

— Генри, Шэнзай… Даже думать боюсь, что он со мной сделает, когда узнает, что я пошла к вампирам! — взвыла она.

— А со своим братцем он что-нибудь сделал? — ехидно осведомился глава.

— Нет, — промямлила Таза. — Шэнрой же его брат. К тому же он охотился…

— Вот и ты не говори, что сама пошла к нам. Расскажешь, что погналась, например, за забредшим к вам урдом и не заметила, как пересекла границу. Опомнилась, только когда уже угодила в ловушку, — моментом сориентировался эльф, что соврать. — Вам же нужно мясо. А вчерашний снегопад удачно засыпал все следы.

Таза растерянно смотрела то на него, то на меня. Видимо, не слишком надеялась, что вождь поверит в данную версию. Я, признаться, тоже не был в этом уверен. Хотя выглядела легенда вроде бы достаточно убедительной. Если бы только не дружеское расположение девушки к Кусаке…

— Шэнзай не станет менять Ольгу на меня, — наконец тихо вымолвила бедняжка. — Он там… — она бросила на меня извиняющийся взгляд, но всё же договорила фразу: — Вовсю за ней ухлёстывает.

«Тварь!» — возопил мой внутренний голос. Как же мне хотелось придушить мерзавца! Просто до дрожи.

Бедная Кусака! Ведь ей, чтобы воплотить в жизнь свой план, пришлось перекинуться в человека…

Перед глазами словно наяву начала рисоваться отвратительная картина — зеленоухий гад не даёт Ольге проходу, ест с ней за одним столом, развлекает идиотскими шутками, предлагает всякие непристойности, тянет к ней свои клешни.

Сам не заметил, как мысленно оторвал ему обе руки.

Держись, Кусака! Я тебя обязательно спасу! Даже если на сторону Шэнзая встанет весь мир.

— Это его трудности, — тем временем безапелляционно бросил Анри. — Иных условий мы не примем. — И вдруг добавил уже совсем другим тоном: — Тебя хотя бы накормили?

— Да, — мотнула головой Таза. — Вчера ужин мне дали.

— А сегодня? — вскинул он бровь.

— Сегодня дозорные повезли меня сюда, сразу как встали.

— Потрясающе, — прошипел глава недовольно и двинулся к двери.

Однако я удержал его за руку:

— Не станешь же ты держать Тазу в клетке?! Переговоры с Шэнзаем, боюсь, могут затянуться.

Он невесело усмехнулся:

— Я бы выпустил её из клетки. Но ведь сбежит же.

— Наверное, можно закрыть ворота? — предложил я.

— Ты думаешь, дархи остановят ворота?! — криво ухмыльнулся блондин.

* * *

Ольга

Весь вечер я провела как на иголках. То бродила снаружи, то возвращалась в свою комнату и моталась взад-вперёд уже там.

В голове крутились самые пессимистичные мысли. Если Таза погибла, я себе этого не прощу до конца жизни. А если она в плену у вампиров, то это грозит серьёзными проблемами нам обеим. Я так и останусь у придурка Шэнзая. Тазу же ничего хорошего не ждёт за пособничество. И это в случае, если её удастся вернуть. Потому что не факт, что вампиры поспешат расстаться с очередным перспективным заложником. А встань-таки вопрос об обмене, зеленоухий вряд ли согласится расставаться со своим трофеем.

В общем, всё плохо! Просто отвратительно!

Поисковые отряды стали возвращаться уже ближе к ночи. Первыми вернулись те, кто уходил в горы. Следов Тазы не обнаружили ни в переносном, ни в прямом смысле — весь вечер валил снег, который начисто замёл всё, что только можно.

Наконец вернулся и командорский отряд. Тоже без каких-либо вестей. А поскольку на улице в этот момент находилось не меньше половины взрослого населения ворсхи, Шэнзай прямо там открыл общее собрание. Я стояла в сторонке, чтобы не отсвечивать, и ловила каждое сказанное слово.

Самая часто звучавшая версия — Таза угодила в плен к вампирам. Её же придерживалась и верхушка. В итоге дискуссия свелась к спорам, какой выкуп за соплеменницу предложить «проклятым кровососам». Как я и предполагала, моё имя не было произнесено ни разу. То ли народ боялся прогневить вожака, чей собственностью я здесь числилась, то ли просто исключал вариант обмена Тазы на меня — мол, на кой чёрт вампирам сдалась оборотница.

Про Штурмовика, который сейчас находился у вампиров, попросту забыли — ведь в глазах местного населения я была женщиной Шэнзая, а не какого-то там Генри.

В качестве выкупа предлагались шкуры горных баранов, медные изделия, а также закупленная в городах провизия. Но в итоге так ни на чём и не сошлись. Решено было отправиться к вампирам, и уже там, на месте, выяснить, что им больше по душе. Правда, здесь оборотни разделились на два лагеря: одни настаивали на том, чтобы выдвигаться немедленно, другие не видели в спешке никакого смысла и склонялись к утренней экспедиции. В числе первых были Тангай, а также отец Тазы — тот самый оборотень, что осадил Шэнзая в бане. Вторую группу спорщиков возглавлял сам вожак. В результате яростных дебатов решили-таки нанести визит вампирам утром. Победил и авторитет Шэнзая, и заметное численное преимущество его сторонников.

Под возмущённые выкрики оставшихся в меньшинстве толпа разошлась по домам. Я поспешила покинуть сходку первой, чтобы не попасться на глаза зеленоухому гаду.

Но он всё равно припёрся и устроил мне жёсткий допрос. Подозрения, что я причастна к исчезновению Тазы, явно не покидали его. В конце концов посоветовала ему порасспросить стражников — как-никак они не отходили от меня ни на шаг и должны были слышать всё, о чём я говорила с Тазой.

Процедив сквозь зубы, что мне не удастся сбежать, даже если я сговорюсь со всем племенем, Шэнзай всё-таки пошёл опрашивать стражу. Тем, естественно, нечего было ему рассказать, и мерзавец наконец оставил меня в покое.

Ночь я провела в кошмарном полусне. Ворочалась, проваливалась в забытьё, потом вскакивала в холодном поту и опять ворочалась.

Вырубилась уже под утро — последний раз, когда смотрела на часы, было начало пятого. Шаги зашедшего в комнату гарсона заставили меня вскочить как ошпаренную. Спросонья показалось, что это пришёл палач.

Встряхнув головой, спросила оборотня, отбыла ли делегация к вампирам. Он ответил, что сегодня все поднялись поздно, но несколько минут назад Шэнзай уже объявил сбор.

Честно говоря, я бы предпочла, чтобы они уже вернулись. Потому что ещё несколько часов нервотрёпки доконают меня окончательно.

Ох, что же решат вампиры?..

Про своё освобождение я даже не думала. Это была отдельная больная тема. Сейчас главное — вернуть Тазу. Если она, конечно, там. Мысли о несчастном случае по-прежнему царапали сердце железными когтями.

* * *

Генри

— Нет, вариант ещё и в клетке Тазу держать мне категорически не нравится, — решительно возразил я.

Анриэл вздохнул и театрально закатил глаза. Но потом повернулся к девушке:

— Ты готова дать клятву, что не попытаешься сбежать? Тогда выпущу тебя из клетки.

— Готова, — не колеблясь, замотала головой та.

Вампир приложил ладонь к прутьям, и в клетке вдруг открылась дверца — хотя раньше её там близко не наблюдалось.

Круто!

— Пойдём, — сказал он Тазе.

Девушка поспешно выбралась на волю и пошла с главой. Естественно, я тоже отправился с ними.

Анриэл подвёл её к тому самому многофункциональному дереву.

— Не передумала? — спросил он.

Таза несмело кивнула. Интересно, в курсе ли она, что это вообще за дерево? А может, напротив, знает куда больше меня? Потому и решимость подрастеряла.

— Тогда клянись, что не предпримешь попытки сбежать, — потребовал Анри.

— Но я не знаю, как сказать на вашем языке, — растерялась она.

— Это неважно, — отмахнулся глава. — Дрэ́йдэ поймёт тебя на любом языке.

Девушка произнесла слова клятвы. И, как только закончила, дерево ожило, зашелестев листочками.

— Всё, клятва принята, — объявил вампир. Затем посмотрел на меня: — Желаешь спросить, почему я хотел оставить её в клетке, вместо того чтобы сразу стребовать клятву?

Конечно, я кивнул — тем более что вопрос действительно вертелся на языке.

— Потому что труп заложницы мне нужен меньше всего на свете. А теперь, если всё-таки вздумает сбежать, живой ей из нашего леса уже не выйти.

У меня чуть не отпала челюсть. Выходит, это замечательное деревце, помимо всего прочего, ещё и каким-то образом командует силами всего леса?

Вот же ж… эльфы!

— Тангай, мой муж, наверняка беспокоится, куда я подевалась, — смущаясь, тихо заговорила Таза. — Вы не могли бы сообщить ему…

— Нет, — решительно мотнул головой Анри. — Тебе же лучше, чтобы мы не проявляли никакой заинтересованности. Иначе тебя могут всё же заподозрить в пособничестве Ольге. Но твои узнают, что ты здесь, как только прибегут выяснять, не попала ли ты к нам в плен. Идёмте, дозавтракаем наконец.

Он сделал жест, кажется, нам обоим. Однако ворсхи замялась в нерешительности, очевидно, вовсе не приняв приглашение на свой счёт.

— Пошли! — рявкнул глава уже персонально ей.

В столовой к этому моменту не осталось никого, и лишь две порции — Анриэловская недоеденная и моя нетронутая — стояли на столе, накрытые магическими колпаками.

Впрочем, Анри тут же вызвал слугу и распорядился принести ещё один завтрак, а Тазе велел садиться за стол.

Правда, спокойно доесть нам так и не удалось. Уже минут через десять в столовую заявился один из дозорных, забравших у Шэнзая меня.

— Солнечного утра, — поприветствовал он главу, хотя погода сегодня была откровенно пасмурной. — Там ворсхи прибежали. Спрашивают, не брали ли мы в плен… — он замялся, напоровшись взглядом на сидевшую за столом зеленокожую девушку, — некую Унитазу.

— Ну вот и они, — довольно улыбнулся Анри. — Едем, Генри. А ты, — он строго посмотрел на Тазу, — не вздумай высовываться за ворота.

Та испуганно замотала головой.