Глава 59

Вазлисар

Этот час, или сколько там длился суд, вымотал все нервы. Хотелось куда-нибудь рухнуть и отключиться хотя бы на время. Шантары больше нет, но наследие, которая она оставила всего двумя-тремя фразами, разгребать мне ещё долго.

Зачем ей вообще дали слово! Могла бы просто двигать головой. «Да» или «нет». И всё!

Нет же, ей позволили на прощание растоптать меня на глазах у драконов. И на глазах, и в глазах. Потому что после такого Зоргена мне могут и не отдать.

Гелара и раньше знала о подчиняющем зелье. Но то Гелара. Для остальных же я теперь бездушная скотина, способная лишь подчинять. В особенности — младенцев.

Словно почувствовав мои терзания, рыжая сжала мне кисть. Её ободряющие прикосновения не давали мне взбеситься во время суда. Но сейчас даже они не дарили мне надежды. Изумрудный настроен решительно. Наверняка он соберет совет клана, где поднимет вопрос, стоит доверять найдёныша этому чёрному чудовищу.

И даже если Кодо вступятся за меня, перевес будет на стороне местных. У них есть железный аргумент, а у наших лишь предположения, что «он больше так не будет».

— Ты как? — услышал я рядом голос Гирзела.

— Отвратительно, — признался честно.

— Держись, — с этими словами сын крепко обнял меня.

Ладно, пора лететь. Тем более что цветные уже один за другим понимались в небо.

Да, держаться — это единственное, что мне оставалось. Потому что почти сразу по прилёту я узнал от Гелары, что драконы действительно собирают внеочередной совет.

— Не видать мне ребёнка, — мрачно проговорил я, встав у окна и скрестив руки на груди.

Беспросветная тьма за стеклом словно бы подтверждала мои мысли.

Гелара подошла сзади, обвила меня руками и, приподнявшись на мысочки, положила подбородок на плечо.

— Я сделаю всё, чтобы отстоять твои права на ребёнка, — сказала она.

Эти её слова обволокли меня приятным теплом. Только вот серьёзность проблемы не отменили.

— Ты одна, а их много, — вздохнул я и вдруг с языка слетело: — Счастье ещё, что они обо мне не всё знают.

Что я сделал? Зачем?! Ведь не хотел же ей рассказывать! Но теперь всё, назад пути нет.

Тем более в ореховых глазах, которые я видел в отражение в стекле, явственно читался вопрос.

— Присядь, — сказал я ей.

— Что, всё настолько ужасно? — немного испуганно спросила она.

В ответ я лишь криво ухмыльнулся.

Гелара села на диван, а я встал перед ней с по-прежнему скрещёнными на груди руками. С минуту молчал, не зная, с чего начать. А потом прорвало.

Я выдал ей всё, не щадя себя ни капли. Поведал о своём многолетнем скотстве: о лютой ненависти к Кодо и стремлении выставлять их мировым злом, о том, как третировал соклановцев — которые не сходились во мнении со мной, о том, как презирал и оскорблял другие расы. И обо всех своих отвратительных выходках с разбиванием окон и дверей тоже.

В конце ещё раз вспомнил о вишенках на торте — о покушении на собственного сына и проклятой магии подчинения.

За всё время, что я говорил, Гелара не произнесла ни звука. Она неотрывно смотрела на меня взглядом, в котором бурлил какой-то странный коктейль чувств. Там были шок, неверие, жалость (не ко мне, конечно, а к жертвам моего сволочизма).

Потом я так разошёлся, что вовсе перестал что-либо замечать, смотрел куда-то сквозь драконицу. А закончив, замер в ожидании приговора. Каждая секунда отдавалась гулким ударом сердца.

Гелара поднялась, подошла ко мне и положила руки на плечи.

— Честно говоря, всё это трудно переварить вот так сразу… — начала она.

— Не думаю, что это вообще возможно! — рыкнул я. Нет, не на неё, просто в воздух. И она, надеюсь, это поняла.

— Ты ведь не всегда такой был, насколько я понимаю? — спросила она.

— Ну да, — ухмыльнулся я. — Когда родился, вряд ли было желание кого-то оскорбить или грохнуть люстру на потолке!

— А если без злой иронии? — Гелара испытующе посмотрела на меня.

— Образчиком благовоспитанности никогда не был, — честно признался я, немного смягчив тон. — Но и палку, скажем так, не перегибал. Это уже потом… после исчезновения родителей началось. Ещё с Шантарой до кучи связался…

— Которая, возможно, действительно воздействовала…

— Недоказуемо! — вскричал я. — Да и даже если воздействие было, с меня это ответственности не снимает!

— Успокойся, пожалуйста, — Гелара погладила меня по волосам.

Ну хоть одна радость — она не оттолкнула. Даже попыталась поддержать.

— Спасибо, что выслушала, — я прижал женщину к себе. — Полторы сотни лет держать в себе всё это дерьмо было бы сложновато, — добавил я с грустной усмешкой, вспомнив о проклятом тюремном сроке.

Рыжая тоже погрустнела.

— Да, преступления серьёзные, — протянула она. — Но с другой стороны, ни одно из них не повлекло за собой необратимых последствий.

— К сожалению, оба суда не приняли это во внимание.

— Оба суда? — удивилась она.

— Да, — кивнул я. — Сначала был общесоктавский суд, где мне вынесли приговор за разработку и применение подчиняющей магии. А потом меня судили наши — за Гирзела.

С минуту Гелара молчала. В какой-то момент я заметил, что она напряглась.

— Слушай, — нахмурилась она. — Мне тут одна скверная мысль в голову пришла.

— Странно, что всего одна, — буркнул я. — Ну, что ещё у нас не так?

— Как бы наши не решили, что ты применял подчиняющее зелье ко мне.

Вот проклятье! Проблемы сыплются одна за другой.

Впрочем, эта, если подумать, не такая уж и серьёзная.

— Я бы на их месте не спешил с подобными обвинениями, не имея на руках доказательств, — заявил я. Ну, сейчас бы не спешил. Раньше цветные ещё бы и не такое от меня услышали, заподозри я их в чём-либо.

— Доказательства доказательствами, а степень доверия это всё-таки может расшатать, — засомневалась Гелара.

— Да она и так расшатана до невозможности, — мрачно констатировал я. — Ладно, — махнул рукой, закрывая тему. — Хватит на сегодня о грустном. Пойдём лучше к нашим. Там у Генри в этой штуке, которую они телефоном называют, как выяснилось, есть снимок Андера. Хочу посмотреть на него. Столько лет уже сына не видел!

— Пойдём, конечно, — оживилась Гелара.

По дороге столкнулись со средним сыном — они с Дэйной возвращались с прогулки. Так что в покои пришли уже вчетвером. В общем, собрались всей компанией.

— Генри, покажи Андера, — обратился я к вампиру.

Тот потыкал пальцем в экран и протянул мне телефон.

Гирзел и Андер стояли в обнимку. Разве я когда-либо мог предположить, что увижу такое! Прямо на сердце потеплело.

— Андер похож на тебя гораздо больше, чем Гирзел, — отметила Гелара.

— Знаю, — усмехнулся я.

— Фото можно увеличить, — подсказал Генри. — Прикоснись двумя пальцами к экрану и раздвинь их в стороны.

— Какими именно пальцами? — уточнил я.

— Да какими хочешь, — улыбнулся вампир. — Лучше всего большим и средним.

Я взял телефон поудобнее, но фотография вдруг исчезла.

— Кажется, я её уничтожил, — расстроился я.

— Ты просто случайно коснулся не там, и фотография вернулась в папку, — сказала Ольга и, подойдя, лёгким движением вернула моих сыновей на экран. Заодно показала, как их увеличивать.

Детально изучив фото, я отдал телефон Генри.

— Эх, увидеться бы с ним! — размечтался я. — Зоргена показать…

— Гелара, что там у ваших слышно? — вставил по теме вампир.

— Завтра совет соберут, — ответила рыжая.

— Я тут вот что подумал, — произнёс Генри и сделал небольшую интригующую паузу. — А что, если на Соктаве заглянуть в прошлое и как-нибудь аккуратно и незаметно магически просканировать Вазлисара, чтобы узнать, воздействовала на него Шантара или нет?

— По-моему, хорошая идея, — поддержала его Гелара, и глаза у неё прямо-таки загорелись.

— Да, в общем-то, неплохая, — согласился Сонирал. Однако энтузиазма в его голосе не было.

Впрочем, я и сам уже с ходу видел кучу препон. Во-первых, это опять же грозило изменениями в прошлом. Во-вторых, демона с два я, при тех моих настроениях, позволю белёсому сканировать себя! Это сейчас мы уже фактически подружились. А тогда-то!..

— Только трудновыполнимая на практике, — продолжал Кодо. — Даже почти нереальная.

— Почему? — спросила Гелара, явно расстроившись.

— В первую очередь, потому что, как ты, надеюсь, помнишь, нельзя менять прошлое. А любая наша встреча с Вазлисаром из тех времён наверняка не обойдётся без последствий — как минимум она закончится крупным скандалом. И незаметно мне к нему тоже не приблизиться, поскольку он практически не вылезал из лаборатории. Единственный вариант — просканировать его тогда, когда он уже был арестован.

— Именно такой ход я и подразумевал, — закивал вампир.

— Но тут тоже возникает масса сложностей, — нахмурился Сонирал. — Во-первых, ни у кого из Кодо нет права просто так врываться в темницу Мадо. Только с разрешения главы клана или же по решению суда. Второго, как вы понимаете, у нас в помине нет.

— Так Гирзел же — глава клана, — радостно напомнила Джита.

Однако её энтузиазм сразу остудил Ярнил:

— Тогдашнего Гира вводить в курс дела нельзя — изменение прошлого.

— А чем вас нынешний не устраивает?! — вступил в прения он сам. — Если придём ночью, я просто проведу вас в башню — охранники и не поймут, что я из будущего. Ну мало ли зачем мне вздумалось вытащить отца из камеры посреди ночи — отчитываться я не обязан.

— Безусловно, провести нас ты сможешь, — согласился Сонирал. Однако я чётко видел, что очередное «но» уже торчит у него из-за пазухи. И точно. — Только что если поутру кому-то из охранников вздумается разболтать о нашем ночном визите? Представляешь, как ты удивишься?! Начнёшь расследовать странное происшествие, и всё — опять же изменение прошлого. Нет, уж коли проводить тайную операцию, то охране нужно тереть память.

— Разве ты с этим не справишься? — усмехнулся Гирзел.

— Справлюсь, естественно.

—…Но если кто-нибудь заметит на них данное воздействие, — продолжил за Кодо я, — под суд пойдёт уже Сонирал.

— Именно, — кивнул тот с мрачной усмешкой. — Вот если мы получим на нашу проверку санкцию суда — тогда мои действия уже будут квалифицироваться как необходимые во избежание изменения прошлого.

— Так может быть, вам всё-таки пойти официальным путём? — предложила Гелара. — Я понимаю, что дело это не быстрое, зато никакого риска.

Однако Сонирал опять нахмурился:

— Если бы точно знать, что Шантара действительно оказывала на Вазлиса воздействие, можно было бы поступить данным образом. Только лично у меня такой уверенности нет. — Все воззрились на него в изумлении. — Я объясню почему, — продолжал он. — Если эта стерва правда создала собственное подчиняющее зелье — зачем бы ей заставлять мужа разрабатывать ещё одно? Опаивала бы всех, кого хочет, тихонечко сама — и радовалась своей власти. Только вот не было у гадюки таланта не то что равного Вазлисаровскому — даже приближавшегося к его не было. Лишь немереные амбиции и столь же немереная зависть! Честно говоря, я не сомневаюсь, что именно в зависти и крылась первопричина её ненависти, Вазлис, к тебе. Да, безусловно, быть круче всех она мечтала. Но что до тебя откровенно не дотягивает, прекрасно понимала… и люто ненавидела за это!

— Вполне может быть, — в один голос согласились Ярнил и Дэйнария.

— Так вот, почему я против обращения в суд за разрешением на исследование, — продолжал старший Кодо. — Если мы его получим, а воздействия так и не обнаружим — отрицательный результат сразу поставит жирный крест на самой возможности пересмотра дела Вазлиса.