Глава 18

Кто-то громко, потрясенно охнул.

Кто?

Может, это была я сама?

Я встревоженно посмотрела на Костю.

Его лицо оставалось внешне спокойным, истинные эмоции выдавали лишь лёгкая бледность и отрешенность, появившаяся вдруг во взгляде.

Он смотрел на меня в ответ.

Только на меня.

Его, казалось, не волновало происходящее, не волновало то, что сказал Илья…

Лишь я. Лишь моя реакция. Лишь мои чувства.

На моем лице, в моем взгляде он искал ответов на незаданные вслух вопросы.

А я в этот кошмарный момент напрочь лишилась дара речи. Отчаянно хотела сказать хоть что-то, но из горла вырывалось только беспомощное, хриплое дыхание…

Костя покачал головой.

— Наверно, он прав, Рита. Тебе, видимо, и правда стоит подумать.

Его ладонь бережно и нежно накрыла мою. Он поднёс ее к своим губам, поцеловал сквозь тонкое кружево перчатки…

Я дрогнула.

Обжигающе-горячее прикосновение на моей похолодевшей коже. И ощущение…

Чудовищное, пугающее ощущение прощания.

Я издала задушенный звук, с глухим отчаянием вцепилась пальцами в его запястье…

Ищуще смотрела ему в лицо. Но его истинные чувства теперь словно оказались отделены от меня стеной.

И все же он не оттолкнул. Не оскорбил ни словом, ни жестом. Его губы коснулись моих скрюченных в отчаянии пальцев, он бережно их разжал…

А в следующий момент развернулся и вышел прочь из зала.

Без единого слова упрека.

А я в этот страшный миг вдруг все поняла. Пока смотрела на его удаляющуюся спину, в голове все резко встало на свои места…

Нет, не просто в голове. В душе.

И стало вдруг кристально ясно, кто мне действительно нужен. С кем я хочу провести жизнь. Окончательно, бесповоротно.

Я бросилась за Костей следом. Но чья-то рука перехватила меня, удержала…

Я резко обернулась.

Илья. Ну конечно, Илья.

Мерзавец, который однажды уже разрушил мою жизнь, а теперь сделал это снова.

Я замахнулась. Пощечина обожгла болью ладонь.

Я вложила в этот удар всю свою злость, всю ненависть.

— Ненавижу! — рыкнула утробно, а на глазах выступили слезы. — Будь ты проклят, сволочь! Как долго ты ещё будешь портить мне жизнь?!

Было плевать, что все слышат. Пусть! Пусть весь мир знает, что этот человек — просто дрянь! Пиявка, плесень, гниль!

Он дёрнулся, как от удара. Его пальцы, удерживавшие меня, разжались…

А в глазах читалось поражение.

Я безошибочно уловила эту перемену — миг, когда он сдался.

Когда наконец понял, что ничего уже не вернуть.

Но на его чувства, как и на него самого, мне сейчас было глубоко плевать.

Вырвавшись из захвата, я побежала вперёд.

Догнать Костю! Вернуть! Сказать…

Так много всего мне хотелось ему сказать! Нет, не просто хотелось… было жизненно необходимо ему сказать!