Глава 5

Меньше всего Глебу хотелось гулять по городу, но Линда была настроена решительно. К тому же обещания надо выполнять. – В городе пять районов, – скучным голосом говорил в машине Глеб. – Куда поедем? – Предлагаю подождать полудня, – разумно рассудила Линда. – Осталось всего пятнадцать минут. А потом, если поклонники Айач не проявят себя, можем съездить в центр. Представляешь, я вчера так замоталась, что не успела даже посмотреть на вашу речку. Видимо, генетика суккуба в Линде сильнее, чем сирены, иначе девушка первым делом отправилась бы к реке, а не крутилась бы вокруг боевого мага. – Айач не склоняется, – хмуро сказал Глеб. – Переживаешь из-за учителя? – Линда внимательно посмотрела на него. – Не только, – буркнул он. Поводов для волнения хватило, и из-за наставника Глеб переживал не так сильно, как из-за города. Учитель был стар, он давно приготовился к смерти и относился к ней спокойно, как к неизбежному продолжению большого Пути. Умер он, как понял Глеб, легко, без мучений, даже не успев до конца осознать, что произошло. Жаль, конечно, старика, который мог бы прожить ещё несколько лет, но это не худший финал земной жизни боевого мага. Нет, из-за наставника Глеб переживал в последнюю очередь, и это было правильно. Наставник сам учил его расставлять приоритеты. Мертвым уже не помочь, прежде всего надо думать о живых. А сейчас в городе назревает что-то серьезное, и Глеб пока не может представить, где именно это произойдет. Помощи ждать неоткуда, никому доверять нельзя. И этой девушке, с которой он провел сумасшедшую ночь, тоже нельзя. И Дариилу, которого он знает много лет. Когда-то наставник рассказывал двум балбесам, что безграничного доверия у мага-защитника ни к кому быть не может. – Любой человек в какой-то момент способен перейти на сторону зла, – сердито выговаривал он. – Нельзя полностью доверять ни напарнику, ни человеку из центра, ни учителю, ни друг другу. Напрасно вы смеётесь, молодые люди. Зло так же всеобъемлюще, как добро, оно может овладеть любым человеком. Маг-защитник – тоже человек, и в его жизни обязательно будут искушения. У всех случаются минуты слабости, и каждого в какой-то момент можно переманить на темную сторону. Может быть, если бы Руслан в тот памятный день сказал Глебу, зачем собрался во Тьму, всё сложилось бы иначе. Похоже, лучший друг в последние часы своей жизни тоже никому не доверял. – Полдень, – Линда постучала ногтем по экрану телефона. – Поехали к реке? – Подождем ещё минут пять, – сказал Глеб. – Хочу быть уверен, что ритуал не начался. Они будут выбирать место как можно дальше от любых водоемов. – Почему ты так думаешь? – Линда нахмурилась. – Потому что ты – сирена, – Глеб машинально сжал ее руку в своей. – А сирены черпают силы от воды. Они будут ждать тебя. А если темносильники устроятся у водоема, значит, они подготовили ловушку для безголовой сирены. Или, что гораздо хуже, Линда с ними заодно. – Звучит многообещающе, – девушка улыбнулась. – По-моему, у нас намечаются очень интересные дни. – Лучше бы они были менее интересными, – бросил Глеб, прикрыв глаза. На десятки километров вокруг все было спокойно. Воздух не вибрировал от темных знаков и призывов. В ближайшее время жертвоприношений быть не должно. – Всё тихо, – констатировала рядом Линда. – Поехали! Проводить время в городе, развлекая девушку, оказалось для Глеба непривычным делом. В голове продолжали прокручиваться проблемы с темносильниками, информация о смерти наставника и неожиданное появление Линды в городе. Линда В первую очередь Глеб отвёз ее на Набережную – место в будний день сравнительно тихое. Облокотившись о старенькие чугунные перила, Линда долго смотрела на реку, впитывала её энергию – новую, пока ещё незнакомую. Если становиться на какое-то время частью города, нужно брать силу от всего важного, что здесь есть. Это только солнце светит везде одно и то же, а воздух, вода, земля в каждой местности разные. – Поближе к воде спуститься где-то можно? – спросила Линда. – Да, там дальше есть городской пляж, – рассеянно ответил Глеб. С ним понятно, маг-защитник на своей волне, почти наверняка продолжает анализировать ситуацию. Ничего, скоро Линда отвлечет его от работы, пусть проведет хоть несколько часов как обычный человек, Глебу это не помешает. Набережная оказалась слишком уж провинциальной и скучноватой – старые памятники героям революции, новый – какому-то местному художнику, ларьки с фастфудом, маленький речной вокзал – одноэтажный ярко-жёлтый домик. Почувствовать реку в полную силу мешают пришвартованные прогулочные катера. Хотя лучше бы они все стояли: один катер плывет по реке, оглашая окрестности громкой музыкой. Линда почувствовала, что реке это не нравится, и тихо замурлыкала себе под нос что-то успокаивающе. – Прекрати, – тут же встрепенулся Глеб. Его пристальный взгляд остановился на катере. – Я не собираюсь топить кораблик, – фыркнула Линда. – Просто налаживаю контакт с рекой. И не советую мне мешать, неизвестно, какая из моих способностей может пригодиться в ближайшее время. – Надеюсь, ты не собираешься опробовать на темносильниках чары суккуба? – раздражённо вздохнул Глеб. – Надо будет – опробую, – усмехнулась она. – А ты что, ревнуешь? – Ты не соображаешь, во что ввязалась, – сухо сказал Глеб. Зря он так, ситуацию Линда понимает не хуже Глеба, ничего хорошего для защитника города в ней пока не видно. – Хочешь, на недельку больничный тебе сделаем? – предложила она. – Хотя бы не будешь отвлекаться на студентов и лекции. – Ты не можешь использовать дар сирены против жителей города, – устало сказал Глеб. – В том числе и против врачей. – И что такого страшного случится с врачом, если он оформит тебе больничный? – Линда хмыкнула. Глеб промолчал. Что ж, надо будет – Линда сама займётся этим вопросом. Присутствие пациента в данном случае необязательно. На пляже она первым делом сняла босоножки и прошла по сухому песку к воде. Купальный сезон ещё не открыт, сейчас разгар рабочего дня, и вокруг никого, кроме Глеба. Только какая-то молодежная компания веселится на громком катере, уплывающем всё дальше. Шаг. Чувство прохладной воды на коже. Ещё шаг. Вот ты какая, местная река – недоверчивая, осторожная, кому попало не помогаешь. В общем-то понятно, Линде бы тоже не понравилось, если бы ее голос глушили музыкой с прогулочных катеров, а у реки голос еще тише. Ну, за знакомство! Линда сняла с золотой цепочки кулон-сердечко и с размаху закинула его подальше в воду. – Прими жертву, – тихо пропела она. – Дай мне помощь, дай мне силы, слушай меня… Линда пела реке и чувствовала, как отзывается стихия воды этого города. Контакт был налажен, жертва принята. До вечера нужно ещё договориться с землёй и воздухом. А уж с огнем-солнцем у Линды никогда не бывает проблем. – Поехали в центр, – она вышла из воды и улыбнулась Глебу. – Посмотрим, где и как в этом городе можно развлечься. Глеб Глебу совсем не хотелось развлекаться. Но отправить Линду гулять одну, без присмотра, нельзя, запереть ее дома не получится. Пришлось таскаться с девушкой по центру города. Сначала Линда захотела в кино на какую-то фантастику. Глебу фантастики хватало и в жизни, но в кинотеатре можно было хотя бы спокойно подумать два часа. Однако у Линды была другая мысль, чем можно заняться в темном и почти пустом зале кинотеатра. – С ума сошла? Нас сейчас выставят отсюда, и будут правы, – прошептал Глеб, когда девушка начала возиться с молнией на его джинсах. – А кто нас видит? – со смешком спросила Линда. – Сидим сзади, никому не мешаем. Если тебя напрягает – можешь какой-нибудь морок вокруг нас кинуть, чтобы никто в эту сторону не посмотрел. Растрачивать силы на морок из-за такой ерунды было глупо и безответственно, что Глеб и попытался объяснить Линде. – А если вечером или в полночь будет следующий призыв? – шипел он, удерживая ее за руки. – А боевой маг-защитник города скинул часть сил на то, чтобы потрахаться с девушкой в кино. – Да, забавно звучит, – согласилась Линда. – Только боевой маг забыл, что получит от очень приятного процесса столько же сил, сколько и я. Хватит уже про безответственность, я – девушка ответственная, это даже мой родитель может подтвердить. – Послушай, я сейчас на другой волне. В городе проблемы, информации мало, – пытался объяснить Глеб. – И настроения вообще нет. – Настроение создам, – глаза Линды весело блеснули. – Ты же свихнешься, если будешь всё время на этой своей волне. Немного на развлечения – а потом опять будешь думать о делах. Она приникла губами к его губам. Пальцы девушки справились с молнией на джинсах Глеба. Если бы Линда только появилась в городе раньше. Или позже, когда проблема с темносильниками решится. Махнув рукой на благоразумие, Глеб создал непрогляд вокруг себя и Линды и притянул девушку к себе на колени. Руки прошлись по ее телу, задерживаясь на самых соблазнительных изгибах. Под юбкой Линды не обнаружилось белья. Девушка судорожно вздохнула, когда Глеб коснулся самой чувствительной точки-горошинки. На киноэкране летали какие-то аппараты, кто-то бегал и махал неправдоподобным оружием, впереди хрустели чипсами и попкорном. А в темноте на последнем ряду Линда, сдерживая стоны, насаживалась на Глеба, подчинялась каждому его движению. К высшей точке они пришли одновременно. – Кайф, – выдохнула Линда. Она извлекла из сумочки пачку влажных салфеток и протянула Глебу. Сил у обоих действительно прибавилось. Пока непонятно, что у Линды с магией, но суккуб из нее получился очень странный. На фильм девушка отвлекаться не собиралась и теперь интересовалась, как Глеб относится к тантрическому сексу. – Прекрасно отношусь, только не здесь, – сказал он. Завесу морока Глеб пока снимать не стал. Кто знает, до чего ещё додумается Линда? – Какой-то вы закомплексованный, Глеб Николаевич, – она хихикнула. – Здесь и не получится, времени маловато. Времени маловато… Почему-то мозг зацепился за эти два слова. Что-то было с ними связано важное и, скорее всего, нужное. – Помолчи, – прошептал Глеб. Времени маловато. Эти слова когда-то давно звучали в связи с проблемами, которые он сейчас должен решить. Глеб прикрыл глаза, пытаясь ухватиться за почти неуловимое воспоминание. От кого он это слышал? Дариил? Нет, связано не с ним. Кто-то другой из Совета магов? Вроде нет. Наставник? Что-то смутно вспоминалось, что-то он рассказывал о времени и призывах к Айач. Давно было дело, и Глеб не старался запомнить информацию о божестве, которому никто не поклоняется. Молодой самоуверенный придурок! Тогда ему казалось, что наставник – вечный, и он в любой момент сможет проконсультировать по самым сложным вопросам. Глеб наконец уловил нужное воспоминание и почувствовал, как покрывается холодным потом. Вот оно, то, что обязательно повторил бы наставник, если бы был жив. Вот информация, благополучно забытая Глебом. Перед прикрытыми глазами стоял наставник и неторопливо рассказывал, иногда кивая на начерченные на земле элементы темных знаков: – Если времени у темносильников маловато, если призыв может сорваться, они вряд ли рискнут обратиться к Айач. Если ритуал не довести до конца, Айач покарает тех, кто участвовал в призыве. Умилостивить его можно лишь более крупной жертвой, принесенной в течении суток. Это будет чем-то вроде оплаты за беспокойство, и уж потом проводится отдельный обряд с жертвоприношением для получения желаемого. Больше об Айач ничего не вспоминалось, наставник рассказывал об этом божестве не так уж много. Глеб открыл глаза и встретился взглядом с Линдой. – Давай договоримся, что ты сегодня развлекаешься здесь и ждёшь меня, – тихо сказал он. – Из торгового центра не выходишь ни под каким предлогом, ни с кем. Можешь посмотреть кино, погулять по магазинам, посидеть в кафе, на каток сходить… – Звучит заманчиво, – Линда усмехнулась. – Но я, пожалуй, погуляю с тобой. И давай договоримся, что ты не будешь скрывать информацию о том, что может оказаться опасным. Что ж, при любых раскладах Линде действительно лучше об этом знать. – Они проведут ритуал через два часа, – произнёс Глеб. – Должны будут провести, иначе гнев Айач обрушится на них самих. – И куда мы направимся? – оживилась Линда. – Я для начала – в больницу к хорошему мальчику Илье. А тебе настоятельно советую остаться здесь, – сказал Глеб. – Совет услышала. Поехали к хорошему мальчику, – Линда встала и потянула Глеба за руку. На экране в это время шел фантастический бой – зрелищный и совершенно неправдоподобный. Глеб и Линда вынырнули из кинозала под яркие вспышки и звуки выстрелов из особого космического оружия. В другой ситуации Глеб досмотрел бы фильм как комедийную пародию на космическую фантастику, но сейчас ему было не до веселья. До больницы добрались за восемнадцать минут – и тут началось. Для начала Линда, мило улыбаясь, попросила охранника пропустить машину на территорию. Потом пристроила автомобиль на парковку для машин персонала больницы. Глаза у охранника при этом были стеклянные. Похоже, он согласился бы даже на парковку незнакомого автомобиля непосредственно перед входом в приёмное отделение. – Прекращай свои фокусы с голосом, – прошипел Глеб, когда они быстро шли к нужному корпусу. – С моим голосом всё идёт скорее и проще, чем с твоими магическими заморочками, – Линда улыбнулась. – Я никому сейчас не причиняю вреда. Времени мало, а нам ещё нужно узнать, в какой палате находится парень, попасть туда, поговорить с ним в более-менее спокойной обстановке и желательно, чтобы он отвечал на вопросы быстро и правдиво. – Как же я без тебя раньше работал-то? – с иронией пробормотал Глеб. – Судя по тому, что дожил до среднего возраста, ты работал успешно, – невозмутимо ответила Линда. – Но сейчас я ускоряю твой рабочий процесс, а ты экономишь энергию и силы, которые будут нужны часа через полтора-два. Например, сейчас я без проблем узнаю, на каком этаже и в какой палате лежит Илья. Глеб глубоко вздохнул. Девушка права, силы ему ещё пригодятся, а на общение с медперсоналом их ушло бы довольно много. Махнув рукой на часть своих принципов, он молча слушал, как сирена поет суровой женщине на первом этаже: – Да, понимаю, что сейчас неприемные часы, но нам обязательно нужно увидеть молодого человека. Его зовут Илья, его вчера привезли по "скорой". – Вы родственники? – женщина потерла висок, будто у неё заболела голова. – Какая разница? – Линда мило улыбнулась. – Нам нужно с ним пообщаться. Нас необходимо сейчас же к нему пропустить. Ах, у вас такая замечательная больница – чистота, порядок, и персонал очень профессиональный. Мы вчера переволновались за Илью, но здесь его, конечно, быстро поставят на ноги… Глеб почувствовал, что сознание начинает "плыть" и встряхнул головой. Нашел, рядом с кем расслабиться. Сирена усилила голос и трещала, не умолкая. – Да, конечно, проходите, – замороченным голосом произнесла женщина. – Только, к сожалению, мы не в курсе, в какой палате лежит Илья, – продолжала воздействие Линда. – И не знаем его фамилию. Но у вас ведь все записано, он поступил вчера вечером, после семи. Посмотрите, пожалуйста, между семью и восемью часами. Ах, у вас такая сложная, ответственная работа… Глеб на секунду прикрыл глаза. Никаких следов магии не увидел, и это было ожидаемо. Просканировал состояние объекта Линды – морока не видно, действий, причиняющих вреда здоровью, не обнаружено, но при этом женщина близка к предобморочному состоянию. Видимо, она пыталась сопротивляться пению сирены. – Линда, хватит, – тихо сказал Глеб. – Пойдём, узнаем всё, что нужно, у кого-нибудь другого. И тут женщина подняла усталый взгляд от компьютера и назвала третий этаж и пятую палату. – Я уже сама думала, что придется искать на разных этажах, – шёпотом сказала на лестнице Линда. – Упертая дама попалась. Можешь не волноваться, минут через десять у неё пройдет дурнота. – Знаю, – хмуро сказал Глеб. – Но так делать нельзя. Не поддается человек – прекрати, дай мне работать, чтобы наши воздействия не накладывались друг на друга. – Звучит эротично, – Линда хмыкнула. – Ладно, в следующий раз прекращу, если тебя это так напрягает. Дверь, ведущая в отделение, оказалась закрыта, и Линда, не задумываясь, нажала звонок. Сирена пела вдохновенно – их не только впустили, но и проводили до палаты. Может, время и неприемное, но очень даже удачное: между обедом и ужином, никаких процедур не намечается. Илья дремал на койке у окна в шестиместной палате, все места оказались заняты, и компания тут собралась для хорошего мальчика не слишком подходящая. Пять мужиков с испитыми лицами и богатым матерным словарным запасом. – Так, это что? – командным голосом спросила Линда у медсестры, бегло оглядев палату. – Почему парень с отравлением находится в палате с алкоголиками? – Они тоже с отравлением, – замороченным голосом ответила медсестра. Глеб незаметно дёрнул Линду за руку: "Не увлекайся". Узнает Илья из разговоров в палате много нового и интересного – ничего страшного. В ответ она замычала что-то вроде колыбельной на двух звуках. Пока Глеб благодарил медсестру за помощь, взгляд Линды метнулся на каждого из соседей Ильи. Через минуту все они крепко спали. – Ты ответишь на вопросы, – тихо пела Линда, двигаясь к окну. – И не сможешь лгать. И ничего не скроешь. Илья, просыпайся, – обычным голосом произнесла она и кивнула Глебу на стул около соседней койки. Парень открыл сонные глаза и посмотрел на гостей с недоумением. Глеб подвинул стул и сел рядом с койкой. Линда неторопливо пошла по палате туда-сюда, напевая что-то невнятное. – Добрый день, Илья, – сказал Глеб. – У меня есть несколько вопросов по поводу вчерашнего вечера. Он ещё договаривал, когда во взгляде парня промелькнул страх. Секундное сканирование показало: Илья в паническом ужасе. – Вы из полиции? – его голос дрогнул. – Я просто отравился. Не специально. – Понятное дело, что не специально, – Глеб понимающе кивнул, пропустив вопрос о полиции. – И чем отравился? – Не знаю, – искренне ответил парень. Не врёт. Не пытается что-то скрыть. Действительно не знает. – Илья, расскажи, пожалуйста, что происходило перед тем, как ты потерял сознание, – немного надавил голосом Глеб. – Мне позвонили знакомые, – взгляд Ильи забегал. – Сказали, что они рядом с моим домом, попросили к ним подойти. Знакомые, значит? Очень растяжимое понятие – от давно знакомых до случайных людей. Похоже, как раз тему "знакомых" Илья затрагивать не хочет. Или боится. – Ну, – после небольшой паузы поторопил Глеб. – Ты пошел к знакомым, а дальше? – Я подошёл к ним. А дальше ничего не помню, – Илья нахмурился. – Это они в "скорую" позвонили? Не за тем тебя пригласили, дурачок, чтобы "скорую помощь" вызывать. Было бы у твоих знакомых хотя бы минут пятнадцать-двадцать, от тебя бы и следов не осталось. Тень при умелом обращении целое войско может скрыть, не то что твое тело. – Смотрю, у тебя тут ничего нет, – отметил Глеб, остановив взгляд на уличных шлепанцах в бахилах, стоящих у кровати. – Что ж знакомые тебе даже тапочки не принесли? – Да мы толком и не знакомы, – парень отвёл взгляд. – Какая разница? Я просто чем-то отравился. – Действительно, никакой разницы, – вмешалась Линда. – Что от тебя хотели эти малознакомые люди? Зачем ты к ним выходил? Илья молчал и бледнел. Вот только этого сейчас и не хватало. У мальчишки нет сил сопротивляться, и давление Линды может привести к самым серьезным последствиям. – Не лезь, – твёрдо сказал ей Глеб и снова обратился к Илье: – Послушай, твои знакомые – опасные люди. Скорее всего, именно они тебя чем-то и отравили. Поэтому расскажи, пожалуйста, как ты с ними познакомился и зачем к ним пошел. Тем более, что дело было около твоего дома, ты мог позвать их к себе, пусть не домой, но хотя бы во двор, в тень. Почему вы встретились в том тупике? – Я просто отравился, – Илья уставился в потолок. – Остальное к делу не относится. Время шло, ничего не прояснялось. Если дать действовать Линде, она быстро вытрясет из парня подробности, но после этого Илья как минимум отправится в реанимацию. И далеко не факт, что подробности его общения с темносильниками того стоят. – Ещё раз повторяю, твои знакомые опасны, – жёстко заговорил Глеб. – Они могут кому-то серьёзно навредить, и виноват в этом будешь ты. Потому что ты не хочешь сейчас о них рассказать. И если они кого-то убьют, этот грех будет на твоей совести. Ты мог рассказать, мог предотвратить… Глеб давил на совесть и на религиозность парня, как мог. Грех, ад, рай, ценность человеческой жизни, ответственность Ильи перед Творцом – да-да, за всё, происходящее на земле с ведома парня. Линда выразительно закатила глаза. – Им незачем было меня травить, – наконец произнёс Илья. – Они… В общем, они плохие люди, но не убийцы. Детский сад! Как можно в современном мире воспитать парня таким вот "хорошим мальчиком" – наивным, доверчивым и, похоже, неприспособленным к жизни? О чем думал его отец, когда растил из сына этакий цветочек? – Дальше нас история не пойдет. Мы никому ни о чем не расскажем, – пообещал Глеб. – Только объясни, как они на тебя вышли и что хотели. – И желательно быстро, не разжевывая слова, – добавила Линда. – У нас мало времени. – Я не могу при девушке, – пробубнил Илья. – Давай шёпотом, она не услышит, – Глеб с трудом сдерживал раздражение. Больше всего ему хотелось хорошенько потрясти Илью и вытряхнуть из него всё, что могло относиться к делу. Один из спящих пошевелился, и Линда снова затянула колыбельную на двух звуках. Кажется, звуки складывались в слова: "Спиртное вредно, пей кефир". Нашла время баловаться! Впрочем, против кодирования алкоголиков Глебу было нечего возразить. – Ну, в общем, они ко мне подошли, когда я в церкви был, – еле слышно забубнил Илья. – Показали фотографии и сказали, что выложат в интернет, если я не заплачу. – Так, – Глеб подавил приступ раздражения. – И чем же тебя шантажировали? Линда прервала свою колыбельную о вреде пьянства и с интересом уставилась на Илью. – Это мое дело, – буркнул он. – Им не было смысла меня убивать, они просто хотели денег. – Ну и? Отдал ты деньги? – поторопила Линда. – Нет, я перевести собирался, с телефона, – пробубнил Илья, разглядывая светлую стену. – Не успел. Наверное, они мне ещё позвонят. Я пробовал дозвониться, но телефон всё время отключен. – Линда, золотко, – скрипучим голосом сказал Глеб. – Напротив больницы есть магазин. Купи молодому человеку тапки и бутылку воды и возвращайся. Спорить девушка не стала, вышла из палаты тут же и бойко застучала каблучками по коридору. – А теперь быстро найди мне телефон, с которого тебе звонили, – задушенно прошипел Глеб. – И пока ищешь – выкладывай, что за фотографии, когда были сделаны, и почему тебя ими шантажировали. Он сунул парню в руки лежавший на тумбочке мобильник. – Девушка у меня есть, – выдавил Илья. – Кто-то нас с ней зафоткал. – В постели? – деловито уточнил Глеб. – Нет. Мы в ее машине целовались, – Илья покраснел. – В чём проблема? Почему фотографии не должны попасть в интернет? – Глеб невольно хмыкнул. – Она замужем, – после мучительной паузы выдавил Илья. – Вот телефон, – он показал экран мобильника. Глеб поспешно записал номер. Скорее всего, на звонок никто не ответит, но вдруг повезет? – Когда вас сфотографировали? – деловито спросил Глеб. – Сколько времени прошло? Он слушал запинавшегося на каждом слове парня, и картина становилась все более странной. Илья встречался с замужней подругой за четыре дня до появления шантажистов. О темносильниках в это время не было никаких разговоров. Глеб не чувствовал их энергию, из Центра не предупреждали ни о ком подозрительном. Но фотографии были сделаны несколько дней назад, а это значит, что кто-то из троих поклонников Айач в тот момент был в городе. – Девушку давно знаешь? – пытался Глеб нащупать хоть какую-то зацепку. – Мы в школе вместе учились. – Кто её муж? Вы с ним знакомы? – Знакомы, – Илья продолжал изучать стену. – Он ни о чем не знает. – Слушай, ты можешь коротко объяснить, в чём вообще проблема? – Глеб глубоко вздохнул. – Почему девушка не может развестись и выйти за тебя замуж? Из очень сбивчивой речи парня с трудом стало понятно, что девушка замужем за священником, с которым хорошо знаком отец Ильи. Если об этом романе узнают, то Илья с треском вылетит из семинарии, а отец не простит ему такого греха и позора и ни за что не даст благословение на брак с разведенной женщиной. Комментировать услышанное Глеб не стал, хотя не видел проблемы ни в ссоре с родителем, ни в отчислении из духовного учебного заведения. Главное, что эти перспективы ужасали Илью, и кто-то об этом знал. – А само прелюбодеяние тебя не смущало? – поинтересовался Глеб. – Не было ничего, мы только целовались. Иногда, – Илья снова покраснел. Ладно, каждый сходит с ума по-своему, Глеб – не душевед и не будет вникать в особенности странных отношений. Главное, что парень, скорее всего, девственник. Те, кто выманил его на пустырь, могли знать или догадываться об этом. Как же они на тебя вышли, хороший мальчик Илюша? – Кто к тебе подошёл? Сколько их было? Как выглядели? – Глеб взглянул на часы. – Ты хоть что-то о них знаешь? Минут через пять-десять надо выходить из больницы. Картина не прояснилась, все выглядит ещё более странно. И главное – ни одной зацепки, невозможно предвидеть, кто станет следующей жертвой. Хотя что-то наставник в своё время говорил по поводу чистых сердцем… Глеб на время выкинул из головы промелькнувшую мысль: о чистых сердцем он подумает позже. – Двое подошли, молодые, лет по двадцать, – заговорил Илья. – Обычные парни, в джинсах, футболках, коротко стриженные. Я их раньше вроде не видел. Интересно, сколько десятков тысяч парней в городе и области подходит под это описание? – Рост, комплекция парней? – сдержанно спросил Глеб. С трудом удалось выудить из Ильи, что рост его знакомых незнакомцев примерно от метра семидесяти до метра восьмидесяти сантиметров. Волосы у обоих темные. Особых примет Илья не помнил, да и вообще не был уверен, что узнает кого-то из парней. – Разговаривали как? – продолжал Глеб. – Обычно, – Илья пожал плечами. – Обычно – это как? Матерились? Употребляли жаргонные выражения? Может, мелькнули какие-то особые обороты речи или постоянно повторяющиеся слова? – не сдавался Глеб. – Некоторые через два-три слова повторяют "ну", "короче", "в общем". Было что-то в этом духе? – Нет, они нормально разговаривали, – подумав, сказал Илья. – Без слов-паразитов и без ругани. Глеб кисло усмехнулся. Это Илье, выросшему в тепличных условиях, кажется, что парни общались нормально. Одна особая примета всё-таки нашлась: два молодых человека, которые разговаривают на правильном литературном языке. Попробуй найти двадцатилетнего парня, в речи которого не мелькают слова-паразиты! Тут нужно соответствующее окружение и воспитание. – Одежда у них была чистая, глаженная? – быстро уточнил Глеб. – Ну да, обычная, – пробубнил Илья. Или парни привыкли следить за собой, или живут с родителями. – По именам они друг к другу обращались? – на всякий случай спросил Глеб. – Хоть что-то друг другу при тебе говорили? – Нет, – Илья задумался. – Точно нет. – Ладно, я ещё к тебе загляну, – пообещал Глеб. – Если вдруг твои знакомые объявятся, не вздумай с ними никуда выходить. Линда проскользнула в палату и, что-то напевая о вреде пьянства, поставила на тумбочку около Ильи небольшой пакет. – Тапочки, – их она пристроила возле койки. – Две бутылки воды, полотенце, зубная щётка, паста, мыло. – Сколько я вам должен? – парень приподнялся. – Ничего не должен, – отмахнулась Линда. – Выздоравливай. – Кстати, ты родственникам звонил? – спросил Глеб. – Они в курсе, что ты в больнице? – Да, они сейчас в поездке, послезавтра вернутся, – ответил парень. – То есть ты тут без документов, без вещей, без бутылки воды, а родственники не спешат домой? – невинным голосом поинтересовалась Линда. – Человек должен принимать испытания без ропота, – серьёзно ответил Илья. – Отец благословил меня лечиться, а приехать раньше они не могут. Пожелав Илье скорейшего выздоровления, Глеб и Линда вылетели за дверь и ринулись к лестнице. Нужно было оказаться в машине хотя бы в течение пяти минут.