5

Вас когда-нибудь целовал клыкастый мужчина? Меня теперь — да. Потрясающе, нас обоих затянуло в это сумасшествие. Перчинки добавляло и то, что знаем мы друг друга всего несколько часов, но при этом всё прилично — подтверждаем брак. Ощущение вседозволенности опьяняло. Я уже смело шарила ладонями по голым плечам и груди, ощупала пресс. Когда он успел оголиться интересно? Внезапно Варс прервал поцелуй: — Давай это снимем, — его руки забрались под рубашку и стянули её. Старательно, не пропуская ни одного участка моей кожи, он гладил, массировал, ощупывал. Когтем легко задел сосок, оценил мою положительную реакцию и повторил то же с другим.

— Мы ведь не остановимся? — глядя мне в глаза, прошептал Варс.

Отрицательно качнула головой. Он улыбнулся и снова поцеловал, прижимая к себе. Мужские ладони на моей спине ощущались такими обжигающе горячими. Своей обнажённой кожей я чувствовала его, так близко. Варс наклонился вперёд, вынуждая меня лечь спиной на стол. Сам же спустился поцелуями по моей шее, груди, животу. Добрался до штанов. Перед тем как их снять, остановился и посмотрел мне в глаза.

— Да, — ответила я на немой вопрос.

Он продолжил раздевать. И вот, я совсем обнажённая. Провёл когтистыми пальцами по складочкам. Реакция на это ему понравилась. Опустился на колени, положил мои ноги себе на плечи. Вас когда-нибудь целовал клыкастый мужчина? Меня теперь — да.

Но этого вскоре стало не достаточно, мне хочется больше. И это желание мой муж готов был исполнить. Вот только стоило подумать, что он везде внушительный. Моё смятение остановило Варса. Посмотрел на меня: — Нет? Уверена, он бы остановился, если б попросила, но вот сама останавливаться уже не хочу. — Да, Варс. Медленно начал проталкиваться. Именно то, чего мне не хватало. Двигайся, пожалуйста, Варс, двигайся. И это моё желание он тоже исполнил.

Не знаю как там резерв, а я чувствовала себя абсолютно уставшей, хоть и довольной. Непреодолимо захотелось спать. Теперь уже подтверждённый муж, поднял мою безвольную тушку на руки и перенёс в кровать. — Сейчас спим. Так нужно, — сказал и пристроился рядом.

Я моментально отключилась. Снилась опять ерунда. Убегающий белый волк. Он носился по улицам моего старого мира, а я всё пыталась его поймать и обработать от паразитов. Но зверь каждый раз умело уворачивался и вопил, что лекарство не вкусно пахнет.

Проснулась первой, за окном уже сумерки. Варс спит, а его трансформация прошла. Осторожно попыталась выкарабкаться из крепких объятий, но рыжик от моих телодвижений проснулся. Сперва спросонья сильнее прижал меня к себе, а когда я издала придавленный писк, окончательно пришёл в себя и ослабил захват. Облегчённо вдохнула. — Прости, во сне подумал, что сбегаешь. Как себя чувствуешь? — Легко, ощущение необычной лёгкости. И хочется снова в душ, — с улыбкой ответила я и чмокнула моего рыжика в щёку.

После чего пришлось быстро вскакивать и бежать, поскольку мой невинный поцелуйчик восприняли как сигнал к действию. Я, смеясь и маневрируя, пыталась сбежать, но коварный корт перехватил меня ещё до выхода из спальни. Перекинул через плечо и шутя хлопнул по мягкому месту: — Побег провален, но твои старания я оценил.

Уже после, сидя на кухне за чаем, я решилась таки разжиться информацией. — Варс, а где вы все были вчера? — На охоте, — невозмутимо ответил корт. — Все? Всем поселением? — странно ходить на охоту такой толпой. — Здесь всего десять отверженных, — подумав, исправился, — девять отверженных и мы с тобой. Мало кто из подобных нам смиряется со своей судьбой и перебирается жить сюда. Ведь это значит, что ты согласился с короткой жизнью без шансов на семью. Большинство остаётся недалеко от городов, от женщин, в надежде, что кто-нибудь передумает и примет его. Но без контакта с дарительницей жизни и вдали от корфов такие мужчины быстро стареют. — Значит можно обойтись только соседством корфов?

Варс тяжело вздохнул: — Нет, мы стареем медленнее, чем отверженные в городах, но всё равно быстрее, чем мужчины в семье. Магия корфов поддерживает мир, но для долгой жизни именно мужчинам нужна энергия женщины. Сами же женщины могут обойтись и обычной едой. Хотя, полученная таким способом, сила быстрее расходуется. Они не впитывают непосредственно магию корфов, а мы можем. Правда, тратить такой резерв получается только на магический дар, если он есть, и совсем крохи — на жизнь. Если дарительница жизни запускает в мужчине перестройку на передачу магии одной только себе, то есть кусает его, а потом отказывает, то и эти крохи не помогут.

— Как сложно у вас тут, — ляпнула я, не подумав. — У вас? Так откуда ты? — уцепился за мою необдуманную фразу Варс. — Издалека (эх, была-не была). Возможно из другого мира, — ответила я, напряжённо ожидая реакцию. — Интересно. Но ведь ты не вернёшься обратно?

Значит обвинений в обмане или сумасшествии не будет? Отлично! — Нет, я здесь на долго. На совсем. Мой рыжик облегчённо выдохнул.

Но всё таки: — Варс, но все дома, по крайней мере те, что я видела, выглядят обжитыми. — Это остаточная магия умершего хозяина. Жильё застывает в момент ухода его жильца.

Не зря мне было жутко. Не зря. Памятники. Все поселение в памятниках об умерших. Заметив мою реакцию, рыжик поспешил успокоить: — Эти дома пригодны для жизни, просто любой пришедший хочет свой. Да и память об уже ушедших важна тем, у кого нет семьи, — грустно улыбаясь, проговорил корт.

Что-то муж расстроился. Нужно его отвлечь. Обняла моего рыжика, прижалась. Так хорошо. — Знаешь, мне очень нравятся твои волосы. Ты как дикая стихия, как огонь, — говорила и восхищённо перебирала яркие пряди, — мой рыжик.

Дальше планировался поцелуй, но я вдруг кое-что осознала: — Как быстро о моём появлении узнают вне поселения? И надо ли нам где-то фиксировать брак?

О, нет, не хочу паломничества сюда всех отверженных в надежде обрести семью.

Варс заверил, что никто не расскажет обо мне, пока сама не захочу, а гости сюда вообще не заходят. Фиксация брака происходит сама по себе по факту в особой магической книге. Записи в любой момент можно просмотреть, но никто уже давно ими не интересуется, да и наша запись среди множества вновь появившихся не так и заметна. Тут же поставил перед фактом — у женщин не меньше пяти мужей. За этим опять же следит магическая книжка. Если в течение пяти лет после совершеннолетия не набрать нужное количество, то умная книженция добавит запись на свой выбор и уже не отвертишься.

По закону — не меньше пяти, а реально — мало кто ограничивается пятнадцатью. И порекомендовал мне присмотреться к нашим провожатым, он их давно знает и доверяет. Более того, ему тоже не хотелось бы здесь лишних мужчин, пока я не обзаведусь пятью обязательными.

Десять? Десять! Я же, обдумывая свою новую жизнь, рассчитывала максимум на трёх. Оставим пока эту тему.

Я наконец поцеловала Варса. Поцелуй затянулся и обещал приятное продолжение, но ко мне воззвали корфы. Они были в панике. Впервые вижу их такими. Наконец, среди хаоса призывов о помощи, я увидела страшную картину: один из корфов передней лапой оказался в капкане. Огромный страшный капкан. Я не смогу снять его. На секунды почувствовала адскую боль того Корфа. Нужно торопиться.

Подзависшая в мысленном диалоге с корфами, я вызвала тревогу у Варса. По моим щекам уже катились слёзы. — Варс, откуда в лесу корфов капканы⁈ Мне нужна помощь, я не знаю как от него избавиться.

Муж велел успокоиться, он сейчас же соберёт всех, чтобы пойти с нами. Ведь капканами они никогда не пользовались и тем более никогда не охотились в части леса, принадлежащей корфам. А значит, нужно разбираться, откуда он там взялся. У каждого местного есть небольшой медальон для связи, работающий за счёт магии, таким и воспользовался корт.

Никаких лишних вопросов — сопровождающие присоединились к нам уже по пути к лесу. Снова в сборе жители этого поселения, но мне было не до рассматриваний и знакомств. Я спешила помочь магическому зверю.

Предупредила корфов, что буду не одна. Капкан снять я не смогу. Моим спутникам позволили идти со мной.