22

Ожидаемо, что единственная лекарка корфов рано или поздно заинтересует местную властительницу, но хотелось бы попозже, конечно.

Судорожно вспоминаю, что мне известно о матриархе. Зарита. Нагаитка, у неё пять мужей и, вероятно, ей перевалило за три тысячи лет. Мда. Ну и она периодически наказывает особо зарвавшихся женщин, что даёт надежду на хотя бы малую тягу к справедливости. Правда, сомневаюсь, что весь этот хаос в документах и странное изложение истории мира в виде легенд без привязки ко времени, случились без её ведома. А может даже и с её подачи. Что если матриарх что-то пытается скрыть таким образом. Несведущими легче управлять.

Ну как же так, Богиня, я ведь хотела любви, а не политических игр.

Ладно, изображу восторженную дурочку, на месте разберёмся. Сейчас главное до вечерней встречи с матриархом приобрести всем соответствующие наряды. Боюсь, нашу с мужьями удобнопоходную одежду местная знать не оценит.

В итоге, пробежав по ближайшим магазинам, я приобрела себе однотонное атласное платье в пол и накидку к нему. Мужья обзавелись строгими костюмами. Стоят теперь передо мной такие солидные, приглаженные. Красавцы. Мои. Может ну её, эту встречу. Скажусь больной. Останемся здесь на ночь. Буду медленно с удовольствием раздевать каждого, а потом они меня. Так, стоп.

Когда до назначенного времени остался час, к нашему домику подъехали повозки, отмеченные гербом матриарха. Что ж, пора.

Главный дворец показался немного вычурным, но на вкус и цвет, как говорится. Нас провели в приёмный зал. Вот он мне понравился — строгий, лаконичный, удобно обставленный. По центру располагался стол, накрытый на семнадцать персон. Хм, только мы и матриарх с мужьями.

Первыми к нам вошли пять незнакомых мужчин, судя по их нарядам — мужья матриарха. Корт, два тауда и два лериона. Молодые, смазливые. Своеобразный вкус у местной властительницы. Следом вплыла и она: красивая, статная, величественная нагаитка. Мужчины склонились, я изобразила книксен (в моём понимании книксена, конечно). Почему я не поинтересовалась заранее вопросом приветствия матриарха? Зарита заняла место во главе стола и пригласила присесть меня рядом. Как только уместилась я, за мной последовали и мужчины.

— Обойдёмся без слуг сегодня, без лишних любопытных ушей. О нас позаботятся мужья, — не успела матриарх договорить, как к нашим с ней тарелкам подоспели двое её мужей, ловко наполняя их чем-то аппетитным, и тут же вернулись к себе.

Только после этого к еде приступили мужчины.

— Вкусно, — сказала я, попробовав предложенное. О чём вообще говорят в таких ситуациях? О погоде? О цветах? Точно, похвалю местные клумбы.

— И сад при дворце очень красивый, — улыбаясь, добавила с умным видом я.

— Калей, ты слышал, — обратилась матриарх к своему мужу-лериону, — гостья оценила твои цветочные потуги.

Тот лишь безмолвно кивнул в ответ жене, не подняв на неё взгляда, и тихо поблагодарил меня, глядя в тарелку перед собой. Какие-то забитые они. Посмотрела на своих, те выглядели напряжённо, сидели словно натянутые струны и также в упор смотрели в свои тарелки. Так, видимо, это особенности местного этикета. Улыбаюсь, делаю вид, что всё в порядке.

— Екатерина Ромашкина — очень необычное имя. Какой ты расы? — резко, без переходов спросила венценосная Зарита.

Явно хотела застать меня врасплох. Возможно, ожидает, что начну врать, а она меня подловит. А вот и нет, я тоже умею шокировать, скажу правду:

— Я не из этого мира. Сюда меня переместила Богиня-Создательница, лечить корфов, а то местные женщины, поговаривают, таким себя утруждать не желают.

Зарита сдержанно улыбнулась:

— Просто так? Что она тебе дала взамен?

— Лучших мужчин этого мира, — нескромно намекнула я на своих мужей.

Женщина рассмеялась:

— А я им говорила, этим зажравшимся курицам. Лучших они отвергли, собрали вокруг себя весь сброд, который постоянно приходиться держать на цепи. Чуть ослабить хватку и псы сожрут своих хозяек.

Что-то мне не комфортно от таких разговоров. Хотя тут я согласна, один Кавель чего стоит, та ещё псина.

Продолжаю есть и мило улыбаться. Чую, к концу вечера лицо сведёт судорогой от дурацкой лыбы.

— Что ты искала в архивных бумагах? — продолжала задавать вопросы в лоб матриарх.

Изначально, планировала врать, что мне нужно что-нибудь о корфах, по работе так сказать, но в данном случае, кажется мне, лучше говорить правду.

— Захотелось изучить историю мира, в котором теперь живу. Появились некоторые вопросы, — смотря на Зариту, ответила я, подразумевая, что эти самые вопросы мне позволят задать сейчас.

Матриарх отложила приборы, мужчины сделали то же самое. Пришлось присоединиться и мне, хотя салатик действительно был вкусным.

— Рин, — обратилась нагаитка к одному из своих мужей, — покажите мужьям нашей гостьи дворец.

Все мужчины тут же поднялись и вышли, оставив нас вдвоём. Мои мужья на меня даже не посмотрели, лишь Белый украдкой обеспокоено взглянул, за что получил тычок от Сарта. Ну точно заморочки местного этикета.

— Спрашивай, — позвонили мне, когда за мужчинами закрылась дверь.

И я спросила. Ну а что она мне может сделать? Я ведь лекарка корфов, единственная и неповторимая, отправленная сюда Богиней.

— В чём причина такого изложения истории? Ни дат, ни точных событий. В архиве документы разложены без логики. Вы что-то скрываете? — я тоже умею задать вопросы в лоб.

Зарита вздохнула: — И до бумаг уже дошло.

Какое-то время задумчиво рассматривала меня, вероятно решая, говорить правду или нет. Ну или как избавиться от чрезмерно любопытной пришлой. Я спокойно (правда, только внешне) дожидалась решения венценосной особы.

— Ты используешь здесь магию из своего прошлого мира? — наконец заговорила Зарита.

— В моём прошлом мире магии не существует, — ответила я, — Создательница наделила меня даром при переносе сюда.

Собеседница усмехнулась:

— Очень умно с её стороны.

Заметив моё непонимание, добавила:

— Твоя магия не подходит для зарядки наших устройств, не так ли?

— У меня пока не получается контролировать силу потока, — уклончиво ответила я.

Да о чём мы вообще говорим? Как это относится к моему вопросу?

— Не подходит, — утвердила Зарита, — так что именно ты хотела найти?

Значит признаваться в сокрытии информации не будет. Ожидаемо.

— Проклятие. Как оно появилось? Как от него избавиться? Что было до? — подумав, добавила ещё, — и сколько Вам на самом деле лет?

— 3078, — без пауз ответила на последний вопрос матриарх, — чем же тебе помешало проклятие? Разве не нравится обладать властью над мужчинами?

— Нравится, — честно призналась я, — но как же другие мужчины, которых не выбрали? А мои сыновья?

— А у тебя есть дети? Мальчики? — удивилась матриарх.

— Нет, но будут, — без сомнений ответила собеседнице.

— Скоро это всё станет не важным, — тяжело вздохнула собеседница, — проклятие убивает наш мир. Несчастные невыбранные мужчины и нерожденные дети последнее, что должно волновать тебя, — устало пробормотала властительница, — спроси у корфов зачем им этот лес. Передай — я позволила сказать.

И, ни слова больше, просто встала и ушла, оставила меня одну. Видимо, аудиенция окончена.

Я хотела ответов, а получила ещё больше вопросов. Продуктивная вышла поездка.

Встала и отправилась на поиски мужей. Они вышли мне на встречу. Ждали в коридоре.

Не говоря ни слова, мы загрузились в ожидавшие нас повозки и всё так же молча добрались до гостевого домика. И только внутри я, без опасений, передала наш с Заритой разговор.

— Значит возвращаемся домой, — подытожил Доран, — завтра купим билеты, а сейчас нужно отдохнуть.

Этой ночью я никак не могла заснуть, всё пыталась понять, действительно ли миру может чем-то угрожать проклятие или матриарх так ловко перевела моё внимание. Нужно получить ответы от корфов, потом решать. А сейчас хорошо бы отвлечься.

Потянулась к ближе всех расположившемуся мужу. Им оказался Ратима. Молча стянула покрывало со спящего и начала целовать мужскую грудь. Нагаит, едва проснувшись, быстро оценил обстановку и унёс меня на кухню. Молча усадил на стол и поцеловал.

Но сейчас мне совсем не хотелось долгих нежных поцелуев, хочу быстро и жестко. Хочу отвлечься от мучающих меня мыслей. Сама опустилась спиной на твёрдую поверхность и шире развела ноги, приглашая. Ратима понял, сдвинул в сторону моё бельё, резко вошёл. Дал секунды привыкнуть и, надежно фиксируя руками за бёдра, стал с силой вбиваться. То, что нужно, Ратима. Да.