21

Меня разбудили рано утром, ночью точнее. Сонную унесли умыться и уже не такую сонную — на кухню завтракать.

Прибыть на место отлёта нужно заранее. Собрав сумки и свою полуспящую жену, мужчины отправились в путь. Сначала предстоит дорога в повозке. До неё меня на руках донёс Сарт, пообещал, что вот загрузимся в аэроборт и там я досплю.

Вспомнилось, как в детстве меня такую же сонную собирала в садик тёмными зимними утрами мама, везла на санках по снежной тропинке, а я отчаянно пыталась доспать.

Теплые воспоминания побудили плотнее прижаться к Сарту и уткнуться в него носом, вдыхая такой уже родной запах.

— Спасибо, милый мой, — проговорила я куда-то в Сарта и туда же поцеловала.

Мужчины так и не поняли причины внезапной нежности, но, уже в повозке, с рук крона меня забрали. Во избежание получения им чрезмерного количества ласки, полагаю. Сначала ехала на коленях Баиля, а потом и Яста. Каждого на эмоциях нежно целовала и тепло прижимала к себе, а потом мы приехали.

Я уже окончательно проснулась и шла сама. Хотелось рассмотреть перед посадкой загадочный аэроборт.

Внешне местный воздушный транспорт показался мне странным и напоминал самолёт без крыльев. Как там всё устроено я не разбиралась. Главное — вовремя заряжать магией, уяснила я основной принцип работы всего в этом мире.

Пассажиров было много, хорошо, что приехали заранее. Наша семейная каюта напоминала скромную комнату в гостинице, с душем и туалетом. На столе уже ждал завтрак.

Я устремилась к окну, буду рассматривать свой новый мир с высоты птичьего полёта. Интересно же.

Аэроборт начал подъём, а я с восторженным любопытством следила за тем, как земля остаётся внизу. Ко мне присоединились Ратима и Белый, для них это тоже был первый полёт. Остальные над нами посмеивались, сравнивая с детьми.

И Сарт предлагал мне всё это проспать? Ну нет, хочу смотреть. В основном мы пролетали над лесами, очень много лесов. Изредка встречались города разных размеров, но чаще — небольшие поселения. Видимо, местные жители города не жалуют.

— Все расы живут вперемешку или кто-то обособленно? — спросила я у мужчин.

К нам подсел Каримиус:

— Все вместе. Есть поселения с какой-нибудь преобладающей расой, но чтобы вообще одна — нет. Женщины стараются выбирать мужей разных рас, так ведь интереснее, — улыбнулся мне рутал.

— Ну да, — ответила я, оглядев всех своих разно-интересных мужей, — а меня, наверно, считают смесью нескольких рас, да? Я ведь ни на одного из вас не похожа, но никто в городе не удивился и не спросил меня об этом.

На моё заявление все мужчины, кроме Ялея, засмеялись, а лерион обиженно ответил:

— Это у тебя не спрашивают и у них, — махнул неопределенно рукой в сторону веселящихся, — потому что боятся показаться тебе глупыми или чрезмерно любопытными, а мужей твоих просто боятся. Ко мне же, как к представителю самой мирной расы, постоянно пристают с этим. Куда бы не пошёл, везде донимают о твоём происхождении и не ищешь ли ты себе ещё мужей.

Местный эльф тяжко вздохнул.

— И что ты отвечаешь? — поинтересовалась я.

— Что мужей больше не примешь, а расу…, — тут Ялей замялся и беспомощно посмотрел на мужчин.

Так, в чём дело? Я тоже внимательно стала осматривать мужей. На помощь Ялею пришёл Каримиус:

— Дети наследуют расу одного из родителей, никаких смесей. А по поводу тебя… Есть легенда (ну конечно, легенда, на любой случай есть легенда!), что однажды один отверженный так мечтал о семье, что постоянно просил об этом. Каждый день он приходил к лесу корфов и отчаянно молил подарить ему любимую. Спустя несколько лет ежедневных просьб, корфы сжалились над мужчиной и одна из их самок, обернувшись женщиной, вышла из леса к тому отверженному. Она была прекрасна, добра и не похожа ни на одну из рас.

На этом рутал замолчал и все уставились на меня. Ну а я была слегка шокирована.

— Серьёзно⁈ — даже слегка подскочила с места, — и кто-то верит, что я могу быть бывшей корфой? Это же сказка!

Мне стало смешно, а вот мужья моего веселья не разделяли. Смотрели всё также серьёзно. Не поняла?

— Вы и сами в это верите? Думаете, я могла быть корфой? — настороженно спросила, — так, хорошо. Допустим я — бывший корф, но разве кто-то из вас просил обо мне каждый день в течении нескольких лет?

Вот сейчас я их и подловлю, они сами поймут какая это глупая выдумка.

— Да, — грустно сказал Баиль, — я каждую ночь ходил к лесу и просил у корфов тебя. Ту самую, которая полюбит, не смотря на мой изъян. С самого первого дня, как переехал в поселение отверженных.

— Мы и сами смеялись над ним по началу, — указывая на Баиля, сказал Сарт, — а потом решили, пусть ходит, если ему от этого легче. У каждого отверженного свой способ смириться, у Баиля был такой. А спустя несколько лет из леса вышла ты — прекрасная, добрая, непохожая ни на кого из нас и явно оберегаемая корфами.

Наступила тишина. Я обдумывала ситуацию, мужчины не мешали. С другой стороны, это ведь я, дитя немагического мира, с пристрастием отношусь ко всяким легендам, а им, которых с рождения окружает волшебство, всё кажется естественным. Да и верят они в такие возможности корфов — ну и пусть. Кому от этого хуже?

Подошла к Баилю, присела к нему на колени и обняла:

— Нет у тебя изъянов, милый мой Баиль.

Взяла в ладони его лицо и нежно поцеловала своего наивного супруга.

— Нет у моих мужей никаких изъянов, — обратилась уже ко всем.

Весь остальной путь я провела нежно убеждая моих мужей в их идеальности и исключительности, прерываясь лишь на еду и сон.

По приезду в столицу, мы сняли небольшой гостевой домик вблизи здания архива. В этот раз решили, что селиться в огромном особняке смысла нет, главное — большая кровать, чтобы на полу больше никто не спал.

Спокойно пообедав, сразу направились в архив. Я, наконец, впервые увидела местную женщину. Прекрасная представительница расы лерион в окружении множества мужей шла куда-то по своим делам по другой стороне улицы. Она издали поприветствовала меня, я поздоровалась в ответ. На том и разошлись.

Здание столичного архива было огромным. Надеюсь, найду здесь всю нужную информацию.

Местные хранители услужливо проводили нас в помещение с бумагами и совсем не казались удивлёнными просьбой на них взглянуть. Лишь предупредили, что туда уже давно никто не заходил.

И вот, момент истины — передо мной открылись двери вожделенного помещения и я увидела ровные бесконечные ряды стеллажей со множеством ячеек, в которых располагались папки с документами. Ни каталога, ни указателей — ничего.

Наугад взяла первую стопку документов. Это оказалась дарственная на землю какой-то женщине за вклад в распространение этикета среди населения, датированная прошлым месяцем. Хм, тут за такое земли раздают.

Прошла чуть дальше, снова взяла документ — указ на увеличение премии за рождение дочери, дата — пол года назад. Ага, значит нужно идти вглубь.

Минут через пятнадцать снова остановилась чтобы вчитаться в ближайший документ — датирован прошлым годом. Смело двинулась дальше, на этот раз шла долго, не меньше получаса. Мужья безмолвно шагали следом. Наконец, решила взглянуть на ближайший документ и разочарованно выдохнула — он был датирован прошлой неделей. Да как же так⁈

Прошла несколько рядов, но уже в сторону, поперёк. Снова взяла папку. Дата — прошлое столетие. Взяла соседнюю — на ней информация об основании какого-то поселения три столетия назад. Значит, никакой логики в расположении документов? Глянула в ещё одну соседнюю ячейку — прошлое десятилетие. Никакого смысла.

Печально оглядела бесконечные ряды стеллажей. Наткнулась на такие же печальные взгляды моих мужчин. Они осознали, что мы здесь на долго. На очень долго.

Поделили между собой ряды и пошли осматривать все документы подряд. За этот день мои мужчины узнали о своём мире больше, чем за всю жизнь. Периодически замечала кого-то из них увлеченно читающим очередную бумагу, иногда подобное изучение сопровождалось возгласами по типу «так вот оно что» или " не может быть". Да, теперь никто не сомневался в разумности этой поездки.

Поздно вечером, так ничего не найдя о проклятии, вернулись в гостевой домик чтобы завтра, с новыми силами, приступить к штудированию архива. Поужинали, легли спать. Все очень устали.

Следующим утром нас встретили всё те же хранители. На этот раз они были явно удивлены. Похоже не рассчитывали, что я приду снова. Мы вернулись туда, где остановились вчера и продолжили изучение.

К пятому дню наших ежедневных визитов, хранители встречали нас уже как родных. Ещё бы, такое развлечение в кои-то веки в пустынном архиве. А я уже отчаялась. Возможно, тут вообще нет того, что мы ищем. Ни о проклятии, ни о матриархе — ничего нет.

За ужином объявила мужьям, что завтрашний день — последний, после чего мы отправимся домой, к корфам.

Но на следующий день наши планы нарушил визит посыльного. Матриарх этого мира настоятельно приглашала корфову лекарку на личную встречу, заинтересовавшись моими поисками в местном архиве.

Вот черт! Доложили! Но матриарху не отказывают. Значит, придётся идти.